Предисловие от автора.

Данная работа является не более чем вольной фантазией на тему «а что если бы мир из оригинального произведения The world of otome games is tough for mobs (LN) действительно существовал, но всей этой суеты с перерождением в мире игры никогда бы не произошло», и, как и положено фанфику, не претендует, наверное, вообще ни на что. На мой взгляд сам по себе сеттинг имеет потенциал даже (а может даже особенно) если из него полностью отсечь всё что связано с перерождением.

Я также выражаю огромную благодарность автору оригинального произведения и всем переводчикам, иллюстраторам, редакторам и модераторам, без труда которых я бы никогда не смог ознакомиться с историей одного блестящего рыцаря с чужой душой и пылким сердцем.

Имена и названия будут местами отличаться от тех, к которым вы, дорогие читатели, могли привыкнуть, потому что мне было удобнее пользоваться их написанием на английском языке в том виде, как они представлены на англоязычной вики, и уже затем адаптировать их на русский язык. Поэтому, например, главный герой этой истории это Леон фоу Бартфорт (Leon Fou Bartfort), а не Бальтфарт, Балтфолт или как-то иначе.

Теперь же к самому произведению. Перед прочтением обязательно ознакомьтесь с оригиналом для более чёткого понимания сути персонажей, которых я позаимствую из оригинальной истории и которых я возможно не стану раскрывать на свой лад чтобы не портить впечатление. Моё же повествование сожмётся до моего видения истории того самого моба, в жизни которого не случилось чуда и в его теле так никогда и не проснулась душа жителя нашего мира. У него нет козыря в рукаве в виде знаний о будущем, у него нет доступа к образцу чудо-технологий древности. У него есть только он сам и его ужасный характер.

Пролог. Скверная партия.

И главным героем этой истории является Леон фоу Бартфорт. Второй внебрачный сын захолустного барона Балкуса фоу Бартфорта, проживающий вместе с родителями, сестрой и двумя братьями на скромном парящем острове на задворках королевства Холфорт. Удивительная страна, славящаяся не только своими пилотами боевых костюмов, искусными колдунами и колдуньями, руинами древней, более технически развитой цивилизации, но и весьма странными обычаями, где у средней прослойки знати принято чтобы женщины имели более привилегированное отношение по отношению к мужчинам. Такая парадоксальная система привела к укоренению нравов, когда женщинам дозволялось открыто изменять своим мужьям с рабами или же другими аристократами, в то время как мужчины для того чтобы продвинуться по карьерной лестнице часто были вынуждены идти на унизительные браки, терпя любые капризы и измены, лишь бы хоть немного укрепить статус своей семьи. И это лишь верхушка айсберга. Но сейчас не об этом. В день пятнадцатилетия нашего героя в дом прибыл один очень неприятный гость.

Зола фоу Бартфорт. Скверная дрянь со скверным нравом. Тот самый случай, когда престарелая знатная стерва подбирает себе послушного мужа и тянет из него деньги, ведя разгульную жизнь. Её визит в дом супруга, который нужен был ей лишь как источник денег, чтобы она могла продолжать шиковать в столице, никогда не предвещал ничего хорошего. Вот и в этот раз она приехала за очередной данью. Однако теперь ей были нужны не только деньги. В этот раз она решила содрать со своего несчастного мужа дань кровью и жизнью одного из его родных сыновей, на которых ей было откровенно плевать, ведь у неё были собственные сын и дочь, а к бастардам мужа она относилась как к скоту, вынуждая их жить в хлеву во время её визитов.

Нет, не подумайте, несчастный Балкус, захудалый барон на окраине королевства, стонущий под тяжестью налогов и ещё большей тяжестью требований своей официальной жены, не сделал ничего ужасного. У него есть любимая женщина, от которой у него четверо детей. И есть жена-гарпия с двумя собственными отпрысками, с которой его связывает только политический брак. Деньги Балкуса в обмен на статус мужа Золы. Честная сделка, которая, однако, обходилась барону куда дороже, чем он надеялся. По мнению Золы не было никакой проблемы в том, что её муж имел наглость наплодить ублюдков со своей любовницей, однако тот факт, что он теперь тратил деньги на их содержание вместо того чтобы тратить эти деньги на саму Золу и её слуг да любовников, старую перечницу изрядно раздражал. И если дочь и старшего сына Балкуса она ещё рассчитывала выгодно разменять, то средний и младший сын были настоящей головной болью.

Ублюдки подросли. Старшего, Никса, ещё можно было пристроить в академию, чтобы не ударить в грязь лицом, перед остальными знатными домами, а после удачно женить, если не сказать продать, то вот средний, Леон был хамоватым вспыльчивым мерзавцем, во всяком случае в глазах самой старой карги. А потому она подёргала за ниточки и уговорила одну из своих «подруг» выйти замуж за несчастного мальчика. В конце концов он дворянин, поэтому если он, даже будучи пятнадцатилетним мальчишкой, погибнет в бою, государство будет обязано выплачивать солидные суммы как его родителям, так и несчастной вдове, которой уже сейчас было за пятьдесят и это должен был быть её восьмой брак. Да и государственные чиновники были заинтересованы в сохранении такой схемы по самым разным причинам, весьма далёким от благородных порывов. Вероятно ради отмывания нелегально нажитых средств. Жизнь мальчика в обмен на деньги. Такой вот славный бизнес на крови и сломанных судьбах.

Мнения самого Леона конечно же никто не спрашивал. Его просто поставили перед фактом, объяснив что от него требуется и что права выбора ему никто не давал. Само собой вспыльчивый мальчишка взбунтовался. Затем слуги Золы выпороли мальчишку, когда он попытался протестовать и даже попытался сбежать. Юношу били ремнями до тех пор, пока не заставили процедить сквозь зубы слова благодарности, стоя на коленях и униженно склонив голову. Разделить эту порцию унижения пришлось и присутствовавшему и при избиении, и при вынужденном лизоблюдстве отцу. Он был вынужден смотреть на то, как обходятся с его сыном, и держать свой язык за зубами, нарушая молчание лишь для очередной порции извинений.

Впрочем не всё так плохо, как могло бы быть, пусть эти слова и отдают желчью и сарказмом. К счастью для Леона, его «молодая и красивая» жена даже не явилась на свадьбу, не говоря уже о том чтобы сделать мальчика своей жертвой в первую брачную ночь. Да и зачем ей какой-то баронский отпрыск, когда у неё есть рабы, которых с детства обучали всему, что они должны знать? Повезло ему и не стать очередной жертвой конвейера когда старые извращенки перепродавали друг другу таких вот мужей-подростков, воплощая с ними самые грязные фантазии, прежде чем избавиться от них. Что-то подсказывало Золе, что этот бастард может в какой-то момент сорваться и натворить таких дел, что потом проблемы будут уже у неё. Потому и был выбран самый безопасный вариант с фиктивным браком и отправкой на убой в действующую армию.

Свадьбы как таковой не было, в столице просто подготовили все необходимые документы, после чего Зола со своим клубом дряхлых подружек-кровопийц устроила вечеринку. Леон даже после отправки в тренировочный лагерь так и не узнал даже имени своей супруги, которой будут выплачивать деньги после его смерти. Всё что он знал о ней, это её примерный возраст и однажды взглянул на фотографию этого «пузыря», раздувшегося от непомерного чревоугодия и излишнего самомнения.

Проводить Леона, пришла вся семья, настоящая семья. Кроме сестры, чьё отсутствие никого не удивляло. Золу и её отпрысков и подавно не интересовали подобные сантименты и они улетели гораздо раньше.

Улетая на старом транспортном дирижабле со своего родного острова и, возможно, в последний раз глядя на уменьшающиеся фигуры отца, родной, а не официальной, матери и братьев, Леон думал лишь об одном. Если жизнь это игра, то его партия началась крайне скверно.

На борту судна Леону предстояло провести следующие два месяца до прибытия в пункт назначения. Впрочем скучать ему не приходилось. Инструкторы на судне не давали новым рекрутам для этого времени. С первого дня начались многочасовые тренировки и спарринги в душных коридорах трюма, потому что судно не располагало достаточным количеством тренировочных площадок, либо же капитан воздушного судна просто брезговал пускать на них зелёных рекрутов. Очень скоро воздух в трюме пропитался запахом пота настолько, что даже у матросов начинали слезиться глаза. Поэтому экипажу часто приходилось продувать коридоры, из-за чего на борту всегда было довольно прохладно.

Впереди был долгий и тернистый путь.