В небольшом заставленном кабинете все было как обычно. Струйка едва заметного почти прозрачного дыма поднималась из небольшой металлической коробки, разнося по комнате запах жженной бумаги. Единственный источник света, активированный светокамень, тускло освещал причудливые трофеи и затейливые инструменты, лежащие на столе владельца кабинета. Тяжелые тени тянулись от артефакта к заставленным книгами шкафам.

На лице начальника исследовательского корпуса замерла глупая довольная улыбка. Он развалился в массивном кресле и не моргающими глазами смотрел на тускло светящиеся грани желтоватого камня. Возможно, впервые в его карьере все шло именно так, как он и задумал.

Возникший в Академии гость из южных регионов заставил мужчину испугаться. Слишком подозрительным было время его появления, да и история гостя даже с первого взгляда была какой-то слишком сомнительной, словно ребенок выдумал ее на ходу. Еще больше подозрений вызывал класс гостя. Вот только секретная лаборатория утилизировала голема, как на пороге Академии появляется ребенок с классом [голем маны].

Считать подобное совпадением стал бы только глупец, потому требовалась тщательная проверка. Вот только забрать ребенка из Академии и пустить его на опыты даже начальнику исследовательского корпуса никто бы не дал. А тут подвернулся такой удобный случай!

Опросив своих людей, которые работали в Академии, он убедился, что гость со странным именем выглядит совершенно не так, как выброшенный лабораторией голем. Эта новость уже успокаивала и вселяла надежду, что новичок никак не связан с экспериментами лаборатории. Но затем произошло до ужаса нелепое событие.

Помогавший в лаборатории практикант украл стабилизированный разлом, где производился весьма ценный товар. Возможно этот практикант рассчитывал, что сможет сам получать дорогое лекарство и продавать его. Разлом же был уже поврежден и требовал обязательной утилизации. Не столько из-за того, что в нем незаконным путем производился мощный наркотик, за это нельзя никого наказать, пока не доказан факт и причастность к его созданию и использованию вне научных целей. Главной проблемой был риск прорыва этого разлома.

Понятное дело факт кражи вскрылся не сразу, а лишь тогда, когда в корпусе магов в Академии появился подозрительно похожий по своим характеристикам разлом, и в нем пропал один из учеников академии. Отчеты о происходящем посыпались на голову начальника как капли воды в момент внезапного и ужасающе сильного ливня, заставив мужчину занервничать.

Нет, он прекрасно понимал, что доказать причастность исследовательского корпуса к этому инциденту будет невозможно. Но проблем с назначением виновных это событие ему точно добавит. Или, точнее, добавило бы, если бы не та самая нелепость.

Один из учеников повздорил с гостем столицы перед входом в разлом и попытался толкнуть [голема маны] в подземелье, но и сам очутился внутри. Наружу, к счастью, дети вышли. Если бы они погибли внутри разлома, количество проблем бы увеличилось. Но оба мальчишки выбрались, попутно уничтожив разлом. При этом выяснился один интересный факт: черви выбрали своей жертвой ученика академии, а не новичка. А поскольку червей интересовала только мана, то можно смело заключить, что в госте столицы этой маны настолько мало, что выращенные охотиться даже за небольшими источниками магии паразиты побрезговали им, посчитав чуть ли не обычным бесклассовым крестьянином.

Чудовищный запас маны можно смело считать решающим фактором в опознании экспериментального голема. И поскольку гость столицы таким запасом не обладает, то он однозначно не может являться утилизированным образцом. Точно такой же вывод предоставила и комиссия, анализировавшая произошедшую ситуацию.

Впервые за последние полторы недели начальник исследовательского корпуса чувствовал себя спокойно и радостно. Сгущавшиеся над ним тучи проблем сдуло чудодейственным ветром неожиданных событий. И хотя начальник не знал, как долго продлится белая полоса в его жизни, он с удовольствием наслаждался ей сейчас.