На возвышающемся троне восседал мужчина в сияющих золотых доспехах.

На вид ему было чуть за тридцать. Густые светлые волосы, блекло-голубые глаза и волевое лицо, излучающее силу.

Уильям Квинтон Мальборо.

Мир называет его Императором Человеческой Империи.

Главе самого могущественного государства Иного мира доложили, что аудиенции просит ничтожный человек. Обычно стража вышвырнула бы такого просителя еще у ворот, но тот умолял показать Императору некий предмет.

Владыка не почувствовал интереса, но ощутил укол любопытства.

Он приказал привести просителя к подножию трона.

Невзрачного мужчину средних лет подвели на расстояние ста шагов, где он и рухнул на колени. Гвардейцы приняли у него сверток и с поклоном поднесли государю. Уильям Квинтон Мальборо шевельнул пальцем, и предмет, окутанный тканью, взмыл в воздух, подплывая к руке хозяина.

Это был сверток из шелка.

Когда ткань упала, на ладони остался кинжал с рукоятью из слоновой кости.

— Хм.

С губ Императора сорвался тихий стон.

Перед глазами, словно наяву, всплыли картины двадцатипятилетней давности: окончание обучения во Дворце Призыва и вступление в Золотой город.

Короткое воспоминание растаяло, и Император произнес низким голосом:

— Подпустите его на пятьдесят шагов.

Мужчина в замешательстве прополз вперед и распластался у красной черты.

— Кто дал тебе этот кинжал? — спросил Император.

Казалось, проситель только и ждал этого вопроса.

— В... Враг Мира, Ваше Величество!

Мужчина сбивчиво рассказал о том, чему стал свидетелем.

На губах Уильяма Квинтона Мальборо заиграла слабая улыбка.

«Наконец-то ты объявился. Ким Сончхоль».

Он поднялся с трона и обвел взглядом присутствующих.

— Какое из наших ударных подразделений сейчас ближе всего к Золотому городу?

Из дальнего угла зала, склонившись в поклоне, ответил закованный в латы генерал:

— Второй флот под командованием фаворита Дмитрия Медиова.

— Второй флот, значит...

Император задумчиво погладил бороду, но вскоре решительно взмахнул рукой, отдавая приказ:

— Отправить Второй флот в Золотой город. Цель — Разрушитель, Ким Сончхоль. Уничтожить его любой ценой.

Как только прозвучала воля монарха, военное командование Империи пришло в движение.

Маги в белых мундирах, используя камни связи, рассылали приказы в отдаленные гарнизоны, а в небо, рассекая облака, взмывали звенья рыцарей на вивернах, устремляясь на север.

Пока вся Империя бурлила, Император задумчиво смотрел в туманную даль своими блекло-голубыми глазами.

«Восемь лет прошло».

Восемь лет назад.

Чтобы остановить грядущую катастрофу, собрались сильнейшие существа континента.

Их назвали Тринадцатью Героями Континента.

Сейчас это имя почти забыто, и помнят о нем лишь немногие, но тогда они были единственной надеждой, на которую молились все жители Иного мира.

Однако эти герои жестоко предали ожидания людей.

Лишь один из них возвысил голос против, но его никто не послушал.

Вскоре этого человека стали называть презренным прозвищем — Враг Мира.

— Ким Сончхоль. Зачем ты вернулся?

Во взгляде Императора читалось глубокое сомнение.

Мрачный подвал.

В центре помещения, словно туша в мясной лавке, висел связанный Алтузиус.

Хлесть!

Кнут с крючьями, острыми, как рыболовные снасти, разодрал спину.

— Гх-х-ха-а!

В глазах потемнело, и из горла вырвался полный боли крик.

Палач не знал жалости. Удары следовали каждые десять секунд с механической жестокостью. Спина Алтузиуса превратилась в кровавое месиво из рваной плоти и засохшей крови. Сознание балансировало на тонкой грани небытия.

Инквизитор Магнус Максима появился ровно в тот момент, когда пленник был готов испустить дух.

— Даруйте ему милость Бога Порядка.

Слуги в масках воронов применили магию исцеления.

Раны на спине затянулись, боль отступила, и в угасающие глаза вернулся свет. Придя в себя, Алтузиус узнал стоящего перед ним человека и в ярости закричал:

— Нет... Как вы могли со мной так поступить?!

Инквизитор лишь поднял руку.

Палач тут же с размаху ударил Алтузиуса твердой рукоятью кнута в живот, словно пытаясь пронзить насквозь.

— Кха!

Изо рта пленника выплеснулась черная кровь. Цепи зазвенели, наполняя тесную камеру противным лязгом.

Когда тишина восстановилась, Инквизитор вновь заговорил мягким голосом:

— Алтузиус Зеро. Ты отлично сражался ради процветания Эрфурта.

— Т-тогда почему... почему я здесь?! — хрипел Алтузиус, жадно глотая воздух.

Инквизитор снова поднял руку.

Палачи и слуги, словно по команде, схлынули из камеры. В жуткой тишине пыточной остались двое. Магнус Максима, заложив руки за спину, начал медленно кружить вокруг жертвы.

— Ситуация стала критической, Алтузиус. Ты знаешь, что здесь объявился Враг Мира?

— В... Враг Мира?!

— Когда появляется Враг Мира, Человеческая Империя и другие державы континента наперегонки отправляют свои армии. Речь идет о создании Нового Крестового похода. Я обязан закончить дела здесь до их прибытия. Иными словами, нужно ускорить темп.

— При чем здесь я? Почему я должен страдать?

Руки Алтузиуса, скованные цепями, дернулись в бессильной ярости. Инквизитор же стоял неподвижно, словно нарисованный. Из-под маски донесся глухой голос, похожий на бормотание:

— Печально, но я решил отправить тебя на плаху. Это единственный способ решить все проблемы, накопившиеся в Эрфурте.

— Каким образом это решит проблемы?

В ответ Магнус Максима издал жуткий смешок.

— Хы-хы-хы...

Звук напоминал предсмертный хрип чумного больного. Алтузиус вытаращил глаза, пытаясь прожечь взглядом мучителя.

— Скоро Роберт Дантон и остальные профессора будут устранены руками Ордена Убийц, — наконец произнес Инквизитор. — Единственной опорой Эрфурта останешься ты. А что случится, если выдернуть последнюю опору?

Только сейчас Алтузиус начал понимать истинный замысел.

— Вы хотите уничтожить Эрфурт?

Инквизитор кивнул.

— Двадцать лет назад меня сочли посредственностью, и я сам покинул школу. Я не спал ночами, наблюдая, как сын шлюхи занимает место, которое должно было принадлежать мне, и купается в лучах славы.

— Только из-за этого?!

Тело Инквизитора странно дернулось. Двигаясь неестественно, как сломанная кукла, он повернулся к Алтузиусу и медленно снял маску ворона.

Пленник судорожно вздохнул.

Под маской скрывалось лицо мумии.

Но этот человек не был мертв. Сердце билось, по жилам текла горячая кровь. Лицо исказилось до неузнаваемости из-за чудовищной одержимости и безумных самоистязаний.

Показав свой истинный облик, Инквизитор снова надел маску и пробормотал:

— Мой мотив может показаться тебе ничтожным, но для меня это дело, достойное того, чтобы поставить на кон судьбу. А твои жалкие оправдания в моих глазах выглядят столь же ничтожно.

Инквизитор хлопнул в ладоши.

Палачи и стражники вереницей вернулись в камеру. Проходя мимо них, Магнус бросил:

— Казнь состоится завтра в полдень.

Алтузиус промолчал.

Он думал о Сарасе, которая ждала его в одиночестве.

«Нет... Я не могу так умереть!»

Но цепи были слишком крепки.

Палачи снова подняли кнуты.

Во тьме сверкнуло лезвие, мгновенно перерезав горло спящему магу.

Тот распахнул глаза, но не успел издать ни звука и затих навсегда.

Дебюсси Алмейра положил подушку на лицо убитого и нанес контрольный удар. Рука мага судорожно сжала запястье убийцы, но тут же безвольно соскользнула.

Это был пятый.

Дебюсси Алмейра за одну ночь истребил верхушку Школы Огня.

В соседнем крыле происходило похожее.

Его жена, Илия Алмейра, родом из семьи Гримальда, выпустила ядовитых скорпионов, которые жалили спящих учеников Школы Огня прямо в постелях. Десятки людей умирали во сне, даже не поняв, что произошло.

Закончив безмолвную бойню, супруги встретились у входа в здание Школы Огня.

У порога валялись два обезглавленных трупа, остывающих в ночной прохладе.

Дебюсси посмотрел на темное небо.

— Со всеми покончено?

— Да. Никого не осталось, — Илия с жестокой улыбкой спрятала в рукав скорпиона, пытавшегося выбраться наружу.

Вытирая окровавленный кинжал тряпкой, Дебюсси размышлял:

«Осталась Школа Льда. Интересно, как справляются Пикт и Майра?»

Он повернулся к жене и мягко спросил:

— Кстати, не знаешь, как дела у группы Майры?

— Хочешь, проверю?

Дебюсси кивнул.

Он был потомственным ассасином, осторожным и невероятно расчетливым. Благодаря привычке избегать даже малейшего риска, он всегда выполнял задания без потерь, но из-за такой перестраховки его клан страдал от низкой результативности и занимал последнее место среди четырех великих семей убийц.

И все же Дебюсси ни о чем не жалел. Семья для него была важнее рейтингов.

Зная это, Илия достала из-за пазухи маленькую склянку и открыла крышку. Оттуда вылетела моль с голубыми крыльями, пошевелила усиками и устремилась в ночное небо.

Это была Моль-неразлучник. В отличие от других насекомых Илии, она не имела ни яда, ни жала, но обладала уникальным даром: самец всегда безошибочно находил свою пару, где бы та ни была.

Самец Моли-неразлучника уверенно рассекал воздух, направляясь к своей самке.

Вскоре он влетел в темный склад и нашел свою половинку.

Вот только самка была расплющена в лепешку, так что от нее мокрого места не осталось.

Моль поднялась в воздух и вылетела обратно.

— ...

Из темноты за полетом насекомого наблюдал человек.

Ким Сончхоль.

Позади него, дружески прижавшись друг к другу, висели два трупа. Пикт Алмейра и Майра Алмейра.

Мгновение простояв неподвижно, он сорвался с места, следуя за молью со скоростью молнии. Трупы остались висеть в тишине.

Самец Моли-неразлучника вернулся и сел на руку хозяйки.

Лицо Илии окаменело.

— Дорогой. У нас проблемы.

Дебюсси Алмейра даже бровью не повел.

— Ты уверена?

— Да. Он потерял пару.

Глава клана тихо вздохнул и начал растворяться в темноте.

— Отступаем.

Его тело обратилось в туман, сливаясь с ночными тенями. Илия последовала его примеру.

Однако не прошло и пары мгновений, как она почувствала враждебную ауру совсем рядом. Паутина, расставленная по периметру, уловила вибрации приближающейся угрозы.

— Дорогой, враг здесь, — прошептала она.

— Это то самое существо?

— Скорее всего.

Дебюсси мгновенно просчитал расклад сил.

«Враг Мира. Его Сила около 600. Ловкость и Выносливость в районе 500. Тактика проста: подавление превосходящими характеристиками. Примитивно, но эффективно».

Вывод был неутешительным: шансов на победу нет.

Будь здесь сильнейший из сыновей, Каз, они могли бы выиграть время и отступить, но сейчас единственным исходом виделась бессмысленная смерть.

— Любимая.

Лицо Дебюсси выражало мрачную решимость. Илия все поняла и посмотрела на мужа полными печали глазами.

— Я задержу его. Думаю, смогу выиграть минуты три.

— ...

— Уходи одна. Найди Каза и бегите отсюда. И передай заказчику: этот монстр здесь.

— Я поняла.

Илия поцеловала мужа в щеку и исчезла во тьме.

Это было последнее прощание четы убийц.

Оставшись один, Дебюсси вернул себе прежний облик и приготовился встретить подавляющую мощь.

Из мрака выступил человек в поношенной одежде.

«Выглядит иначе. Говорили, что он гигант за два метра ростом».

Незнакомец заговорил первым:

— Ты главарь убийц?

— Да. Я Дебюсси Алмейра, тридцать второй глава клана Алмейра, — с достоинством ответил ассасин.

«Три минуты. Буду стоять насмерть, считая это последним мгновением жизни».

Но не прошло и трех секунд, как Дебюсси понял ошибку.

Стоящий перед ним человек оказался куда большим чудовищем, чем он предполагал.

Один удар кулака — и череп Дебюсси разлетелся на куски. Глава клана рухнул замертво.

Покончив с одним, Ким Сончхоль перевел взгляд на удаляющуюся женскую фигуру.

Он не стал бросаться в погоню сразу.

Терпеливо следовал за отпущенной добычей, пока та не приведет к логову.

Но жертва, похоже, догадалась о своем положении.

Добежав до пустыря, она резко развернулась.

— Убей и меня, Враг Мира!

Взгляд Илии Алмейра, полный слез и ненависти, впился в преследователя. Она разом выпустила всех ядовитых насекомых, спрятанных в теле.

Их было так много, что казалось, будто от женщины исходит черный дым.

Ким Сончхоль, увидев это, достал свое любимое оружие — Фал Гараз.

На лице Илии появилась холодная усмешка.

— Ты можешь убить нас сегодня, но тебе не уничтожить наш клан!

Ким Сончхоль взмахнул молотом.

Силуэт Илии исчез вместе с роем насекомых.

Равнодушно глядя на смесь человеческой крови и останков насекомых, растекающуюся у ног, Ким Сончхоль устремил взор в ночное небо.

«Она говорила о том парне?»

Он уже знал его лицо.

Знал и заказчика убийц.

Этого было достаточно.

Ким Сончхоль оставил трупы и растворился в темноте.

В ту ночь печально известный на весь континент клан Алмейра прекратил свое существование. В живых остался лишь старший сын.

В то же время.

У входа в Эрфурт люди в масках воронов возводили костер для казни.