Да, он силён.

— Р-ра-а-а-а-а!!!

— Хмпф!

Во время атаки мечами я дважды успел сменить духовные клинки, соответственно меняя направление движения, но кулаки Леона всё же успели её остановить.

— ...Угх.

Заряженные магией гравитации руки Леона были тяжёлыми, и я с трудом успевал подлечивать свои трещавшие кости. Привычная для меня интенсивная боль, охватившая тело, пропадала по мере погружения в битву.

— «Ветряные колючки»!!! «Ледяные когти»!!!

Я атаковал «Мечом тернового ветра» в правой руке, чтобы сотворить бесчисленные ветряные колючки в слепой зоне противника, и «Кинжалом снежного леопарда» в левой, создав вырывающиеся из-под земли ледяные когти.

— С дороги!!!

Однако Леон разметал ветряные колючки отразившим их гравитационным полем на спине и заряженными всё той же магией пинками разбил устремившиеся к нему ледяные когти.

Я уже потерял счёт атакам, которыми мы обменялись. Земля вокруг нас была опустошена, окружающие деревья были повалены или разнесены в щепки. Мы бились на равных. На теле Леона было больше шрамов с кровоподтёками, чем ран от моих духовных клинков, а одежда разодрана в клочья.

Разумеется, пришлось несладко и мне. Меня исцелял «Живительный клинок персика бессмертия», больше подходивший для лечения, нежели «Покрытый зеленью хрустальный меч», однако расход маны при этом был беспрецедентным. Моя одежда и броня также изрядно поистрепались. Но самое главное, несмотря на отсутствие ран, моя выносливость продолжала истощаться. Мы с Леоном постоянно подлечивались, поэтому несмотря на превратившуюся в лохмотья одежду, заметных повреждений у нас не было.

И всё же бой близился к завершению.

— «Разрушение — Каскадный клыкастый удар».

— Ку-ух, га-а… угх!

Я с самого начала непрерывно наносил удары мечами по непредсказуемой, постоянно меняющейся траектории, но Леон, обладавший впечатляющим чувством боя, постепенно привыкал к моим выпадам по мере продвижения битвы. Его усиленные рефлексы всё больше приспосабливались к моим атакам, и те постепенно теряли свою эффективность. Преимущество, получаемое Леоном от набиравших резкость и точность атак в этой битве начало склонять чашу весов в его сторону.

«Но пока рано… я пока не могу проиграть!»

Нужно сражаться ещё сильнее, нужно выложиться на полную. Дать Леону показать свою наивысшую силу, позволить выйти за пределы возможностей. Вот почему в качестве места, где начнётся моя месть, я выбрал этот переполненный магической силой сад с Древом фей, активизирующим навык «Божественный берсерк» постепенно превращающегося в фею Леона и позволяющим ему продемонстрировать максимальную мощь. Вот почему…

— Умри-и-и-и-и-и-и-и-и!!!

...На один лишь миг и месть, и всё остальное — я всё отброшу: гнев, досаду, отчаяние, разочарование, ненависть и страдание. Буду думать только о том, как сразить моего противника. Запру в самом дальнем уголке сознания мысль о том, что его смерть поставит на моей мести крест.

Один удар, второй, третий, четвёртый, пятый, шестой, седьмой, восьмой, девятый, десятый. Огонь, ветер, вода, земля, лёд, молния. Я повторял атаки всё сильнее и быстрее, усиливая напор. Словно погружаясь всё глубже и глубже, я размахивал мечами, высвобождая содержащуюся в духовных клинках силу, будто целиком и полностью вложив в это свою жизнь.

— Гх, угх... ну-агх, ещё... столько силы!..

Под градом беспорядочных ударов моя атака настигла Леона, и повсюду разлетелись капли крови. Судя по всему, он понял, что ход битвы склоняется в его сторону и поэтому, пристально за мной наблюдая, с трудом отвечал на яростно усиливающийся натиск. Если бы он сохранял спокойствие, у меня были бы проблемы.

— Ха-а!!!

Тщательно выверенный удар Леона с силой отразил мой меч.

— ...Млять!

— На-а!!!

Неожиданная контратака пошатнула мою стойку, и Леон не замедлил этим воспользоваться, выполнив резкий и точный удар кулаком. Увидев удар, который скорее всего решит исход битвы, я сделал шаг вперёд быстрее, чем подумал об этом. Я нисколько не колебался, так как выстроил своё нападение именно для этого. Загнанный в угол Леон, решивший воспользоваться этой возможностью, сразу же понял, что именного этого я и добивался, однако отступать уже времени не было. Пан или пропал — вопрос был в том, достигнет ли мой удар Леона первым, или быстрее окажется его кулак.

«Убей, убей, убей, убей... его-о!»

Время замедлилось, словно эта секунда, в течении которой пересекались мой удар и удар Леона, растянулась бесконечно.

И затем...

— Умри-и-и-и-и-и!!!

Фонтаном брызнула кровь. Еле миновав его левый кулак, мой духовный клинок отрезал правую руку Леона, однако…

— Гра-а-а-а-а-а!!!

...Леон, с видимым напряжением стиснув обнажённые зубы, сумел присоединить отрубленную руку, прежде чем та упала, и приживил её.

Вложив все силы в этот удар, я был не в состоянии сдвинуться с места и не смог увернуться от настигшего меня кулака, едва успев поднять руки для защиты. Услышав хруст своих костей, я отлетел в сторону.

От сокрушительного удара отключилось сознание. Прошло две или три секунды, прежде чем я смог прийти в себя.

— Нии-сама!!!

— Кайто!!!

Май и Юто, которым я наказал следить за моей битвой с Леоном, невольно закричали.

«Да знаю я… незачем так орать».

Услышав их вернувшие меня из бессознательного состояния голоса, я увидел угрожающе нависшего надо мной Леона.

— ...Тц.

Удар пришёлся практически идеально, и магическая сила в его кулаке влилась прямиком в моё тело, из-за чего восстановление должным образом не работало. Даже если сосредоточусь на лечении, вряд ли смогу подняться на ноги в течении нескольких минут.

— Я победил.

— Ха, как и предполагалось: если столкнуться с тобой лоб в лоб, именно этим всё и закончится.

Несмотря на то, что мои способности были приближены к уровню моей лучшей формы, если бы я мог победить Леона в этой специальной устроенной дуэли, где его сила возросла… вся предыдущая подготовка не имела бы смысла.

— Да, это так. Ты победил меня. В честном бою один на один.

— ...Сволочь, что ты задумал? — насторожившись, нахмурился Леон. Как и следовало ожидать, он что-то почувствовал.

Но слишком поздно.

— Ха-ха-ха, было бы здорово, если бы ты попраздновал победу ещё немного! Ты ведь победил! Со своей собственной отточенной силой да моими стараниями, ты пробудил ещё большую силу, практически не уступающую силе Героя в его лучшей форме!

— Что ты сказал?! Силе Героя?!.

Ты уже ничего не сделаешь.

— Что ж, Леон. Ты показал свою силу, выиграв бой. А теперь прямо здесь ты и исчезнешь, испытывая мучения и страдания за эту силу! Ма-а-а-а-а-ай!!! Юто-о-о-о-о!!!

— Что, теперь вы?! — не отвлекаясь от меня, Леон настороженно взглянул на Май с Юто.

— ...Смерть врагам нии-самы.

— Я уже заждался.

И прежде чем он смог что-либо предпринять, нагинатой, заряженной отравленным ветром, и когтями ужасающего монстра Май и Юто повредили Древо фей — того самого древа, магическую силу которого с помощью «Божественного берсерка» напрямую поглощал Леон, большая часть тела которого уже приобрела свойства расы фей.

Леон заорал так истошно, как не кричал никогда прежде.

— Ха-ха-ха, а-ха-ха-ха-ха-ха!!! Всё кончено! Несмотря на то, что ты победил, несмотря на то, что вышел победителем в смертельной схватке между нами!!! Теперь, со всей этой силой, куда более слабые Май и Юто имеют тебя, даже пальцем не пошевелив!!! А ты теряешь всё и не можешь ничего сделать в ответ!!!

— Что… что это?..

Рухнувший на колени Леон, задыхаясь, повернулся к Май и Юто, собравшись их атаковать. Однако как только он попытался ударить по ним гравитационным заклинанием, магическая сила в его кулаке быстро рассеялась.

— СВОЛОЧЬ, ЧТО ТЫ СО МНОЙ СДЕЛАЛ?!

— Использовал «Мутагенный клинок», вот что!

— Что за… — не успев спросить, он снова скорчился в агонии.

Пошатываясь, я поднялся. Тело кричало от боли, но меня это не волновало.

— Ничего не понимаешь, да? Не волнуйся, сейчас я освежу тебе память.

Я занёс над головой корчившегося на коленях Леона «Меч восьмиглазого проясняющего фолианта», а затем глубоко всадил его ему в плечо.

Стоная от боли и потрясения, Леон схватился за голову.

— Герой?.. Где… я... нет… гха-а-а… Что… происходит? Что это?!

— Да, ты прав, Леон. Всё именно так. Это я. Я, Герой. Против воли призванный в этот мир, которого вы убили, потому что вам так было удобно.

От неизвестных, но воспринятых им как свои собственные воспоминаний лицо Леона исказилось ещё больше.

— Кайто… а-а, Кайто-Кайто-Кайто-о, чёрт бы тебя побра-а-а-ал!!!

— Аха-ха-ха-ха-ха-ха! Ну, привет, Леон! А-а-а-а-а-ах, до чего же он волнительный, этот «момент воссоединения»!

— Что ты сделал?! Что, чёрт возьми, происходит?! Ты! Я же помню, я... нет, мы… гья-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а!!!

И вновь нагината Май и когти монстра Юто врезались в Древо фей. Окружавшие это место монстры вторили Леону возбуждёнными криками.

— Эта боль… Ясно… «Мутагенный клинок»… значит, я чувствовал себя превосходно в местах с высокой плотностью магической силы, потому что превращаюсь в фею, ги-ги-ги-ги-гью!!!

Повсюду рассыпа́лись щепки Древа фей, которое стёсывала нагинатой Май. Юто, используя силу многоголового монстра, обгладывал его ветки и жевал листья.

— Верно. Древо фей — источник их силы, и если кто-то его повредит, оно вернёт силу окружающих фей, чтобы восстановиться. У тебя нет никаких способов противостоять её перекачке, а если ты воспользуешься «Божественным берсерком», это лишь ускорит процесс.

В данный момент Леон наверняка испытывал страшную боль, словно пронзённый множеством огромных игл, через которые высасывалась его кровь.

— Ну, как ощущения? Сразись с ними, ты без труда бы их победил… но сейчас ты всего лишь жалкий, корчащийся на земле червяк, неспособный справиться с болью.

Поднявшись на ноги несмотря на боль во всём теле, я смотрел на мучения Леона.

— Каково это — постепенно терять свою силу? Больно? Мучительно?

В переставший различать всё, кроме вкуса крови рот словно положили кристаллики счастья.

— Страдай. Страдай. Страдай.

С каждым разом крики Леона становились всё громче и истошнее, по мере того Как Май с Юто кусочек за кусочком кромсали Древо фей. Как же мне хотелось это услышать… Ах, до чего же хорошо.

— Да, давай, продолжай корчиться от боли как фея с вырванными крыльями.

К тому времени как Древо фей стесали до тонкого прутика, я наконец подлечился настолько, что мог двигаться. Хотя тело было покрыто ранами, я восстановил достаточно сил для завершающего удара.

— Не делай... этого… Если Древо умрёт, феи потеряют бо́льшую часть своей силы… Множество людей будут в опасности...

— И что с того? Раз так, значит, нужно с радостью собой пожертвовать, да?

— Я никогда... такого не говорил… Кто... добровольно… на это пойдёт...

— Поэтому это уже не имеет никакого значения! Ты отбросил и добро, и зло! Тебя не волнуют страдания ни в чём не повинных людей, тебе на них плевать! Поэтому…

Медленно, будто сдавливая шею шёлковой удавкой...

— В этот раз о сострадании позабуду я.

...Взмахнув мечом, я разрубил Древо фей.

В тот же миг раздался душераздирающий вопль Леона, похожий на оглушительный визг и скрежет сломанного динамика. Он обливался потом, выражение «ни жив ни мёртв» в точности подходило для описания его состояния — до чего же великолепный вид открывался перед моими глазами! Тем не менее, этого всё ещё мало, этого недостаточно. Всё больше, больше, и больше я буду смешивать с грязью силу, которую ты так жаждал заполучить.

— А теперь перейдём к следующему этапу…

— Я этого не позволю. Он один из моих немногих надёжных соратников.

Собравшись снова приняться за Леона, я услышал знакомый мне женский голос.

«...Почему она здесь?», «Она уже давно должна была покинуть город…», — взволнованно произнесли Май и Юто. Разумеется, её появление и для меня самого стало шоком. Та, кого здесь совершенно точно не должно было быть, находилась тут.

— Лилия-а-а!.. Как, мать твою, ты здесь оказалась?!

К этому моменту она уже должна была покинуть город, но...

Облачённая в придававшую ей взрослую привлекательность тёмно-синюю боевую мантию, развевавшуюся на ветру, увенчанная блестящими, сливавшимися с темнотой ночи чёрными волосами.

...Там стояла Лилия Лью Харстон.