Мне приснился сон.

Мир, где все были спасены. Ни люди, ни демоны, ни зверолюды — никто не сражался между собой. В любой стране каждый день, будь он радостным или печальным, все жили счастливо и помогали друг другу.

И вот однажды, во время одного из магических экспериментов Летисии, я был случайно туда призван. Чтобы вернуться домой, я отправился вместе с ней в путешествие. Естественно, поначалу, будучи как кошка с собакой, мы постоянно ссорились и ругались, но постепенно поладили. И конечно же, друг в друга влюбились.

Не было ни Героя, ни Повелительницы демонов. Никем не надо было жертвовать. Или становиться жертвой самому. Это был, несомненно, добрый для меня мир.

Когда я проснулся, оставшееся словно эхо ощущение... было отвратительным. Сон был настолько добрым и приятным, что я совершенно не мог принять его за свою мечту.

И всё же, так было лучше. Так должно было быть. Ничего не изменится, пока я не свершу свою месть.

Поэтому нельзя позволить никому и ничему встать у меня на пути.

Поэтому я буду продолжать идти вперёд, продвигаясь сквозь эту вязкую как смола бурлящую трясину.

— ...Сегодня тоже без особых изменений, — вздохнул я, упорядочив полученную от Шушика информацию по ситуации на передовой с демонами. Под предводительством «Воспламеняющего демона» Ардириуса их ожесточённый натиск всё продолжался.

— Теперь, когда информация о прибытии Ардириуса на фронт лично стала известна, Летисия должна туда отправиться… И конечно же, Лилия тоже покинет этот город.

Я пришёл к такому выводу, убедившись, что слухи об этом получили достаточное распространение.

Вернувшись в этот мир, я неожиданно столкнулся с Летисией. Чтобы разобраться с Лилией, их потребуется разделить. Поэтому, получив информацию, что в город для пополнения припасов и живой силы прибыл Леон, я решил сначала нацелится на него. Для этого я рассчитал так, чтобы закончить с прокачкой в подземелье к тому времени, когда известия об Ардириусе распространятся в городе. Услышав слухи о его местонахождении, Летисия последует за ним и покинет город. Следить за ней напрямую я не мог, так как Летисия обладала просто нереальным чутьём на всё, что было так или иначе связано с применением магической силы, однако когда эти слухи разойдутся, она должна будет отбыть. И тогда можно в полной мере заняться подготовкой к мести Леону.

«Кстати, пока Летисия будет занята Ардириусом, нужно разобраться и с Лилией, так что времени особо нет...»

Подготовка шла гладко. С помощью Лизуна сцена принимала надлежащий вид. Ещё немного, и всё будет готово.

— ...А завершающую роль сыграет он.

У меня в ладони материализовался духовный меч — «Мутагенный клинок» — небольшой по размеру, с толстыми, как у крупных ножей лезвиями по обеим сторонам рукояти. Однако на полых внутри лезвиях из полупрозрачного, как когти животного, материала отсутствовал привычный металлический блеск. Декоративное лезвие с одной стороны было заполнено чем-то загадочным, неопределённого цвета оттенком, который каждые несколько секунд изменялся как в нём, так и в прилегающей части рукояти. Лезвие же с другой стороны было пустым и одноцветным.

Проверив ещё раз его готовность, я отозвал клинок и растянулся на кровати.

— Раз говоришь, феи так важны, то и ладно.

«Мутагенный клинок» не подходит для сражений. Его нельзя сравнить даже с деревянным мечом, так как ему недостаёт остроты, а из-за маленького размера клинок не получится применять как ударное оружие, да и в качестве скрытого оружия использовать его будет сложно. Способность этого духовного клинка не обладает немедленным эффектом, и в бою себя не проявляет: его единственная способность изменяет расу цели (имеется в виду фэнтезийная раса — прим перев.), и процесс этот занимает полмесяца. То есть даже если использовать её в бою, она не сработает сразу. Более того, меняется только раса. Навыки, которые привязываются к душе, способность удалить не может.

— Значит, я уничтожу тебя вместе с ними...

Что касается собеседования в гильдии о повышении до ранга S — Леон непременно там объявится. Он прибудет лично, чтобы испытать мою силу. А значит, я смогу выполнить требование для активации способности «Мутагенного клинка» — ведь для этого мне понадобится магическая сила моего врага.

— ...Вместе с феями, которых ты так стремишься защитить.

Леон, я сделаю тебя одним из них. А затем, когда ты станешь феей…

— Кха, кха-ха-ха, кха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха!!!

А-ах, жду не дождусь того момента, когда твоё лицо мучительно исказится в агонии.

Твоя участь предрешена. В любом случае, ты умрёшь. Но мне чертовски интересно, что же ты выберешь в конце.

— Ха-ха-ха, ха-ха, ха-а... Фу-у-у-у-ух...

И этот день вот-вот наступит.

***

Мы как обычно летели по светлому лесочечку. Пробивающийся сквозь кроны деревьецев солнечный свет был таким приятненьким, и мы, феи, совершали нашу ежедневненькую прогулочку.

— Э-э? А разве ты вчера не спал весь денёчек?

— Не-а! Вчера было соревнование по обжираловочке! Я скушал мно-ого-много мяса.

— Вра-атушки! Тебя же накормили мяском до отвала? И пузо у тебя потом так смешно раздулося.

— Соревнование по засыпанию было вчерашнего позавчерашне позавчерашнего вчера!

— Точно-точно. Тогда не все смогли заснуть, потому что в шкурке пушистой собачечки спать было гора-аздо лучше! Шкурка человечека ни-икуда не годилася!

«Точно-точно, ни-икуда не годилася!», — хором подтвердили остальные.

Так получается, прогулочка наша не ежедневненькая? Ну ладно, тогда пускай с завтрашнего денёчка будет ежедневненькой.

Вдруг послышался громкий стук — не звук из лесочечка, не звук монстрика, а звук, когда приходит новая игрушка.

— Игрушка пришла!

— Игрушка пришла!

— Игрушка пришла!

Мы втроём, включая меня, подняли ручечки.

— Будем спать?

— Играть в догонялки?

— Может, в прятки?

— Или покушаем?

Другим, кажется, было неинтересненько, и они собирались заняться чём-то другим. В последнее время было много человечеков, мы много игралися, и это совсем наскучило.

И мне тоже наскучило? Точно-точно? Но ведь из человечека получается такая интересненькая игрушка! Они же таки-ие глупенькие! Если застать их врасплох, поуправлять ими, а потом вернуть им разум, то можно таки-их приятных эмоций посёрбать.

— Идём, идём!

— Одни пойдём?

— Вперёд, вперёд!

На старт! Внимание! Ма-арш!

Мы втроём, включая меня, полетели сквозь лесочечек, огибая впитавшие много-много маны растущие деревьеца. И хотя это было ненужненько, делали вид, что изо всех силушек машем крыльями.

— Нашёлся!

— Нашёлся!

— Нашёлся!

Глядя с крон деревьецев, мы заметили с большим трудом ковыляющего по нашему лесочечку человечека — одетую в рваный плащик игрушку, тащившую на спине большущий мешочечек. Такие игрушки с давних пор забредают в наш лесочечек. Они приходят собирать целебненькие травы, впитавшие во время роста много маны.

Э? Но что-то не так? Что-то не так, как всегда?

«Мои дорогие мальчики, можете делать всё, что вам захочется — ведь мы те, кто защищает этот мир. Там, где растёт Священное магическое древо — наш райский сад. Забавляйтесь здесь вволю, наслаждайтесь, сколько душе угодно».

Бац! Мне вдруг вспомнилися слова нашей Королевы.

Я был немно-ожечко замечательнее остальных, и часто с ней разговаривал. Когда на нашем концертике я сыграл на музыкальном инструменте, сделанном из живого человечека, наша Королева со словами «у тебя прекрасный вкус» погладила меня по головочке, и я смог получить чуточку её благословения. С тех пор я с упоением играл с разными человечеками, и поэтому сегодня тоже как обычненько пришёл поиграться.

Но почему? Почему? Почему?

Я чувствую что-то странное.

Отчего мне хочется играть, но в то же время совсем не хочется?

— Давайте выбьем ему глаза?

— А затем нос оторвём?

Пока я остановился, забеспокоившись, что это за чувство такое, двое других немедля бросилися ловить человечека.

Человечеки были глупыми, и когда мы, не скрываясь, со смехом приближалися к ним, они глазели на нас и были такими беззащитненькими. Мы заводили с ними разговор, и пока они весело нам улыбалися, протыкали им глаза ручечками. От боли и неожиданности лицо у них становилося таки-им забавненьким, и вместе со смятением от них исходили очень-очень сладенькие для нас эмоции. Нямкать их было очень приятненько.

Обычно так и начиналась игра. Мы заставляли их играть в пятнашки с монстриками в лесочечке, бросали голышом в пещерку, кишащую ядовитыми жучками-паучками, заставляли нападать на родственников и друзей. Эмоции человечеков в такие моменты были для нас о-очень вкусненькими, высшим наслажденьицем, придававшем нам сил...

— Ребята, стойте!

Меня вдруг осенило.

Точно-точно! Королева ведь говорила! Иногда будут такие игрушки, с которыми мы на одной волне! Такие человечеки становятся феями как и мы, если захотят!

— Стоять?

— Стоять?

Услышав мои слова, они остановилися. Я вылетел вперёд и с радостным видом подлетел к человечеку. Может быть, у нас прибавится новый друг!

— Эй, эй! Человечек, человечек! — я весело окликнул его, но скрытый большим капюшоном человечечек не отвечал.

— А давай, а давай поболтаем? Ну же, ну же, открой личико-о! — сказал я ему, но он наоборот, схватился за кончик капюшончика и ещё ниже опустил головочку.

Длинные рукава? Чёрные перчатки? Ему не жарченько? С ним всё нормальненько?

А может, он просто меня не услышал? Голос был слишком слабеньким?

Если я подлечу прямо к лицу, тогда-то он уж точно заметит? Правда-правда?

— Да послушай же меня-а!

— Он тебя игнорирует?

— Не хочет слушать?

Я подозвал тех двоих, и мы, вцепившися в капюшон человечека, разом стянули его… и были захвачены.

Вместо головы под капюшоном обнаружился гладкий блестящий слизнюк. Он превратился в желеобразные щупальца, которые обви́лися вокруг нас от шеи до пят. И в тот же момент нас охватила жуткая боль.

— Хигья-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а!!!

— Айй?! Ай-яй-яй-яй-яй-яй-яй-яййййй!..

— Плавлюсь! Я плавглю-буэ-бгу?!. Ва-ва-ва-а… ба-ва, ва, ба… ва-а…

Словно льдинки в горячем песке, двое других в мгновение ока превратилися в бесформенные сгустки магической силы и растворилися в щупальцах.

— ...Почему?! Почему-почему-у?!

Моё тело тоже стало медленно растворятися.

Это странно, странно, странно.

«К-как же так?! Я же покрыл всего себя маной, так почему?!»

Благодаря благословению нашей Королевы я продолжал держаться, но всё равно понемножечку таял. Прекратив отчаянно выжимать ману, я сжался от страха.

— О, а этот с благословением. Надо же, как удачно.

Голос заставил меня содрогнуться и оцепенеть. В голове тревожно раздалося: «Берегись! Берегись! Берегись! Он опасен!» Благословение Королевы говорило мне бежать от него подальше.

«Что делать, что делать?! Нужно бежать, нужно бежать!!!»

В противовес лихорадочной спешке я всё больше чувствовал себя загнанным в угол.

«Точно! Неважно, что за существо, они нам не ровня!»

Мы поглощаем эмоции, мы поглощаем разум. Я просто должен делать то же, что и с другими игрушками.

«Даже человечеки, даже монстрики больше не могут двигаться после такого!..»

Чтобы поглощать эмоции, не требуется ничегошеньки сложного. Нужно лишь находящееся в сознании тело, пусть даже бесплотное, и связанная с ним душа. В общем, наши крылья, крылья фей — это сгустки энергии, так что если сейчас изо всех сил постараться разрушить его разум...

— Хигья-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а!!!

В этот момент все мои мысли были раздавлены чёрной-чёрной тьмой. Кончиком вытянутой магической силы я прикоснулся к нему и почувствовал тёмную-тёмную, цвета беспросветной тьмы эмоцию. Тёмный, невиданный мною разум представлял собой две с грохотом сталкивающиеся друг с другом огромные как скала глыбки, которые задевали всё вокруг и разносили всё на своём пути.

— ...Ха-а, вот дерьмо. Не смей ничего трогать, мразь!

— Агья-гья-гья-гья-гья-а-а-а-а-га-а-га-а-га-а!!!

Мне страшно, мне страшно, мне страшно.

Словно передо мной пасть пережёвывающего кости чудища.

«Почему у меня не получается сбежать?! Я ведь больше не лезу в него! Хватит, прекрати, отпусти меня, отпусти-и-и-и!!!»

Несмотря на то, что я отчаянно пытался сбежать, со всей моченьки стараяся убрать свою проникающую внутрь силу, всё равно не мог вырваться из этого мира внутри его чёрного как смоль разума. Он будто схватил меня и не отпускал.

Мои глаза были разбиты, мои уши разорваны, нос ссохся и отпал. Моя права рука и левая, левая нога и правая постепенно оторвалися от тела. Я, само моё существование распадалося и исчезало с каждой частью моего тела. Меня стирают, меня поглощают без следа. Я исчезаю, исчезаю, исчезаю...

— ...Не волнуйся, так просто я не дам вам не исчезнуть. На этот раз, несмотря ни на что, тщательно-тщательно, сколько бы раз этот мир не повторялся вновь, даже если придётся идти против него...

Почему-то в самую-самую последнюю минуту сознание не угасло, а моя исчезнувшая головочка снова выросла, будто регенерировала. И в отличие от первого раза, я увидел перед собой лицо обычного человечека… Нет, не совсем обычного. У него были чёрные волосы и чёрные глаза, такие тёмные-тёмные, как тьма в самой глубокой пещере.

— ...Я буду использовать вас, крушить и убивать до тех пор, пока от вашей души ничего не останется.

И тогда я понял.

Оставшаяся во мне эмоция была той самой, которую человечеки называют «отчаянием».

***

По дремучему неизведанному лесу брело чудище.

— Хорошо получилось собрать материалы.

Неестественный, похожий на хриплый, доносящийся словно из громкоговорителя голос, исходил от подрагивающего и колыхающегося «лица» поглотившего фей монстра. Однако голос этот звучал на удивление весело.

— И наконец-то освоился с ним. Я и не думал, что навык «Овладение слизетелом» окажется таким впечатляющим.

— Кью-пи!

— Да, ты здорово мне помог, Лизун.

Закончив бродить, монстр остановился и присел.

— Ладно, Лизун. Давай создадим следующего.

— Кью-пи-и!

После этих слов чудище прекратило принимать облик человека и вернулось к своей первоначальной аморфной форме слизня. Одежда упала и рассыпалась по земле. Хаотически извиваясь будто в агонии, желеобразное тело начало беспорядочно принимать красный, синий, жёлтый, зелёный, белый и чёрный цвет, и наконец, словно выталкивая изнутри, явило на свет ещё одного монстра. Монстра, вид которого не иначе как зловещим не назовёшь.

Глядя издали из какого-нибудь укромного уголка, его можно было принять за гигантское тело мужчины. У него были руки и ноги, а также развитое мускулистое туловище, к которому была прикреплена несоразмерно большая голова. Впрочем, то были единственные схожие с человеческими черты.

Из его тёмно-зелёной кожи сочилась и капала на землю прозрачная слизь, а из макушки росла верхняя половина маленькой куклы, созданной из тела феи. На шее, словно какое-то ожерелье, также висели останки феи, отчего обычный человек, взглянув на него, скорее всего не смог бы и сдвинуться с места от ужаса.

— Это тридцатый… Отлично, следующий тоже будет с навыком «Пожиратель ***».

Весело бормотавшее чудище-слизень уменьшилось раза в два. Оно втянулось внутрь разбросанной вокруг одежды и, вновь приняв человеческий вид, продолжило бормотать:

— Интересно, сколько ещё их получится сделать?

Свежесозданный монстр, сотрясая землю, направился в лес, однако ухмылявшееся ему вслед чудище, несмотря на то, что уже приняло человеческий облик, казалось куда более жутким.