Из-за тактики Эркюля по окружению практически все дворяне погибли, так как они были на передовой, отдавая указания. Те, кто оставил на командование наёмников или лишь вносили деньги, выжили; однако их сразу поймали солдаты Эркюля.

Адриан пытался найти убежище в Булгароне, но булгароны вместо этого схватили его и отправили к Эркюлю, чтобы отплатить свой долг.

А потом.... начался суд.

… "Давай вкратце, ладно? Скажи, почему ты замышлял восстание?"

"Э-это…"

Эркюль призвал дворян в Сенат и допрашивал их одного за другим. Под осуждающим взглядом судей, один из дворян ответил:

"Я-я хотел освободить Ваше Величество от когтей ваших зловещих приближенных…"

"Понятно. Итак, когда же Адриан провозгласил себя Императором?"

Дворянин потерял дар речи. Он суетливо качал головой, размышляя, как бы оправдаться.

Увидев его реакцию, Эркюль усмехнулся и сказал:

"Тебя обманули, верно?"

"О-обманули?"

"Тебя обманул другой дворянин, который богаче и владеет большими землями, чем ты."

На этом моменте дворянин осознал, к чему клонит Эркюль.

“В-все верно!! Меня полностью обманули!!”

"Кем. Назови мне его имя."

"Предатель, который меня обманул, это..."

— Дворянин оживлённо возложил всю вину за свой проступок на другого дворянина, который был более могущественным, чем он сам. Сенаторы устремили на него презрительные взгляды.

“В соответствии с законом, измена должна караться смертной казнью и лишением дворянского статуса. Но твой дом служил роду Юлианос на протяжении многих поколений. С моей стороны было бы дурным тоном игнорировать эти достижения и казнить тебя, разрушить твой дом, конфисковать твоё имущество и выбросить членов твоей семьи и вассалов на улицу.”

— Сказал Эркюль с преувеличенной драматичностью:

"Я приговариваю тебя, главу семьи, к тридцати годам каторжных работ. Твоя жена, дети и вассалы оправданы. Тебе также придётся заплатить штраф в размере..."

Эркюль небрежно определил наказание дворянина. Это было удивительно снисходительно к тому, кто замышлял восстание.

"На этом все."

“Понятно… Я очень благодарен Вашему Величеству Императору за снисходительное решение. Я никогда не забуду этот долг.”

"Конечно, конечно. Есть ещё другие люди, ожидающие суда."

Долг или что-то в этом роде, он всё равно забудет об этом через три года, наблюдая, как дворянина быстро уводят.

"Хорошо, следующий. Ты..."

— После этого Эркюль продолжал задавать вопросы мелким и средним дворянам, были ли они обмануты, побуждая их свидетельствовать, что их обманули великие дворяне, затем давая им легкие наказания.

Почему Эркюль так поступал? На это есть несколько причин.

Во-первых, убивать слишком много дворян – плохая идея. Не следует искоренять все дворянские кланы, участвовавшие в мятеже, чтобы ограничить влияние дворянства. Просто другие дворяне заполнят вакуум власти, и оттуда появятся новые великие дома.

Кроме того, в восстании принимали участие в основном дворяне не-эльфийского происхождения. Они составляли лишь небольшую часть всей не-эльфийской знати… Но если Эркюль накажет их слишком сурово, не-эльфийская знать потеряет влияние, и, следовательно, усилилось бы эльфийское. Эркюль не был сторонником превосходства эльфов.

Если Эркюль слишком сильно подавлял бы не-эльфов, они вполне могли бы стать искрой новых бед. Для него было бы лучше дать им немного душевного спокойствия.

Вторая причина заключалась в том, что мелкие и средние дворяне не представляли угрозы. Они уже израсходовали все свои средства в последней войне; они сами придут к разорению, если Эркюль ничего не предпримет. Взыскание с них штрафа было более чем достаточным для ограничения их власти.

Поэтому Эркюль отпускал их, ограничившись лишь фиксированным штрафом и сроком тюремного заключения.

А третьей причиной был...

"Давайте следующего…"

На трибуне стоял выдающийся дворянин из высшего руководства фракции Адриана. Этот человек обладал огромной властью и богатством среди не-эльфийской знати, и даже имел влияние на центральное правительство. Его влияние было настолько велико, что только Эркюль мог пренебречь им.

По какой-то причине этот великий аристократ выглядел величественно и помпезно. Вероятно, он думал, что какое бы наказание он ни получит, до смертной казни дело не дойдёт. Что его клан не будет упразднён; в лучшем случае он заплатит крупный штраф и просидит в тюрьме около десяти лет.

Почему он мог так думать? Это легко объяснить.

Он знал, как Эркюль выслушивал просьбы о снисхождении и пощадил большинство дворян.

Многие дворяне, даже некоторые из фракции Эркюля, имели связи или были в долгу перед ним. Если Эркюль был внимателен к дворянам своей фракции, то он не имел бы выбора, кроме как обращаться с этим человеком снисходительно.

Вот почему великий дворянин был так уверен в себе. Он открыл рот, небрежно начав объясняться.

"Я..."

"Я лишаю тебя прав и всех привилегий."

— Эркюль незамедлительно прервал его, чтобы объявить свой вердикт.

Э? На лице великого дворянина появилось выражение удивления… которое тут же побледнело.

В Лемурийской империи лишение прав было ещё более тяжким наказанием, чем смертная казнь.

В принципе, быть казнённым через обезглавливание было почётным способом ухода для дворянина.

Но имперская опала – это другое. Человек, подвергнутый этому наказанию, терял все свои юридические привилегии и владения на территории империи. Включая свою честь.

Вы, вероятно, думаете, что это все равно лучше, чем оказаться на плахе, не так ли? Но это слишком наивно.

Осуждённому, приговорённому к смертной казни, были гарантированы его законные права, честь и социальный статус; его казнь будет проведена максимально безболезненно.

Но когда речь идёт о живом мертвеце, лишённый прав... Легко догадаться, что произойдёт с таким человеком.

Что ещё страшнее... Это значит, что тело погибшего после лишения прав будут сожжено.

Кремация, как ни странно, является обычной практикой в Японии. Но с точки зрения мессианской веры, мёртвый человек, тело которого было кремировано, не попадёт в рай, а попадёт в чистилище.

Смерть уже была достаточно пугающим наказанием. Но быть сожжённым после смерти было ещё более ужасно.

"П-Подождите!! Я..."

"Стражники, выбросьте этот мусор. Следующий уже ждёт."

По приказу Эркюля стражники утащили великого дворянина. Это сильно отличалось от того, как они обращались с другими дворянами… Они как будто выбрасывали останки насекомого из окна.

Именно так — с самого начала целью Эркюля были великие дворяне, с которыми нельзя было просто так провести судебное разбирательство.

Заставив мелких дворян возложить всю вину на них, никто не смог бы возразить, даже если бы Эркюль сурово наказал их. Кроме того, дворяне, однажды предавшие своих союзников, не посмеют снова сговориться. Сделать их параноиками было ещё одной его целью.

Эркюль равнодушно разбирался с великими дворянами. Мелкие нарушители были лишены всех своих имуществ и отправлены в тюрьму; других казнили. Наиболее несчастные были лишены своих прав.

Таким образом, в общей сложности двадцать великих домов исчезли в Лемурийской Империи.

И так, единственным кто остался в списке, был...

"Итак, Уважаемый Старший Брат. Нет, предатель Адриан. Есть ли у тебя что-нибудь в своё оправдание?"

— Эркюль допрашивал последнего обвиняемого, Адриана.

“Оправдание?”

С бледным выражением лица, Адриан обратился к Эркюлю.

"Хм, может кто-то обманул тебя, например..."

По правде говоря, Эркюль не собирался убивать Адриана. Он не чувствовал в этом необходимости.

Адриан сам по себе имел мало власти. Эркюль уже основательно очистил великую знать. Мелкая знать теперь была слишком параноидальная, чтобы сговариваться вместе, и даже если бы они каким-то образом смогли бы объединить свои силы, было бы сомнительно, сколько сил они смогли бы собрать.

Эркюль считал, что лучше пощадить жизнь Адриана и просто запереть его куда-нибудь. Они были более или менее кровными братьями. Его убийство принесло бы репутации Эркюля больше вреда, чем пользы.

Однако он не собирался просто так отпускать Адриана. Эркюлю все ещё приходилось сохранять лицо.

Минимальным условием было...

Он должен был полностью подчиниться Эркюлю. Он должен был признать свою ошибку. Он также должен был всячески обвинять великих дворян.

Только эти три условия.

"Я... Я..."

Поворчав некоторое время, Адриан сказал Эркюлю:

"Ваше Императорское Величество. Я-Я был не прав. П-пожалуйста, пощадите мою жизнь..."

"Разумное решение."

— Эркюль улыбнулся и приговорил Адриана к пожизненному заключению. Про себя он подумал:

(Как я и обещал вам, Ваше Высочество Вдовствующая Императрица, я изо всех сил постарался пойти на компромисс.)