Появился Камия Сидо.

Он использовал телепортацию и остановил копьё Илиады своим мечом.

Его выражение было непоколебимо. Сдаваться он не собирался.

Их взгляды сошлись, извергая искры.

Мышцы трещали от прилагаемых усилий.

— ... Что?.. — в изумлении сказала Ренар, не ожидая такого.

Парень стоял к ней спиной и вкладывал в своё тело ещё больше маны, чтобы усилить себя.

— Не переживай, — решительно продолжал он.

Ощущая разницу в силе между собой и Илиадой, он подавил страх.

И продемонстрировал свою решимость.

— Я не позволю тебе умереть. Ни за что.

После этих слов сверкнула молния.

Прозвучал оглушительный рёв. Илиада без колебаний выпустил копьё и защитился белыми крыльями. Прозвучал взрыв, но белые крылья не пострадали.

Использовав импульс, полученный от молнии, Илиада отступил. Приземлившись и приготовившись продолжать, стальными глазами он посмотрел на Сидо.

Подчинённые ангелы начали окружать парня, но им помешали Рена и Милли.

Воцарилось ледяное напряжение.

Все молчали.

— ...

Мана ещё была. Они могли продолжать драться.

Что надо сделать — очевидно.

Сорвать этот глупый эксперимент.

Спасти Ренар и освободить короля зверей от «обожествления».

После всех перипетий в голове стало невероятно ясно.

Конечно это трудно.

Сидо не выказывал эмоций, но ангел смерти пугал, и ноги окаменели от страха перед смертью.

И, принимая это, Сидо хотел помочь.

Это чувство было настоящим. И потерять его он боялся сильнее всего.

Сидо ещё крепче сжал меч.

— Рена. Милли, Лилит. Простите, могли бы вы отойти...

— ... Ага, как же. Это мой отец. И я его спасу.

— Я не из тех, кто просто бросит своего ученика.

— Я... Как бы сказать? Хочу сражаться вместе.

Ожидая такого ответа, Сидо усмехнулся. Только Лилит немного колебалась. Похоже поняв это, она слегка покраснела.

Про Вульфена вообще можно было не говорить. Он служил хозяину. И будет действовать как правильнее.

Он зарычал, указывая на своё решение.

Илиада тем временем получил от ангела другое копьё и с сомнением проговорил:

— ... Всё же я не понимаю твоих действий.

— ...

— Зачем тебе спасать её?

Он говорил так же холодно.

— Зачем тебе вмешиваться в проблемы зверолюдов? Это ничего тебе не принесёт.

— Я сражаюсь не для того, чтобы что-то получить.

— И зачем?

— Затем, что я нашёл то, что не хочу потерять, — решительно ответил Сидо.

Илиада нахмурился и заговорил, ничего не понимая:

— ... Ты же только пришёл в деревню зверолюдов. Девятихвостую вообще видишь впервые. Ты просто не мог привязаться к ним.

— Даже если так.

Сидо приготовил меч.

— Если я хочу помочь, я помогаю. Чтобы сражаться, этой причины мне достаточно.

— ... Понятно, — Илиада вздохнул.

На этом всё. Сидо — обычный старшеклассник. У него нет великой цели. Он просто не отворачивался от чувств, возникших в нём, даже не думал об этом.

Он помнил человека, которым восхищался, следовал за чувствами и придерживался своих убеждений.

— Детский ход мыслей. Долго ты собираешься нести подобную чушь?

— Пока не умру.

На этом разговор подошёл к концу.

Не сговариваясь, они шагнули вперёд. Сидо взмахнул невероятно быстро облегчённым «небесным мечом», и резко увеличил вес до максимума. А Илиада решительно ткнул своим копьём.

Раздался лязг металла. Началась борьба за жизнь.

***Ангелы вокруг тоже стали действовать.

Милли внимательно следила за ними.

Хаяма Сю прислонился спиной к стене. Своим видом парень показывал, что твою роль он исполнил. Похоже сдерживая Сидо, он потратил много маны. К тому же он был не так силён.

Кагеяма Рей просто исчез. Похоже с помощью уникального навыка. В хаосе битвы врага хуже него не найти. Но способа противостоять ему не было.

Айзек всё так же сидел на земле. Он скучающе зевал. Узнав, что Кайзера обманули, он решил просто посмотреть, кто победит. И так как его изначальной целью было заполучить короля зверей, он не собирался никому помогать.

«... Ситуация для нас крайне неблагоприятная».

Милли посмотрела на десяток приближавшихся ангелов.

— «Подконтрольная территория».

Кожа Милли покрылась мурашками, когда она тонким слоем распределяла ману.

— Пусть вы и ангелы, но вам далеко до вашего командира. Суда по движениям вы простые исследователи!..

Затанцевала магия. Она расправлялась со всяким, кто ступал на земли повелевающей.

«Луч магического света» так же привнёс сумятицу в ряды врагов. Пусть контроль был ужасным, сила была такой, что даже Милли было страшно. Это не давало возможности для ближнего боя.

«Справимся...»

Они были в меньшинстве, но ангелы просто решили выиграть время.

Милли не просто так звали авантюристкой сверхкласса. Ангелы без подготовки не могли выстоять против неё. Пусть численность была не на её стороне, проигрывать она не собиралась.

Но было две проблемы.

То, что Сидо, стоявший в центре против Илиады, был пока недостаточно силён.

И Рена, вставшая напротив короля зверей.

— Рена!..

Пусть это и было глупо, но король зверей — её отец.

К тому же она сказала, что хочет сама его спасти.

Стоит довериться ей? Если бы как-то можно было отменить воздействие промывки мозгов.

А Милли старалась разобраться с ангелами перед ней.

И молилась за успех Рены.

***— Папа!..

Рена Ранзвик стояла перед «обожествлённым» королём зверей, Гаретом Ранзвиком.

Это был монстр в форме огромного тигра с расправленными серыми крыльями. Его чёрная плоть неестественно выпирала, казалось, что поддерживать такое состояние невозможно.

Его безвольный взгляд пронзал Рену. И девушка вздрогнула.

Отец признал её существование.

Но она для него была не боле чем «человеком». Он не понимал, что Рена его дочь.

Это всё ещё был эффект промывки мозгов Кагеямы. Скорее всего это связано с уникальным навыком «превращение в духа».

— Прийди в себя... — её голос дрожал, а монстр-тигр никак не реагировал. Вероятно потому, что сражавшийся с Сидо Илиада не отдавал ему указания.

Рена вздохнула и хлопнула себя по щекам.

«Соберись... Я».

Ей удалось успокоиться.

Нельзя и дальше позволять себя защищать. Сидо сейчас сражается.

А значит и Рена должна.

Как член семьи она обязана вернуть отца.

Но что конкретно надо сделать?

Рена думала.

Она ничего не знала про «обожествление», но ей было знакомо «превращение в божественного зверя», которое передавалось в их семье.

Эти два элемента сделали короля зверей «богом».

А значит... Если остановить «превращение в божественного зверя», он может стать прежним.

Сделать это можно было, лишив маны. У короля зверей не так много маны, но её хватит на час.

«Но даже если получится справиться с состоянием «бога», это не отменит промывку мозгов...»

Техника промывки мозгов Кагеямы впечатляла. Чтобы добиться такого эффекта, пришлось потратить много времени.

Однако.

«... Бесполезно. Я не знаю, как с этим справиться», — она скривилась от обиды и стиснула зубы. Ей казалось, что сердце разорвётся от тревоги, но она сдерживала слёзы.

Ведь это было бы доказательством того, что она уступила себе.

— Звериный бог.

И тут.

— Убей свою дочь.

Сражавшийся с Сидо Илиада принёс отчаяние.

— Отец?..

Миг.

Монстр-тигр стремительно приблизился и отшвырнул её, взмахнув лапой.

Прозвучал громкий удар, и девушку отбросила на несколько десятков метров.

Она врезалась в стену, оставив после себя трещины, и упала на землю.

Острая боль пронзила мозг. Ей казалось, что трещат все кости в теле.

Но в результате на губах упавшей Рены появилась слабая улыбка.

— Только что... Папа, твои атаки... Замедлились?..

Хрупкое тело было в ушибах, изо рта текла кровь, Рена говорила, тяжело дыша.

— Всё же... В тебе... Сохранилось сознание... Но ты... Не можешь контролировать своё тело... Это непросто...

Она услышала встревоженный крик Сидо.

Он притворялся спокойным, но на деле был не таким. На лице девушки появилась слабая улыбка.

Похоже в теле ещё остались силы.

Вшух.

Качаясь, она поднялась.

Она вспомнила детство.

Как выглядел Гарет, когда гладил её по голове.

То, как отец поддерживал семью.

Как он весело улыбался, выпив.

Точно калейдоскоп в голове всплывали и пропадали разные образы.

А ещё он был старостой, и как никто желал защитить деревню, а ещё пытался уничтожить своими руками врагов.

Рена всегда наблюдала за ним.

Король зверей, отец, староста деревни, он старался ради всех.

И она не могла простить подобного.

Нельзя давить плоды чьих-то стараний.

Кипящий гнев распалил угасающее сознание. Он дал Рене силу.

Она не могла проиграть здесь.

Она должна заставить отца пробудиться.