«Кажется, на меня ещё никогда в жизни не смотрело столько глаз», — вдруг подумал Юма, но тут же сказал себе, что это не так.

Он проучился в начальной школе «Юкихана» уже пять лет и два месяца. За это время ему приходилось показывать классу проекты, заданные на летние каникулы, и делать доклады на классном часе о делах своего комитета. В прошлом учебном году его сочинение на тему «Самоутверждение мальчиков» почему-то объявили лучшим в классе и заставили вслух зачитать перед всей школой. По сравнению с тем случаем его нынешняя аудитория была раз в десять меньше. И всё же…

Юма вытер вспотевшие руки о штаны и обвёл взглядом всех одноклассников кроме Савы и Конкэна. Двадцать человек, но ни одного спокойного лица. В глазах можно было заметить озадаченность, смятение, возмущение, беспокойство, страх, нервозность… и капельку надежды. Весь класс уже знал, что отряд Юмы победил огромное чудовище, и наверняка думал, что ему под силу найти выход из положения.

Увы, Юма не мог оправдать их надежды. Вместо этого он должен выложить на стол другие факты — что из «Альтеи» невозможно выйти и что в ней наверняка далеко не один монстр.

— Эй, хватит уже нагонять. Скажи хоть чего-нибудь! — раздражённо крикнул Тэруки Сугамо, так и оставшийся сидеть за столиком.

— Да-да, мы не хотим терять время попусту! — поддакнула Ария Мисоно.

Кай Кисануки промолчал. Даже его глаза всегда оставались в тени длинной чёлки.

Бросив беглый взгляд на эту троицу, Юма глубоко вдохнул и начал:

— Как вы, наверное, уже заметили, в «Альтее» сейчас творятся ненормальные вещи, — мальчик обвёл взглядом двадцать притихших одноклассников и продолжил неровным голосом: — Ватамаки стала чудовищем, по зданию бродят гигантские монстры… Одного, который пытался пробить баррикаду, мы как-то смогли победить, но нам кажется, должны быть и другие такие же. Если нападёт ещё один, эта преграда его не остановит.

— Скажи уже прямо: как вы завалили ту громадину?! — раздраженно выпалил скейтбордист Хокари.

Его товарищ Сэра собирался что-то добавить, но вдруг вмешался ещё один голос:

— Раз так, почему нам не уйти из «Альтеи», пока не пришли новые монстры?

Этот вопрос задала девочка в очках и с двумя свободными хвостиками чуть ниже плеч. Томори Симидзу, шестой номер в журнале. Она состояла в библиотечном кабинете и часто читала трудные для понимания книги. Хотя линзы клеста корректируют зрение, она всё равно носила очки и никогда не отвечала, для чего. Не то, чтобы Юма спрашивал об этом лично, но знал от Наги.

Ещё несколько одноклассников энергично закивали, услышав слова Томори. Некоторые даже привстали, словно собираясь направиться к выходу сию же секунду. Однако Томори вновь заговорила предельно спокойным и рассудительным голосом:

— Полагаю, Асихара допустил существование других монстров из-за того, что Фудзикава и все остальные, кто поднялся на третий этаж, так и не спустились. Да, я тоже переживаю за них, но мы всего лишь дети, и пытаться всё решить нашими силами — это сумасшествие. Я считаю, нужно выйти и позвать взрослых.

Томори всегда была тихоней и даже на переменах почти не разговаривала, но сейчас привела настолько логичный и убедительный довод, что даже крикливый Сугамо не стал ничего возражать. «Эх, вот бы я мог с тобой согласиться!» — подумал Юма и ответил:

— Увы, не получится. После победы над тем шипоголовым чудовищем мы сходили проверить вход. Автоматические двери не открываются, их стёкла совершенно чёрные и даже не дрожат в ответ на удары.

Обрамлённые очками глаза Томори сузились, послышался ропот других детей. Следом раздался хамоватый голос — естественно, он принадлежал Сугамо:

— Ещё бы! Тебе, дохляку, ни за что не разбить бронированное стекло на дверях. А вот я или Оно его бы махом…

— Не мне. Это Конкэн не смог даже поцарапать стекло своим молотом.

Договорив, Юма перевёл взгляд на друга. Конкэн вышел вперёд и поднял перед собой Молот задиры. Едва ли одноклассники осознáют, что это награда за победу над чудовищем и оружие в игровом смысле этого слова, но они наверняка проникнутся размером и весом предмета.

Оно, которому только что не удалось поднять молот даже на сантиметр, покосился на Сугамо и сказал:

— Я ему верю. Тем более, если бы двери работали, в «Альтею» бы давно забежали взрослые — охранники там, полиция.

— Тоже верно, — с лёгкостью согласилась Томори Симидзу, которая и выступила за немедленное бегство.

Юма удивился и подумал, что Сугамо не помешало бы поучиться у неё сговорчивости. Затем вернулся к своему рассказу:

— Скорее всего, дверями дело не ограничивается. Все стёкла в фойе стали такими же чёрными и непрозрачными, а клест не может подключиться к сети. Думаю, мы не сможем выйти из «Альтеи» пока не поймём, что произошло.

Когда Юма сказал заветные слова, Томори поджала губы, Сугамо сильно поморщился, а остальные одноклассники застыли с ошарашенным видом.

«Не сможем выйти».

Эти слова часто встречаются в сюжете манги и игр, но оказалось, что в реальности свыкнуться с такой ситуацией совсем не просто. Даже Юма, который трогал чёрные стекла своими руками и видел, как легко они держат удар молотом, еле мирился с этой мыслью, а уж одноклассникам для понимания тем более вряд ли хватит одних только слов.

— Если кто-то ни в какую не хочет мне верить, я потом найду время сводить вас к двери. Но сейчас есть дела поважнее — защита этого драгоценного укрытия и получение силы, которая в этом поможет.

Юма перевёл дыхание, готовясь перейти к самой важной части выступления, однако Тэруки Сугамо вновь решил перебить его. Громко цокнув языком, он бросил с откровенной враждебностью в голосе:

— Хорош уже тянуть! Ты, наверное, хочешь заговорить нам зубы и начать командовать, но вы сюда добрались последними. Это я, ваш староста, первым нашёл магазинную секцию и придумал сделать из неё укрытие. Поэтому очевидно, что принимать все решения тоже должен…

Сугамо не договорил, потому что Юма резко вскинул руку. Первый по-прежнему сидел за столиком, второй стоял в самом центре секции. Но хотя между ними было около пяти метров, Сугамо всё равно слегка отклонился назад, словно решив, что рука Юмы представляет какую-то опасность.

«Невероятно, но интуиция у него, кажется, на высоте», — подумал Юма и произнёс стихийное слово ветра:

— Вентус[1]!

Перед растопыренными пальцами появился светло-зелёный шарик и подсветил всю магазинную секцию. Сугамо резко подался назад, не удержал равновесие и грохнулся со стула, однако все остальные даже не посмотрели в его сторону.

Одноклассники выпучили глаза, послышались сдавленные возгласы. Демонстрация уже получилась довольно убедительной, но Юма решил довести начатое до конца, чтобы никто не подумал, что он припрятал светодиод.

— Авис[2]!

Он выкрикнул формирующее слово, и шарик превратился сначала в бурлящий вихрь, затем в маленькую птицу. Юма собирался применить «Ветровую пташку», бытовую магию стихии ветра. Она практически не наносила урона, но с её помощью можно отвлечь монстра или уронить далеко стоящий предмет.

Юма покрутил головой и выбрал в качестве мишени одну из сдвинутых к стене витрин.

— Игнис!

Услышав запускающее слово, зелёная пташка резко вспорхнула. Она пролетела прямо над головой Томори Симидзу, ударилась в верхнюю часть витрины и растворилась в воздухе. С витрины упала декоративная подушка в виде здания «Альтеи» и плюхнулась на пол.

Представление Юмы уже подошло к концу, но одноклассники продолжали молчать. Наконец, послышались перешёптывания:

— Это ведь… была магия? Из «Акмеджика»?

— Ага… Я сама в игре её применяла…

— Но ведь мы в реальном мире… Это точно не фокус?

— Либо так, либо дополненная реальность клеста…

Сомнения младшеклассников развеял голос Томори, вставшей точно напротив Юмы:

— Я почувствовала ветер, — сказала она, коснувшись пальцами щеки. — Сам по себе клест не поддерживает осязание, так что если воздух двигался, это уже не дополненная реальность. И даже если ты использовал светодиод и вентилятор, то неясно, откуда взялась птичка и почему упал предмет. Это был не фокус… а настоящая магия.

Томори договорила и сверкнула очками. Никто не пытался ей возражать. Сугамо до сих пор сидел на пятой точке с разинутым ртом, и даже его прихвостни Ария Мисоно и Кай Кисануки хранили молчание.

Следующим заговорил баскетболист Ёити Оно:

— Неужели… вы убили того громилу с помощью магии? Или не только его… Вот как вы победили Ватамаки?.. В смысле, тоже убили?

— Нет! — торопливо возразил Юма, пока одноклассники не загудели. — Да, мы убили того монстра, который пытался сюда ворваться, но не Ватамаки. Мы использовали магию, чтобы… остановить и обезвредить её. Я собираюсь найти способ исправить то, что с ней случилось.

Он не смог признаться, что поймал Сумику заклинанием и запер внутри карты, а ограничился лишь пространными словами «остановить и обезвредить», но к счастью никто не потребовал уточнений. Строго говоря, троица победила Конусоголового задиру не столько магией, сколько спиртом, но такие подробности можно рассказать и позднее. Пока что важнее всего подготовить одноклассников к тому, что необходимо взять игровые классы.

Услышав заявление Юмы, Оно несколько раз переменился в лице и, наконец, выдавил с надеждой в голосе:

— Исправить?.. Это можно исправить?

— Я не могу обещать, что верну прежнюю Ватамаки. Но мне кажется, способ есть. Я в это верю.

Юма ответил честно, без капли притворства. По-видимому, Оно это понял, потому что испустил протяжный вздох и медленно кивнул.

— Ладно. Доверюсь тебе, Асихара. Говори, что делать.

— Спасибо, Оно, — ответил Юма, борясь с приступом застенчивости, затем посмотрел на других одноклассников.

Хокари, Сэра и Томори Симидзу не собирались возражать. И не в обиду остальным будет сказано, но заручиться поддержкой этой четвёрки — всё равно что получить власть над всем классом. Конечно, для девочек главный авторитет — вовсе не Томори, а Рэн Фудзикава и Кёка Тэрагами, но они обе оказались в числе тех пятнадцати детей, которые поднялись на третий этаж.

Разумеется, оставался ещё один повод для беспокойства — Сугамо и его друзья. Однако у Юмы появилось ощущение, что многие в классе уже недовольны эгоизмом старосты, который тот не стеснялся проявлять даже в сложившихся условиях. Да и Арию Мисоно, которая будучи модницей занимала весьма высокое положение в иерархии девочек, одноклассницы считали выскочкой.

Юма вовсе не хотел устраивать междоусобицу за власть над классом, но о таких вещах приходилось задумываться, ведь впереди получение игровых классов. Если те одноклассники, которым достанется боевая магия и прочие сверхъестественные способности, захотят самовольно испытать их в деле, то могут случайно разрушить самодельное укрытие. Юма, Сава и Конкэн должны контролировать своих товарищей, пока они не осознают происходящие, не свыкнутся с ним и не придут в себя.

Ещё раз обведя класс взглядом, Юма заявил:

— Ну что, теперь я вам расскажу, как использовать магию.

Все жадно впились в него взглядами, даже раненые и лежащие на покрывалах Томонори Тада и Синта Айда. От гробовой тишины заложило уши, и Юма вдруг безо всякой причины разволновался. Ему почудилось, будто он упускает из виду нечто важное.

И всё-таки тянуть больше нельзя. Юма крепко сжал кулаки и прогнал непрошеное беспокойство.

— Мы называем это получением класса. Когда вы это сделаете, ваши клесты изменятся и вытянутся до локтя, — начал он с последнего предупреждения. — При этом руке может стать горячо, но потерпите, ожога не будет. Ладно… нажмите на иконку Actual Magic на виртуальном рабочем столе.

Харуки Хокари вытаращил глаза, услышав этот приказ.

— На иконку «Акмеджика»?.. Но она же запускается только в каликулусе.

— Ничего, просто попробуй нажать, — попросил Юма, но одноклассники всё равно лишь нервно переглянулись.

Сугамо неприкрыто наблюдал и выжидал. Даже Оно — и тот будто не понимал, что от него хотят.

Первой подняла руку Томори Симидзу. Тонкий указательный палец поправил очки на переносице, скользнул вниз и влево… и замер. Девочка подняла левую ладонь, приставила к правой и лишь тогда нажала на незаметную для Юмы кнопку.

Клест на левой ладони Томори вспыхнул ярко-зелёным.

— М… а… — тихо обронила девочка.

Лица остальных одноклассников стали ещё взволнованнее, но некоторые из детей тоже нажали на иконки, словно желая быть в числе первых. Именно так поступил и Оно. Его клест немедленно вспыхнул красным, и мальчик издал тихий стон. Однако затем тут же крикнул:

— Н-ничего, ерунда! Да, горячо, но терпимо!

Эти слова помогли наблюдавшим одноклассникам решиться, и они один за другим потянулись пальцами к иконкам. Полумрак секции окрасился разноцветными огнями, вопли девочек и крики мальчиков эхом отражались от потолка. Троица за столиком тоже запустила игру, и если Сугамо и Ария визжали во весь голос, то Кай Кисануки лишь меланхолично смотрел на собственную руку, объятую серым пламенем.

На превращение всех клестов, включая те, что принадлежали пятерке раненых, ушло немногим более трёх минут. Когда погасли последние отблекски, в магазинной секции вновь воцарилось молчание. Обведя взглядом двадцать ошалелых школьников, Юма сказал:

— Теперь вы все не просто младшеклассники, а ещё и представители тех классов, за которых играли во время теста Actual Magic. Видите, вверху слева появилась шкала хит-пойнтов?

Дети дружно перевели взгляды, затем вновь посмотрели на Юму.

— Те из вас, кто стал магом или жрецом, могут пользоваться заклинаниями, воины стали гораздо сильнее, а воры и охотники быстрее и проворнее. Правда, как вы наверняка догадываетесь, восстановить ману после использования заклинаний будет нелегко, так что пока проверьте магию только стихийными словами.

В ответ некоторые из одноклассников опробовали слова «Фламма», «Глакиес[3]» и «Люмин». Вспыхнули разноцветные огни, на десять секунд осветив детские лица, затем пшикнули и погасли.

— Да ладно?.. — хрипло обронил Оно.

Он, скорее всего, играл за воина, а не за мага, поэтому подошёл к Конкэну и протянул руку, собираясь испытать свою новую силу.

— Дай ещё раз попробую твой молот.

— Ага, только не урони.

Конкэн не колебался ни секунды и протянул Молот задиры рукоятью вперёд. Оно сжал её обеими руками, осторожно поднял… и плавно поводил перед собой с изумлением в глазах. Оружие, которое недавно он не мог даже оторвать от пола, вдруг стало достаточно лёгким, чтобы им сражаться.

— Да ладно… — повторил Оно, осознавая случившееся, и вернул молот. Затем повернулся к Юме и виновато добавил: — Прости, что назвали тебя монстром, Асихара.

— Ничего… Любой бы так отреагировал, — ответил Юма.

Оно кивнул и вернулся туда, откуда пришёл. Остальные одноклассники, судя по их виду, тоже уже поняли, что их не обманывают, хотя удивляться наверняка будут ещё долго.

Итак, Юма выполнил важную задачу: помог всему 6-1 классу получить игровые классы. на очереди укрепление обороны этого укрытия при помощи новообретённых сил.

В их рядах теперь гораздо больше бойцов, чем раньше, но если на детей нападёт ещё одно чудовище, сравнимое по силе с Конусоголовым задирой, его будет крайне трудно победить без потерь ранеными. Нужно срочно усилить баррикаду, чтобы никто не смог так просто попасть в магазинную секцию… Но перед этим есть ещё одно более важное дело.

— Попрошу внимания! — громко выпалил Юма.

Внимание галдящей детской толпы вновь переключилось на него. «Надо к этому уже привыкнуть, и поскорее», — подумал мальчик, продолжая воззвание:

— Поднимите руку те, у кого класс жреца!

Первой просьбу исполнила Томори Симидзу. Затем робко поднялась ладонь девочки с короткими волосами, которая ухаживала за ранеными — правда, пока что она могла лишь вытирать кровь смоченной тканью. Третьим откликнулся упитанный мальчик.

И… всё.

— Только троё?.. — пробормотал Конкэн рядом с правым ухом.

Юма тоже надеялся, что их будет хотя бы пятеро-шестеро. Впрочем, с другой стороны, в Actual Magic целых семь игровых классов: воин, маг, жрец, вор, охотник, торговец и монстровик. Если разделить двадцать на три, получится даже меньше трёх, так что какие могут быть жалобы на нехватку жрецов?

Девочку звали Аой Сога, восьмой номер в журнале. Мальчика — Такэси Моро, тридцать девятый номер. Вместе с Симидзу они — та опора, на которой держится всё укрытие. Именно их нужно будет защищать в первую очередь, если на класс нападёт ещё один монстр. Но, возможно, некоторым школьникам такой приказ покажется несправедливым, так что первым делом нужно продемонстрировать, почему эта троица так важна.

— Хорошо… Симидзу, Сога и Моро — вам всем сейчас должна быть доступна магия. Займитесь лечением раненых, — попросил Юма.

— А… — Томори моргнула. — Понятно. Им же можно помочь магией…

Она кивнула, развернулась и подбежала к паре раненых, которых уложили рядом с кассами. Насколько мог судить Юма, больше всего пострадал Синта Айда, двадцать второй номер в журнале. Судя по оторванному рукаву футболки и исполосованной руке, он попал под когти Сумики Ватамаки. Его руку перевязали жгутом из белого полотенца, но кровь всё равно текла.

Айда тоже запустил игру, поэтому должен был получить прибавку к характеристикам, однако раны и травмы реального мира всё равно наверняка исчезают не так легко, как лечится урон у персонажей Actual Magic. Как и покойный Юкихиса Миура, Айда считался в их классе весельчаком, но шутил в меру и помимо этого состоял в радиовещательном комитете.

Томори Симидзу поёжилась, увидев покрасневший жгут, но не застыла и опустилась на корточки рядом с Айдой. Она поднесла обе ладони к плечу мальчика и с долей неуверенности сказала:

— Сакра.

Рисунок клеста, растянувшийся от ладони почти до локтя, вспыхнул изумрудным. Перед ладонями появился белый шарик.

Увидев его, Юма озадачился. Когда Сава лечила его после битвы с Сумикой, она тоже начала со святого стихийного слова, однако тогда огонёк был розовым. Впрочем, цвет святой стихии — как раз белый, и свет перед Томори как раз правильного цвета.

Девочка сощурила глаза за очками и продолжила формирующим словом:

— Премис[4].

Белый огонёк закрутился небольшим вихрем. Юма сразу понял, что видит «Святое исцеление» — заклинание, доступное только жрецам. В отличие от «Целебных капель» Савы, которыми нужно поить раненого игрока, этим заклинанием достаточно просто попасть в цель, причём сделать это можно с большого расстояния. Правда, у него нет самонаведения, так что приходится тщательно целиться, но уж с такого расстояния Томори точно не промажет.

— Фюзионе.[5]

Как только раздалось выпускающее слово, световой поток вытянулся и коснулся плеча Айды. Мальчик вздрогнул, но его лицо тут же расслабилось, а изо рта вырвался вздох облегчения.

Через несколько секунд свет погас. От видневшейся под жгутом раны остался только бурый струп. Айда осторожно поднял руку, разработал, пару раз моргнул и выпалил:

— Не болит!

Правда, через мгновение он поморщился и сказал уже по-другому:

— Не, слегка болит!

— Определись уже, — сухо попросила Томори, и несколько одноклассников захихикало.

Айда почесал свои мягкие, выбритые под ирокез волосы, и смущённо пояснил:

— Не, нормально. Просто только что ух как зудело, поэтому до сих пор слегка ноет. Сэнк ю, Симидзу… Да уж, магия — это отпад…

Юма, который и сам восстановил хит-пойнты благодаря заклинанию, прекрасно понимал восхищение Айды. Остальные дети тоже наверняка прониклись реальностью происходящего, увидев моментальное заживление таких глубоких ран. Хихиканье быстро сошло на нёт, и в укрытии вновь воцарилась тишина.

Вскоре её нарушил Томонори Тада — ещё один раненый одноклассник, лежавший возле Айды. У него не текла кровь, но, судя по примотанным к руке журналам, была сломана кость.

— Извините, что отвлекаю, но можете уже мне помочь? — спросил он, потирая пострадавшую конечность.

Вновь послышались смешки, а глаза Тады, которые и без этого всегда казались грустными, стали совсем щенячьими. Это зрелище вызвало ещё одну волну смеха, и даже Юма не сумел удержать себя от улыбки.

Взгляд Томори тоже немного смягчился. Она повторила «Святое исцеление» и направила в руку Тады. Как только свет погас, тот замахал рукой и закричал:

— Реально не болит!

После третьей, самой громкой волны смеха, охватившее всё укрытие напряжение наконец-то начало отступать…

Но тут Сава, всё это время тихонько стоявшая за спиной брата, изошла на вопль:

— Братик!

В ту же секунду с потолка на пол упали вентиляционные решётки. Из открытых шахт один за другим вываливались какие-то тёмные сгустки. Все двадцать школьников ошарашенно смотрели, как они приземляются с влажными звуками. Каждый сгусток имел в длину полметра и в ширину сантиметров пятнадцать. Они оказались какими-то живыми созданиями овальной формы с тёмно-серой кожей. Желейные тела, разделённые на множество колец, опирались на множество пар коротких ног. С одного конца у каждого овала было по четыре круглых глаза и рот с шестью острыми зубами.

Гигантские червяки. Нет, даже гусеницы. И их было уже не меньше десяти.

От сильнейшего приступа отвращения все волосы на теле Юмы встали дыбом. И сокращающиеся кольца существ, и влажный блеск говорили о том, что они живые и настоящие, но в реальном мире нет и не может быть таких огромных гусениц. Стало быть, они такие же сверхъестественные монстры, каким был Конусоголовый задира.

Но хотя Юма пришёл к этому выводу быстро, он застыл на месте, не зная, что делать. Гусеница, которая находилась всего в метре от него, вдруг уставилась на мальчика всеми глазами. Тело сжалось… и прыгнуло со скоростью, какой никак не ожидаешь от внешне неповоротливого существа.

— Уа!.. — выкрикнул Юма, машинально выбросил руку вперёд и поймал гусеницу.

По ощущениям он словно сжимал в руке огромную личинку жука-носорога. И упругость, и тяжесть казались самыми настоящими. Пойманная гусеница без конца извивалась и тянулась к лицу мальчика, стуча перед ним зубами.

Наконец, магазинная секция заполнилась воплями. Все гусеницы прыгнули на оцепеневших детей и повалили жертв на пол. Те, кого нападение обошло стороной, тоже либо осели, либо просто кричали во всё горло. Им явно было не до помощи товарищам.

«Нужно хоть что-то сделать!» — занервничал Юма, но его голова сейчас думала лишь о том, как бы избавиться от кусачей гусеницы. Будь он в Actual Magic, то бросил бы её на пол и наступил ногой или просто раздавил бы в кулаке, но существо казалось настолько живым, что мальчик оцепенел от отвращения перед ним.

Вдруг гусеница оставила попытки укусить Юму за лицо и вместо этого потянулась вбок. Мальчик испугался, что монстр хочет цапнуть его за руку, но тут…

— Ю, вот так и держи! — выкрикнула Сава, оббегая брата.

Оказавшись напротив него, она молниеносно пнула снизу вверх. Раздался глухой, громкий звук. Подброшенная пинком гусеница врезалась в идущие под потолком трубы и шлёпнулась на пол.

— Конкэн! — выпалила Сава.

— Уо-о-о! — отозвался кличем Конкэн.

Разогнавшись, он занёс молот над головой и изо всех сил обрушил на пол. Удар прогремел, словно взрыв. На дорогой плитке появилась вмятина и паутина трещин.

«Промазал!» — понял Юма и стиснул зубы.

Молот ударил в паре сантиметров от головы гусеницы. Вроде и немного, но промах — он и есть промах, и с тем же успехом Конкэн мог ошибиться хоть на целый метр. По крайней мере, так показалось Юме.

Однако от места попадания молотом разошлась призрачная волна. Когда она достигла гусеницы, ту размазало по полу будто катком. Ещё мгновение — и овальное тело лопнуло с омерзительным звуком. Во все стороны полетела не жидкость, а такие же тёмные осколки, как после победы над Конусоголовым задирой. Но в том, что монстр погиб, сомнений не было.

— Ч… что? — не обрадовался, а растерялся Конкэн, который тоже наверняка заметил свой промах.

Стоявшая рядом Сава тоже удивилась, но через секунду понимающе протянула:

— Сплэш…

Этим словом обозначался урон по площади, который в Actual Magic сопровождал многие боевые навыки и некоторые обычные удары тяжёлым оружием. В реальном мире ударную волну такой силы можно создать разве что с помощью взрывчатки, но Молот задиры наверняка не менее сверхъестественный, чем монстры, поэтому его особые свойства проявляются даже в реальности.

Впрочем, сейчас это далеко не самое важное. Весь класс должен как можно скорее узнать: гусеницы настолько слабые, что умирают даже от сплэша.

— Ребята! Просто ударьте их чем-нибудь твёрдым, и они сразу… — начал Юма, оборачиваясь.

И прервался, увидев, что в полутёмной магазинной секции творится сущий кошмар. На полу лежало не меньше десятерых детей. Гусеницы жевали им шеи и грудь с мерзкими хлюпающими звуками. Видимо, пили кровь.

Поскольку дети не объединились в группу, Юма не представлял, сколько здоровья осталось у одноклассников. Судя по судорогам в руках и ногах, они были ещё живы, но если ничего не сделать, рано или поздно появятся погибшие.

Ещё почти десять человек пока избежали опасности, но либо стояли как истуканы и вопили, либо забились в углы и явно не собирались сражаться. Сейчас бы как нельзя кстати пришлась помощь Оно, Хокари и Сэры, но когда Юма нашёл их взглядом, то увидел, что к каждому прицепилось по гусенице. Возможно, они привлекли внимание монстров высоким ростом или тем, что преградили путь к девочкам.

Казалось бы, на замену им сгодится и хвастунишка Сугамо, но когда Юма посмотрел в сторону столиков, то увидел, что они повалены набок, а староста прячется за ними как за стеной на пару с Арией и Каем. Зная характер Сугамо, можно быть уверенным: он не вылезет оттуда, пока не уйдёт опасность.

Потратив секунду на раздумья, Юма крикнул Саве и Конкэну:

— Придётся своими силами! Сава, снимай гусениц пинками, Конкэн, дави их молотом!

— Ладно… но что насчёт тебя, братик?!

— Я попробую как-нибудь так! — ответил Юма, показывая сжатый кулак, и побежал к девочке в дальней части секции.

Поваленная монстром, она лежала лицом вверх и истекала кровью из основания шеи. Растрепавшиеся волосы скрывали её лицо, но на ушах виднелись дужки очков. Во всём их классе очки носил только один человек — Томори Симидзу. Юма сознательно решил спасти её в первую очередь, ведь она один из трёх драгоценных жрецов.

«Ради всего святого, только выживи!» — помолился он и изо всех сил пнул кроссовком по жадно сосущей гусенице. Монстр оторвался от Томори, пролетел по прямой и врезался в витрины. Теперь Юма увидел, что и кожа, и зубы существа покраснели от крови — естественно, та принадлежала девочке.

Поскольку пинок — это атака, над гусеницей появилась шкала хит-пойнтов, отмасштабированная до размеров монстра. Хотя Юма носил обычную обувь, а его класс не предназначен для битв в ближнем бою, гусеница всё равно потеряла около пятой части здоровья. Должно быть, её показатель защиты и правда почти нулевой. Под шкалой виднелось имя: «Личинка адского табануса»[6], но Юма не знал, что означает это слово, да и посмотреть его значение сейчас было негде.

В конце концов, пока что намного важнее помочь одноклассникам. Перепрыгнув через Томори, Юма стремглав кинулся к прилепившейся к витрине гусенице.

— Ха-а! — испустил он клич, выбрасывая вперёд кулак.

Получение игрового класса не научило его лучше владеть собственным телом, поэтому удар получился крайне неуклюжим, но главное, что кулак в серой кожаной рукавице достиг гусеницы. Костяшки пальцев продавили мягкое тело. На миг всё застыло, но затем монстр раздулся как воздушный шарик и громко лопнул.

При всей податливости и уязвимости гусеницы она никак не могла разорваться от слабенького удара Юмы. Должно быть, рукавицы, которые тоже достались им за победу над Конусоголовым задирой, обладали некими сверхъестественными свойствами, как и молот.

«У меня получится!»

Не отвлекаясь на разлетающиеся осколки, Юма начал искать остальных жрецов — Аой Согу и Такэси Моро.

Первая нашлась быстро. К счастью, она не пострадала от монстров и вместе с другими девочками жалась в углу. А вот Моро куда-то подевался. Но как это возможно, если длина помещения — чуть больше дюжины метров, а этот мальчик самый крупный в классе?

Сдавшись, Юма подбежал к ближайшему однокласснику — баскетболисту Ёити Оно. Он лежал ничком, а гусеница жевала его затылок. После убийства монстра отвращение частично ушло, и Юма смог схватить гусеницу рукой и оторвать от жертвы. Затем он швырнул монстра на пол и добил ударом кулака.

Сава и Конкэн тоже по очереди разбирались с врагами. Оставалось добить ещё семь или восемь, затем подлечить потерявших кровь товарищей и найти Моро.

Юма схватил гусеницу Такато Сэры, который лежал по соседству с Оно, и уже почти было оторвал её, как одна из девочек оглушительно завизжала:

— А-а-а-а!

Тут же повернув голову, Юма увидел Тэруки Сугамо. Вместо того, чтобы прятаться за столиками, он лежал перед ними с гусеницей на спине. Визг принадлежал Арии, которая сидела рядом в оцепенении и явно не могла найти в себе мужества притронуться к гусенице голыми руками.

Девочка подняла голову и встретилась глазами с Юмой.

— Асихара, спаси Руки!

Юма уже достаточно повзрослел для того, чтобы не мстить Сугамо за обиды. Сейчас староста — тоже ценный боец с игровым классом, и ему обязательно нужно помочь. Однако помимо него в опасности оказались и многие другие одноклассники. Если Сугамо всё это время отсиживался в укрытии и из-за этого вовремя не заметил гусеницу, то пока наверняка потерял мало крови. Придя к этому выводу, Юма ответил Арии:

— Гамо пока не при смерти! Я обязательно помогу ему, но пока подожди.

— Л-ладно, но поспеши! — на удивление легко согласилась Ария.

Не став больше ничего говорить, Юма подцепил гусеницу Сэры за брюхо и решительно оторвал её от одноклассника. Затем помог Харуки Хокари и девочке по имени Тинами Нусиро. Вдруг издалека раздался голос Конкэна:

— Ю, на нашей стороне больше нет!

— Окей! — бросил Юма в ответ и кинулся к столикам.

Гусеница, напавшая на Сугамо, сидела на спине мальчика, впившись зубами в кожу под лопаткой. Из глубины рта к ране тянулись тонкие щупальца, которые и выкачивали кровь.

Пускай это существо казалось настоящей громадиной на фоне настоящих гусениц и пядениц, массы в нём было всего килограмма четыре. Возможно, этого достаточно, чтобы прижать к полу щуплых детей, но удивительно то, что даже рослые Оно и Сугамо не могли подняться самостоятельно. Впрочем, сейчас явно было не время искать этому объяснение.

— Быстрее, быстрее! — сквозь слёзы торопила Ария, хотя Юма и так уже схватил гусеницу за «загривок».

Ещё миг — и яростно грызущие зубы монстра оторвались от спины Сугамо. Это был последний из врагов, и поскольку он явно не отличался высоким уровнем, Юма при желании мог нанести ему небольшой урон и поймать в карту. Однако Ария с отвращением вопила, чтобы мальчик поскорее прикончил мерзкую тварь, так что Юма отказался от этой мысли и вдавил гусеницу в пол.

Шкура монстра лопнула, наружу выплеснулись чёрные осколки. Они поднялись над полом, будто подхваченные вихрем, и исчезли в непонятном кольце совсем как останки Конусоголового задиры.

— Уф… — выдохнул Юма.

Словно в ответ на это вновь раздались фанфары повышения уровня. Перед глазами высветилось окно с сообщением:

[Юма Асихара]

Уровень 8 → 9

Очки характеристик +3

Очки навыков +40

Получено: Клык Личинки адского табануса х5

Получено: Ядовитая железа Личинки адского табануса х3

Он победил всего шестерых гусениц, которые лопаются от одного удара, и всё равно перешёл на следующий уровень. Либо он набрал большую часть очков победой над Конусоголовым задирой, либо эти миниатюрные монстры по какой-то неизвестной причине считались действительно опасными. Но в любом случае сейчас не время праздновать.

Крики детей в магазинной секции понемногу пошли на убыль и вскоре умолкли. Но не прошло и секунды, как Ария вновь возопила:

— Руки-и-и!!!

После этого и остальные уцелевшие школьники подлетели к лежащим товарищам. Юма тоже опустился на колено и посмотрел на лицо Сугамо, но тот до сих пор не открыл глаз. Захотелось проверить его шкалу хит-пойнтов, но, по правилам Actual Magic, для этого нужно либо состоять с ним в группе, либо драться против него.

Не придумав ничего лучше, Юма надавил на шею Сугамо. Пульс был сильным, но учащённым. Кровь уже остановилась. Если староста до сих пор не мог открыть глаз, то разве что из-за…

— Наверное, яд, — тихо сказала Сава, вдруг очутившаяся за спиной брата.

— Ага… — согласился тот, вставая. — Я тоже так подумал.

— Я… яд? Руки умрёт? — взволнованно спросила Ария, с растерянным видом сидящая на полу рядом с Сугамо.

Тем временем Кай Кисануки, второй союзник старосты, тоже выбрался из укрытия и теперь смотрел на предводителя их троицы сквозь длинную чёлку.

Секунду поразмыслив, Юма покачал головой.

— Нет… Не верится, что у таких слабых монстров может быть смертельный яд, к тому же если яд наносит урон, он обычно не мешает двигаться. Скорее всего, это паралитический яд.

— Паралич…

— Я думаю, его жизни ничего не угрожает. Просто немного подожди, — сказал Юма Арии, затем обернулся и нашёл взглядом Аой Согу.

Увидев, что она сидит рядом с Томори Симидзу и зажимает платком рану на шее одноклассницы, он тут же подбежал к ней.

В ответ вскинула голову не только Аой, но и две другие девочки, которые сидели по бокам от неё.

— А… Асихара, Томори не… — дрожащим голосом обронила Аой сквозь слёзы.

— Томоти защищала меня… а я просто сбежала… — рыдая, добавила правая соседка.

Это была Тисэ Цуда, десятый номер в журнале и обладательница пары неряшливых косичек. В классе она отвечала за содержание животных. Насколько Юма помнил, это была лучшая подруга Томори — и единственная, кто позволяла себе называть её Томоти.

— Ничаво это не твоя вина, Цуда. Я вот тожа ничем не помогла, — попыталась утешить Тисэ третья девочка с длинными, собранными в узел волосами.

Это была Мики Хария, пятнадцатый номер в журнале. Она всегда дружила с Аой и ходила вместе с ней в кулинарную секцию.

Юма сел напротив девочек, ощупал запястье Томори и убедился, что пульс есть.

— Я думаю, она отравлена. Сога, у тебя есть заклинание противоядия?

— Противоядия?..

Аой на секунду замешкалась, затем посмотрела на свой разросшийся клест и торопливо кивнула.

— Д-да. Я его только-только выучила, но оно должно работать.

— Тогда опробуй его на Симидзу.

— Хорошо.

Аой попросила Тисэ подержать платок, важно уселась и выпрямила спину. Затем поднесла обе руки к груди Томори и начала:

— Сакра.

Клест на левой ладони вспыхнул светло-зелёным, появился белый шарик.

— Плювия[7].

Шарик распался на множество зависших в воздухе огоньков.

— Терсус[8]

Огоньки упали на Томори, оставляя в воздухе тонкие хвосты, и впитались в тело. Так выглядело «Святое очищение» — магия, которую Юма успел испытать на себе во время бета-теста Actual Magic, когда Наги лечила его и Конкэна от яда.

Мысль о том, что надо найти Наги, пробудила в Юме тревогу. Он успокоил себя глубоким вдохом и стал ждать, пока подействует противоядие. Секунд через пять световой дождь закончился, и Аой опустила руки.

Тем временем вокруг уже собралась целая толпа одноклассников. Напряжение в воздухе нарастало с каждой секундой… пока веки Томори вдруг не дрогнули и не поднялись.

— Ох… уф, уф…

Какое-то время она тяжело дышала, затем посмотрела на Аой и сказала:

— Спасибо, Сога. Рада, что ты не пострадала, Сэттян.

— Томоти!

Вновь прослезившись, Тисэ кинулась обнимать подругу. Юма не хотел им мешать, но увы, у них не было времени на нежности.

— Симидзу, ты была в сознании всё это время? — спросил он.

Томори кивнула, не вставая.

— Да. Я просто не могла открыть глаза и говорить, но всё слышала. Это ведь ты убил червя, который меня грыз? Спасибо, Асихара.

— Не за что… Если можешь двигаться, то займитесь с Согой лечением остальных парализованных.

— Да, я этим займусь, — ответила Томори и встала, опираясь на руку Тисэ Цуды. На шее девочки красовалась свежая рана, но она уже не кровоточила.

Юма тоже встал. Он уже более-менее успокоился и решил ещё раз окинуть секцию взглядом.

Парализованных, включая Сугамо, осталось двенадцать человек. Томори и Аой вряд ли хватит маны, чтобы помочь им всем. Им бы очень пригодилась помощь третьего жреца, Такэси Моро, но Юма до сих пор не мог найти его. Он крутил головой и гадал, куда мог исчезнуть упитанный одноклассник. Вскоре подбежали Конкэн и Сава.

— Что-то Моро нигде нет, — пробормотал Конкэн, взваливший молот на плечо.

— Он что, выбежал из укрытия? — спросил Юма.

— Я уже быстренько осмотрела фойе, и по крайней мере поблизости его нет, — ответила Сава.

— Неужели он… убежал на второй этаж? — пробормотал Юма, прикусил губу и на всякий случай ещё раз окинул магазинную секцию взглядом.

Вдруг он заметил нечто, на что до сих пор не обращал внимания из-за сдвинутых к стене витрин. За кассами притаилась дверь.

«Ну ещё бы», — подумал Юма, ведь магазины должны быть как-то связаны со служебными помещениями. И сейчас, в рабочие часы, эта дверь наверняка открыта.

— Сава, Конкэн, глядите.

Увидев, куда смотрит Юма, его друзья тут же напряглись.

Уцелевшие одноклассники либо присматривали за парализованными товарищами, либо наблюдали за работой Томори и Аой. Пользуясь тем, что никому нет до них дела, троица пробежала секцию наискосок, зашла за кассы и приблизилась к двери. Она и правда оказалась незапертой, и более того, приоткрытой наружу на полсантиметра.

Убедившись, что с другой стороны не доносится звуков, Юма осторожно толкнул створ носком кроссовка. Тихо звякнула защёлка замка, и дверь отворилась ещё сантиметров на тридцать.

Она вела в тёмное помещение, не подающее признаков жизни. На стене наверняка пряталась кнопка включения света, но она сейчас вряд ли могла помочь, поскольку в «Альтее», очевидно, включился аварийный режим сбережения энергии.

Поняв, что придётся полагаться лишь на усиленное клестом зрение, Юма решительно шагнул внутрь, но Сава тут же схватила его за плечо.

— Т-ты чего?

— Лучше я первая, — заявила сестра, достала из кармана ветровки светодиодный фонарик и включила его.

Белый луч пробил брешь во тьме помещения.

— Ничего себе, Савушка. Ты когда успела такое надыбать?.. — завистливо спросил Конкэн, но Сава не обратила на него внимание и проскользнула в приоткрытую дверь.

Юма вошёл следом. Стоило пересечь границу между общими и служебными помещениями, как включились прибавки к зрению, и светодиодный луч стал ещё ярче.

Они оказались в узкой, длинной комнате. В её ближней части оборудовали зону отдыха, вдали тянулись ряды стальных стоек для хранения запасов. В отличие от учительской здесь не стояло ни одного стола для ПК и мониторов — очевидно, работники «Альтеи» выполняли все необходимые операции с помощью клестов.

Сава шла вглубь помещения, старательно стреляя фонариком во все углы. Свет задержался на потолке, и Юма поднял глаза. Над ними шла такая же вентиляционная шахта, как в магазинной секции. Одной решётки не было на месте.

Насторожившись ещё сильнее, Юма следом за сестрой перешёл из зоны отдыха в кладовку. Там они прошли ещё три метра, внимательно изучая пространство между стойками слева и справа.

Когда Сава в очередной раз повернула фонарь влево, её плечи вздрогнули. Юма не задумываясь выскочил вперёд девочки.

На полу в круге белого света лежал ничком некто в форме школы «Юкихана». Некий упитанный мальчик. Несомненно, это был Такэси Моро, однако вниманием Юмы сразу завладело существо на спине одноклассника.

Оно напоминало Личинку адского табануса цветом и кожей… но не формой и не размером. Это был настоящий шар из плоти без конечностей, глаз и рта, зато вдвое крупнее гусеницы. Внизу из него торчали щупальца, которые уходили в спину Моро будто корни дерева.

— Ч-что… это такое? — хрипло вопросил Конкэн, как раз зайдя в левый проход.

— Может… та же гусеница, только выросшая на крови? — пробормотал Юма и тут же почувствовал, что угодил в точку.

Гусеницы — это те же личинки. Питаясь, они растут и превращаются в куколок. Шар на спине Моро — это и есть такая куколка.

И тут же словно в подтверждение догадки Юмы раздался сухой хруст. Сверху на шаре появился разлом.

— Конкэн, дави его! — встревоженно выпалила Сава.

— А… да!

Конкэн ринулся вперёд, на бегу перехватывая Молот задиры. Он уже настолько освоил оружие, что без малейшего намёка на неуклюжесть махнул оружием параллельно полу.

Молот подлетел к куколке сбоку и нанёс сокрушительный удар. Получив огромную вмятину, существо лопнуло. Изнутри вылетел какой-то склизкий комок и на полной скорости врезался в левую стойку.

Существо отклеилось, упало на пол со влажным звуком, и Юма увидел, что это крылатое насекомое почти метровой длины. У него были большие фасеточные глаза как у мухи, но при этом тонкое тело и бритвенно острые наросты во рту. Оса? Нет, скорее всего слепень.

Гигантское насекомое задрожало на полу, но тут Конкэн без каких-либо колебаний обрушил молот на его голову. Шкала хит-пойнтов с подписью «Адский табанус», которая едва успела появиться над существом, тут же опустела, и слепень разлетелся на чёрные осколки.

Конкэн продолжал стоять и тяжело дышать, не поднимая молота с пола.

— Найс, — похвалила его Сава. — Ещё секунд десять — и он бы вылупился сам.

— Я… ненавижу слепней.

— Их вообще мало кто любит.

Пока они разговаривали, Юма сел на корточки возле Такэси Моро. Скорее всего, мальчика тоже парализовало, и теперь им придётся либо тащить его в магазинную секцию, либо звать сюда Томори или Аой.

«Для начала проверим, хватит ли нас с Конкэном, чтобы поднять его», — подумал Юма и подсунул руку под шею Моро, чтобы перевернуть того на спину.

— А!.. — вырвалось из него.

Моро был холодным. Его кожа остыла настолько, будто из мальчика высосали всё тепло.

— Что такое, Ю? — спросила Сава, но Юма вместо ответа притронулся к шее одноклассника.

Как он ни давил пальцами, пульс не прощупывался. Кожа одноклассника казалась такой же искусственной и ненастоящей, как у Юкихисы Миуры, которого они обнаружили в игровой комнате на втором этаже.

Сестра и лучший друг Юмы притихли, словно догадавшись, что происходит. Юма посмотрел на них и прошептал:

— Он мёртв.

Примечания переводчика:

1. Ветер

2. Птица

3. Лёд

4. Сгруждайся.

5. Слейся.

6. Helltabanus Larva

7. Стань дождём.

8. Очисти.