]

Глава 31.

Самый лучший способ заставить мой талант расцвести.

Направление, которое позволит обуздать особенную Черную Тьму.

Симон размышлял над темой, подброшенной Бахилом, глядя на бескрайнее поле лазурных цветов, раскинувшееся вокруг него.

— Профессор.

— Да, слушаю.

— Есть ли что-то в моем последнем проклятии, что вы могли бы покритиковать?

— Охо.

Бахил понимающе улыбнулся.

— Достойный настрой – не упиваться успехом, а трезво оценивать свои слабые стороны. Хорошо. Пожалуй, в ваше проклятие стоит вложить больше эмоций.

— А, это как когда отдаешь приказ нежити?

На мгновение Симону показалось, что лицо Бахила сковал ледяной холод.

Он моргнул, решив, что обознался: профессор снова мягко улыбался.

— Да, очень похоже. Эмоции – важнейший элемент во всей некромантии без исключения. — Бахил убрал руку с плеча Симона. — Прошу, не забывайте то, о чем я говорил ранее.

Раздался щелчок пальцев, и до ушей вновь отчетливо донесся гомон остальных студентов. Бахил погладил Симона по голове и направился к другим ученикам.

— Профессор Бахил!

Дик вскинул руку. Бахил остановился и вопросительно приподнял бровь:

— В чем дело?

— М-можно и мне немного помочь? У меня никак не получается заставить их расцвести…

— Уповать на удачу и ждать, пока тебе все разжуют и положат в рот, – удел никчемных подчиненных. Продолжайте пробовать снова и снова.

— А… понял.

Когда Дик неловко опустил руку, сидящая рядом Мейлин прыснула со смеху.

«…»

Симон, еще пребывая под впечатлением от разговора, сосредоточился и свел ладони друг напротив друга.

«Хорошо. В этот раз я сам…!»

Так, еще до того как прозвенел колокол, Симон сумел в совершенстве освоить Проклятие Переноса. * * *

Следующим часом была Мату у Профессора Хонг Пэн.

В этот раз студенты снова отправились в путь, вцепившись в спины бегемотов. Местом для занятий сегодня стала бамбуковая роща, где гулял прохладный ветер.

Как всегда, после изнурительной пробежки для разогрева, Хонг Пэн обучала студентов базовым приемам рукопашного боя: прямым ударам и махам ногами.

Все разошлись на приличное расстояние, отрабатывая удары кулаками и ногами, наполненными Черной Тьмой. Ассистентки сновали между рядами, поправляя стойки и объясняя тонкости управления энергией.

И тут.

— Вот здесь!

Хлоп! Хлоп!

— Больше силы в эту точку!

Симон, застывший в очередной позе, стоял с пунцовым лицом. Хонг Пэн то и дело похлопывала его ладонью по бедру.

— Локоть выше! Когда выбрасываешь ногу, другая рука становится осью! Напряги живот! Живот!

— Е-есть!

Для Симона это было настоящим испытанием. Хоть в том, что преподаватель касается ученика во время тренировки, не было ничего необычного, пылкому подростку было крайне сложно сохранять невозмутимость, когда такая красавица, как Хонг Пэн, прижималась к нему почти вплотную.

— Зимон! Опять не вкладываешь силу в носок?

— Простите!

Опасаясь нового шлепка, Симон поспешно исправил положение. Хонг Пэн удовлетворенно кивнула, скрестив руки на груди.

— Хорошо. Подготовка к развороту.

Симон сдвинулся, выставляя левую ногу вперед.

— Управление Черным Пламенем.

Энергия устремилась к центру поясницы, одновременно заставляя тело закрутиться. Пятка естественно оторвалась от земли, корпус и бедра скрутились в идеальную дугу. Сложенная правая нога резко распрямилась.

Ву-у-ух!

Нога рассекла воздух. Шлейф Черной Тьмы, сорвавшийся со стопы, оставил за собой длинный черный след, похожий на мазок туши. Это был поистинно безупречный удар.

— Прекрасно! — Хонг Пэн захлопала в ладоши и широко улыбнулась. Симон, обливаясь потом, поклонился.

— Сам удар с разворота получился, но ты завалил четыре базовых элемента. Взгляд не туда, не до конца задействовал силу поясницы, и пятку нужно доворачивать сильнее. И еще – выброс тьмы при ударе произошел слишком рано.

— …Простите. Я буду внимательнее.

— Хм! Но в целом Зимон справляется отлично. Тленируйся больше!

Хонг Пэн похлопала его по плечу и отправилась проверять других студентов. Объявили короткий перерыв.

— Э-эх…

Дик, развалившийся на траве, прищурился.

— Ками.

— Да, Дик?

— Тебе не кажется, что в последнее время профессора как-то слишком благоволят Симону? Сначала на Проклятиях, теперь здесь.

Девушка, скромно сидевшая рядом, прикрыла рот ладонью и тихонько рассмеялась.

— Разве это можно назвать предвзятостью?

— Ну не знаю… Все равно подозрительно.

— Ой, ну какой же ты мелочный.

Раздался издевательский смешок, и к ним подошла Мейлин в спортивной форме. Свои роскошные голубые волосы она сегодня стянула тугой лентой.

— И это говорит студент Киджена? Вместо того чтобы жалко завидовать, лучше сам попытайся приглянуться профессорам.

Дик хмыкнул.

— При чем тут зависть? Я просто задаюсь вопросами. И не тебе об этом рассуждать. Напомнить, кто на уроке Мату гордо снял проклятие и поперся в гору?

Лицо Мейлин мгновенно вспыхнуло.

— А! Хватит уже это припоминать!

— А вот и не хватит! Буду издеваться до победного. И кстати, ты на этом занятии хоть словом перемолвилась с профессором Хонг Пэн? Тебя сто процентов взяли на карандаш.

— Гляди, как бы твою голову на карандаш не насадили!

Мейлин замахнулась ногой, и Дик с хохотом укатился по траве прочь.

— Боже мой.

Тяжело вздохнув, она резко обернулась к Симону.

— Эй.

— Что?

— Ну-ка, поучи меня.

Симон уставился на нее с недоумением. Мейлин, покраснев, прокашлялась.

— У тебя Мату хорошо идет. Раз Профессор Хонг Пэн занята другими, посмотри хотя бы ты мою стойку.

«Так вот оно что».

Когда Симон молча улыбнулся, смущенная Мейлин поспешно добавила:

— Т-ты же знаешь, на аттестации мне сражаться с циклопом! Если ты поможешь, мои движения станут лучше, и тогда наши общие баллы за аттестацию…

— Да не волнуйся ты так, я и без этих объяснений помогу.

Симон с доброй улыбкой встал перед ней.

— Принимай стойку.

«…»

Мейлин, чувствуя себя неловко, снова кашлянула и едва слышно прошептала:

— Спасибо.

Затем она приняла неуклюжую позу для удара. Симон присел на корточки, оценивающе оглядывая ее фигуру.

— Полный беспорядок.

— Я… я и сама знаю! — Вскрикнула Мейлин.

Симон указал на нее пальцем.

— Во-первых, ты слишком зажата. Твоя неуверенность так и прет из этой стойки. Расслабься немного и попробуй встать максимально естественно.

Она кивнула и выпрямилась. Напряжение немного спало.

— Левую ногу чуть назад, кулаки слегка сжаты перед собой… Нет, это правая. Левая – та, что со стороны руки, которой ты не ешь.

— Да знаю я, дурак! Просто от нервов перепутала!

Огрызаясь, она все же быстро сменила положение ног.

— Собери Черную Тьму в пояснице и жди. Да, вот так. Теперь упираешься в подушечку стопы и делаешь разворот.

— Так?

— Нет-нет. Не надо крутиться волчком, как юла. Нужно резко провернуть корпус, используя силу поясницы. И когда пойдет движение, тьма должна быть в задней части бедра…

— Здесь?

Когда она коснулась ноги рукой, Симон покачал головой.

— Чуть выше.

— Тут?

— Нет, слишком высоко задрала. Немного ниже.

— Значит, здесь?

— Это уже колено.

— Да черт с тобой! На мне же спортивки, а не голые ноги! Просто потрогай и покажи!

Она выкрикнула это в сердцах, но голос оказался слишком громким.

— Потрогай… потрогай… потрогай… — эхом разнеслось по склонам холмов.

«…»

«…»

Студенты вокруг мигом навострили уши.

Девчонки, обожающие всякие сплетни, начали шушукаться. Даже Камибарез в своей манере скромно прикрыла рот ладонью.

Мейлин, пунцовая от стыда, замахала руками.

— Нет, нет! Вы не так поняли! Я имела в виду стойку! Стойку поправить!

Однако правда уже никого не интересовала. Глядя на то, как среди студенток стремительно расползаются слухи, Мейлин застыла с отсутствующим видом.

Затем она в панике обернулась к Симону.

— И-и что теперь делать? Скажи хоть что-нибудь!

— Понятия не имею. Раз просила – трогаю.

Симон решительно подошел и положил руку точно на нужное место поверх штанов Мейлин.

— Концентрируешь тьму здесь.

Затем он перехватил ее лодыжку.

— И во время разворота переносишь ее сюда.

«Ах ты псих!»

Нашел время!

Пока она дрожала всем телом, покраснев до предела, Симон тихо прошептал:

— Просто делай, что говорю.

— А? Что?

— Если начнешь беситься и прыгать, сделаешь только хуже. Нужно делом показать им, что это было просто недоразумение.

Симон с совершенно невозмутимым лицом выпрямился, придерживая ее за плечо и руку, корректируя положение тела. Мейлин, ошарашенно кивая, подчинилась. Студенты, сбежавшиеся поглазеть на зрелище, разочарованно переглянулись.

— А, он и правда просто поправляет ей стойку.

— Мейлин вечно все преувеличивает.

— Какой Симон все-таки любезный…

Наконец, закончив с правками, Мейлин крутанулась и вскинула ногу к небу. От избытка сил она взлетела слишком высоко, потеряла равновесие и шлепнулась пятой точкой прямо на траву.

Ха-ха-ха! Окружающие разразились дружным смехом. Симон тоже усмехнулся, подбоченясь.

— Работы еще много, но начало хорошее.

— …А, ну да.

Тут же к Симону подскочили другие девчонки, наперебой прося научить их так же бить ногой. Симон с вежливой улыбкой принялся поправлять их стойки.

«… Да что он за человек такой?»

Мейлин закусила губу.

Вскоре урок Мату подошел к концу. Для вконец вымотанных студентов Киджен, как и всегда, подготовил телепортационный магический круг.

— Мейлин! Я все слышал!

Дик появился рядом, закинув руки за голову и вовсю скалясь. Мейлин, болтавшая с Камибарез, наградила его испепеляющим взглядом.

— Дик, не смей. Серьезно.

— Да я не про тебя, я про своего друга. Если между парнем и девушкой звучат слова «потрогай» и «в стойку», то это наверняка…

— Хватит, я сказала!!

Мейлин выхватила сумку из подпространства и принялась колошматить Дика. Тот, пытаясь сбежать, повалился в траву и истошно завопил, а Симон и Камибарез весело расхохотались.

— А-а-а! Помогите! Не стойте просто так, оттащите ее!

— Пойдем, Ками.

— Да!

Они бросили Дика на растерзание и поспешили занять очередь к магическому кругу.

— Кстати, Ками, помнишь, какой следующий урок?

— О! Конечно. Курс Созывания.

Услышав это, Симон довольно прищурился.

«Наконец-то!»