Ремус, до сих пор молчавший, решил заговорить.

«— Гарри, ты должен признать, что странно, что после стольких лет нежелания иметь с нами дело, ты вдруг ни с того ни с сего захотел узнать нас получше.» — заметил он, успокаивающе положив руку на плечо Сириуса.

«— Я не могу… объяснить, почему вдруг так себя чувствую.» — произнес Поттер, пытаясь придумать как заставить их понять, что он чувствует. «— Я просто знаю, что если не узнаю вас сейчас, то, возможно, никогда не получу такой возможности.»

Его слова, казалось, дошли до Люпина, который улыбнулся и понимающе кивнул. С другой стороны, Сириус на это не купился.

Стряхнув руку Ремуса, Блэк подошел к нему и схватил Гарри за рубашку, поднимая его со стула.

« — Не знаю, что с тобой происходит, но я не верю в твою внезапную перемену. Ты очень напоминаешь мне мою кузину Беллу.» — произнес он леденящим душу голосом. «— Я совершил ошибку, не остановив ее, пока не стало слишком поздно. Если ты переступишь черту...»

«— Сириус, что ты делаешь с моим сыном?

Все трое обитателей кухни обернулись и увидели разъяренную Лили Поттер, стоящую в дверях с волшебной палочкой в руке, которая выбрасывала изумрудные искры.

«— Я… я просто разговаривал с ним.» — заикаясь на полуслове, проблеял Блэк, пытаясь объяснить сцену, которую она увидела.

«— И что же ты такого сказал, что заставило тебя поднять на него руку?»

«— Лили, я не…

«— Мне все равно, что ты скажешь в свое оправдание, Сириус. Я не допущу тебя в свой дом, если ты считаешь, что можешь угрожать моим детям.» — каждое произнесенное слово было пропитано яростью, а ее палочка все еще продолжала стрелять искрами.

«— Ты все еще не отпускаешь моего сына.»

Осознав, что до сих пор держит крестника за рубашку, Блэк отпустил его, словно обжегшись, и быстро попятился.

«— Что он такого сделал, что ты его так схватил? А ты, Люпин, почему стоишь и ничего не делаешь, пока все это происходит?» — женщина перевела взгляд с одного мужчины на другого, которые были ее братьями во всем, кроме крови.

Когда они ничего не сказали, она повернулась к ребенку, чтобы попытаться выяснить, что происходит. Как бы ей ни было больно смотреть в его глаза, которые всегда кричали о ненависти к ней, возможно, она сможет получить от него ответы на некоторые вопросы.

Гарри не мог не быть впечатлен присутствием, которое источала его мать. Он мог описать его только как пламя. Огненный поток, который мог дать жизнь и забрать ее.

Когда он посмотрел в глаза женщины, в них вспыхнул целый мир эмоций. Но сильнее всего его поразили две: любовь и боль.

Он мог сказать, что она ничего так не хотела больше, как быть ему хорошей матерью, но годы, проведенные сыном в роли монстра, ранили ее сильнее, чем можно было себе представить. Будь он проклят, если позволит ей еще хоть минуту страдать из-за него.

Медленно подойдя ближе, он обнял маму.

«—Все в порядке. Это было просто недоразумение. Сириус не пытался причинить мне вреда.» — больше всего на свете он надеялся, что его слова успокоят ее.

Лили не могла пошевелиться, впервые за много лет ее малыш позволил ей прикоснуться к нему. В последний раз она обнимала его, когда ему было пять лет и он заснул на диване. Тогда она ухватилась за эту возможность и отнесла его в свою комнату, держа его в объятиях несколько часов, перебирая его прекрасные волосы. Так что же случилось, что изменило его? Какое чудо произошло, что она получила этот дар, возможность снова обнять его?

Лили была выведена из своего замешательства, когда мальчик начал отпускать ее. Прежде чем он успел отстраниться, она вцепилась в него и зарыдала. Женщина не знала, будет ли у нее еще один такой шанс, поэтому собиралась насладиться им сполна.

«— Я так сильно люблю тебя.» — рыдала она, уткнувшись ему в плечо, совершенно забыв о той сцене которую она застала ранее.

Слезы текли по лицу Гарри, которые были одновременно счастливыми, грустными и злыми, и он снова обнял ее, изливая всю свою любовь в объятия.

«— Я тоже люблю тебя, мама, и обещаю, что никогда не позволю тебе забыть об этом.

*******************************************

«— Ну, это должно было случиться в первый раз.»

Ремус и Сириус обернулись и увидели своего лучшего школьного друга Джеймса Поттера, стоящего в дверях.

Он поднял бровь и кивнул на мать и сына, которые все еще не отпускали друг друга, словно спрашивая, что происходит.

«— Я думаю, мы должны дать им немного времени.» — посоветовал Люпин, подталкивая Бродягу к выходу. «— Пока мы можем рассказать тебе все, что нам известно.»

Джеймс оглянулся на жену, размышляя, безопасно ли оставлять ее с Гарри.

Поняв его взгляд, Ремус положил руку ему на плечо.

« — Все будет хорошо.» — заверил он, глядя в глаза своему лучшему другу. «— Я не знаю, что случилось, но он изменился.

«— Он говорит, что изменился.» — пробормотал Блэк, кивая головой в сторону Гарри. «-Но не знаю, верю ли я ему. Однако это не имеет значения в любом случае, Лили-лучший боец среди нас, будь то маггловская драка или волшебная дуэли, она может позаботиться о себе.

Поттер, зная, что все сказанное им было правдой, направился в гостиную.

« — Ладно, идемте, я хочу услышать, что на него нашло.» - ни один из мужчин не оставил без внимания то, что Джеймс не называл Гарри «сыном».

Когда все трое вошли в гостиную, Сириус бросил Муффлиато, чтобы убедиться, что они могут говорить, не будучи подслушанными.

«— Итак, кто-нибудь хочет сказать мне, почему он вдруг превратился в кролика-обнимашку.» — спросил Джеймс, успешно скрывая беспокойство в своем голосе. «- Когда только вчера Лили чуть не врезалась в него, а он выглядел так, будто собирался ее зарезать?

«— Я так понимаю, что за последние пару дней такого его поведения не было?

«— Нет, Почему ты спрашиваешь об этом, Лунатик?

«- Ну, вы оба знаете насчет моего… «дара» , я могу читать ауру человека.

«— Знаем.» — последовал одновременный ответ обоих мужчин.

«— Я никогда не говорил тебе об этом Джеймс, но у Гарри была одна из самых темных аур, которые я когда-либо видел.» — прошептал Люпин, хотя никто больше не мог слышать их разговора. «— И это о чем-то говорит, поскольку я встречал Беллатрикс и Волдеморта…» — он собирался продолжить, но Джеймс перебил его.

«— Почему ты ничего не сказал? Если он хоть чем-то похож на них, то вполне мог напасть на мою семью. Что бы ты сделал, если бы он причинил боль одному из малышей или Лили?

Поттер повернулся, чтобы выйти, собираясь забрать маленького монстра у своей жены и выгнать его из своего дома, но не успел он сделать и двух шагов, как Люпин остановил его.

«— Послушай меня.» — взмолился Ремус, пытаясь удержать его от большой ошибки. «— Я знаю, что должен был сказать тебе, но как я мог сообщить, что твой сын так же опасен, как и эти двое? И что бы ты сделал? Неужели у тебя хватит духу убить собственного ребенка? Кроме того, я знаю, что ты следишь за ним, когда он приближается к Айви и Айрис.

Воцарилась тишина, все были погружены в свои мысли, пока до Сириуса не дошло.

«— Лунатик, разве ты не сказал «был»? Значит ли это, что что-то изменилось?» — Бродяга в этот момент вспомнил, как Люпин рассказал им об изменении ауры Питера.

«— Да. Именно это я и хотел сказать перед тем, как Джеймс попытался уйти. Сегодня утром я поначалу не обратил на это никакого внимания, так как слишком волновалась из-за того, что он остался наедине с Айви, но когда все успокоилось, понял, что его аура уже не черная, а стальная серая.

Услышав его слова, Сириус и Джеймс недоуменно переглянулись.

« — Мне кажется, ты как-то сказал, что люди бывают только в темными и светлыми.» — пробормотал Блэк, пытаясь вспомнить разговор, когда друг им рассказали о способностях, которые приходят вместе с проклятием ликантропии.

«— Нет, я говорил, что большинство светлые или темные, но я видел и несколько людей с оттенками серого. Но дело в том, что я никогда не видел, чтобы кто-то менялся так быстро.»

Подумав, что это может быть заговор, чтобы добраться до Джеймса или Лили, Сириус высказал свое мнение вслух.

«— А что, если это кто-то со способностями метаморфизма? Ты нажил много врагов, во время войны. Черт возьми, мы все нажили множество врагов.»