Вдруг он умеет перемещать сознание в другие растения или восстанавливается с клетки? Скудность знаний вынуждает готовиться тщательней. Прелюдия окончена. Настал час искоренения нечисти.

— Хо? Перестал навёрстывать кривые? Понял, что твоя смерть неизбежна?

— Смерть действительно неизбежна. Ты умрёшь здесь, где стоишь. Без мук и скоро. Ладно, приврал, помучаешься с гулькин нос.

— А на деле докажешь? Нет, ибо я — твоё падение!

Пастер рванул напрямик, вытянув руку.

— Господи, прошу, одари нас милостью своей. Позволь благодати небесной окутать стремления наши. Твой грешный приверженец молит о помощи ради исполнения священного долга. Властвующий над нами, позволь одолеть врага моего. Сбрось с Небес на Землю железный молот! — Он молвил на ходу, держа взгляд ровно на Микки. Дыхание не сбивалось под сумасшедшими напастями свихнувшегося ростка. — Магия высшей ступени: «Небесная кара»!

Запел гром, хоть облака расступались. Исподнизу поднялись полчища мигающих фонариков размером с точку. Они безмятежно поднимались в пространстве, а с небосвода открылась дорога в Рай. Священный тоннель упал, захватив Микки, и волна энергии прошлась по нему.

«А? Я...» — ему не удалось описать ощущения, ибо казнь длилась чересчур шустро, махом выжаривая подсудимого. Мистер Колакс обещания выполнил.

Организм Микки исчезал на глазах. Поток святости расщеплял его на фундаментальном порядке. Он стирался, словно грифель под ластиком. Душа покинула тело. Оставшийся сосуд тоже переходил в небытие. Заклинание разрушало, пока тот не превратился в ноль, воздух, пустоту.

— Магия высшего уровня: «Небесная кара», — пояснял пустоте Пастер, — входит в разряд лучших навыков священнослужителей. По крайней мере, на момент моей службы. Проговорив текст целиком, я повысил коэффициент полезного действия до максимума. Предварительно я испускал святой элемент, выливал воду, проводя ритуал очищения. Святая земля усиливает церковные чары. Всё ради того, чтобы тебя конкретно жахнуло.

Мужчина пригладил смятую одежду, поднял голову. Древесная клетка ушла вслед за призывателем. Он стоял на помятой дорожке, усеянной мусором из порушенных домов, деревьев, а также иных компонентов деревни.

— Операция прошла успешно, — объявил он.

Подтянув растянутый галстук, он достал телефон и связался с отрядом. Группа благополучна вернулась в Эйен.

☙

В подвале тайной лаборатории царила тишина. Замаячил звуковой сигнал. На плоском экране отобразилась красная метка.

— Чего?! Сигнал утерян?! Быть того не может!

Безумный ученый, прозванный Профессором, упал со стула, отказываясь верить глазам. Факты всплыли перед лицом. Связь пропала. Отстегивающие чары, наложенные на слугу, испарились.

— Я ведь позаботился о подпитке мистического контура! Если б Микки истратил всю ману, отправилось  б оповещение, но оно резко исчезло!

Он протёр веки, ударил по лбу в надежде на изменения. Изображение прежнее: потеря канала передачи в области давно зачищенного поселения. По отчётам незадолго до исчезновения, отмеченный поглотил весомый объём маны. И за пару секунд до кумачного извещения.

Проблематичней всего тут эпизод с тем, что слуга ушёл в пристанище мёртвых слишком резко, внезапно. Вот, что гложет Профессора.

— Он проиграл истребителям? Как так? Неужели погибнул? Против них? Ошибка? Чёрт побери!.. Кто сумел искоренить Микки?

Сгущались тучи. Потеря столь ценного кадра — первый признак будущего краха.

— Я…

Задрожали руки. Он потерял над ними контроль. По шее струился пот. Дыхание участилось.

— События сменяются по часам. Я почти закончил. Я обязан успеть!

Он врезал по лицу, взбодрился. Отправился взять материал с надеждой завершить миссию. Над монитором весела табличка с напоминанием: «Спаять континуумы».

Капсула в «хранилище» отключилась. Питательная жидкость спустилась по водостоку.

— Уа?

Содержимое просыпалось. Оно из той же расы, что и Алеф, худое, с померклым взором и длинными русыми локонами.

<Сюжет интерлюдии>

Мацумори Хинахи прожигала быт в истязаниях друга, обусловливая это обучением. Тот догадывался о садистских наклонности оной, держа язык за зубами. Он с головой нырнул в мучения, стараясь выбросить навязчивую мысль. У него нет рабского фетиша (с последними испытаниями уверенность падала), однако обещания девушки превращались в реальность с проходящими сутками. С ней он рос по часам. Она показала себя квалифицированным наставником, хотя порой представала упивающимся страданиями чудовищем.

Потасовки награждали шишками, синяками, гангренами. Из-за использования наставницей магии, ранения иногда держались полдня-день. Накостыляли ему от души с присущей доброму наставнику заботой. Обжарили так, чтоб запомнил навеки вечные. Девушка ответственно лепила из него воина.

— Шичиро-кун молчит?

— Молчит. С тех пор, как предупредил, что они с наставником Пастером собираются на важную миссию, вестей не было.

Она поникла, надув губы. Её гложет невозможность увидеть, прикоснуться, поговорить с давним знакомым. Она скучала по голосу Шичиро, его прикосновениям, запаху. Ей всегда было тяжело надолго расставаться с ним. Учитывая деятельность подростка, исчезал он часто, но давненько отсутствие превышало два-четыре дня.

«Мне удалось лишь мельком созерцать его в сопровождении отряда истребителей, когда он вернулся город, да и то по чистой случайности или воле матери-судьбы. А теперь он снова пропал».

Переживания сваливались мусорной кучей. Эмоциональное состояние подрывалось. Ей требовалось выговориться кому-то, поделиться переживаниями. Без матери и Доро она, вероятно, верно сошла б с ума, если такое выражение подходит девушке. Она нуждалась в доверенных собеседниках.

— Эх, вот бы он поскорее закончил свои дела.

— Слушай, давай я пойду в додзё, Зецу-сан ведь возвращается туда вечером после работы. Расспрошу напрямую о миссии Такашики.

Парнишке наказано охранять и развиваться в жилище Пастера. Изначально он, ввиду послушного нрава, засиживал здесь с настроением пережить хоть две ядерные зимы. Тут пришла Хинахи, авансом продвинувшая новичка далеко вперёд, поэтому он собирался нарушить инструкции и проявить чуточку наглости. В любом случае, он и так подвергся жёсткой закалке. Давно пора платить по долгам.

Он уже развернулся, дабы закрыть дверь в дом и отправиться в путь, как звонкий голосок подруги в корне прервал затею:

— Незачем. Остановись.

— Да плёвое дело ж.

— Зря пройдёшься только. Вряд ли он тебе что-либо расскажет. Скорее всего, соврёт, чтобы ты не волновался. Шичиро-куна нет уж неделю с чем-то.

— Короче, зелёный я ещё вставлять везде пять копеек, вот и отмахнётся, хочешь сказать?

— В общих чертах, да. Скажет какую-то околесицу, порекомендует возобновить самообучение и… отошлёт. — Наклёвывался грубый конец. Хинахи предпочла не выносить слова дальше разума.

— Ну, попробовать стоит, — не сдавался парень. — Хуже не будет.

— Когда он увидит твой прогресс, возможно, попросит остаться. Подумает, у тебя потрясающий талант к мистическим искусствам. Твоя ступень понимания стези барьеров выше того, что предлагает тот дрянной справочник.

«Да и источник твоей магии на голову выше», — чуть не добавила подруга.

Она до сих пор сомневалась, рассказывать ли Доро правду. Когда окольно затрагивала тему, размышляя о прошлом паренька, тот отмахнулся. Плевать ему, кем он является, подумала девушка. А раскрытие важной отличительной черты юноши наложит на него лишние тяготы.

Он обязан лично проявить интерес к своей персоне, прежде чем она сочтёт указать на дарованную ему особенность.

— Лучше и дальше практикуйся, пока не вернётся… Как там его звали?

— Пастер де Колакс.

— Пока не вернётся Колакс.

Паренёк опустил плечи. Сорвался унылый скулёж. Он напоминал провинившуюся псину, грустно уставившуюся в грязь.

Собеседница заметила выражение юноши. Вытянула брови и со смешком промолвила:

— Ты вместо меня печалишься что ли?

Он на секунду поднял голову. В глазах читалось провинность и смущение.

— Нет, я просто… Это казалось хорошей затеей оплатить тебе за помощь.

«Оплатить? А, ну, да, он постоянно обещает помочь мне в отместку, терпя неудачи».

Девушка похлопала академиста по плечу. Молча выразила: она в порядке. Ни к чему усугублять настроение излишними переживаниями. И так худо. Фактически, она желала отвлечься, правда, оба подростка были тугодумами в такие моменты, пытаясь найти тему для разговора. Прибыла спасательная бригада: синхронно заурчали животы. Желудок вынес вердикт — час перекуса.

— Ты что-нибудь готовил на обед?

— Нет, — помотал головой парнишка. — холодильник пустой. Вообще, я собирался затариться в магазине, да потерялся в упражнениях.

— Погнали тогда в закусочную. Я сейчас убить готова ради жаренных рёбрышек с медовухой!

Мысли о любимой пище сподвигли особу задорно подпрыгнуть, взмывая кулачок к небу. И уголка ротика потекла тонкая нить слюны. Память об аромате прожаренного мяса взбудоражила рецепторы по всему телу Мацумори.

— Эм, жаренные рёбрышки? Медовуха? — мальчишка опешил от перечисленного. Кто ж знал, что у подруги пробудиться столь диковинный вкус, или он существовал и раньше? — Жаренные рёбра мы, наверное, найдём, а с последним… Вряд ли у нас в городе вообще варят медовуху. Погоди, нам  ведь нет восемнадцати! О чём речь?!

— Тц, ты прав, к сожалению, у нас нигде не варят вкусной выпивки.

«То есть про возраст она не слушала», — закатив глаза, процедил про себя Доро.

— Тогда пойдём просто за рёбрышками! Жаренного оленя либо свинины!

— Из предложенных вариантов, есть только свинина. Боюсь представить, во сколько бы нам обошёлся олень…

Хинахи покрутила пальцем:

— О-о-о, поверь мне, он стоит каждой уплаченной йены, особенно в руках талантливого шеф-повара.

— Понятно. Что ж, быть может, однажды попробую. Стоит подкопить.

— Подкопи, подкопи, — решительно настаивала она. — В правильной атмосфере, вкус получится изумительным! А затем запить дело сладенькой медовухи. Лучше сразу в несколько глотков.

Она описывала трапезу с искренним рвением, приукрашивая каждый шаг. Складывалось впечатление, Мацумори пересказывает строчки какой-то летописи, где описаны шведские пиры богов.

От искрящихся восхищением очей рассказчицы, в нём тоже пробудился дикий порыв отведать экзотичного, заморского мяса у костра. Заполнить, как предлагается, кружку пчелиным алкоголем и залить тот в себя по полные щёки.

Прошло пару минут. «А? Стойте...» — До него дошло, что он забылся в фантазиях. Юноша встряхнул головой. Голод отрезвлял, просился исчезнуть.

— Пойдём уже? — Да и девушка теряла терпение. Не культурно заставлять леди ждать на пустое брюхо. — Я успела перебрать двадцать ресторанчиков, где мы можем вкусно провести досуг.

— Конечно, конечно, сейчас за бумажником схожу и вернусь, — кивнул начинающий истребитель.

❧

В итоге до позднего вечера дуэт потчевал до раздутого пуза. Лучшую забегаловку нашли благодаря потрясающему обонянию девушки. Хино ошалел от вместилища её желудка. Она вполне могла подать заявку на конкурс по поеданию хот-догов, заняв первое место с катастрофическим отрывом.

На мгновение уста возжелали искривится, проговорив: «А ты любишь поесть». Однако мозг стремился сохранить целостность лица, потому отмёл слова куда подальше.

Он мирно обгладывал еду до чистых косточек, пока взгляд был сосредоточен на самой яркой детали заведения.

— Ты около двадцати минут разглядываешь тот аквариум. Заинтересовало чего? — поинтересовалась Хинахи, складывая башню из рёбер.

— Да так, раньше мне не посчастливилось встретить разноцветных карпов. А здесь целых три. Маленькие, правда.

Мацумори повернулась к аквариуму.

— Маловат для трёх особей. Когда подрастут, станут друг дружке впритык, — предсказала она. — Хочешь завести себе карпов?

— Трудно сказать. За ними уход нужен. А уход — это растраты. Хватит ли у меня средств?

— Молодняк, наверное, удастся найти по разумной цене. Основные затраты — обустройство и поддержка аквариума, однако… — она начертила на столе мистический знак. Столик окутал простой барьер, приглушающий звук. — группе магов выкопать и зачаровать долговечный аквариум — раз плюнуть. Кормить не забывайте или выройте широкую траншею, заселив туда рыбу вместе с живым кормом.

— Спасибо.

Они оплатили счёт и разошлись по домам. Хинахи пообещала наведаться завтра. Подруга уже соображала, какую магическую конструкцию преподать пареньку. Она честно признавала, что учится он, на удивление, быстро. Курс, подобранный под долгий срок тот проходил по дням.

Всё-таки быстрое течение времени в пространстве фермы и податливая тамошняя дымка сыграли весомую роль в росте паренька.