Глава 76.

*****

– Вы слышали?

Рождение этим странным слухам дало небольшое чаепитие, устроенное графской семьёй, что была близка Лестиру и придерживалась стороны кронпринца.

Графская дочь открыла рот и расширила глаза, словно собираясь поведать интересный рассказ.

– Дочь Реас жива.

– Что?

– Простите?

Лица всех, кто явился на чаепитие, окрасило недоверие.

Их представителем выступила самая старшая дама, сказав:

– Говоря о дочери Реас, Вы имеете в виду Глориэль?

– Да, именно.

– Забавные же слухи ходят, – мягко улыбнулась та.

Доподлинно известно, что этот ребёнок, Глориэль, погибла во время инцидента с Реас.

Пускай тело малышки не было найдено, тело няни, сбежавшей вместе с ней, было обнаружено страшно изуродованным. Так что люди сделали вывод, что девочка погибла, и благополучно о ней забыли.

– Как давно это было. Разве она могла выжить?

– Наверное? – дочь графа согласилась с ней, но всё же склонила голову. – Но это сходится с пророчеством, поэтому мне всё же не по себе.

– Если подумать…

Несколько дней назад всю империю известили о двух откровениях, сошедших спустя двести восемьдесят пять лет.

По словам служащего, зачитавшего откровения, ещё не было решено, за каким следовать, а какое отринуть.

Но не было никаких сомнений, что отбросят именно первое.

Потому что оно касалось императора.

– Разве в первом откровении не было сказано: «Потерявшая свет слава поглотит свет солнца»?

– Поговаривали, что это было связано с именем.

– Тогда «потерявшая свет слава» это…

В зале повисла тишина.

Потому как всех посетила одна и та же мысль.

[Потерявшая всё Глориэль Силькисия вернётся наказать императора].

Пускай собравшиеся здесь семьи были сторонниками кронпринца, это не значило, что они были рады возвращению Глориэль.

Что бы ни случилось, Глориэль была дочерью женщины, восставшей против короны. Поэтому они даже предполагать не смели, что за отношения у неё сложатся с наследным принцем.

– Наверняка это просто слухи, – бросил кто-то, желая немного разрядить обстановку.

Сидевшая напротив леди пожала плечами.

– Верно. Должно быть, это выдумка. История, сложенная на основе откровения.

– А что, если она в самом деле жива? – графская дочь, организатор данного чаепития, закатила глаза. – Слишком уж конкретен этот слух, чтобы оказаться надуманным.

– В каком смысле конкретен?

– Говорят, она явит себя на будущем банкете в честь совершеннолетия второго принца.

– Да? – все застыли от её шокирующих слов. Даже дама, назвавшая это «забавным слухом».

Первой очнулась от потрясения дочь маркиза и спешно спросила:

– От кого Вы это слышали?

– Эм, ну, знаете, – графская дочь слегка подмигнула. Что означало её нежелание сообщать источник слухов.

Обычно поставщикам лакомых сведений затыкают рот, едва выясняют их личность. Поэтому, если кто-то желал и дальше получать информацию, нужно было проявить вежливость и скрыть личность этого человека.

Зная это, дочь маркиза больше не стала задавать вопросов. Она лишь смерила графскую леди многозначительным взглядом.

Знатная дама же кратко подытожила:

– Тогда вскоре мы узнаем, правдивы ли эти слухи.

Те, кто составлял им компанию, кивнули в знак согласия.

Именно тогда, когда разговоры о Глориэль стихли.

Юная барышня с оживлённо сверкающими глазами пригнулась к столу и сменила тему:

– Боже, а об этом Вы слышали? О том, что герцог Лестир сжёг Ассоциацию Магов!

– А, да. Слышала. Но разве не слишком тихо? Не помню, чтобы Ассоциация направляла герцогу протест.

– Должно быть, борются между собой. А может, Ассоциация решила протянуть ему руку помощи из-за «голубого пламени» герцога.

– Разве это не впервые со времён основателя, чтобы пламя Лестира поменяло свой цвет?

– Именно. Но разве не говорили, что пользоваться им можно, лишь имея человека с даром Силькисия?

После замечания юной леди вновь повисла тишина.

Мысленно они стали раздумывать над содержанием исторических книг.

Считалось, что голубое пламя Лестира намного сильнее пурпурного.

Но только первый Лестир был способен использовать голубое пламя.

Спустя несколько поколений после смерти основателя некий любопытный задал вопрос тогдашнему главе Лестира.

Говорят, глава ответил так:

– Без дара Силькисия его невозможно использовать.

Со времён основателей носители дара Силькисия и Лестира никогда не рождались в одном поколении.

Другими словами, если Лестир применил голубое пламя, то в Силькисия появился носитель дара.

Юная леди, собравшая в голове цельную картинку, осторожно спросила:

– Значит, принцесса Лилиан носитель дара?

– Ни разу не слышала о том, чтобы принцесса проходила церемонию определения.

– О, нет, я слышала, – девушка, до сих пор молча их слушавшая, подняла руку. – Принцесса Лилиан прошла церемонию определения, и цвет святой воды изменился.

Все на мгновение затаили дыхание.

Одна из них выкрикнула, не то удивлённо, не то сетуя:

– Но даже сейчас тяжело держать Силькисия в узде после помолвки герцога.

– Принцесса Лилиан носитель дара? В будущем придётся тяжко.

– Но разве не странно? – леди, первой заговорившая о церемонии определения Лилиан, моргнула округлыми глазами. – Почему тогда такая тишина? О таком событии трубили бы на всю округу.

– Если подумать…

Дочь, вернувшаяся двадцать лет спустя, оказалась носителем дара, явившимся впервые за несколько поколений.

Силькисия, что твердила бы об этом на каждом углу, была до подозрительного молчалива.

– Храм и слова не сказал о появлении носителя дара, верно?

– Не потому ли, что слишком заняты откровением?

– Не знаю. Но разве они не должны были сказать несмотря ни на что? Это ведь не абы кто, а носитель дара.

– Принцесса Лилиан также ничего такого не упоминала.

– Ну, быть может, есть причина?

– Думаю, да. Объявят. Нужно просто подождать.

Только носители дара в силах изменить цвет святой воды во время церемонии.

Так что никто не удосужился прислушаться к закрадывающимся подозрениям.

Кроме одной особы – дочери графа, организатора чаепития.

– Дело не в том, что не объявляют. Полагаю, они просто не могут объявить.

– …

– …

На мгновение воцарилось молчание.

Юная графиня допила свой чай.

– Вы правы. На её месте я бы сообщила об этом сразу же по окончанию церемонии.

– Окажись я на её месте…

– Я тоже.

Леди, переглядываясь друг с другом, выразили согласие.

Девушка, первой заговорившая о церемонии определения, осторожно поинтересовалась:

– Тогда почему святая вода изменилась во время церемонии?

– Может, слухи ошибаются? От кого Вы это услышали?

– От второго молодого господина Леннокса. Услышала на чаепитии. И не только я, а все, кто там был.

– Боже.

Раз это слова непосредственно второго молодого господина Силькисия, то точно не пустые россказни.

Глаза дам и леди широко распахнулись.

– Тогда что же это значит?

– Почему они не смогли рассказать о результатах церемонии? Она ведь оказалась носителем дара.

Каждый занялся угадыванием причины.

Тем временем робкая леди пробормотала:

– Но если не принцесса Лилиан, то кто же является носителем дара Силькисия?

И вновь стало тихо.

Раз уж Лестир использовал «голубое пламя», в Силькисия определённо должен был быть носитель.

Но если Лилиан им не является.

– Быть не может.

Большинство девушек, пришедших к тому же выводу, остолбенело.

С другой же стороны, элегантная девушка неестественно стала заикаться:

– Это ведь не Глориэль, верно?

*****

Примерно в то же время в Силькисия каждый день слышали крики главы семьи.

– Повтори. Кто сделал что?

Даже сегодня слуги, проходя по коридору, до отказа переполненному убийственными воплями, затаили дыхание.

Дворецкий, чей единственный грех был в передаче слухов, под пронзительным взглядом мужчины покрылся холодным потом.

– Что там сделала Лилиан?

– Ходят слухи, что она носитель «нетающего льда».

– Она сама их распространила?

– Нет. Полагаю, это дело рук молодого господина Леннокса, – дворецкий заикался, глядя своими несчастными голубыми глазами.

Леннокс, мало тебе было влепить пощёчину барону Хиллейсу. Ты с луны свалился? – Логан стиснул зубы, пытаясь подавить растущий гнев.

– Почему Леннокс сказал так?

– Похоже, слишком много разговоров о том, что герцог Лестир некоторое время назад применил голубое пламя и что появился носитель дара Силькисия. Кстати… – под взглядом всё свирепевших глаз дворецкий силился доложить, вот только его голос всё слабел. – …Поскольку юная леди ни разу не применила свои способности и не получила официальный итог церемонии, люди сочли это подозрительным.

– …

– Кроме того, добавились слухи о том, что дочь Реас жива. Так что говорят, что носителем дара…

Бах!

На словах «дочь Реас» Логан с такой силой ударил кулаком по столу, что тот, казалось, вот-вот сломается.

Дворецкий быстро закрыл рот, но, осознав, что так и не ответил на вопрос главы рода, огляделся и продолжил.

– Как бы то ни было, кажется, молодой господин Леннокс этим сильно расстроен. Так он сказал, что юная леди прошла церемонию определения и что он своими собственными глазами видел, как святая вода изменила цвет…

– С ума сойти, – Логан заскрежетал зубами от слов, которые, казалось, вот-вот выбьют из него душу. – Он крепко спятил!

Ударивший по столу кулак дрожал от гнева.

Одновременно в семье может существовать лишь один носитель дара.

Другими словами, пока Психея является носителем дара, Лилиан ни за какие коврижки не сможет им стать.

Но что значит «цвет святой воды изменился»?

Это невозможно. Что-то определённо не так.

Пока не услышал от дворецкого, он даже не догадывался, что Лилиан прошла церемонию определения.

Нелепо одно то, что она не сообщила о настолько важной вещи.

Возможно, Леннокс ошибся. Возможно, она не получила дискриминант.

{
"type": "bulletList",
"content": [
{
"type": "listItem",
"content": [
{
"type": "paragraph",
"content": [
{
"type": "text",
"marks": [
{
"type": "italic"
}
],
"text": "\u0412 \u0434\u0430\u043d\u043d\u043e\u043c \u0441\u043b\u0443\u0447\u0430\u0435 \u0431\u044b\u043b\u043e \u0441\u043a\u0430\u0437\u0430\u043d\u043e \ud310\ubcc4\uc2dd \u2013 \u0434\u0438\u0441\u043a\u0440\u0438\u043c\u0438\u043d\u0430\u043d\u0442, \u043e\u043f\u0440\u0435\u0434\u0435\u043b\u0438\u0442\u0435\u043b\u044c. \u0422\u0430\u043a \u0436\u0435, \u043a\u0430\u043a \u0438 \u0441\u0430\u043c\u0430 \u0446\u0435\u0440\u0435\u043c\u043e\u043d\u0438\u044f, \u0435\u0441\u043b\u0438 \u0434\u043e\u0441\u043b\u043e\u0432\u043d\u043e, \u043d\u0430\u0437\u044b\u0432\u0430\u043b\u0430\u0441\u044c \u00ab\u0446\u0435\u0440\u0435\u043c\u043e\u043d\u0438\u044f \u0434\u0438\u0441\u043a\u0440\u0438\u043c\u0438\u043d\u0430\u043d\u0442\u0430\u00bb."
}
]
}
]
}
]
}

Логану едва удалось проглотить ярость к своему глупому сыну Ленноксу.

С крошечной надеждой он помчался по коридору.

И без стука открыл дверь в комнату дочери.

– О-отец? – Лилиан, с мрачным выражением лица с чем-то возившаяся, едва не упала в обморок.

Она поспешно спрятала то, чего касалась, в ящик и поприветствовала его.

– Что-то случилось?

В проникавшем через окно солнечном свете знакомо мерцал изумрудный.

Но отвлечённый другим делом Логан этого не заметил.

– Я слышал, что ты прошла церемонию определения. Каков результат?

– Э-это.

– Скажи мне здесь и сейчас. Пока я не отправился в храм и не узнал сам.

– …Чёрный.

Мало того, что дискриминант настоящий, так ещё и чёрный, – Логан, с первого взгляда потрясённый дурным предчувствием, запнулся. – Я должен был догадаться, как вернулась Лилиан!

Я был озабочен только побегом Психеи, потому не понял. Как, чёрт возьми, я должен это исправить?

Изар, единственный достойный ребёнок из его детей, также был в беде, а Сиона уже давно не выходила на связь.

Потому был лишь один человек, способный справиться с этой ситуацией.

Нужно встретиться с Его Величеством.

После того как Психея воспользовалась даром перед Лестиром, герцог понял, что император собрался от него отказаться.

Но возможность ещё была.

Пускай дар Психеи проявился, она ещё неспособна использовать «полномочие».

– Приготовь карету. Я отправляюсь во дворец.

Эти власть и богатства, которые я каким-то образом сумел взять в свои руки. Нельзя, чтобы их меня лишили.

Тем более девчонка, у которой кровь на голове не обсохла! – он скрежетал зубами, твердя, что похоронит Психею любым способом, будь то откровение или что-то ещё.

И тогда.

– Г-герцог! – к нему бросился слуга с тоненькой книжкой.

Лицо Логана похолодело, когда тот, недоумевая, что же произошло на этот раз, взял у него книгу.

Но это оказалась не книга.

Это был гроссбух с астрономическими суммами денег, сшитый в книгу из нескольких листов.

С любопытством изучив бухгалтерскую книгу, герцог схватился за затылок.

– Леннокс!

Из-за этого ублюдка у мужчины так подскочило кровяное давление, что, казалось, он вот-вот богу душу отдаст.

Я с ума сойду.