На следующий день Михаил повёл Розали и Гила к Троицкому собору. Собор располагался в самом центре городка. Прежде чем войти в собор, Михаил спросил:

— Почему бы вам не подождать снаружи, мистер Сонаамор? Вампиры ничего не видят в церкви.

— Я буду в порядке. Если вы будете медленно идти впереди, я смогу следовать за вами по звуку шагов. Только предупреждайте, если впереди будет лестница или ещё что-то.

Внутри церкви на скамейках сидели жители городка, пришедшие помолиться с утра. Перед тем, как войти, Гил внимательно осмотрелся, словно пытаясь запомнить обстановку. Михаил повёл их по лестнице слева, ведущей в подвал.

— В подвале нет ничего особенного. На другой стороне есть запасной выход, ведущий в лес. Здесь всего девятнадцать ступенек.

Описания Михаила оказалось достаточно, чтобы свободно ориентироваться.

— Это потрясающе, — Михаил был искренне поражён. — Обычно вампиры не пытаются войти из-за страха оказаться беспомощными… И очки у тебя не простые, верно?

— Да. Они полностью блокируют солнечный свет, — ответил Гил.

Пол в подвале был сухим, а стены освещали лампы, так что было не слишком темно. Лампы были и на столбах по обе стороны коридора.

В центре подвала возвышался склеп вампира с широко раскрытым ртом и раскинутыми в воздухе руками, пронзённого копьём Рика Ханта. Наконечник копья прошёл сквозь его тело и прочно вонзился в пол. На стене позади стояла статуя Девы Марии.

Розали какое-то время рассматривала мёртвого вампира.

— Как он выглядит?

— Кожа сухая и бледная, ничего примечательного. Это просто обыкновенный вампир. Клыки длинные и острые. Длиннее твоих, Гил.

— Откуда ты знаешь?

— Он умер с раскрытым ртом, вот так, — Розали открыла рот и изобразила оскал вампира, но вспомнила, что Гил ничего не видит, и прекратила.

Михаил улыбнулся, слушая разговор этих двоих.

Розали провела несколько дней в паломническом домике, предоставленном Михаилом, и искала литературу, связанную с Риком Хантом. Помимо печатных книг, в кладовой Троицкого собора хранились различные документы, рукописи, письма, дневники. Книги появлялись в руках Розали быстрее, чем она успевала их прочитать.

— О, здесь всего одна строчка. Так необычно читать истории о далёком предке, которого никогда не знал.

— Что там написано?

— Говорят, что Дерек Эвенхарт приводил Рика Ханта в бешенство всякий раз, когда напивался.

— Хм…

Розали громко захлопнула книгу.

— Почти ничего интересного. Мне было любопытно, смогу ли я что-то разузнать, если приеду сюда. У тебя есть идеи? Воспоминания, намёки, что-то ещё? Ах, Гил, просматривай не только книги, посмотри лучше вот это. Здесь много мемуаров Рика.

Гил копался в старых бумагах, но постоянно отвлекался на книги с интересующими его названиями, такими, как «Различия между видами», «Гуманизация» и «Теория эволюции вампиров и потребности разных поколений в крови». Он делал для себя заметки и записывал отдельные статьи.

— Это ещё что? Эволюция вампиров? Это, случаем, написал не тот чудак, которого пятьдесят лет назад казнили за лженауку?

— Нет. Но это интересно.

— Тогда прочитай и расскажи, о чём она.

— Я всё время смотрю на неё, но не уверен… — Гил взял книгу в руки, но продолжал сомневаться.

— Что за сомнения, Гил?

— Извини…

— Нет, я не хочу, чтобы ты извинялся. Мы зашли так далеко, и я думаю, что было бы неплохо поискать книги об уникальных способностях. А в свободное время ты мог бы почитать что-то другое.

Они провели ещё несколько часов, изучая запили об охотнике Рике Ханте, оставленные в кладовой Троицкого собора. Но так и не нашли того, что искали.

Розали взяла последнее письмо.

— Нам нужно найти что-то, что не позволит другим вампирам игнорировать нас, но здесь действительно нет ничего полезного.

Розали вернула книгу на полку, а документы — в шкаф.

— Здесь говорится, что уникальные способности вампиров легко узнаются, когда те взрослеют. Тебе что-нибудь приходит на ум?

— В целом… Это правда, но такое обычно передаётся из уст в уста…

— Значит, ты и сам не знаешь?

— Ну, нет…

— Уникальная способность Сонаамор до сих пор не ясна. Я надеялась, что нам удастся что-нибудь выяснить, пока мы разбираемся с Риком Хантом.

— Тем не менее, поиски — это тоже весело.

— В любом случае, это единственная история Рика Ханта, так что и на этот раз мы ничего не выяснили. Куда нам идти дальше?..

Гил сказал, что перед отъездом хотел бы прочитать книгу, которую нашёл. Поскольку они уже пересмотрели все книги, заметки и письма о Рике Ханте, Розали согласилась, положила руки на подоконник и выглянула наружу.

Какое-то время единственным звуком, раздающимся в тишине, был звук перелистывающихся страниц.

Глядя в окно, на залитый солнцем город, Розали пробормотала:

— …Кстати, Гил. Этот город не показался тебе странным?

— Хм, он действительно необычный, — Гил кивнул.

Даже днём Тринити выглядел мрачно. И это касалось не только лиц местных жителей. Люди редко обменивались дружественными словами или открыто смотрели друг на друга.

Как будто их что-то преследовало. Их волновала только работа. И это, очевидно, было не только из-за недоверия к вампирам.

— В чём же дело? — пробормотала Розали.

Шёл третий день с тех пор, как Розали и Гил прибыли в городок Тринити. Местные дети по-прежнему бросали подозрительные взгляды на Розали, но больше не позволяли себе выходок вроде закидывания чесноком.

— Дело в трупе.

Гил задумался и сделал пазу.

— Тело под церковью?

— От него пало кровью, хоть и слабо.

— Он был убит и мумифицирован четыреста лет тому назад. Ты почувствовал запах крови Рика Ханта?

— Я не знаю запаха крови Рика Ханта… Но я знаю, что это была кровь человека, умершего несколько недель назад. Предположительно ребёнка.

— Хочешь сказать, в этом городе совершают человеческие жертвоприношения?