(Энн)

Мы правильно сделали, что приплыли сюда. Здесь в небольшой заводи, дно было выстлано пеком и мелким гравием. В основании скалы, оказался грот или скорее навес. Высотой около двух метров, глубиной 3-4 метра и шириной около десяти. В самом узком месте были следы от костров других  наших предшественников.

Хотя это место всем понравилось, мы его решили немного облагородить. То есть отгородить часть грота. Для этого, мы разобрали плот. Палки и камыш, был использован для стены. Конечно, нам потребовалось еще больше палок и камыша, но эта затея стоила того. В основание скалы мы вколотили несколько длинных шестов. К этому основанию были закреплены поперечины, а сверху – накрыто камышом. Самый сухой камыш мы использовали для наших будущих постелей. Поверх камыша положив наши спальники. Все получилось просто замечательно. Даже если мы не разведем костер, а мы его точно разведем, внутри было комфортно.

Едва закончив строительство, мы дружно помчались купаться. В отличии от вчерашнего, мы постоянно носились, дурачились, смеялись. Все словно старались забыть, то место напротив. Как-то не сговариваясь, все вынули мыло и решили искупаться в теплой воде. Тут Ольга внесла предложение – отгородить часть угла и устроить баню.

Оказалось, кроме меня, Марины и самой Ольги ни кто не представляет, что такое баня по «черному». Это заняло немного времени. Скоро пар валил из плохо пригнанной загородки. Сначала мы втроем пропарились и прыгнули в озеро. Когда возвращались, мы увидели глаза остальных, это доставило нам большое удовольствие, и мы улыбнулись.

После бани, к этому времени было уже темно, мы сидели, завернувшись в свои накидки постели. Нас занимал очень важный вопрос – кто и когда будет дежурить. Не смотря на ярко горящий костер, развешанная одежда еще не подсохла, а утром хотелось бы пойти в сухом. Значит нужен дежурный следящий за костром. Кроме, того у почти все появились страх и сомнения. А вдруг… А и… Что тогда…

Если честно, вся эта бесконечная волокита раздражала, меня больше волновала – сухость одежды. Только вот остальных – бесконечные «а вдруг..» Поняв, что это будет длиться очень долго, скорое всего мы все так и заснем, не закончив спор. Тогда придется отсыпаться минимум полдня. Я решительно подтолкнула Люси.

- Ну, раз так, мы с тобой первые. Затем Ольга и Жанна. Дальше - Обе Жаклин. За ними Мари и Маргарет, а право будить нас предоставим Марине и Джейн. Согласны? Ну, тогда спать.

Я ожидала споров, но все переглянулись и легли спать. Мне даже показалось, что они уснули раньше, чем легли. Мы проверили одежду у костра и подкинули дров. Едва мы сели, как Люси, словно прорвало. Неожиданно, она перешла на свой родной язык и начала рассказывать о своем первом походе. Как испугалась, когда проснувшись, обнаружила, что она одна. Как она выбиралась. На мой вопрос «как это получилось?», она криво улыбнулась.

- Отец с братьями, решили меня проверить. Первоначально, они хотели меня даже раздеть догола и оставить только нож. Но отцу что-то не понравилось в выражениях лиц братьев, и они забрали только палатку с вещами.

Как потом, узнала Люси, они спрятались на другом берегу реки и следили за ней. Люси сильно и надолго запомнила эти десять километров вдоль реки. И она практически озверела, когда едва державшись на ногах, вползла на мост, а там ждали остальные. Правда она отомстила. Потом. Позже. Тогда она от усталости и злости, даже ругаться не могла.

В ответ я рассказала, как однажды, мне было плохо. Я разбила хрустальный кубок мамы Лили за превосходное содержание приюта. Получила наказание. Не успела поесть. Последняя туфля, с которой я приехала в приют, порвалась. Не выдержав такое давление, я побежала, куда глаза глядят. Слезы мешали мне хорошо видеть, и я упала. Упав на колени, я плакала от неопределенности. Не удачливости. В тот момент мне казалось, что весь мир отвернулся от меня. Ну, в общем, я ревела, когда кто-то начал меня гладить. Я прижалась к этому единственному, кто жалеет меня и еще больше разревелась. Сквозь слезы рассказывая все, что наболело.

Когда я немного успокоилась и начала приходить в себя, то обнаружила, что сжимаю в объятьях, самую злую собаку. Точнее еще молодого сторожевого пса. А он словно понимает меня. Поскуливает и порыкивает на мои слова. Я вздрогнула, но подумав, что если он меня не тронул раньше, то не тронет и сейчас. Я решительно поцеловала его и отправилась спать.

Утром я добыла кусок мяса с костью и принесла ему. Обычно еде ему, кидали издали или двигали длинной палкой. Но мне было все рано, когда подходила к нему, я помнила вчерашнее. Шарик спал. Во сне, он словно сражался. Он скалил зубы и рычал. Едва я подошла к нему, как у него открылись глаза. В них блеснул зверь, Но я спокойно подошла к его чашке и выложила угощение.

Несмотря на то, что ему тогда было всего 7 месяцев, он уже тогда был мне по пояс. Поэтому я не удивилась, что он подошел ко мне сидящей и посмотрел мне в глаза. Его глаза оказались на одном уровне с моими. Я сразу заговорила с ним. Рассказав, что он мой друг и начала просто болтать с ним.

Самым трудным нашим делом, оказалось, разбудить наших сменщиц. Едва отвернёшься, а они уже спят. Когда они окончательно проснулись, прошло не меньше получаса. Только после этого мы легли спать.

***

(Где-то)

- …Если вы, Грегори, прервали меня напрасно, то… - орал взбешенный председатель Бримс.

Он немного попытался взять себя в руки и махнул рукой. Мол, говорите.

- Мы очень в неприятной ситуации, - хмуро сказал Грегори. – У нас крот. – И быстро добавил, увидев расширяющиеся глаза Председателя Бримс, готового вновь взорваться. – Я вчера поймал пару сотрудников на том, что они составляли портфолио на девушек наблюдаемых нами.

- Ну и что? Накажите и все. – Взорвался мистер Бримс и начал вставать.

- А вот тут и обнаружились некоторые странности.

Грегори нажал кнопки на пульте. На экране показался лагерь, где несколько девушек купались оголенными или загорали. Стоило сделать увеличение, как…

- Эээ. А почему на этой купальник появился? – Грозно посмотрел на Грегори Мистер Бримс.

- Вот это и заинтересовало сотрудников, и они сделали еще увеличение.

- А это что еще за муть?

- А вот это и означает, что нас водят в заблуждение. Видимо подменяя кадры на выгодные кому-то.

- Это воздействие объектов?

- Нет. Это кто-то делает у нас. Дроны отображают ту информацию, которая устраивает других. Видимо, они пытаются воздействовать на нас. Нас явно специально наталкивают именно на эти объекты. Я теперь начинаю думать, что нет ни каких объектов или нас пытаются отвлечь от чего-то более неприятного. Направить нас по ложному следу.

Председатель Бримс долго сидел с задумчивым видом.

- Ни кому, ни слова, - бросил он. - Я сам разберусь.

- Вот поэтому я к вам обратился лично.