Год. Прошёл уже год с того момента, как я начал свой путь авантюриста.

Когда я смотрю в отражение на поверхности реки или в треснувшее зеркало в дешёвой таверне, я едва узнаю себя. Черты лица стали более резкими, взгляд — твёрдым. Я подрос и вытянулся, хотя до настоящей взрослой фигуры мне ещё далеко. На щеке появились лёгкие шрамы, память о неудачах, которые научили меня быть быстрее и внимательнее.

Сейчас мне двенадцать, но в этом мире возраст ничего не значит, если ты живёшь как авантюрист. Люди судят о тебе по твоим делам, а не по годам.

Мы с Маленией продолжали наши путешествия, берясь за задания, которые другие считали слишком опасными. Я хотел расти, быть сильнее, испытывать себя, и Маления не стала меня удерживать.

Постепенно я начал замечать, что наше имя начинает звучать всё чаще. В каждом городе, в каждой деревне, куда мы прибывали, местные жители уже знали о «высоком воине с платиновыми волосами» и «молодом авантюристе, который скрывает своё истинное лицо под капюшоном».

— Говорят, он побеждает монстров одним движением меча!

— Да это просто ребёнок, никто из нас его даже не видел толком!

— Но он же победил бешеного циклопа! Никто из обычных людей на это не способен!

Слухи расползались быстрее, чем мы передвигались с места на место. Конечно, большая часть из них была преувеличением, но некоторые события действительно привлекали внимание.

Битва с циклопом, о которой все твердили, была одной из тех, что я запомню на всю жизнь. Мы с Маленией брали обычный контракт на зачистку леса от опасных тварей. Никто не предупредил, что в этом лесу обитает разъярённый циклоп.

Когда его огромное тело вырвалось из чащи, я замер. Но не от страха, а от осознания: это момент, когда я могу испытать всё, чему научился. Маления лишь хмыкнула.

— Твой выход, — сказала она, усмехаясь.

Тот бой был тяжёлым. Моя магия молнии в сочетании с мечом, который я нашёл в тайнике Эдмонда, позволила мне ослабить монстра, но финальный удар я нанёс, применив всю свою силу. Грохот его падения эхом отразился в лесу, и на мгновение я почувствовал себя настоящим героем.

Слухи о «юном воине» привлекли не только поклонников, но и завистников.

— Ты, мелкий выскочка! Думаешь, если о тебе говорят, ты уже герой? — кричал один из авантюристов в таверне, когда я, уставший после очередного задания, зашёл перекусить.

Он был выше меня, массивный, с угрожающим видом. Но за этот год я понял, что люди, которые больше всего шумят, реже всего представляют реальную угрозу.

— Не думаешь, что вечно скрываться под капюшоном — это трусость? — продолжал он, подойдя ближе.

Я не ответил. Только поднял взгляд, слегка сдвинув капюшон, чтобы он увидел мои глаза. В них не было ни страха, ни сомнения.

— Если хочешь испытать моё умение, бери контракт. Увидимся в поле. Или ты боишься, что за тобой придут из-за проигрыша? — мой голос звучал ровно, но в нём был стальной оттенок.

Таверна погрузилась в тишину. Здоровяк нахмурился, что-то пробормотал и отступил. Я понимал: даже без драки я завоевал этот момент.

Маления, сидевшая неподалёку, наблюдала за сценой с полуулыбкой.

— Впечатляюще. Но в следующий раз не забудь, что слова не всегда решают. Иногда надо бить первым.

Её слова резонировали во мне. Я не хотел, чтобы моё имя ассоциировалось с насилием, но понимал: в этом мире сила говорит громче, чем слова.

Несмотря на наши постоянные передвижения, я старался поддерживать связь с родителями и Эдмондом.

Каждый раз, когда находилась возможность отправить письмо или зайти в знакомую деревню, я делился новостями. Письма от родителей всегда были наполнены теплом и заботой.

— Мы гордимся тобой, Эллард. Но не забывай, что геройство ничего не значит, если ты теряешь себя.

Эти слова матери я носил с собой, как оберег.

Иногда мне казалось, что мир слишком велик, чтобы кто-то, кого я знаю, услышал о моих подвигах. Но слухи, как оказалось, дошли даже до столицы эльфов.

Аэриль, как рассказывали очевидцы, с удивлением и растущим интересом слушала рассказы о таинственном авантюристе, который побеждает монстров и скрывает своё лицо.

— Кто же это? — спросила она у Калебрина.

— Тот, кто делает своё дело, — спокойно ответил эльф.

Но что-то в её глазах изменилось. Она сжимала меч чуть крепче, её тренировки становились интенсивнее.

— Я не могу позволить себе оставаться слабой, — прошептала она однажды, утирая пот со лба.

Этот год изменил меня. С одной стороны, я чувствовал себя сильнее, увереннее. С другой, я начинал замечать, как сложно оставаться тем, кем ты был в начале пути.

Иногда, сталкиваясь с несправедливостью или жадностью, я чувствовал, как внутри меня загорается холодная ярость.

— Ты не можешь спасти всех, — напоминала Маления, когда я настаивал на том, чтобы вмешаться в спор местных жителей. — Это не твоя битва.

Но иногда я всё же вмешивался, даже если знал, что это неразумно.

— Почему ты так упрям? — спрашивала она, качая головой.

— Потому что если я буду молчать, то кто тогда скажет?

Год. В нём было всё: сражения, тренировки, поражения, победы. Я почувствовал, как этот мир принимает меня, но и сопротивляется моему присутствию.

Легенда о юном авантюристе продолжала разрастаться, как снежный ком. И я знал: это только начало.

— Ты стал сильнее, — сказала Маления однажды вечером, когда мы сидели у костра. — Но запомни: сила — это не цель, а инструмент. Не забывай, зачем ты её приобрёл.

Я кивнул, глядя в огонь.

Я знал, что впереди ещё много битв. Но я также знал, что с каждым шагом я приближаюсь

Когда мы с Маленией прибыли в очередной город, нас ожидал сюрприз. Один из местных торговцев, услышав наши имена, не удержался и поделился новостью:

— О вас говорят даже при дворе короля, — его голос был полон восторга и зависти. — Мол, появился какой-то авантюрист, который легко одолевает монстров, что другим не по зубам.

Маления лишь усмехнулась, но я почувствовал, как внутри меня что-то сжалось.

— Слухи бывают полезными, — сказала она позже. — Но запомни: они также могут стать ловушкой. Чем больше о тебе знают, тем сильнее за тобой следят.

Король Годрик, как мне позже рассказали, заинтересовался этими рассказами.

— Кто этот таинственный воин? — спросил он у своего советника. — Узнайте всё, что сможете.

Принц Райнальд, по слухам, отреагировал иначе. Его любопытство смешивалось с лёгкой завистью.

— Интересно, правда ли, что он может одолеть любого? — говорил он в кругу приближённых. — Я бы хотел сразиться с ним, чтобы проверить это.

Принцесса Катарина же, услышав рассказы, лишь улыбнулась.

— Возможно, он просто делает то, что должен, — сказала она тихо, её взгляд устремился вдаль.

Когда мы с Маленией прибыли в очередной город, нас ожидал сюрприз. Один из местных торговцев, услышав наши имена, не удержался и поделился новостью:

— О вас говорят даже при дворе короля, — его голос был полон восторга и зависти. — Мол, появился какой-то авантюрист, который легко одолевает монстров, что другим не по зубам.

Маления лишь усмехнулась, но я почувствовал, как внутри меня что-то сжалось.

— Слухи бывают полезными, — сказала она позже. — Но запомни: они также могут стать ловушкой. Чем больше о тебе знают, тем сильнее за тобой следят.

Король Годрик, как мне позже рассказали, заинтересовался этими рассказами.

— Кто этот таинственный воин? — спросил он у своего советника. — Узнайте всё, что сможете.

Принц Райнальд, по слухам, отреагировал иначе. Его любопытство смешивалось с лёгкой завистью.

— Интересно, правда ли, что он может одолеть любого? — говорил он в кругу приближённых. — Я бы хотел сразиться с ним, чтобы проверить это.

Принцесса Катарина же, услышав рассказы, лишь улыбнулась.

— Возможно, он просто делает то, что должен, — сказала она тихо, её взгляд устремился вдаль.

Слухи дошли и до Ларсенов. Эдмонд, кажется, не был удивлён, узнав о моих успехах. Но в его глазах читалась тревога.

— Эллард всегда стремился к большему, — сказал он, беседуя с Амелией. — Но слишком быстрая слава может обернуться проблемами. Надеюсь, он понимает, что делает.

Мама, прочитав письмо, в котором я делился новостями, сначала расплакалась, а потом долго молчала, глядя на окно.

— Он стал таким сильным, — произнесла она тихо. — Но я надеюсь, он не забудет, что у него есть дом, где его всегда ждут.

Отец, как всегда, был сдержан, но я знал, что он гордится мной. Его короткие, но ёмкие ответы в письмах всегда содержали что-то важное.

— Ты делаешь правильные шаги, — писал он. — Но помни, сила — это не то, что делает тебя сильным. Это ответственность.

Эдмонд, прочитав слухи в одном из писем от своих торговых партнёров, усмехнулся и поделился новостью с Амелией.

— Думаю, мы выпустили тигра из клетки, — сказал он с лёгкой улыбкой. — Теперь весь мир узнает, на что он способен.

Амелия кивнула, но её взгляд оставался озабоченным.

— Сможет ли он сохранить себя в этом вихре?

Эти слова были чем-то большим, чем простая тревога. Они стали эхом, которое сопровождало меня каждый раз, когда я принимал очередное задание или слышал, как в толпе перешёптываются обо мне.

Слава — это не цель, но она неизбежно приходит к тем, кто движется вперёд, преодолевая препятствия. Я начинал понимать, что становлюсь частью чего-то большего, чем просто авантюристские контракты.

Но вместе с этим я ощущал и вес ответственности. Я не мог позволить себе ошибки, не мог потерять то, кем я был.