Скоро начнётся совет, и волнение в моей груди возрастало с каждой минутой. Я стоял в просторных покоях, которые мне предоставили во дворце, и смотрел в окно. За пределами роскошных стен виднелись величественные здания Эль-Аннэр. Всё вокруг казалось таким новым и необычным: воздушные лестницы, изящно извивающиеся, как живые существа, и жители, величественно шагающие по улицам. Я почувствовал, как эта атмосфера наполняет меня, одновременно вдохновляя и подавляя.

Вдруг дверь приоткрылась, и в комнату вошла Сианна. Она выглядела свежо и сияюще, несмотря на пережитые испытания. Я не мог не заметить, как её длинные волосы струились по плечам, а в глазах читалось волнение и радость.

— Привет, Эллард, — произнесла она, улыбнувшись. — Готов к совету?

Я кивнул, стараясь скрыть свою неловкость. Мы не так давно стали союзниками, а теперь мне предстояло представиться перед её семьёй, перед её народом. Это казалось мне невероятно важным, и не было места для слабостей.

— Я готов, — ответил я, подправляя свой простой, но аккуратный наряд. — Ты как-то говорила, что я должен вести себя должным образом?

Сианна хихикнула, её смех звучал как музыка.

— Не волнуйся, я уверена, что ты справишься. Ты знаешь, как вести себя как благородный человек. И даже если ты...

Она задумалась, подбирая слова, и я почувствовал лёгкое напряжение в её голосе.

— ...даже если ты выглядишь немного младше, чем остальные. — её голос был добрым и игривым, и это придавалось лёгкость моменту.

Я не удержался от улыбки. — Ну, это правда. Но, может, это даст мне некоторое преимущество? Возможно, я удивлю всех своим умением.

Она наклонила голову, словно оценивая мои слова.

— Ты знаешь, я никогда не думала об этом. Это может сработать! — её улыбка напоминала о том, как я ценю её поддержку.

Мы вышли из покоев и направились к залу, где проходил совет. Внутри дворца царила атмосфера ожидания: стражи на постах, эльфийские благородные дамы и кавалеры с важными лицами. Я чувствовал, как меня изучают взгляды, полные любопытства и, возможно, недоверия.

Когда мы подошли к огромным дверям зала, Сианна слегка сжала мою руку. Я почувствовал тепло её ладони и посмотрел на неё. Она выглядела решительно, как будто старалась передать мне свою уверенность.

— Ты готов? — спросила она, приподняв бровь.

— Да, — ответил я, стараясь говорить уверенно. — Готов, как никогда.

Двери открылись, и мы вошли в зал. Огромные колонны, высокие потолки, украшенные витражами, создавали неповторимую атмосферу. Я замер на мгновение, поражённый красотой.

В центре стоял массивный стол, вокруг которого сидели старшие и мудрые эльфы. Они смотрели на нас, и в воздухе повисло напряжение. Я чувствовал, как сердце стучит в груди, но понимал, что нужно оставаться собранным.

Сианна вышла вперёд, её голос прозвучал громко и ясно:

— Уважаемые члены совета, я вернулась домой, и это — Эллард, мой спаситель!

К тому времени, как она произнесла свои слова, я ощутил взгляды всех присутствующих, изучающих меня с любопытством и сомнением. Глаза старших эльфов, сидящих за столом, казались проницательными, как будто могли заглянуть в мою душу.

Я шагнул вперёд, стараясь излучать уверенность.

— Я рад быть здесь и благодарен за возможность встретиться с вами, — произнёс я, стараясь говорить так, как меня учили. — Я только выполнил свой долг, и если бы не Сианна, я бы не оказался здесь.

В этом моменте я заметил, как один из старейшин, облачённый в роскошные одежды, слегка приподнял бровь, но в целом атмосфера в зале смягчилась.

Внезапно в зал вошёл король, облачённый в великолепные доспехи, которые сверкали в свете. Он остановился в центре, его лицо отражало всю мощь и величие правителя.

— Принцесса, — произнёс он, его голос звучал властно и уверенно, — мы рады видеть вас в добром здравии. И ты, человек...

Его взгляд упал на меня, и я ощутил, как под его взглядом мне стало не по себе.

— ...спаситель нашей дочери, — закончил он, его голос стал чуть мягче.

Я кивнул, чувствуя, как его слова поднимают мою значимость, но в то же время давят. Он начал говорить о ситуации с работорговцами, его лицо исказилось от гнева, когда он обвинил людей в том, что они причастны к этому ужасному делу.

— Эта раса снова не оставила нам выбора! — взревел он, и я заметил, как его рука сжималась в кулак. — Мы должны проучить их за то, что они сделали с нашей дочерью!

В этот момент я не удержался и произнёс:

— Но, Ваше Величество, не все люди такие. Я сам человек, и я лишь хотел спасти Сианну. Не стоит наказывать всех за ошибки лишь нескольких.

В зале повисла тишина, и я почувствовал, как все взгляды вновь устремились на меня. Король замер, его лицо стало каменным, а потом, словно осмысливая мои слова, он чуть ослабил кулак и кивнул.

— Ты прав, — произнёс он медленно. — Мы не можем осуждать всех по действиям немногих.

Внезапно к королю подошёл эльфийский генерал, облачённый в доспехи, указывающие на его военное звание, и пронзительный взгляд.

— Я рад, что принцесса вернулась, — произнёс он, слегка склонив голову. — Но…

Его внимание переключилось на меня.

— Ты спасаешь её, но каковы твои истинные намерения? — его голос звучал как удар меча. — Я не могу позволить, чтобы кто-то использовал принцессу в своих интересах.

Я уставился на него, не понимая, что сказать.

Собравшись с мыслями, я ощутил, что сейчас пришло время. Я поднял голову и ответил:

— Я не ищу выгоды, я просто хотел защитить её, когда работорговцы напали. Я знаю, что это может показаться смешным, но я уверен, что смогу доказать это.

Генерал посмотрел на меня с настороженностью, а затем произнёс:

— Если ты действительно хочешь доказать свою силу, предлагаю провести бой. Пусть твои действия говорят за тебя.

Толпа заволновалась, и, хотя это вызывало во мне страх, я почувствовал, что это единственный способ, чтобы показать свою преданность.

— Хорошо, — сказал я, и в зале послышался шум. — Я готов.

Мы вышли на тренировочный двор. Я чувствовал, как напряжение растёт. Генерал, Калебрин, взял в руки меч, его движения были уверенными и точными. Я приготовился, ощущая, как внутри поднимается адреналин.

Как только бой начался, я увидел, как он стремительно нападает, его движения были как ветер, быстрые и смертоносные. Я увернулся, едва избегая удара, но каждый раз его сила заставляла меня отступать. Я знал, что не могу позволить ему победить.

Я вложил все свои силы в атаки, пытаясь нанести ответные удары. Но с каждым моментом я ощущал, как моё тело подводит меня, как детская форма не может полностью реализовать мой внутренний потенциал.

Калебрин, генерал королевской армии и брат короля, стоял передо мной с непоколебимой уверенностью. Его движения были быстры и смертоносны, как ветер. Он атаковал с силой, которую мне сложно было предугадать — каждое его движение было идеально выверено, точно направлено и рассчитано. Едва успевал уворачиваться, ощущая, как каждое его движение вынуждает меня отступать.

Я вложил все силы, что были у меня, в каждый удар, пытаясь нанести ответный удар. Но тело подводило меня — это детское тело, с его ограничениями, не позволяло мне раскрыться полностью. Внутри меня скрывался воин, но я чувствовал, что не могу полностью использовать свои возможности.

Каждое движение давалось всё тяжелее, и я ощущал, как силы покидают меня. Сражаться против такого опытного воина, как Эльтаран, в теле ребёнка — это было сродни попытке взобраться на скалу голыми руками. Но я не собирался сдаваться.

Генерал сделал обманный выпад вправо, и я поддался на уловку, выставив меч, чтобы отразить удар. Внезапно он изменил траекторию, и прежде, чем я успел среагировать, Эльтаран оказался у меня за спиной. Я почувствовал лёгкий удар в бок, символизирующий, что, будь это настоящая битва, он мог бы закончить бой одним движением.

— Ты хорошо держишься, — сказал он, и я уловил уважение в его голосе, — но ты не можешь использовать свои силы так, как мог бы. Упрямство тебя не спасёт.

Стиснув зубы, я шагнул назад, выравнивая дыхание и стараясь собраться. Его слова задели меня, но я понимал: он прав. Мне не хватало физической силы и выносливости, чтобы выдерживать бой наравне.

Калебрин уверенно уклонялся, его каждое движение было исполнено силы и достоинства. Мне было ясно, что он превосходит меня не только по физическим возможностям, но и по опыту и мастерству. Внезапно он сделал обманный выпад вправо, и я, повинуясь инстинкту, поднял меч для защиты. Но Калебрин, изменив траекторию, оказался позади меня и лёгким, но ощутимым движением коснулся моего бока.

— Ты упорный, Эллард, — сказал он, и я уловил уважение в его голосе. — Но пока твоя сила больше в решимости, чем в телесной мощи.

Собравшись, я сделал глубокий вдох. Его слова меня задели, но я понимал их правоту. В теле ребёнка мне не хватало выносливости, чтобы выдерживать бой наравне. Но, несмотря на это, я не был готов сдаться.

«Нет. Я должен показать, на что способен, хотя бы ради того, чтобы доказать себе, что могу справиться,» — подумал я, чувствуя, как что-то внутри меня вспыхивает. Это была решимость, та искра, что пробудилась в бою с работорговцами. Возможно, это была метка на моём плече, напомнившая о древней силе, подаренной мне. Какое-то неведомое ощущение силы охватило меня, и я позволил инстинктам взять верх.

Я ринулся в атаку, направляя свои удары с максимальной скоростью, уклоняясь от выпадов Калебрина. На миг его глаза блеснули, когда он понял, что теперь я представляю собой более серьёзного противника. Мои движения стали быстрее, я действовал словно по наитию, как будто восполнял недостаток физической силы отчаянной решимостью и точностью.

Калебрин отступил на шаг, его глаза сузились, он внимательно следил за каждым моим движением. Но, к сожалению, даже эта внезапно открывшаяся сила быстро угасла. Ощущая, как силы покидают меня, я замедлился, и это дало Калебрину шанс. Он провёл решающий удар, который вынудил меня отступить, а затем лёгким движением выбил меч из моей руки.

Застыв, тяжело дыша, я посмотрел на него, чувствуя разочарование в себе. Калебрин, однако, улыбнулся и поклонился мне.

— В тебе есть огонь, юноша, — произнёс он. — Твоё тело ограничивает тебя, но дух... он достоин воина.

После поединка Калебрин предложил мне вернуться к залу совета, и я, несмотря на усталость, согласился. Во мне всё ещё бурлили эмоции после боя, но встреча с советом оставалась важной задачей. Я знал, что именно там я мог найти ответы на многие вопросы о будущем, включая поддержку и возможность сообщить моей семье, что я жив и что со мной всё в порядке.

Когда мы вошли в главный зал, нас уже ждали король Эльтаран и другие члены эльфийского совета. Стражники, стоявшие по краям зала, выпрямились, как будто подтверждая важность момента. Сианна улыбнулась, завидев нас, и заняла место рядом со своими родителями. Я увидел, как Эльтаран склонился к ней, сдерживая эмоции, но всё же его лицо выдавало облегчение.

Калебрин жестом указал мне на место рядом с ним, и я, глубоко вдохнув, последовал за ним.

Когда я приблизился к центру зала, король Эльтаран встал и обратился ко мне с глубоким уважением:

— Эллард, — начал он, его голос звучал спокойно, но твёрдо. — Мы узнали о твоём подвиге и о том, как ты рисковал своей жизнью ради моей дочери. Я благодарен тебе за её возвращение. Твой поступок, пусть даже для столь юного человека, говорит о твоей силе и чести. Мы не оставим это без внимания.

В зале повисла тишина, когда он замолчал, его слова, казалось, эхом разнеслись по каменным стенам. Я поклонился, стараясь сохранять спокойствие.

— Ваше Величество, мне выпала честь защитить Сианну, и я благодарен вам за тёплые слова, — сказал я, и, посмотрев на короля, добавил: — Но не мне одному подобает эта честь. Любой из вас поступил бы так же, если бы оказался на моём месте.

Эльтаран кивнул, заметив мои манеры, и в его глазах я уловил намёк на удивление.

— Ты говоришь и ведёшь себя не как обычный ребёнок, Эллард, — произнёс он, прищурившись, будто желая проникнуть вглубь моих мыслей. — И всё же, несмотря на твою юность, ты проявил мудрость и храбрость.

Сианна, стоявшая рядом с отцом, радостно смотрела на меня, будто гордилась нашим знакомством. В это время Калебрин решил поддержать разговор, высказывая свои мысли.

— Мой племянник говорит правду, — сказал он с лёгкой улыбкой. — У Элларда редкое сочетание отваги и тактики. Как генерал эльфийских войск, могу сказать, что такой потенциал заслуживает внимания. И потому я хотел бы предложить юному воину остаться здесь на некоторое время. Возможно, я мог бы передать ему некоторые навыки, которые помогут ему раскрыть его дар.

Эта фраза насторожила короля. Эльтаран посмотрел на меня, а затем снова обратился к своему брату:

— Калебрин, как всегда, твоя мудрость безупречна. И всё же, Эллард, мы понимаем, что у тебя, возможно, есть обязательства перед твоей семьёй. Но мы будем рады, если ты решишь остаться и принять нашу помощь. Мы предложим тебе обучение и защиту, если ты этого пожелаешь.

Я задумался. Мысль о возвращении к родителям не оставляла меня. Я знал, как они беспокоятся обо мне. С другой стороны, шанс обучения у самого Калебрина был заманчив. Наконец, я решился заговорить:

— Ваше Величество, моя семья, вероятно, очень беспокоится о моём исчезновении. Однако я признаю, что обучение у Калебрина помогло бы мне. Если есть возможность сообщить моей семье, что со мной всё в порядке и что я задержусь на некоторое время, я бы с радостью остался здесь, чтобы развивать свои способности.

Эльтаран, казалось, удовлетворённо кивнул. Затем он посмотрел на Калебрина:

— Тогда так и поступим. Калебрин, позаботься об этом лично. Мы сообщим родителям Элларда о его безопасности и нашем предложении.

Калебрин кивнул и, улыбнувшись, сказал:

— Могу уверить вас, Эллард, что твоим родным будет передано всё так, как ты этого хочешь.

Я облегчённо вздохнул, чувствуя, что моё решение одобрено. Сианна подошла ближе, и в её взгляде я уловил радость и, возможно, даже лёгкое восхищение.