21:12, 20.12.2114, 7 дней до [###]

— Кси! А вот и ты! — раздался веселый крик.

В комнату зашёл парень. На его плечах небрежно лежала расстёгнутая чёрная куртка с налипшим подтаявшим снежком, из-под неё топорщилась белая рубашка и длинный, до пояса, бирюзовый галстук. Тёмные брюки спускались до белых кроссовок, на которых почему-то не было видно шнурков.

Он кивнул в ответ на приветствие и прошёл вперёд. Невысокий, чуть выше двух с половиной метров, потолок, сплошь покрытый трубами, обшарпанные кирпичные стены, вразброс расклеенные или лежащие постеры и картины. В одном углу стояли верстаки с раскиданными по ним инструментами и непонятного вида станками. Посреди комнаты расположился маленький прямоугольный стеклянный стол с металлическим каркасом. Над ним висело несколько пластиковых ламп с рассеивателями тепло-белого цвета, их свет мягко окутывал стол и четверых сидящих рядом с ним людей.

— Неужели так сложно прийти вовремя? — протянула девушка в розовой куртке и юбке, махнув крашенными в тон одежды волосами чуть ниже плеч.

— Извиняюсь, решал пару возникших вопросов, — виновато улыбнулся вошедший, подошёл поближе к столу и стукнулся кулаками с двумя парнями.

— Всё уладил? — участливо спросил долговязый парень в очках. Пока он здоровался, на его руке тихо звякнул золотистый браслет. Шелковистые кудри пшеничного цвета аккуратно спадали с его лба. Белоснежная рубашка, серый жилет и брюки со стрелками — старомодно, но со вкусом.

— Да, просто небольшие проблемы с Броуди. Ничего серьезного. Можешь не переживать.

— Опять “потерял товар”? — пальцами показал кавычки красноволосый подросток и ухмыльнулся, — И не надоело ему?..

Кси неопределенно пожал плечами в ответ. Садясь за стол, он шепнул рядом сидящей девушке с белыми волосами:

— Всё готово?

Та сосредоточенно кивнула, не смотря на него. Её ярко-голубые глаза были направлены на стол.

— Значит, начинаем... — Кси нажал на стекло в определенных местах, лампы выключились, и над столом появилась голограмма.

***

20:00, 13.10.2114, 69 дней до [###]

Когда я очнулся, то сразу схватился за голову: боль, как волна, прокатывалась по всему черепу. Хотелось кричать, но не было сил. И всё-же, как затихает горное эхо, так постепенно растворялась и эта боль. В какой-то момент я наконец смог посмотреть, где я.

Грязный переулок. Раскиданный мусор, выцветшие пластмассовые баки, испорченные остатки пищи. И, как вишенка на торте, рваная детская кофта посередине дороги.

— Позитивненько, — успел проговорить я, прежде чем накатила очередная волна боли. Когда отступила, оглядел уже себя. Черная куртка, рубашка, галстук, брюки. Офисный работник, что-ли? Да нет, белые кроссовки не подходят под тематику.

А почему я вообще спросил?

Ещё волна. Ничего, перетерпели те, перетерпим и эту. Тем более, что вроде уже легче. Дождавшись отходняка, покопался в памяти. Пусто. Кто я? Где я? Зачем я здесь? Риторические вопросы, мозг упорно молчал, даже не собираясь давать ответы. Бросив это безрезультатное дело, решил заняться более полезным — пошарить по карманам.

Пальцами наткнулся на чёрную картонную карточку, похожую на визитку. А вот это уже интересно... Блестящая надпись, стилизованная под серебро гласила: Брим-стрит, 57. Перевернул. Ничего. М-да, ожидал большего. Ну да ладно, запомним. Положил обратно в карман.

А тут что у нас? Похоже на купюру. 100 байтов. Это много? Неважно, потом разберусь.

Больше ничего полезного не нашёл. Ну что-же, тогда пора в путь. Куда? Брим-стрит, естественно. Больше некуда, не просто так эта визитка у меня в кармане лежала. Может, там и узнаю, что, как и зачем. Опёршись на прохладную стену, поднялся с земли и отряхнулся. Вышел из переулка.

Горизонта не было видно за каменными джунглями, но стремительно темнеющее небо ясно давало понять время суток. По улице деловито сновали люди всех мастей: устало возвращались домой рабочие, громко о чём-то спорила группа подростков, нервно оборачивались бандюговатые с виду ребята. Мимо, шурша раздвигаемым воздухом, проезжали обтекаемые машины.

Так как сам я был без понятия, в какой стороне нужный мне адрес, решил подойти к прохожему. Крепкий мужичок медленно поднял на меня взгляд, когда я остановился перед ним.

— Чего тебе? — недружелюбно гаркнул он.

— Уважаемый, не подскажите, где здесь Брим-стрит? Просто я не местный, заплутал немного... — решил я сымпровизировать.

— А чаттер тебе на что?

Чаттер? Коммуникатор какой-то, что-ли? Ладно, ломаем комедию дальше.

— Сломался, — грустно вздохнул я и опустил голову. Играть так играть.

— Ясно. Значит, смотри. Идёшь туда, — указал он на высокую светящуюся башню вдали, — и не доходя до неё метров сто, поворачивай направо. Там карта интерактивная, найдёшь всё, что нужно, — он вымученно улыбнулся, развернулся и пошёл.

— Спасибо! — крикнул ему вслед, и он кивнул, не оборачиваясь, — Карта, значит... — пробурчал я себе под нос.

Пока шёл до указанного места, в городе окончательно потемнело. Резко, словно по щелчку, включились дорожные фонари, разбрасывая в стороны свой холодный свет.

Повернув перед башней, перед глазами показался небольшой городской парк. Низенькие деревья, грязные опавшие листья под ними, стриженные прямоугольные кусты, серая кирпичная плитка. Вдоль дорожек стояли изогнутые скамейки, освещаемые высокими фонариками-шариками.

Пройдя немного вглубь парка, наконец увидел нужную карту. Большая, метров пять в ширину, голограмма с контурами города и миниатюрными зданиями. Вокруг было несколько глазевших на неё людей, может, туристы, а может, любопытные местные. В любом случае, я подошёл к карте. Оглядев, не нашёл никаких признаков терминала для ввода нужного адреса, однако заметил на корпусе проектора наклейку с изображённым микрофоном. Голосовой ввод? Чувствуя себя недалёким, чётко сказал:

— Брим-стрит, 57.

Через пару секунд посередине карты, там, где находился малюсенький виртуальный парк, появился яркий синий маркер. Постоял несколько мгновений и, будто убедившись, что я слежу за ним, раздвоился. Один остался на месте, а второй шустро поскакал по электронному городу, оставляя за собой чёткий след. Остановился где-то в 2-3 километрах от меня. Отлично, бодрым шагом дойду минут за сорок. Ещё раз быстро оглядел маршрут, и глаз задержался на маркере места прибытия. Вдруг он моргнул, и на этот короткий миг мне показалось, что там были очертания какого-то... Символа, что-ли? Пригляделся внимательнее. Хмм, маркер как маркер. Чего только не привидится...

Развернулся и пошёл на выход из парка. Судя по карте, рядом с нужным зданием был ещё какой-то торговый район, поэтому решил зайти перекусить. Заодно узнаю стоимость этих “байтов”.

После тихого парка городские улицы оглушали. Пусть каждая из машин и не шумела особо, но каждую секунду они проносились десятками, а к этому ещё примешивались громкие людские разговоры, крики и смех. Разноцветные вывески в стороне от дороги, неоновые фасады зданий, броская реклама, зазывающая посетить кафе или купить новый чаттер. Да, этот город явно из тех, что ночью не спят...

Рядом с “Целью”, как я успел назвать Брим-стрит 57 про себя, было множество киосков с уличной едой: раменные, шаурмичные, домашняя кухня, фастфуд и прочие чудеса гастрономической отрасли. Походив и поглазев на меню в разных местах, пришёл к выводу, что на сто байтов здесь можно питаться на протяжении недели. 3-4 байта за миску супа  — самые распространённые расценки.

Подойдя к одному из киосков с домашней кухней, заказал себе немного супа с фрикадельками. Продавщица, дородная женщина с простодушным лицом, щедро налила бульона, аппетитно испускавшего тонкую струйку пара. Когда я протянул ей купюру, её лицо удивлённо вытянулось. Видимо, наличный расчёт тут не в почёте. Поняв причину её замешательства, поспешил объясниться:

— Чаттер сломался.

Универсальное оправдание сработало и тут, она понимающе кивнула и отвернулась к кассе. Однако вскоре обратилась ко мне:

— А мелочи не будет? — её глаза печально смотрели на меня. Она понимала, что нет, но не теряла надежды на чудо. Однако не успел я разочаровать её, как меня немного подтолкнули.

— У меня есть, — тихо, но уверенно сказала девушка, протягивая продавщице тонкие монетки с отверстием посередине. Я в изумлении застыл, смотря на неё.

Белые, почти белоснежные волосы, собранные в свободный высокий хвостик сзади. Сосредоточенное лицо, на котором ясно выделялись большие голубые глаза. На плечи накинуто чёрное худи с молодёжным розовым принтом.

Отдав мне мои сто байтов обратно, она хмуро посмотрела на меня, до сих пор не понимающего, что только что произошло. Постояв и посмотрев друг на друга секунд так пятнадцать, она не выдержала и фыркнула:

— Ну что стоишь? Есть иди.

Только сейчас я очухался и, буркнув под нос тихое “спасибо”, отошёл к стоящим рядом пластмассовым столикам. Постеснялся занимать те, что рассчитаны на четыре персоны, поэтому приземлился на место для двоих. Положил тарелку на стол, приготовился есть. Взгляд скользнул чуть выше тарелки, и я опять замер: напротив меня сидела... Она, упершись в меня задумчивыми глазами. Сглотнув, решил проигнорировать эту странную мадаму и набрал в ложку горячий бульон. Ммм, нектар богов! Желудок болезненно забурчал, требуя срочной заправки.

— Брим-стрит?

Я не ожидал её вопроса, однако спустя секунду сориентировался:

— 57.

— Значит, да. Как доешь, пойдёшь за мной, — тоном, не терпящих пререканий, сказала она и уткнулась в браслет.  Я заинтересованно взлянул на него. Так вот какой ты, чаттер... Тонкая чёрная лента шириной сантиметра три блестела на её запястье. Девушка аккуратно водила по полоске пальцем, и та изредка отвечала пиликаньем.

Когда я наконец насытился впервые за... Непонятно, когда я в последний раз ел, но по ощущениям, пару дней так точно. Так вот, когда я поел, она отлипла от чаттера:

— Идём, голодающий, — усмехнулась она, встала со стула и пошла. Ну что же, вариантов у меня особо не было, тем более что я её так нормально и не поблагодарил за суп.

Нагнал её, неловко пробежавшись. Я хотел было уже начать говорить ей “спасибо”, но вдруг она схватила меня за куртку и потянула в переулок. Уже привыкнув к её странному поведению, я особо не сопротивлялся и позволил себя вести. Резко остановившись, она повернулась ко мне и сказала:

— Снимай куртку и рубашку.

Да что с ней не так?!

— Хотя нет, рубашку можешь оставить. Только правый рукав нужно будет задрать повыше.

Выполнив её неожиданный запрос, на своём предплечье я заметил минималистичную татуировку: три чёрные горизонтальные параллельные линии. Та, что была посередине, казалась немного короче остальных.

— Кси, значит... — задумчиво прошептала девушка.

— Кси что? — не до конца расслышав, что она сказала, переспросил я.

— Тебя зовут Кси. Видишь знак? — она пальцем прикоснулась к тату, и по коже пробежали мурашки. — Это буква Кси.

— Кси, значит... — повторил слово-в-слово её фразу.

Девушка будто расслабилась. Опустила плечи, смягчился взгляд.

— Тау.

— Что? — опять ничего не понял я.

Вместо ответа она медленно подняла рукав своего худи и указала на правое предплечье. Там красовалась печатная Т.

— Вот и познакомились, — растерянно сказал я.

Она опустила рукав и вышла из переулка, бросив через плечо:

— Ты одеваться собираешься или так пойдёшь?

Чертыхнувшись, накинул куртку и трусцой нагнал девушку. Минуту или две мы шли в молчании. Она думала о чём-то серьёзном, судя по выражению лица, а я в диалоге не видел надобности: скоро достигнем “Цели”, а там уже обо всём расспрошу.

Скоро мы завернули во дворы, подошли к одному из зданий с задней стороны, спустились по шершавой бетонной лестнице и остановились перед металлической, прочной на вид дверью без ручки. Девушка приложила палец к блестящей пластинке рядом с дверью, и та, тихо пикнув, уехала в сторону.

В глаза сразу бросился яркий красный диванчик с одиноко лежащей на нём жёлтой подушкой. Перед ним — низкий деревянный журнальный столик на белом ворсистом ковре. Небольшое кресло стояло у стены, напротив пыльного комода. Лампа с огромным металлическим плафоном осуждающе освещала безобразие на полу: обрывки бумажек, упаковки чипсов и придвинутые к стенам коробки.

Указав мне на диван, девушка пошла дальше по коридору с множеством дверей и, постучав по одной из них кулаком, негромко крикнула:

— Пси, выходи! — спустя несколько секунд и ещё пару стуков в другую дверь, — Йота, ты тоже!

Придя обратно, она пододвинула кресло поближе к столику и уселась, закинув ногу на ногу. Через пару мгновений в “гостиную”, как окрестил её я, гуськом вошли двое: худощавый высокий парень и розоволосая девушка. Парень казался сонным. Видимо, его разбудил внезапный окрик Тау. Однако он быстро сфокусировал взгляд на мне и занял место возле комода, упёршись спиной об стену. Девушка, судя по всему, Йота, с недовольным видом подошла ко мне, забрала подушку и в обнимку с ней села на край дивана, как можно дальше от меня. Ну и ладно, мне больше пространства будет.

Мы помолчали с полминуты, и я хотел уже было нарушить эту тишину, как Тау внезапно спросила:

— Головная боль, не помнишь, кто ты и зачем ты, визитка в кармане. Всё так?

Я не видел смысла скрывать это. Эти люди, по сути, были моим единственным шансом вообще хоть что-то понять и разобраться в данной ситуации. Поэтому я кивнул и стал ждать продолжения.

— В общем... — она замялась, в попытках найти правильные слова, — ты не один такой. Все, кого ты сейчас видишь, — она обвела рукой своих знакомых, — пережили тоже самое. Если ты хочешь знать, кто ты, то, к сожалению, мы не сможем тебе ответить. Как и то, кем ты был до потери памяти.

— Зато, — продолжил за неё Пси, — мы можем дать тебе работу и шанс на выживание в этом городе, — он ухмыльнулся. — Согласиться или уйти навсегда — это лишь твой выбор, заставить тебя мы не в праве.

— Но если ты уйдешь, никто не расстроится, — закончила Йота и лениво потянулась. — По крайней мере, я — точно нет.

Уж не знаю, кажется мне или нет, но что-то мне подсказывает, что большая часть мусора на полу — полностью её вина... В любом случае, отказываться мне не имеет абсолютно никакого смысла. Во-первых, это шанс докопаться до правды о нашем прошлом. В одиночку это будет гораздо тяжелее, чем целой группе. Во-вторых, мне по прежнему нужно есть и спать. 100 байтов пусть и не маленькие деньги, но надолго их не хватит даже на пропитание, чего уж там думать про жильё. А шансы того, что я быстро найду себе работу в таком городе, просто ничтожно малы.

— Если тебе нужно время подумать... — начала Тау, но я резко её перебил:

— Я согласен.

Тау и Пси одобрительно взглянули на меня, и даже Йота вместо презрения окатила меня всего лишь пренебрежением. Ну и ладно, перебьюсь.

— Ну что же, тогда добро пожаловать в “Логово”, Кси! — чётко сказала Тау, и её ярко-синие глаза озорно сверкнули из-под густых ресниц.

***

23:46, 20.12.2114, 7 дней до [###]

— Воу, как настоящие шпионы! — громко воскликнул Дзета.

— Да ты можешь быть тише?! — Пси хотел дать ему подзатыльник, но подростка спасло то, что он был ровно напротив парня, и тот не мог до него дотянуться.

— А ну цыц, оба! — шикнула на них Йота. Раскрасневшийся Пси смотрел, как Дзета корчит ему рожицы, и глубоко вдыхал: видимо, так он пытался себя успокоить. Вскоре его лицо действительно разгладилось, и он опять начал рассматривать голограмму, висящую на столом. За ним и Дзета вернулся к просмотру плана.

Небольшое виртуальное представление закончилось, и Тау разогнала всех по комнатам, попросив меня остаться. Дзета шлёпнул Пси по спине и, хохоча, убежал по коридору от разъярённого друга. Йота, смотря на это, закатила глаза и ушла к себе.

— Что хотела? — спросил я у Тау. Она недолго помолчала, а потом кивнула головой в сторону стола:

— Как думаешь, всё пройдёт по плану?

Подумав немного, я сказал:

— Никогда и ничего не может пройти точно по плану. Даже самый продуманный и точный план может дать осечку. Главное, минимизировать вероятность этих осечек и их влияние на конечный результат... Да и вообще, прорвёмся! — усмехнулся я.

— Наверное, — неуверенно сказала она.

— Ну, ладно тогда. Пойду спать. И ты тоже не засиживайся допоздна, — сказал я, но по её лицу прочитал: сегодня ночью рано засыпать она точно не собирается.

— Ага. Только приберусь тут немного. До завтра.

Выйдя из “конференц-зала”, прошёл по коридору почти в самый конец. Дальше только комната Тау. Посмотрел на дверь в свою комнату. В полутьме на ней загадочно светился флюоресцентный значок “Ξ‎”.

“Кси”. Буква древнегреческого алфавита. Произошло от древнееврейского “Самех”. “Полагаться”, “поддерживать” или “возноситься”, “посвящать в святой стан”. Ещё может быть связано с границами. Ограничения?

В поисках своего прошлого мы не раз и не два искали информацию о своих именах. Узнавали их смысл, проводили параллели, фантазировали. Бестолку. Всё, что связывало нас сейчас и нас до “пробуждений” — визитка с одной и той же надписью: Брим-стрит, 57.

Ладно, с этим разберёмся позже, а сейчас — отдых. Нужно набраться сил. Начиная с завтра начнём подготовку к “концерту”. Проверка оборудования, инвентаря, запоминание своих мест на “сцене”... Тау переживает, но я думаю, что справимся. Главное, тщательно всё прорепетировать, и тогда...

От мечтательных мыслей меня отвлёк тихий щелчок двери Тау. Видимо, всё-таки послушалась и решила лечь пораньше. Ну и отлично, ей нужнее всех. Как-никак, в основном на её плечах держится вся деятельность Логова. Пусть отдохнёт.

Постепенно организм засыпал, и только мозг сопротивлялся и искал всё новые предлоги бодрствовать подольше. Но и он недолго боролся. Реальность поплыла, как сломанный калейдоскоп, и я провалился в сон.