Как только Единственный углублялся всё дальше и дальше, то заметил, что применять манипулировать маной стало труднее в частности из-за высоких волн. Если бы он был живым существом, то сразу же выдохся.

В этой ситуации главное не отвлекаться ни на одну секунду, чтобы не потерять свою концентрацию. Если это проигнорировать, то ты резко окажешься погружён под воду. Особенно Единственный, который без магии никогда не сможет всплыть.

Его шаги были очень широкими и размашистыми, что не странно, ведь он стал невероятно подвижным в тот момент как оказался в этом теле. [Абсолют] помогает даже здесь.

Благо, что не было штиля или чего-то подобного, так как в таком случае манипулировать маной стало бы ещё сложнее, а может быть практически невозможно.

На самом деле, Единственный тратил довольно мало маны на это действие, но в его случае требовался просто невероятный уровень манипулирования своей маной.

Спустя пару часов немного правее от него показался остров. Ему невероятно повезло, что он держал правильный курс, если бы он отстранился ещё левее, то пропустил бы его.

Остров обладал скалистой местностью, причём на нём было довольно много растительности. Конечно он был не таким большим, как Брианния, но всё же имел внушительные размеры, по крайней мере со стороны. Также он имел небольшие островки рядом со своей территорией.

Всё же Единственный как только приблизился к берегу, то решил немного расслабиться и перестать концентрироваться. В конечном итоге он промазал и применил магию воды не в том месте. Из этого последовало моментальное погружение под воду, но благо, что он был на мелководье, причём возле берега.

Кое-как добравшись до берега, Единственный чувствовал как в его доспехе до сих пор остаётся вода и поэтому он при помощи магии воды избавился от неё, заставив всю жидкость выйти наружу.

Остров одновременно напоминал джунгли и какие-то непроходимые скалы, но даже в таком случае, выглядело это всё завораживающе.

Сначала он решил разведать обстановку и забраться на самую высокую точку в этой местности. Такой точкой оказалась конусовидная скала. При помощи своих рук и серпа-крюка, он довольно быстро залез на самый кончик, зацепившись своим оружием за конус скалы.

Беглый осмотр показал, что на этом острове есть всё, что понравится любому путешественнику — невероятное количество адреналина.

Виверн пока не было видно, но Единственный сразу же заприметил подозрительную местность, в которой могло бы существовать их гнездо. А если быть точным, то довольно длинный и широкий каньон внутри скалы.

Он зациклился на том самом месте и принялся вглядываться в него, пока в конечном итоге оттуда не вылетела коричневая виверна. Это были самые обычные и ничем не примечательные из виверн. Как тот самый молодняк из города. Только эта была куда крупнее и опытнее, это можно было понять по потемневшим чешуйкам, а также небольшими острыми рогами расположенные по всей морде.

Гнездо было найдено и теперь Единственному оставалось только спуститься и пройти напролом в гнездо.

В один момент он своим крюком-серпом сорвал кончик скалы, а другой рукой не смог удержаться, так как та соскользнула и он моментально полетел вниз.

При падении он ударился спиной о скалу, тем самым немного сместив наплечник.

С помощью магии ветра он слегка смог смягчить падение о землю, но как только он оказался внизу, то сразу же встал.

Это стало бы поводом выругаться, но Единственный решил промолчать. Он лишь молча поправил свой наплечник и убрал крюк-серп

Единственный не получил абсолютно никаких повреждений. Даже падение с такой высоты не принесли ему никаких повреждений. Того же коснулось и доспеха, так как он выдерживает атаки драконов и такой пустяк он вполне в состоянии сдержать и не погнуться.

После подобного он направился в гнездо виверн и на самом деле путь оказался не таким уж и долгим, как изначально предполагалось.

Как только он попал в каньон, то первое, что он увидел — это огромное количество виверн, занимающиеся своими делами, но в основном они находились возле своих яиц.

Такое зрелище было крайне необычным по простой причине: виверны не живут в таких больших группах.

С приходом Единственного, ближайшие виверны обратили на него своё внимание. Их яркие глаза начали смотреть на него с дикой агрессией, прямиком из темноты.

Каньон мигом наполнился громким шипением, похожим на рычание. Единственный довольно быстро достал меч Аскалона, а также крюк-серп, тем самым обозначив себя угрозой.

Почти мгновенно какая-то из виверн попыталась схватить его за бок, но он ловко увернулся, а после развернув своё тело, раздробил череп этого дракона.

Это был очередной молодняк.

Единственный сразу же сконцентрировался и призвал несколько огненных мечей за своей спиной, тем самым он может орудовать вокруг себя без каких-либо проблем.

Виверны обрушились на него нескончаемой лавиной, но Единственный принялся всячески рубить и ломать каждую тварь, что на него напала. Каньон был очень удобен в этой ситуации, так как Единственный с помощью своего крюка-серпа может без каких-либо проблем маневрировать даже по стенам.

Огненные мечи крутились в смертельном танце, нанося вивернам очень болезненные и даже иногда болезненные раны. В основном их задача состояла в том, чтобы не допустить атаку со слепых зон.

Спустя десяток убийств, виверны принялись избегать его, а очень многие вернулись к собственным яйцам, чтобы охранять их. Тем не менее это их не спасло.

В одно мгновенье небольшой ручеёк протекающих через весь каньон окрасился в кровавый цвет.

Так продолжалось некоторое время и Единственный увидел, что в него летит струя пламени. Он не среагировал на это абсолютно никак, так как подобная атака не способна нанести ему какой-либо урон.

Пламя проходило сквозь Единственного, превращая его в горящее существо.

Источником этого пламени оказалась рогатая огненная виверна. Именно она и подожгла Крониум. Её тёмно-красные чешуйки говорили о большом возрасте, а невероятного размера рога о силе, что она хранила в себе.

— Прекрасный трофей.

Единственный проговорил это в тот момент, когда огненная виверна перестала испускать пламя. Подобная атака абсолютно никак не повлияло на Единственного, она лишь немного подожгла его плащ, но дело было в том, что его ткань была очень необычной и состояло из очень огнестойкого материала.

Удивление виверны достигло апогея и она немного наклонила свою голову из-за неожиданности.

Это послужило знаком того, чтобы Единственный мгновенно заменил крюк-серп на меч Артурии.

Теперь он сжимал в руках два меча и не ожидая дальнейших действий, он рванул прямо на виверну, используя на себе магию ветра, чтобы ускориться.

Огненная виверна мгновенно развернулась и ударила его своим хвостом, но Единственный ловко изменил свою траекторию и отсёк хвост этой ящерицы.

В ту же секунду огненная виверна завопила и бросилась в лобовую атаку. Единственный повторил то же самое и он увидел, что летит прямо в её открытую зубастую пасть.

Именно в этот момент Единственный остановился и применил магию ветра.

С правой стороны от виверны появился ветряной сгусток, который почти мгновенно ударил ей в бок лица, тем самым отклонив её в сторону.

Удар о камень был не очень приятным, но Единственный в ту же секунду оказался у неё возле шеи и крайне быстрым движением отсёк этой твари голову так, чтобы не повредить свой трофей.

Тело виверны почти мгновенно свалилось на землю, пока голова аккуратно упала к ногам Единственного.

— Добро пожаловать в мой мир!

Единственный моментально переключился на оставшихся виверн, которые прятались по углам словно крысы. Он вселил в этих ящеров невероятный страх, что они даже были не в состоянии улететь, по крайней мере большинство их них.

Некоторые пытались взять свои яйца и улететь, но Единственный очень быстро сводил эти попытки к нулю.

В конечном итоге ему потребовалось некоторое время, чтобы разобраться с оставшимися вивернами. Конечно некоторым всё же удалось улизнуть, прихватив с собой пару яиц, но теперь они будут навечно бояться Единственного на инстинктивном уровне. То есть можно не беспокоиться об их дальнейших атаках на Крониум.

Ему потребовалось несколько секунд, чтобы наконец понять, что все виверны были убиты.

— Давно же это было... — Он вспоминал приятные бои, которые приносили ему жуткое наслаждение, но сейчас всё было иначе.

Он чувствовал собственное превосходство над противником и он знал, что не может проиграть, чтобы он не делал. Это приносило ему страдания, так как в чём же тогда был интерес битвы, если в конечном итоге он победит? Не было никакой ставки на жизнь или смерть, ведь победа гарантирована.

Бесспорно, ему хотелось ощутить этот вкус битвы, который был раньше, но сейчас это невозможно.

Единственный пропустил кое-что очень важное, а если быть точным, то странное раздражение по всему телу. Он впервые ощущает подобное и для него это довольно отвратное чувство.

Ему потребовалось всего несколько секунд, чтобы понять, что на самом деле это раздражён не он, а Аскалон, то есть его тело.

Дело в том, что Аскалон был особенным. Он всегда раздражался только от ощущения, что дракон где-то рядом. Это было его проклятием и даром одновременно. Конечно эта особенность была не существенна, раздражение скорее было психологическим, нежели физиологическим, но всё равно были некоторые проявления.

Единственный в этот момент сидел на туше одной из убитых виверн и смотрел на небольшой вход в какую-то неизвестную пещеру.

В своей правой руке он держал меч Аскалона, вставленный клинком в землю. Весь каньон был измазан в крови, словно здесь прошлись огромной кисточкой.

Небольшой ручеёк превратился в настоящую реку, текущую по всему каньону. В скором времени всё это вернётся в норму.

Основная задача была выполнена, но корабль вряд ли был ещё отправлен, поэтому стоит выдать самому себе дополнительную задачу. К тому же Единственному невероятно сильно хочется потешить свой интерес.

Он встал с виверны, при этом вскинув клинок себе на плечо. Как только он подошёл к проходу, то удивился, что туннель был достаточно широким и длинным.

По мере приближения, Единственный слышал громкое и упорядоченное дыхание. Кто-то огромный находился в конце этой пещеры и по всей видимости находился в спячке. Совместно с этим был слышен также звук шагов, которые издавал Единственный.

В один момент он достал меч Артурии и принялся с помощью него издавать скрежет о камни, тем самым издавая ещё больше шума.

Было очевидно, что он намерен пробудить то существо, что спало внутри.

Наконец Единственный дошёл до конца этого туннеля и вышел в невероятных размеров комнату, похожую на грот. Вокруг было невероятно темно, но это не было какой-то проблемой, так как Единственный всё видел.

Если бы Аскалон увидел это существо, то завопил бы от ярости и ненависти из-за того, что именно он был причиной тех бед, что ему выпали в жизни.

Именно он и низвергнул орден дракона и семью Аскалона. Тем не менее именно он и создал тот самый орден и семью Аскалона, тем самым подарив счастье на короткий миг.

Все эти чувства были настоящими и не фальшивыми, но они не принадлежали Единственному. Это были пережитки воспоминаний Аскалона, которые в некоторой степени влияли на личность Единственного, пробуждая в нём невероятный интерес к этому существу.

— Невероятно! Чужие эмоции, бурлящие во мне — это нечто. — Очень громко воскликнул Единственный, так как впервые он ощутил что-то похожее на истинные и не фальшивые эмоции.

Аскалон был мёртв, но он до сих пор жил в воспоминаниях, словно паразит. Это одновременно бесило и радовало, но истинна будет таковой, что великий драконоборец, поместивший в себя сердце чёрного дракона Зума, на самом деле мёртв.

Это лишь лживая игра Единственного, которую он затеял сам с собой. У него с момента появления в этом мире было одно лишь одиночество и ничего более. Аскалон — это лишь человек, убивший невероятное количество драконов и он стал тем самым наставлением для потерявшегося существа.

Если говорить другими словами, то Единственный с момента обнаружения гнезда знал, что здесь обитает дракон. Это было очевидно, ведь именно он и объединил виверн, чтобы противостоять людям. По другому этих диких тварей не объединить, возможно только одомашнить.

Обычный самообман, затеянный Единственным, чтобы хотя бы попытаться ощутить себя живым с треском провалился.

С этого момента он перестанет себе лгать и отбросит попытки ощутить что-то настоящее. Он способен только подражать и ничего более, такова его участь.

Это самая лёгкая жертва, так как в будущем он пожертвует абсолютно всем, что имел, имеет и будет иметь. Это касается не только этого мира, но и абсолютно всего, что было, есть и будет.

[???...]

На очень короткий миг перед Единственным появилась консоль, но она отличалась от прежней. Полностью чёрная и разрушенная, словно заразившаяся какой-то чумой.

Это неизвестное слово явно имело продолжение. Возможно в будущем он когда-нибудь поймёт что же оно значит.