Его движения замедлились, когда Кейтель попытался ослабить галстук. Фердель задумчиво уставился в никуда. Атмосфера между ними была прохладной. Оба молчали.

— Раз это что-то, что должно быть подтверждено...

Он думал, что обидел его, но оказалось, что это не так. Взгляд Кейтеля, когда он смотрел на Ферделя, снимая галстук, уже был его обычным взглядом.

— Тогда это должно быть подтверждено.

— Значит, ты собираешься уничтожить её Королевство?

Это был довольной агрессивный вопрос. Возможно, это его долго копившееся раздражение вырвалось наружу. Они оба пристально посмотрели друг другу в глаза. Но даже если у Ферделя и были какие-то претензии к Императору, то это не слишком взволновало последнего. И не было похоже, чтобы он собирался что-то с этим делать.

Кейтель отвернул голову с сухим выражением лица.

— Нет.

— Тогда…

Лицо Ферделя слегка сморщилось. О чём только думал Император?

Кейтель, по его мнению, вероятно, знал, кто была эта женщина и это вводило его в ещё больший ступор. Волосы мужчины развевал прохладный ветер из окна; кто-то неизвестный оставил его открытым. Кейтель подошёл к подоконнику и глубоко задумался.

— Ты уже пытался убить её.

Он пытался подавить своё разочарование, но оно продолжало вырываться против его воли. Фердель нахмурил брови, глядя на эту ситуацию, от которой ему всё время хотелось выдернуть собственные волосы. С самого начала, с того момента, как Кейтель не убил её и позволил этой женщине жить дальше и родить его ребёнка, всё было запутано. Нет... возможно, даже раньше.

— Но почему?

Кейтель рассмеялся, глядя на Ферделя, пытавшегося разобраться в разуме великого. Это был тот самый смех, который мгновенно охлаждал активность мозговых клеток.

— Хм. Может, мне пойти и убить её прямо сейчас?

— Я не шучу, Кейтель.

Судя по всему, Император более не желал выслушивать жалобы своего поданного и вновь отвернулся. Фердель беспомощно вздохнул и вновь говорил лишь со спиной тирана.

— В чём причина таких резких изменений с тобой?

— Я просто беру то, что принадлежит мне по праву. Неужели с этим есть проблема?

— Говоришь так, будто это что-то случайное*. *(незначительное, не стающее особого внимания, рутинное действие)

— Разве это не так?

— Это чёрт побери ребёнок.

Фердель был так расстроен, что практически умолял Императора выслушать, но Кейтель лишь слегка улыбнулся в ответ, пока менял рубашку.

— Ладно. Ладно! Тогда просто объясни мне, какая разница будет между ней и всеми теми девушками, которых ты кидаешь во Дворец?

Фердель и сам задумался над своим вопросом. Будет ли действительно разница? Всех девушек через некоторое продадут в разные места. Для них будущее было высечено в камне. Пытаясь уловить возможные отличия в их будущем, он понял, что единственным фактом, что мог создать эту разницу, было то, что в жилах Ариадны текла кровь Кейтеля, что делало её его личной собственностью. Однако Фердель смутно ощущал, что этот факт едва ли поможет Принцессе в будущем.

Кейтель закончил надевать новую рубашку и снова посмотрел на своего надоедливого подчиненного. У него было странно возбуждённое лицо.

— Скажем так, это моё любопытство.

— О чём ты?

Фердель не мог не нахмуриться, на ответ Императора.

Кейтель медленно открыл рот, параллельно застегивая пуговицы на запястье. Его чрезвычайно резкий голос настойчиво атаковал ухо Ферделя.

— Как дитя мясника и тирана собирается справляться со всеми указывающими на неё пальцами и колкими взглядами людей в её окружении?

Последняя пуговица была наконец застёгнута.

— Разве это не захватывающе?

В этот момент затянувшаяся улыбка Кейтеля была невероятно чарующей. Это длилось всего секунду, но Фердель мгновенно был привлечён ею. Но услышав слова Императора, он тут же скорчил гримасу.

Кейтель тихо рассмеялся, глядя на его осунувшееся лицо. Фердель даже не пытался скрыть своих чувств.

Нет, точнее он намеренно хотел показать всю свою усталость от подобных разговоров.

— Сумасшедший ублюдок.

Кейтель кивнул, как будто заранее знал, что именно это будет итогом их разговора. Наконец он надел куртку и полностью привёл в порядок свой наряд. А после ответил:

— Как бы то ни было, я в любой момент смогу убить её. Не так ли, мой друг?