В чём дело, Император, ты решил взять меня на прогулку?

Ах, торс, который она ущипнула до сих пор причиняет мне серьёзную боль. Всё дошло до синяка?

— Она очень выросла.

— Она находится в периоде стремительного роста.

— Изменения в ней можно наблюдать невооружённым взглядом.

Вот и всё, что он говорил, пока нёс меня на руках.

Эй! Я трёхмесячный новорождённый ребёнок. Для меня естественно расти такими темпами. Не мог бы ты всерьёз заняться изучением воспитания детей?

— Я не видел её всего неделю.

Неужели это действительно было так давно? Я задумчиво склонила голову набок. Видимо, время для младенца течет несколько иным способом.

В конце концов, Кейтель не зря был Императором. В первый месяц я думала, что этот ублюдок нифига не работает, и может лишь зря бахвалиться о том, что он император, но позже его визиты уменьшились.

Мне было немного, совсем-присовсем немного жаль его, поэтому я широко улыбнулась.

Посмотри на это, это моя улыбка на миллион долларов!

— Однако тяжеловатая.

Ты ох*ел? Это оскорбительно для леди!

— Как таинственно, маленькая форма жизни, которую я мог бы убить одной рукой, становиться всё больше.

Он вроде не похож на человека, который будет разговаривать сам с собой, но по какой-то причине, когда он со мной, этот сумасшедший парень теряет связь с рациональным поведением. Должно быть, я где-то ошибаюсь. Да. Определённо.

Предположим что он просто признает меня как личность и говорит со мн...

— Она как букашка.

— ...

На мгновение я была так ошарашена, что не смогла даже придумать красивое оскорбление в ответ.

Вау. Просто нет слов. Только одно. Сумасшедший. Как мне жить, зная, что меня считают насекомым?…Ах. Ну да. Мне придётся так жить. Да, я должна буду так жить. Но есть ли у меня выбор?

Мне так горько. Я была так расстроена, что вновь захотела плакать.

И все же я не могла плакать. Ах. Теперь я чувствую себя ещё более расстроенной. Ты же мой отец! Сказать собственной дочери, что она похожа на букашку... даже твоей ублюдочности должен быть предел.

Я была не единственной, кто пострадал от того, что он сказал. Ладно, единственной. Остальные были просто удивлены, особенно Серира…

— Ваше Величество, такое выражение немного странное…

— Что?

Ты же у нас Фердель, да? Ты довольно прямолинейный ребёнок. Мне это нравиться. Давай! Продолжай в таком же духе! Покажи свои навыки!

Фердель, который получил мое бесконечное одобрение, показал встревоженное выражение лица и продолжил говорить то, что думал.

— Слова, что она похожа на букашку. Она же всё таки Принцесса.

Услышав слова Ферделя, Кейтель задумавшись посмотрел на меня.

А? Ты хочешь сразиться взглядами?

— Она слабая форма жизни, которая может умереть от одного движения пальца. Так как же мне её описать?

Ох. Значит ли это, что ты можешь убить меня одним пальцем, дорогой отец? Я глубоко извиняюсь. Эта ваша никчемная дочь не была хорошо образована и полагала, что вам понадобиться как минимум одна рука.

Пожалуйста, простите мне мою ошибку!

— ...Может цветочек?

— Твое культурное образование ни к чёрту.

Фердель потерпел полное поражение.

Какое же всё-таки высокомерие. Вспомни о своих собственных навыках воспитания ребёнка! А затем поторопись и подай заявку на дополнительные курсы! Прямо сейчас! Тебе действительно нужно больше узнать о детях.

Но, как и всегда, я не могла говорить, и мои желания были проигнорированы.

— Ты серьёзно собираешься её убить? Убить кого-то только за то, что он заставил ребёнка плакать, – это немного жестоко. Это Принцесса, присланная сюда в качестве знака дружбы от Императора Преции.

После того, как он взял меня на руки, у меня не было другого выбора, кроме как оставаться в его объятиях. Его красные глаза сверкали и неустанно смотрели на солнце. Мне всегда было интересно, на что же он вечно смотрит…

Но я не осмеливалась проследить за его взглядом. Да. Знаю. Я такая трусиха.

Сейчас же я весело рассмеялась и одарила его ослепительной улыбкой.

Папа, я не могу сейчас умереть.

Увидев мою улыбку, он тоже рассмеялся.

Чувак, тебе ведь нравиться, когда твоя дочь улыбается тебе, да?

Рассмеявшись, он начал гладить меня по волосам и повернулся лицом к Ферделю.

— Моя Принцесса легко не плачет.

Да, это верно.

— И…

А? Есть что-то?

Я навострила уши. Что же он скажет? Неужели что-нибудь сентиментальное… Я даже забыла проглотить слюну, подняла лицо к Кейтелю и уставилась на его красные губы. Именно в этот момент он посмотрел на меня сверху вниз.

— Лишь мне одному позволено доводить свою дочь до слёз.

УБЛЮДОК! ДОЛЖЕН! УМЕРЕТЬ!