На торговой площади было необычно людно. Дальше образовалась такая плотная толпа, что не пройти, не проехать. По крикам стало ясно - происходят какие то крупные разборки. Людей наплывало все больше, никто не замечал меня, я начала терять из виду Айлин.

Нет, нет! Меня толкнули. Нечем дышать. Падаю на твёрдые каменные плиты, вокруг ноги. Много ног, самых разных. Меня обступают со всех сторон, никто не замечает эту ничтожно маленькую девочку. Темно. Свет не пробивается, об меня спотыкаются. Опять эти ноги, ноги. Как деревья в лесу обступают тебя. На улице день, жарко, а здесь душно, темно. Свет не пробивается через эти кроны, деревья шумят, качаются. Страшно, так страшно. Я словно в сумраке, в дурмане, не могу даже встать, а если встану, меня наверняка начнёт шатать из стороны в сторону, я снова упаду на этот пыльный, остывающий камень улицы, застывшие плиты. Я снова одна, вокруг люди. Страшно. Сколоченные доски, квадрат под ногами, о шею трётся смерть, змея, петля.

Снова картина, несут небольшой гроб в приоткрытой крышке видно маленькое поломонное тело. Беззвучный плачь, кулаком закрываю рот, в кровь кусаю костяшки "Господи Джин.. "

Снова картина. Опять эти белые простыни, боль, крик. Ненавижу эти простыни, окровавленные, они как будто смотрят на тебя с отвращением - Что ты с нами сделала? Мы были белыми, чистыми... Кровь, по всюду кровь собственная и одновременно чужая. Чувствуется привкус, чего? Слюны, пота, слёз, или воды с тряпки на лбу, будто она чем то поможет... Крови, привкус крови, угасающей жизни, угасающей внутри тебя.

Волосы, эти жёсткие, но мягкие волосы, ощущаются на пальцах, чёрные, маслянистые. Я их любила. Короткий взгляд зелёных глаз, их я ненавидела. Они чужие, страшные, пустые, ненавистные. Как будто чудовище забрало те, свои, добрые, наверное карие.. И заменило на эти стальные, зелёные, пустые и пронзающие, поверхностные и бездонные, сколько противоречий...

Чужие глаза.

Волосы которые я любила и глаза которые я ненавидела, сочетал в себе один человек.

Домеан Лэстерн.

Хватит!

Сознание прояснилось. Меня больно хватают за руку и выводят из толпы, тащат по улице. Я вижу только спину, это был мужчина лет 35-и, не выделялся ничем, кроме страшного шрама от лопатки до ключицы. Мы сворачиваем в переулок, заходим в какой то дом. Меня резко разворачивают, лицом к лицу. Он начинает говорить очень быстро.

- Как тебя зовут?

-...

Вспышка гнева, удар по щеке, больно

- Я спрашиваю как тебя зовут малолетка, отвечай когда с тобой говорят! - лицо незнакомца передёрнулось, глаза забегали.

- Джейн

- Значит слушай сюда, если не хочешь умереть, делай как я сказал. Ты моя дочь, тебе 8, меня зовут Зоден, мы живём в Таллене. Помалкивай, отвечай когда спросят. Я твой отец, поняла!

Джейн быстро кивнула.

- И только попробуй что то выкинуть, тебе не сдобровать. - Он вытащил ржавый нож и приставил к моему горлу.

Я медленно сглотнула.

Он провел меня через дом, стали спускаться в подвал.

Тёмная сырая подсобка, уставленныа ящиками и бочками по середине был стол с тремя свечами, пером и бумагой посередине. Там стояло три человека: Громила со всяческим оружием. Седой человек с моноклем. А между ними невысокий сутулый парень, до страшного тоший, с фиолетовыми мешками под глазами, он был очень похож на ящерицу.

- Ну, мистер, - заговорил второй - Так. Каков. Ваш. Залог.

-Бага ради, я отдал все что у меня было, осталась только вот моя кровинушка дочька, молютка Джейн. - голос этого Зодена стал настолько унизительно ласковым.

- Сколько ей? - освеломился сутулый

- Ей 8, сэр, недавно исполнилось, мы жили вместе, но обстоятельства, обстоятельства... Моя жена, ох бедная Мерри!

- Хватит нам сопли заливать, где вы там жили? - он резко обернулся к Джейн.

- В Т..т..таллене.

- Знаешь Хьюго эта сделка не кажется мне надёжной.. - заговорил седовласый

- Ладно берём девчёнку, за людей дают больше чем за лук с морковкой - и неприятно оскалился

"Хьюго! Вот же меня угораздило, мне срочно надо что то сделать, что бы они не подписали договор, эти бумаги магические, подпишут и уже никуда не отвертятся"

Джейн осмотрелась, её оставили между двух башенок с ящиками пахнущих плесенью, около сырой лестницы. Вокруг стола было довольно много пространства, но около стен были лишь лабиринты из коробок, ящиков и мешков.

- И так, ты нам должен 30 процентов - с тягучей улыбкой говорил Хьюго

- Ну вы же побойтесь бога! Мне надо на что то жить, ты отбираешь у меня последнее, за свои...

- Как хочешь, не знаю как отреагируют таможенники, но мы заметили у тебя приблизительно 10 мешков с...

-Конечно я согласен! Простите сболтнул лишнего

- Ооо нет, 40 процентов, пиши Глахан. За неуважение, все тащи девчёнку.

- А где она, босс? - сказал громмила

Со стороны выхода раздался негромкий шлепок, все обернулись. С лестницы скатилась детская туфля...

- Вот же дрянь! - прокричал Зоден и бросился к лестнице.

- Сбежала! А я говорил, Хьюго, он пытается нас надуть! Подпишем договор, девчёнка сбежит и всё, он нам ничего не должен!

- Да заткнись ты! - и направился к выходу, - Эй я за что тебе плачу?! - с яростью рявкнул Хьюго и громила кинулся за ними. Седой с моноклем задержался и начал что то кричать, видно его не услышали и тоже направился к выходу.

Как только все скрылись из подвала, Джейн начала медленно вылолзать из своего укрытия - без обуви. Действовать надо быстро, она прокралась к столу и схватила бумагу со свечёй. Ритуал договора гласил о том, что главную бумагу подписывает натариус и обе стороны клянутся кровью (по многочисленным порезам обычно на руках и станут вычислять тех кто занимался подобными делами) Если в залоге оказываются люди, то в договор отдают их часть, например волосы, кровь, ногти или даже конечности... А потом его сжигают свечёй с синем пламенем, что бы он вступил в силу, в случае невыполнения часто случаются вещи по хуже смерти... Такие заморочки делались только в особых случаях, например как в договорах на душу или очень крупных сделках. Однако если до подписания сжечь бумагу, она будет по понятным причинам, не действительна и улики уничтожатся. Это и собиралась сделать Джейн - преступление не будет совершенно и улик для суда не будет.

Договор вспыхнул в её руках и растворился в одно мгновение. Как вдруг совсем рядом постышались тихие шаги. Сквозь щели между досками она увидила сутулую фигуру, крадущуюся между коробками, и зажала рот...