Без сомнения, Клуну можно назвать моим самым сильным противником.

С моими нынешними навыками я мог только блефовать или использовать остановку времени, чтобы выглядеть как можно сильнее.

Мой противник был монстром, прожившим как минимум несколько сотен лет.

Естественно, мои любые разговорные навыки даже близко не могли сравниться с ней.

Более того, у нее также было весомое оправдание — вернуть свою дочь.

Конечно, как у командира, у меня тоже было оправдание.

Но теперь, когда Королевские рыцари были уничтожены, причина вернуть дочь была гораздо более весомой, чем причина, которая была у меня как у командира.

Поэтому я отказался от попытки убедить её.

Вместо этого я решил спровоцировать её и разыграть спектакль.

Проще говоря, это была попытка решить всё через дуэль.

К счастью, вторая сторона, похоже, была уверена в своих навыках.

Она сразу же согласилась.

— Подумать только, я даже не смогла среагировать, да ещё и против человека.

— ...

— Твоя техника невероятна. Прошли сотни лет с тех пор, как меня настигали сзади...

Клуна говорила, словно сетуя.

Благодаря этому я понял, что она удивительная дама, превосходящая воображение.

Она говорила, что сражалась с тех пор, как появились демоны.

Не только в плане опыта, но и в плане мастерства, я даже пальцем не смог бы сейчас дотянутся до ней.

Но, к счастью, у меня была остановка времени, которая уравнивала шансы.

Благодаря ей я едва одержал победу.

Я вложил меч обратно в ножны и отступил назад.

Для кого-то её калибра она не стала бы требовать от меня нового боя, если я уберу меч.

К тому же я не хотел снова драться.

— Удивительно, что ты отступаешь первым, не задумываясь.

— Я не могу не понимать чувства родителя, беспокоящегося о своем ребенке.

— Разве ты не собираешься сказать, что это позорно? Ты можешь критиковать меня за то, что я не умею разделять общественные и личные дела.

— Как я уже сказал я не могу критиковать сердце родителя, переживающего за своего ребенка…

Конечно, если это становится слишком экстремальным, это нужно критиковать.

Но нет необходимости говорить об этом здесь и сейчас.

Клара, которая до этого стояла в стороне, в этот момент наконец подошла.

— Ты видела? Это наш нынешний командир.

— Похоже, ты признала своего командира.

— Да, командир очень сильный. И... у него есть кое-что, отличающееся от тех рас, которые я видела до сих пор.

Я не мог проигнорировать ту часть, где говорилось о том, что я силен.

Но благодаря тому, что Клара держала Клуну за руку и убеждала её, я почувствовал, как сердце Клуны постепенно меняется.

— Я сначала удивлялась, почему человек выступает в роли командира. Но с таким уровнем мастерства все стает на свои места.

— На самом деле я не настолько уж и силен.

На самом деле это была огромная проблема.

Но я не мог напрягать «мускулы» и хвастаться этим здесь.

Здесь я должен набирать очки, демонстрируя скромное отношение.

Клуна усмехнулась и произнесла, — Даже смирение может стать ядом, если оно избыточно.

— Верно, командир. За последние несколько сотен лет не было ни одного человека, который бы пробил магию Матери и поймал её со спины, верно?

—...Магию?

— Да, я не только фехтовальщица, но и маг, и в то же время лучница.

По словам Клуны, делая вид, что соглашается на провокацию, она использовала магию, чтобы «ограничить» арену.

Она сказала, что если бы я сделал хоть один шаг не туда, то заклинание немедленно активировалось бы.

Как только я это услышал, я не мог не вздрогнуть с головы до ног.

Если бы я двинулся на разведку, думая, что собираюсь провести разведывательный бой, то сразу же попал бы под действие заклинания.

— Ты на удивление многогранна до невозможности.

— Конечно! Мама была воином, который вел активный образ жизни ещё со времен своего геройства!

— Геройства? Только не говори, что ты говоришь о тех героях первого поколения?

— Это всего лишь то, что случилось давным-давно.

Увидев слегка покрасневшее лицо Клуны, которая словно смущалась, я не удержался от изумления.

Конечно, монстры существовали задолго до того, как демоны снизошли из мира демонов.

И были герои, которые побеждали таких монстров.

Люди называли их героями с уважением и благоговением.

Таково было содержание записей, которые можно было найти в игре.

Более того, герой первого поколения даже появился непосредственно в игре.

Если купить DLC, то открывалось подземелье под названием «Гробница Начала».

Там ты мог встретить героя первого поколения и сразиться с ним напрямую.

А если ты сражался с героем первого поколения и получал его признание, то мог значительно повысить свои навыки и статы.

Но давай поговорим об этом позже.

Сейчас было кое-что поважнее.

— Клуна, у меня к тебе предложение.

— Что за предложение?

— Как насчет того, чтобы присоединиться к Королевским рыцарям?

— Что? Присоединиться к Королевским рыцарям?

Не только Клуна, но и Клара, которая прислушивалась к разговору рядом с ней, выглядела удивленной.

Это было неожиданно.

Но на самом деле она была очень нужным талантом для нас прямо сейчас.

В этом мире магия играла непомерно большую роль.

Она была единственным средством против магии крови, которую использовали демоны. Но если бы у нас не было мага?

Это было бы самоубийством.

На самом деле даже в игре, если бы не было мага, даже самая сильная партия могла быть стерта с лица земли в одно мгновение.

Другими словами, маги были как последняя страховка для людей.

Но маг, который владел мечом гораздо лучше, чем приличный рыцарь, и вдобавок ко всему мог поддерживать на расстоянии стрельбой из лука, экономя при этом ману?

Это был бы самый сильный член команды.

— Спасибо за предложение. Но у меня есть дела, которые я должна...

— Именно! У мамы есть дела, которые она должна делать в лесу! — вклинилась Клара.

— Тогда, Клуна, позволь мне задать тебе откровенный вопрос.

Я осознавал, что веду себя напористо.

Но чтобы хоть как-то возродить нынешних Королевских рыцарей, нам нужны были талантливые люди.

Поэтому я насильно завербовал бы её, несмотря ни на что.

— Неужели то, что тебе нужно сделать, дороже жизни твоего ребенка?

—...!!!

— Скорее всего, нет. Потому что, несмотря на проблемы, которые это могло бы вызвать, ты повела свои войска сюда, чтобы найти её. Разве я не прав?

Ситуация сложилась как нельзя лучше.

Честно говоря, я был готов получить пощечину. Но Клуна ответила так, словно была готова слушать.

Больше никаких уловок.

Сейчас я буду готовить только то, что считаю нужным, не заботясь ни о чем.

— Защищай свою дочь подле себя.

И раз уж ты это делаешь, пожалуйста, защити и меня, который будет позади тебя!

/-/

[Что ты так сосредоточенно рисуешь?]

Когда она была ещё послушницей, она спросила об этом товарища, с которым вместе отправилась в приключение.

Он любил рисовать и всегда чертил картинки на бумаге при любой возможности.

Конечно, кроме того, что ему это нравилось, его навыки рисования были не так уж велики.

В любом случае, услышав её вопрос, он на мгновение задумался, а затем протянул ей бумагу, на которой рисовал.

[Возьми, это мой подарок тебе]

[Это просто каракули, они мне не нужны]

[Каракули... Но я старался изо всех сил, чтобы нарисовать их...]

[Хорошо! Я возьму их! Возьму!!]

Единственный раз, когда он впадал в уныние, это когда она оскорбляла его рисунки, хотя он всегда твердо шел вперед, не унывая ни в какой ситуации.

Наблюдать за этим было и интересно, и весело.

Сама того не осознавая, она всегда игнорировала его рисунки. Потому что его реакции были забавными.

Затем, внезапно задавшись вопросом, почему он дал ей рисунки, она обратилась к нему напрямую и спросила.

[Но почему ты тогда дал мне рисунки?]

[Ты спрашиваешь о чем-то, что произошло несколько десятилетий назад?]

[Прошло не так уж много времени.]

[Для эльфа — возможно, для меня...]

Однако когда она встретила его снова, он выглядел совсем иначе.

Его кожа была потрескавшейся, как кора старого дерева. Его некогда умные глаза были увядшими, как цветок, который вот-вот умрет.

На самом деле она понимала.

То, что она, эльф, и он, человек, не могут быть вместе.

Для эльфов мимолетный миг был временем, достаточным для того, чтобы люди начали и закончили свою жизнь.

Он улыбнулся и ответил.

[Даже если пройдет время и я умру, рисунки смогут навсегда остаться рядом с тобой, согласна?]

[Но в конце концов ты вернешься в природу].

[Верно. Но они могут жить вечно. До того момента, когда ты забудешь меня].

[Я, наверное, никогда не смогу тебя забыть.]

Для нее все было впервые.

Она пробовала человеческую еду и не понаслышке испытала боль войны.

Она даже соревновалась с гномами, с которыми у нее были плохие отношения, в спасении жизней друг друга.

Для нее это время длилось не больше, чем время, необходимое для того, чтобы моргнуть глазом. Но оно стало лучшим временем в её жизни, которое не мог заменить никто другой.

При этих словах он усмехнулся.

[Когда-нибудь ты снова отправишься в приключение.]

[Я больше не хочу. Я больше не хочу получать такой опыт].

[Именно поэтому.]

[...Что?]

[Новое приключение, новая связь. Они будут накапливаться и накапливаться, и в конце концов благодаря им ты перестанешь чувствовать себя одинокой].

А на следующий день он умер.

Выражение его лица в гробу было невероятно спокойным. Как будто он просто спал.

Казалось, что он снова проснется, если она его потрясет.

С того дня она закрылась в лесу.

Чувство потери, которое она испытала впервые в жизни, ранило сильнее, чем она могла себе представить.

Она так боялась этого, что больше не хотела ничего терять.

Она не хотела больше испытывать боль.

Но почему?

— Защищай свою дочь подле себя.

Почему она видела в этом человеке его образ?