— Куда ты стреляешь? Стену поставь! Где спайк? Сейдж, ресни меня! Аааааа! — кричала девушка.

Уличный фонарь мерцал за окном, отбрасывая тени на стены комнаты. Только мягкий свет монитора выглядел благоприятным и приглушённым в сравнении с чувствительными глазами девушки, поглощенной игровым миром. Ее пальцы ловко двигались по клавишам, стремясь к совершенству, к победе, но каждый раз она оказывалась на пороге разгрома.

Громкий выстрел раздался в наушниках, сопровождаемый зловещим грохотом, завершающим мучительное стечение обстоятельств. Кресло скрипнуло, реагируя на ее нервное движение в отчаянной попытке избежать смерти виртуального персонажа. Слезы навернулись на глаза — но они не были слезами слабости, а скорее слезами ярости и напряжения.

Смотря на экран, она проклинала свою неудачу, пытаясь понять, что же пошло не так. В спешке схватила новую жестяную банку с энергетиком из мини холодильника и с силой открыла крышку. Ее пальцы, обожженные напряжением, дрожали от возбуждения и ярости. Она опрокинула напиток, чувствуя, как жидкость, подобная эликсиру, вдыхает в нее новую жизнь и энергию.

Глубоко вздохнув, откинулась на спинку стула, закрыв глаза и погрузившись во мрак своих мыслей. Снег за окном продолжал медленно падать, словно хлопья спускались с небес прямо к ее окну, но она не обращала на это внимания. Она была полностью поглощена игрой, битвой, которую ей предстояло выиграть любой ценой.

— Тридцать раундов и мы слили! Я не выдерживаю, Джек!

— Грейс, пойдем ещё одну? — послышался голос в наушниках, — Может, сегодня мы хоть один матч выиграем?

— Не знаю, надоело! — злилась она, сжимая в руках банку.

— А чего стрим не включила?

— Да я опять покрасилась, волосы мокрые были и лень макияж наносить, переодеваться, поэтому сижу как чмо, — слегка посмеялась Грейс.

— О, а в какой цвет на этот раз? — взволновано спросил парень.

— В голубой, ну знаешь, небесный типа.

— Прикольно, и кстати на счёт макияжа, ты и без него красивая! Всегда смотрю твои стримы.

— Да? Поэтому так плохо играешь? — рассмеялась она.

— Нет! Просто нам вечно попадаются в тиму крабы. — попытался оправдаться.

— Эх, вылезти бы в иммортал уже. Но как говорят, дуо не буст.

— Ага, если бы не я, ты бы уже апнула, слушай, Грейс, насчёт встретиться в реал...— не успел договорить Джек.

— Матч нашелся, полетели! — закричала геймерша, прервав друга на полу слове.

Следующая игра началась, и она снова вошла в режим максимальной концентрации, забыв о мире вокруг. Каждый щелчок мыши, каждое нажатие клавиши — все это было целью к переобретению утраченного достоинства. Череда стрельбы, перемещения, тактических маневров, точно выкинутых навыков персонажа — она была в своей среде, она была непобедима.

Несколько часов спустя, когда серебряные лучи зари прорывались сквозь занавески, Грейс, наконец, добилась победы. Экран вспыхнул ярким светом, объявляя ее триумф. Лицо было искажено усталостью, но одновременно торжеством. Она сделала это. Она смогла. И ни одно поражение не сравняется с радостью победы, добытой своим трудом.

— Ха-ха я не понимаю, что ты говоришь! Сам такой, иди жопу поцелуй, овощ! — кричала девушка на союзника, который по ее мнению был слабым звеном. — О, отключился, Джек ты же изучаешь иностранные языки, что там этот лось вякал?

— Это славянская группа языков, я их не изучал!

— Типа болгарский или чешский? — удивилась она.

— Да, но я не разбираюсь, для меня они однотипны.

— Потрясающе, я не знала, что они тоже играют в такие игры, оказывается, даже постоянный доступ в интернет имеют.

— Грейс, скажи мне, как ты представляешь славянские народы?

— Нууу много снега и медведи там...

— Совсем дурочка?

Они ещё долго смеялись и разговаривали на тему последнего матча, обсуждали выход новых персонажей и карт.

С улыбкой на лице девушка наконец вышла из мира игры, возвращаясь в реальность, где ее ждал новый день.

Рассвет проник сквозь оконное стекло, накрывая комнату мягким оранжевым светом. Грейс, вытянувшись на кресле, закрыла глаза и вздохнула удовлетворенно, слегка уставшей улыбкой на губах. Ее пальцы, обессиленные после многочасового марафона виртуальных матчей в шутере, медленно отпустили мышь, позволяя переполняющему чувству победы охватить ее.

Дверь комнаты распахнулась с грохотом, но на этот раз в проёме появилась не мать в домашней одежде, а Одри, одетая в строгий офисный костюм. Ее обычно теплые глаза смотрели на дочь с некоторым изумлением, словно неожиданная перемена ролей нарушила привычное равновесие.

— Грейс Валентайн! — закричала женщина.

— Доброе утро, мам, — сказала девушка, пытаясь улыбнуться ей доброжелательно.

После всей ночи она почувствовала себя немного виновато за то, что мать застала ее за компьютером в очередной раз.

Одри ответила улыбкой, хоть и слегка напряжённой.

— Доброе утро, дорогая. Как я вижу, ты снова провела бессонную ночь за компьютером, верно? — голос ее звучал максимально язвительно.

Грейс кивнула, чувствуя, как смущение накатывает на нее.

— Да, извини, мам, я просто не могла остановиться и я же не разбудила тебя... в этот раз.

Одри подошла ближе и положила руку на плечо дочери, ее прикосновение было грубым.

— Я всё прекрасно понимаю, но тебе уже двадцать пять лет! Ты сутками сидишь дома за своими игрушками, не учишься, не работаешь, даже по дому не помогаешь, готовить не умеешь!

Грейс встретила взгляд матери, в ее глазах блеснуло отчаяние.

— Но я же даю тебе деньги на продукты и часть за аренду квартиры! — крикнула девушка в попытке оправдаться.

— Это пока ты можешь зарабатывать на трансляциях, а спустя года три, твоя красота начнет увядать и ты перестанешь получать деньги! Что потом будешь делать? — Одри кричала в ответ, пытаясь образумить дочь.

— Я что-нибудь придумаю! Пойду в качестве тренера в киберспорт!

— Ха? А ты прям уверена, что тебя возьмут? Почему сейчас не идёшь? Наверное, потому что это не так просто или таланта у тебя не хватает!

— Прекрати! Я не хочу жить в этом мире! Мне не нравится реальность! Если бы папа был жив... — Одри ударила дочь по щеке.

— Не смей вспоминать отца! Если бы он увидел в какую затворницу ты превратилась, обрадовался и погладил тебя по головке? — закричала во все горло женщина, гнев закипал в ней, — Найди нормальную работу! Выйди замуж, научись нести ответственность!

— Я не хочу жить, как ты, упахиваться за гроши!

— Ты просто... — в карих глазах женщины блеснула ярость.

— Кто? — подняла брови Грейс, в предвкушении услышать очередную издевку или унижение, — Скажи это!

— Тупая и неблагодарная девчонка! — Одри выскочила из комнаты дочери, как ошпаренная.

Грейс лежала на кровати, ее глаза излучали гнев и разочарование. Дыхание было тяжёлым, руки сжимали простыню с такой силой, что пальцы оставляли следы на ткани, словно попытка удержаться от падения в бездну ярости.

Ссора с матерью прокручивалась в уме снова и снова. Слова Одри резали ее сердце, разрывая на мелкие кусочки. Грейс чувствовала, как боль наполняет каждую клетку ее существа, заставляя колотиться сердце в такт страданиям.

Она думала о том, как сложно быть непонятым, как больно, когда даже твоя собственная мать не видит истинного тебя. Грейс закричала в подушку, ее голос звучал глухо и удушающе. Она чувствовала, как злость бушует внутри нее, словно огонь, который пытается сжечь все вокруг. Ей казалось, что мир обернулся против нее, что никто и ничто не понимает ее боль.

Но постепенно злость уступала место усталости и пустоте. Грейс чувствовала, как силы покидают ее тело, оставляя лишь слабость. Она закрыла глаза и попыталась забыться, утопиться в мире снов, где нет разочарования в самой себе.