— Кай, вставай! Если мы опять опоздаем, нас накажут!

Маленький мальчик стоял возле кровати своего брата и пытался разбудить, ведь если они не придут во время на работу в конюшню их накажут или, что ещё хуже, выгонят из поместья.

Грейс медленно приоткрыла глаза, ощущая, как рука ее дёргается. Слабое писклявое нытье донеслось до нее сквозь полусон. Сначала это было как звук издалека, словно эхо, но затем стало все ближе и реальнее.

Раскрыв глаза, она увидела маленького, черноволосого мальчика, стоящего рядом. Он был взволнованный, голубые глаза блестели от слез, а его рука упорно дёргала ее за ткань рукава.

— Пожалуйста, проснись, — прошептал мальчик, его голос был звонкий словно колокольчик.

Грейс почувствовала, как сердце сжалось. Это было настолько реально, что она почти поверила, будто этот ребёнок действительно стоит перед ней. Но прекрасно знала, что у нее в доме нет детей, и этот факт делал сон еще более странным.

— Ты кто? — спросила Грейс таким же писклявым голосом, — Кхе-кхе, что фигня?

Мальчик продолжал плакать, но улыбнулся через слезы.

— О! Ты проснулся! Все уже ушли, нам тоже пора, — сказал он.

Грейс оглядела помещение вокруг себя. Тесная комната была наполнена тягучим запахом, который словно клей цеплялся за ноздри. Стены сильно обшарпаны, а пол покрыт слоем пыли и грязи. Расположенные вдоль стены кровати выглядели неуютно, с исцарапанными обивками и без подушек, лишь с грубо заправленными одеялами.

Смутно осознав, что что-то странное происходит, Грейс опустила взгляд на свои руки. Их размер казался меньше, словно у ребенка. Мелодия смеха пронеслась через ее губы, она не могла не смеяться, находясь в этой абсурдной сцене.

— Какой идиотский сон, — сказала она детским голосом, — Не мешай мне, пиздюк, я постараюсь уснуть и проснуться дома, — Грейс легла обратно на жёсткую кровать и укрылась с головой.

Ребенок ещё немного постоял рядом с ней всхлипывая, затем послышался скрип и хлопок закрывающийся двери.

Грейс старалась снова погрузиться в сон, но тревожное чувство не покидало её. Несколько минут спустя деревянная дверь скрипнула открываясь с грохотом, а затем раздались тяжёлые шаги. Ребенок, который ранее находился вблизи, заплакал и закричал:

— Генри, не бей Кая! Пожалуйста.

Грейс было непонятно, кого он имел в виду. Мужчина схватил её за одеяло и с грубостью выбросил на грязный пол. Все вокруг замерло, и в тишине раздавался лишь хриплый вздох Грейс. Новая глава загадочного сна только начиналась, словно шорох в темном лесу, предвещающий нечто зловещее.

— Ты уже надоел мне, маленький ублюдок! — кричал здоровенный, молодой мужик с рыжей бородой, стоя над Грейс, — Каждый день одно и тоже! — он замахнулся и хотел ударить ее, но ребенок выскочил перед ним.

— Не бей! Мы сейчас придем в конюшню, я обещаю, — мальчик встал перед Генри, защищая своим телом.

— Чтобы через две минуты уже начали работать! — закричал он, покидая комнату.

"Что это за чертовщина? Этот дебильный сон мне уже надоедает".

Ребенок взял что-то из тумбочки и поднес к ней.

— Кай, надень штаны и пойдем быстрее! — завопил он.

Грейс взяла вещи, встала с кровати и быстро оделась, заметив кое-что удивительное - она была мальчиком.

Дети покинули маленькую пристройку. Грейс почувствовала, как тёплые лучи солнца прикоснулся к её коже, согревая. Мальчик тащил её за руку, направляя куда-то свои невероятно быстрые шаги. Она пыталась бежать за ним, но не могла удержаться от того, чтобы не взглянуть на окружающую их красоту.

Справа простиралось огромное зелёное поле. Трава мягко колыхалась на ветру, раскачиваясь в ритме природы. Слева же, вдалеке, возвышалось роскошное поместье. Белокаменные стены блестели на солнце, отражая его лучи и создавая ощущение нереальности. Вокруг поместья расстилался сад с яркими, пёстрыми кустами, словно палитра художника, оживляющая картину.

Грейс замерла на месте, притянутая магией этого места. Её сердце забилось быстрее, восхищение захлестнуло, словно волна, несущая в мир чудес. Ребенок же, не замечая трепета, влачил её дальше в конюшню. Но для Грейс все казалось невероятным, красивым, будто в средневековой сказке.

Когда дети прибыли в конюшню, едкий запах навоза накрыл их, заставив Грейс задыхаться и кашлять. Слезы выступили у неё из глаз, не только из-за запаха, но и из-за того, что она понимала, что вот теперь начнется настоящая работа. Грузный мужчина с густыми черными усами, стоявший у входа, посмотрел на них сурово, словно даже не рад видеть таких работников. Он не произнёс ни слова, просто кинул в руки Грейс вилы и указал на кучу навоза.

Мальчик, не ждавший приказа, тут же бросился к работе, начав срывать старую солому с пола и заменять свежей. Грейс стояла на месте, чувствуя, как паника начинает охватывать её. Никогда она не работала в конюшне, точнее, она вообще никогда не работала и не знала, как справляться с лошадьми или правильно держать вилы. Но в этот момент, лицо мужчины, исподтишка отражавшее раздражение, напомнило ей, что пора выбираться из этого странного сна.

Она взглянула на зубцы вил, прикрепленные к черенку, и внезапно приняла решение.

"Во сне не бывает больно и если я попробую причинить себе вред, то проснусь! Давно пора, а то этот сюр мне осточертел!"

Грейс подняла руку над вилами и со всей силы ударила по ним, проткнув кисть насквозь. Она почувствовала жгучую, невыносимую боль.

— Аааааааааааааа! — заорала она, из глаз потекли слезы.

Олаф подлетел к ней с ужасом во взгляде, схватившись за стержень вил.

Кровь хлынула из маленькой ручки, а Грейс визжала от боли.

Мужчина взял ее на руки и понес обратно в пристройку.

— Кай, совсем что-ли с ума сошел? — кричал он, — Неужели так сильно не хотел работать в конюшне?! Мелкий засранец.

Войдя в темное помещение с кроватями, мужчина усадил ее и выбежал.

" Это не сон! Боль настоящая! Я ничего не понимаю, как так? Почему все так обернулась, как я здесь оказалась?" - крутилось у нее в голове.

Усатый вернулся с полтора литровой бутылкой в которой находилась мутная жидкость.

— Теперь на тебя спирт переводить! — кричал он, поливая руку.

— М-мне нужны антибиотики! — сквозь слезы сказала Грейс, — Заражение крови может случится!

— Анти... что? — посмотрел он на ребенка ошарашенно, — Заткнись и терпи!

Перемотав ее руку какой-то тряпкой, он встал и направился к выходу.

— Жди здесь, я к Лорансу, попрошу чтобы приготовил для тебя смесь из чеснока, лука и потрохов!

Грейс захлебывалась слезами даже не от боли, а от отчаяния, которое захлестнуло ее. Осознание того, что она заточена в теле ребенка в какой-то глуши вызвало сильнейший приступ истерики. Она дрожала и кричала в пустоту.

— Кай! — вбежал в комнату ребёнок, — Не плачь! — обнял мальчик ее, — Рука скоро заживёт, все будет нормально.

"Это пиздец! Как мне выбраться отсюда? Что мне делать? Надо как-то позвонить маме, хочу чтобы она забрала меня домой!"

— Пиздюк, тут есть телефон у кого-нибудь? — дрожащим голосом спросила Грейс.

— Что? — уставился мальчик, — Я не понимаю о чем ты, теле.. кто?

— Ну смартфон, мобильник, может планшет? Я хочу позвонить маме! — крикнула она.

— Кай, мама умерла... когда твоя рука заживёт, мы сходим на ее могилу.

— Ты дебил!? Я хочу связаться со своей мамой!

По лицу мальчика покатились слезы, он не понимал почему брат так злиться на него и говорит непонятные слова.

В комнату вошёл усатый мужчина, с тарелкой в руке.

— Майк, уйди отсюда! — сел на против Грейс и освободил ее руку от тряпки, — Будет немного щипать, потерпи, Кай.

В глиняной миске была зловонная смесь, которую он нанес на руку девушки.

— Ааааа, больно! — завизжала она, — Что это дрянь?!

— Это смесь, чтобы ты не сдох, неблагодарный поганец! — заново обмотал тряпкой.

Грейс всхлипывая, спросила:

— У вас есть телефон? Меня устроит даже просто выйти в интернет!

— Кай, я не представляю, что ты несёшь, заткнись и сиди молча.

— Вызовите скорую помощь! Мне нужен врач!

— Ахахахаха, — скорчил гримасу Олаф, затем встал и направился к выходу, — Может тебе ещё королевский эскорт вызвать? Терпи, сегодня можете с братом отдохнуть. Майк, следи за ним, он не в себе похоже.