Вестфриг сидел в дальнем конце Серой Библиотеки и читал огромный древний том «Летопись Времён», что лежал на специальном широком постаменте, под тусклым светом масляной лампы, что ему выдали кентавры на входе. Маг потратил пару часов только на то, чтобы дойти до нужного места в этом здании, больше напоминавшем лабиринт. Несколько раз Вестфриг даже заходил в тупики разных архивов, после чего разражённое ворчал, пока шёл обратно к прошлой развилке. Когда-то он знал превосходно все пути к любому тому в этом знании, но сейчас его мысли порой сковывала холодная дымка, и он ошибался дорогой. По слухам, если гость Серой Библиотеки бродил слишком долго один и жадно поглощал забытые знания, то поисковые отряды хранителей этого места находили только очередную брошенную на полу книгу, которую он читал, но не самого гостя.

Молчаливые полки скрывали множество тайн, но не все могли ему помочь в его поиске, как этот легендарный манускрипт. Хотя Вестфриг и был одним из сильнейших магов, он не мог держать всего в своей голове. Как ни печально, но он помнил только то, что было не более пары веков назад, и даже так по его ощущениям, в последнее время держать память в узде становилось всё труднее.

Наконец, маг нашёл нужное место на странице, которую писали сотни и сотни летописцев до и после Раскола. Подобной чести удостаивались наиболее известные историки раз в половину века. Их приглашали, дабы они сохранили историю мира, что произошла на их глазах.

Многие летописцы задавались вопросам, как знания тысячелетий вмещаются в один огромный том, и пришли к мнению, что на заре времён один из легендарных богов зачаровал книгу. Вестфриг кратко усмехнулся, поскольку знал, что это была не более чем проделка его соратника – Белого мага, кому подвластны иллюзии. Если открыть последнюю страницу тома, то она всегда будет пустой, а за ней найдётся ещё пара чистых страниц. «Летопись Времён» являлась по настоящему ценным магическим артефактом.

Проведя за манускриптом более четырёх часов, и немного подкрепляясь едой всё это время, он нашёл ответ на свой вопрос. И ответ ему очень не понравился. Маг быстро закрыл книгу и застегнул узорчатый латунный замок, после чего поспешил на выход.

Лёгкий звук скрипа масляной лампы, да стук посоха о камень уже настолько ему приелся в этом тихом месте, что, дойдя до середины библиотеки, он услышал непривычный тихий шорох в темноте. В этом месте всегда стояла тишина как в гробницах древних королей. Её нарушали только храбрые шаги хранителей книг и отважных читателей. Никто и никогда не крался в этом месте словно вор… или убийца.

Взяв покрепче свой посох из дуба, маг занял позицию на очередном перекрёстке, чтобы оставить себе пути отступления. Шорох становился сильнее и громче, словно сотни мышей бегут по мраморному полу, но грызуны и прочие вредители никогда не проникали в это место. Древние сильно постарались защитить это здание. Однако, кто-то всё равно подходил к старому магу. В одном из проходов замелькали множество глаз, в которых отражался свет лампы, только владелец этих глаз был один.

Перед Вестфригом находился один из гауров, проклятое племя гигантских пауков, что были изменены тьмой на заре времён, давшей им разум и кровожадность. Гаур вышел в менее затененную часть прохода перед магом, щёлкая жвалами, и тут Вестфриг понял по расцветке, что это паук-охотник. Его вид отличался от других гигантских пауков тем, что мог немного подстраиваться под окружающую его атмосферу и размером был с взрослого ребёнка. Они были довольно опасны. Странно только то, что он не стал дожидаться пока маг беззаботно пройдёт мимо него, дабы потом напасть сзади и ранить его отравленными когтями передних лап.

Паук стоял и медленно покачивался из стороны в сторону. Его глупый танец завораживал, не давал отвести взгляда. И только за пару секунд до своей приближающейся смерти Вестфриг осознал свою ошибку. Гаур не бывает один.

Он на удачу резко ударил посохом назад и заставил конец загореться резким белым светом. Прыгнувший с стеллажа сзади другой паук-охотник получил толстым дубовым концом, слепящим его светом, прямо в чёрный глаз, отчего тот взорвался. Гаур ненадолго отвлёкся от своей задачи, визжа от боли. Но всё же в плечо мага вонзился ядовитый коготь одной его лапы, пока вторая прикрывала в тщетной попытке глаза.

Вестфриг скрипнул зубами от боли, но тем не менее резко шагнул в боковой проход, скинув через плечо насекомое, и стал медленно отступать назад, не поворачиваясь спиной к двум гаурам. Яд начал потихоньку действовать, и Синий маг перестал чувствовать своё плечо, но не поддался панике. Он положил свою правую руку на рану и начал быстро и чётко читать заклятие на остановку яда в своей крови, а затем и изгнание. Пока отрава вытекала обратно из сквозной раны вместе с кровью, Вестфриг чуть не потерял сознание от боли, но его удерживала мысль о том, что кроме раненого паука есть, по крайней мере, ещё один, который воспользуется моментом и убьёт его. На использование заклятий, не принадлежащих его фракции элементалей, он тратил катастрофическое кол-во сил.

Маг понимал, что не сможет использовать большинство своих заклятий в этом ценном месте, в особенности разрушительный огонь. Паук это тоже понимал, и нагло двигался к раненому магу по полу, попутно обходя раненого гаура. Вестфриг прочитал короткое заклинание на элементальное разжижение камня под ногами паука и затвердевание, и тот резко просел на пол метра вниз. Гаур успел поднять одну ядовитую лапу, пока остальные семь накрепко застряли в камне. Вестфриг отбил посохом несущейся к нему коготь, а возвратным движением сверху вниз пробил насквозь голову паука. Вестфриг встряхнул посох и осмотрелся. Вокруг всё так же был слышен множественный шорох ног, но раненного гаура не было видно.

- Бездна, да вас тут десятки! – яростным голосом прошипел Вестфриг в темноту, пытаясь увидеть подвижные тени вокруг себя.

Синий маг двинулся к выходу из библиотеки со всей возможной скоростью, он вышел на довольно обширную площадь пустого пространства перед аркой с дверью на лестницу, как заметил, что по стене двигаются вниз ещё несколько гауров, а позади него с потолка спускаются на нитях паутины другие. Вестфриг хотел позвать на помощь одного кентавра-хранителя библиотеки, который стоял обычно около двери, но заметил, что к стене около входа были примотаны два полупрозрачных кокона. В одном находилось верхняя половина кентавра, а в другом остальное. Гауры разорвали его на части.

Заметив, что пауки позади него спускаются быстрее остальных, маг забормотал заклятие на небольшой штормовой ветер. Пауки немедленно стали раскачиваться, а вскоре их нити переплелись с другими, а под конец ветер оборвал паутину и кинул весь шар насекомых об землю со страшной силой, разбросавшей их конечности по округе. Но даже сконцентрировав все силы и внимание, Вестфриг всё равно задел пару бесценных стеллажей с книгами, и их разорвало под его скрежет зубов.

Силы мага были на исходе от раны, которую он не рисковал даже прижечь, опасаясь взрыва. Вестфриг старался достичь выхода быстрее пауков, бегущих по стене, но плечо пронзила резкая ужасная боль и он упал. На него незамедлительно кинулись гауры. Они отталкивались от стены и приземлялись рядом со старым магом. Один из пауков-охотников прыгнул прямо на мага и Вестфриг, собрав последние силы, кинул ему на встречу сгусток твёрдого воздуха. Гаура разорвало на части и одна его нога с когтем воткнулась в тело другого паука-охотника, но остальным троим монстрам это было не важно, и они разом кинулись на человека, задрав страшные когтистые лапы для удара

Вестфриг поднялся на ноги и взял свой посох наперевес, он моментально зажёг тусклый свет, дабы хоть как-то помешать врагам, слепя их в мрачном месте. Один паук отбежал подальше, но двое других продолжили рывок на мага. Первого Вестфриг ударил по голове, тут же зацепил посохом и нанёс ему небольшую рванную рану, однако второй паук сумел порвать балахон мага около груди, но лишь поцарапал, поскольку человек успел начать уклоняться, падая на спину.

Тут за дверью послышался громкий шум, что отвлекло Вестфрига, и его сбил с ног третий гаур-охотник, который недавно отбежал. Магу пришлось кататься под пауком уворачиваясь от его жала. Второй паук тоже пытался убить мага и махал своими передними лапами у него перед лицом. Вестфриг понимал, что долго ему не продержаться, и тут из выломленной двери вылетел Светомир, со своим любимым двуручным мечом.

Гаура, стоящего над старым магом, тот сразу разрезал под углом на две части, другого же он по инерции нанизал на свой меч, будто букашку, а затем скинул и копытами раздробил мозг. Когда Вестфриг попытался встать, то понял, что жало задело ему ногу над коленом. Яд в жале намного сильнее того, что в когтях.

- Светомир, - прошептал синий маг. – Яд… нога…

И упал без сознания, не увидев, что вслед за белым кентавром вбежали ещё участники боя, которые тут же ринулись к распростёртому телу мага.

***

- Ну вот, как всегда я отстал от группы, - сказал егерь Нэинел свободному ветру в степи кентавров. – Но мир такой красивый и интересный…

Высокий эльф с распущенными длинными светло-коричневыми волосами в зелёном плаще с глубоким капюшоном грустно посмотрел вокруг себя. Не так давно его снова отправили охранять принца эльфов в посольской миссии.

Нэинел был выбран за умение идеально стрелять из лука. Среди эльфов, которые были мастерами стрельбы, он один из лучших. Его талант был замечен, когда на границе вырубки леса в обычный день на пограничную стражу напали из засады пираты полуострова Кинжала. Эльфийские егеря успели заметить около двадцати бандитов за сто метров от них, которые плохо скрылись в кустарнике, но эльфы не знали, что это была приманка. По сторонам от приманки засели около пятидесяти пиратов-лучников.

Когда эльфы взялись за луки, большинство из них было уже убито или ранено беспорядочной стрельбой. Нэинел успел приготовить лук к бою за пару секунд до начала бойни следуя своей интуиции, а когда стрелы полетели в егерей он услышал их свист и немедленно спрятался за деревом, как и некоторые из егерей. Пока остальные пытались подстрелить бандитов лучников и тех, что были спереди в засаде, Нэинел глубоко вздохнул и вышел из-за дерева, начав вести стрельбу по врагам с умопомрачительной скоростью и точностью. Когда его первая стрела сорвалась с лука, вторая уже готовилась слететь. Он шёл по полю лесного боя и танцевал со стрелами врагов, будто они были его лучшими друзьями. В момент, когда каждая стрела готова была впиться в него, он уходил ровно на столько, чтобы его не задел наконечник, но задело оперением.

Когда же у него закончились стрелы, он ловил вражеские и тут же отправлял их обратно, враги были повержены мистическим ужасом перед его мастерством и бежали. Из всего пограничного отряда эльфов выжило лишь восемь из двадцати. В живых, из врагов, ушли лишь двое, которые убежали, как только Нэинел вышел из-за дерева. Остальных он подстрелил. Так родилась новая легенда леса.

Выжившие егеря единогласно попросили своего капитана приставить их героя во дворце к награде, в следствие чего королевская семья обратила на него своё внимание. После того случая Нэинела перевели в элитный отряд егерей «Лесные тени», чей отличительной чертой в армии был красивый и прочный кожаный доспех, не стесняющий движения, а также доступ к лучшему снаряжению и учителям дворца.

Граница между двумя народами эльфов и местом ссылки бандитов и тех, кто бежал от закона, была поделена на две части. Долгие годы всех преступников Вольдара ссылали в тюрьму, позже ставшей печально известным городом пиратов в силу успешного бунта. Многие десятилетия они пытаются сбежать из этого места через леса, либо срубить побольше деревьев для новых кораблей. Эльфы сдерживают их на суше, бесконечно воюя за свои леса и не пропуская головорезов дальше, но море оказалось во власти пиратских капитанов.

Егеря специализировались на охране и разведке своих границ. Но после непродолжительной службы в элитном отряде его стали, иногда, причислять к личной охране принца светлых эльфов, когда тот выезжал из леса с дипломатической миссией.

И вот снова Нэинел увлёкся стрельбой из лука, потеряв своих спутников. Уже не в первый раз проезжая через степь на севере от леса он упражнялся в стрельбе на полном скаку в холмистой части степи. Ему жалко было бить ни в чём не повинных зверей, поэтому он стрелял в редкие деревья или небольшой кусочек земли между валунами, используя разные приёмы. Обычно принц Валамэ и его свита дожидались где-то поблизости во временном лагере. Но сейчас их не было видно.

После получаса езды он нашёл следы коней делегации и поехал вслед за ними. Приехав в лагерь, на закате, его встретили типичными шуточками.

- Опять букашек обижал? Я недалеко отсюда видел бабочку, надеюсь, ты её не испугаешься! – говорил один эльф.

- Наверно он так долго отсутствовал из-за охоты на страшных мошек! – продолжал тему второй член делегации.

- Нэинел, может, ты прекратишь своё баловство и поможешь поставить Нируа палатку? – сказал подошедший принц Валамэ, оборвав поток дружеских насмешек. – И в наказание за твоё отсутствие тебе сегодня выпадает первому дежурить на посту. Надеюсь, твои глаза не устали после лука?

- Нет, Светлый принц, моя жизнь состоит только из него, - ответил егерь с улыбкой. – Разве можно устать от жизни? А ночные звёзды отлично скрасят моё одиночество.

Принц Валамэ медленно перестал улыбаться и быстро ушёл в свою палатку. В который раз Нэинел корил себя за бестактность. В отличие от принца он был ещё молод и не познал многие утраты в жизни. Принц потерял своего отца и матерь, а его дед, нынешний король Коратх, ушёл тогда в себя и не смог помочь внуку пережить утрату.

После долгой и шутливой беседы у костра эльфы разошлись по палаткам или заснули у костра, завернувшись в плащи. Нэинел в который раз обходил лагерь, как заметил вдалеке небольшое изменение во всей траве холма на северо-востоке. Казалось, будто огромная часть растительности сама по себе пригибается и колышется в противоположную сторону от ветра, но разве такое может быть? Он замер и стал вглядываться более тщательно. Тогда егерь увидел, что это не ветер движется на северо-восток, а множество низкорослых существ быстро прокладывает свой путь в ту сторону света.

Егерь немедленно разбудил других эльфов у костра и показал им это. Вышедшему из палатки на шум принцу и некоторым другим удалось разглядеть странное колыхание, которое было вдалеке от их лагеря, хотя они и не смогли как Нэинел увидеть существ.

- Это движется к Деновику, столице Лораха, - сказал, наконец, Нируа, ещё один егерь в отряде, но не входивших в «Лесные Тени».

- Оно может представлять опасность для наших союзников кентавров, мы должны исполнить долг союзника и выяснить, что это такое… или кто, - уверенно сказал принц и убрал с лица прядь длинных зелёных волос. – Поднимайте лагерь, мы выступаем.

За десяток минут весь лагерь был кое-как собран и привязан к лошадям, а эльфы пустились в погоню. Они пытались настичь эту странное шествие, но как бы быстро не бежали лошади, порой тропа приводила их к отвесным скалам, приходилось скакать в обход и снова искать следы. По крайней мере, все поняли, что траву колыхал не ветер, а нечто знакомое и зловещее. На закате, когда стала видна столица Лораха, эльфы увидели множество точек, которые быстро и неутомимо двигались в сторону города никем не замеченными. Через пару часов делегация Светлых подъехала к воротам Деновика, их пропустили беспрепятственно, лишь взглянув на удостоверяющую посольскую грамоту.

Город жил своей жизнью, и мало кто смотрел на маленький отряд незнакомцев. Зная обычаи кентавров, эльфы слезли с коней и поставили их в ближайшее стойло при таверне. Несколько членов отряда остались с конями и поклажей, договариваясь с владельцем таверны об остановке. Остальные восемь эльфов разделились, ища следы.

Вскоре Валамэ доложили, что несколько существ было замечено на высокой стене Серой Библиотеки, и, как сказал глашатай принца, вряд ли птицы стали ползти вверх по стене на крышу здания, к ближайшим дырам.

- Ползли вверх по отвесной стене? – удивился молодой Нируа, бывший простым аристократом. – Кто же это может быть?

Пока вновь собравшийся отряд двигался к библиотеке, все подумали об одном и том же.

- Ваше высочество, - наконец-то озвучил Нэинел. – Боюсь, это могли быть только гауры. Нам следовало догадаться ещё тогда, когда их следы вели прямо к отвесным скалам. Прошу меня простить, что не был уверен сразу.

- В том нет твоей вины, гауров не видели более двух столетий, с тех пор, как наш народ выжег в лесу их последнее мерзкое гнездо. Ты прав, - молвил тихо принц, - но зачем гаурам нужны книги? Карнэ, - обратился Валамэ к старому эльфу мечнику из личной охраны, - беги к ближайшему посту стражи Лораха, нет, лучше в главные казармы кентавров, скажи им о наших подозрениях и попроси их немедленно оцепить районы города возле здания библиотеки.

- А как же вы? - спросил Карнэ, проявляя беспокойство за внука короля эльфов.

- Мы пойдем внутрь. Возможно, кому-то уже нужна наша помощь и нет времени ждать пока кентавры раскачаются выдвинуться, - произнёс Валамэ.

Большинство тут же решительно пошло к библиотеке, но глашатай и двое сановников сказали, что они не войны и пойдут вместе с Карнэ.

- Идите, нет, лучше бегите. Гауры очень опасны, а мы даже не знаем, какие именно пауки залезли в библиотеку. – Голос принца стал серьёзным. – Бегите!

Пока четверо эльфов бежали в казармы, оставшиеся побежали через город к великому зданию. Нэинел и принц прибыли на место быстрее двух других и тут же поняли всю серьёзность ситуации. Так как многие кентавры любили читать, но не все любили ходить в каменное здание, то количество читающих кентавров там было не велико. И это их спасло.

Эльфы заметили в глубокой тени на сводчатом потолке внутреннего коридора спрятавшегося гаура-стража. Мало кто мог его заметить, но не эльфы. Гаур-страж был ростом с высокого человека, судя по окрасу, как определил знаток Валамэ, этот разумный паук был личным охранником кладки королевы гауров. Принц был близко знаком с этой мерзкой породой тьмы в своё время.

Его лапы покрывали короткие твёрдые волосы, которые он мог кидать как кинжалы, но от этих «кинжалов» просто сильно начинали чесаться и краснеть участки кожи, что было довольно неприятно и сильно отвлекало. Рот прикрывали длинные острые клыки, способные прокусить стальной доспех, за которыми пряталось много маленьких зубов. Гаур был довольно молод и не опытен, иначе бы он сразу понял, что его заметили.

- Притворись, что мы разговариваем, и ты хвастаешься мне своим луком, целься в глаза - сказал Валамэ уголком рта и тут же сделал вид оживлённой беседы, заодно случайно кладя руки на два тонких меча по сторонам бёдер. Нэинел так же притворился, что показывает не верившему эльфу, силу натяжения лука и когда они немного отошли от гаура назад, эльф резко начал вести стрельбу.

Первая стрела почти попала в первый центральный глаз гаура, как вторая была уже на расстоянии метра от его второго глаза, третья же стрела целилась пауку в жвала с клыками. Гаур, получив две стрелы в глаза, резко закричал пронзительным писком и упал вниз со стрелою во рту, однако это его не убило. Он резко перевернулся и кинулся на своих врагов, ведь он всё ещё мог видеть другими глазами. Нэинел успел всадить гауру ещё одну стрелу в глаз, несколько в сочленение ног и одна сломалась об бронированный корпус сбоку, но ему пришлось уйти с удобной позиции вправо, так как паук стал кидать в эльфов свои ядовитые «кинжалы», параллельно подбегая к ним.

Когда паук поднял свою волосатую лапу, напоминавшую дубину с шипами, на принца, эльф резко встал сбоку от него и ударил парными мечами по хитиновой ноге, они почти перерубили её. Паук снова закричал и встал на задние ноги, пытаясь обрушить своё тело на принца Валамэ, но тем самым он совершил последнюю ошибку в своей жизни. Почти непробиваемый панцирь покрывал все его тело, кроме мягкого брюшка. Мечи принца немедленно проткнули брюхо и сердце истошно вопящего гаура, а стрелы довершили начатое. Паук упал на спину и скрючил лапы. Эльфы перевели дыхание и собирались идти внутрь, как сзади послышался грохот копыт о камень, который заглушал бег отставших эльфов. Валамэ и егерь еле успели отскочить к стене, как в узкий коридор влетел разъярённый белый кентавр в кольчуге и с двуручным мечом наперевес, за ним пытались поспеть спутники принца.

- Ах ты мерзость кривоногая! – Вскричал старый кентавр и с ходу разрубил тяжёлым двуручником лежавшего в засаде гаура-стража дальше по проходу, затем быстро отпихнул его части к стенам и быстро помчался дальше. - Всех порешу, как морковку!

Кричал тот за углом, а затем пронёсся ещё один громкий писк умирающего гаура, и ещё... Эльфы, молча, переглянулись и свернули за угол коридора. Там, на всем пути, лежали разрубленные или затоптанные пауки. Охотники, ловцы, тенетники, стражи. С потолка свисали нити некогда прочной паутины.

Сзади послышался тихий шёпот:

- Вот сейчас немного страшно…