Перевод: Astarmina

«Сорвите только по одному цветку,» — сказала мать.

Риэлла осторожно сорвала тот цветок.

Прошло несколько дней, и когда цветы, сорванные её сёстрами, уже завяли и осыпались, цветок, который сорвала она, распустил свои лепестки так ярко, словно его только что срезали.

Мать Риэллы удивилась этому факту. Однако, увидев, что цветок, сорванный дочерью, долго не вянет, она лишь подумала: «Видно, у моей дочери глаз наметан на цветы,» — и не посчитала это чем-то особенным.

Но когда подобное стало повторяться снова и снова, а однажды Риэлла, рыдая, рассказала, что её назвали лгуньей за то, что она сказала, будто цветы светятся, мать осознала серьёзность проблемы. Выслушав долгие объяснения дочери, она с серьёзным выражением лица произнесла:

«Риэлла, думаю, тебе лучше держать это в секрете».

Затем мать долго объясняла ей, почему не стоит рассказывать об этом другим.

Быть непохожей на других — это всегда неоднозначно. Это могло обернуться чем-то хорошим, но с той же вероятностью могло привести к отвержению со стороны окружающих. Тем более, если то, что ты видишь, нельзя показать другим — тогда тебя ждут лишь обиды и разочарования.

Хотя Риэлла была ещё ребёнком, она поняла, почему мать приняла такое решение и для кого. С тех пор она никому не рассказывала о том, что видела.

Даже когда стало известно, что цветы, которые она видела в парке, сияющие всеми цветами радуги, оказывается, цветут раз в сто лет, Риэлла промолчала.

Вспомнив прошлое, она покачала головой и поднялась с места. Нужно было поскорее закрыть лавку и вернуться домой. Она вздохнула и подняла ведро с лилиями.

«Я думала, вдруг среди незнакомцев найдётся тот, кто их узнает...»

К тому же эти цветы были не случайной находкой — Риэлла вырастила их сама.

Не так давно она обнаружила, что у неё есть ещё одна удивительная способность.

Однажды, зайдя в известный цветочный магазин в столице, она увидела за прилавком множество горшков. В каждом из них были засохшие, увядшие растения. На её вопрос ей ответили, что это растения, погибшие из-за неизвестной болезни, и их собирались выбросить.

Когда она уже собиралась уйти, её взгляд упал на один горшок — растение в нём было почти засохшим, но на нём ещё оставались живые листья.

«Кажется, его ещё можно спасти,» — подумала Риэлла.

Она попросила у продавца отдать ей этот горшок. Вернувшись домой, она поставила его на подоконник и тщательно ухаживала за ним. Она думала, что если заботиться о нём, то вскоре оно оживёт, но всё оказалось не так просто. Растение то немного оживало, то снова увядало, и совсем не росло. Казалось, будто время для него остановилось.

Глядя на этот горшок, Риэлла загорелась идеей: «Я обязательно его спасу!»

С тех пор она посвятила всё своё время этому растению. Она покупала всевозможные удобрения, в выходные ходила в центральную библиотеку и изучала книги о болезнях растений. Она даже советовалась с людьми, известными своим умением выращивать лилии. Но, казалось, растение не замечало её усилий — оно оставалось в прежнем состоянии.

— Может, хватит уже возиться с ним? Кто будет ухаживать за больным растением больше года?

Рина, которая пришла в гости, покачала головой, увидев, что горшок остался таким же. Но Риэлла не могла сдаться. Прошёл уже год, а растение было в том же состоянии, что и в первый день.

Увидев, одиноко увядающее среди других цветов растение, Риэлла села перед ним и тихо прошептала:

— Прости... Видимо, моих сил недостаточно.

Она хотела вырастить его здоровым, раз уж оно выжило. Но, видимо, её усилия были направлены не туда. Расстроенная, девушка вернулась в комнату и уснула.

На следующее утро, спустившись вниз и протерев сонные глаза, Риэлла широко раскрыла их от удивления.

Ещё вчера лилия была почти засохшей, а теперь, словно в насмешку над её отчаянием, она стояла свежая, с каплями утренней росы на листьях. А через несколько дней на ней появились бутоны, и она расцвела.

И в тот момент, когда цветок раскрылся, Риэлла невольно прикрыла рот рукой.

— Она светится!

Так же, как те редкие цветы, которые она иногда находила в полях, лилия в горшке сияла. И не одна — все распустившиеся цветы светились.

Именно эти лилии она принесла сегодня. Увидев незнакомцев, проходящих мимо по пути в усадьбу Итон, она на всякий случай взяла их с собой. Но, как и прежде, никто не заметил ничего необычного в цветах.

— Пойдём домой.

Риелла собрала лилии и приготовилась уходить. Дорога к усадьбе Итон, в отличие от дня, теперь была почти пуста. Видимо, большинство соболезнующих уже разошлись. Владельцы соседних лавок тоже начали закрываться.

И тут с дальнего конца улицы послышался стук копыт.

«Опоздавший гость?»

Риэлла посмотрела на приближающуюся карету.

— Ого...

Удивлённый возглас вырвался сам собой. Карету запрягли восьмёркой лошадей. На Брикс-стрит обычно можно было увидеть только двуконные экипажи. Однажды проехала карета с четвёркой, и все высыпали на улицу, чтобы посмотреть на неё. А тут — восемь!

Риэлла опустила голову. Это, без сомнения, был кто-то из высшей знати, равный по статусу королевской семье.

«Подожду, пока проедет, и пойду,» — подумала она.

Карета двигалась неспешно, и Риэлла ждала, когда она проедет мимо. Но вдруг...

— Остановитесь!

Из кареты раздался женский голос. Кучер мгновенно остановил экипаж.

«Что случилось?»

Все, кто оставался на улице, устремили взгляды на карету. Владелец соседнего магазина обуви, увидев её, воскликнул:

— Это герб ювелира!

— Что?

— Точно! И на нём — поверженный дракон и три драгоценных камня! Это герцогиня Хосун!

При этих словах глаза людей округлились. Толпа ринулась к карете. Риэлла тоже не осталась в стороне — услышав имя герцогини Хосун, она раскрыла рот и уставилась на карету.

Герцогиня Хосун. В этой стране не было человека, который бы не знал её.

Величайший ювелир. Легенда Кардии. Героиня, защитившая людей от драконов. Дети мечтали стать такими, как она, а взрослые — преклонялись перед её именем.

Пока толпа галдела, дверца кареты открылась. Из неё вышла служанка, а затем помогла выйти пожилой женщине с седыми волосами.

Несмотря на возраст, её осанка была прямой, а взгляд — пронзительным. Никто не сомневался: перед ними была сама герцогиня Хосун.

Когда-то она была сильнейшим ювелиром, сражавшимся с драконами. Говорили, что даже король склонял перед ней голову.

И вот теперь, когда все гадали, зачем она остановилась, герцогиня произнесла:

— Сколько стоит этот цветок?

Риэлла вздрогнула и подняла голову. Герцогиня смотрела прямо на неё.

— Что?..

От неожиданности Риэлла выдавила из себя только этот глупый звук.

«Герцогиня Хосун заговорила со мной?!»

Риэлла кое-что знала о герцогине. Конечно, они не были знакомы — её знания ограничивались тем, что знали все, и в основном почерпнуты из газет.

Она часто покупала старые, непроданные газеты по дешёвке и использовала их для упаковки цветов. Так она не раз читала о герцогине Хосун.

Её истории редко попадали на первые полосы. Уже давно отошедшая от дел ювелирша чаще появлялась в рубрике «История, которую мы должны знать», чем в «Горячих новостях».

Беллария Айндель Хосун.

Так звали герцогиню. Простая горожанка, ставшая величайшим ювелиром, победившая жадных драконов и спасшая страну. За свои заслуги она получила титул герцогини.

Многие ювелиры получали дворянские титулы за свои умения. Но лишь она одна стала герцогиней.

Для Риэллы герцогиня Хосун была чем-то вроде портрета знаменитости — известной, но недосягаемой. И вот теперь эта самая женщина говорила с ней!

Риэлла растерянно смотрела на герцогиню. Она ожидала, что ювелир будет увешан драгоценностями, но на герцогине был лишь браслет с розовым жемчугом.

— Эти лилии в твоём ведре. Сколько они стоят?