Юри лежал на полу и наблюдал за ситуацией сквозь приоткрытые веки.

— Ох, устал до смерти, правда...

— Перестань ныть, младший.

Как он и слышал снаружи, голосов было два. Видимых пар ног — тоже две. Один из них, похоже, был ранен: он тяжело волочил ногу.

Это оказалось удачей. В тот момент, когда Юри получил удар ножом и умирал, этот ублюдок был абсолютно цел и невредим.

— И что, проверяем? Как делаем-то?

— Протыкай каждый труп ножом. Если никто не закричит — значит, все мертвы. Трудно, что ли?

— Да блин, серьезно... Они ж и так все дохлые. Зачем лишний раз проверять?

Тот, что волочил ногу, был младшим братом. Ворча, он принялся выполнять приказ. Вжик! Нож вонзился в труп, лежавший ближе всего к двери.

«Пиздец».

Нет бы просто уйти, зачем еще и добивать? Юри, распластавшись по полу, покрылся холодным потом.

— Старшой, а трупы наших ребят тоже протыкать?

— Конечно, протыкай. Братишка, мы же с тобой не добрые самаритяне, верно? Если не хочешь потом отведать клинка мести, бей наверняка.

— Это да.

Шмяк, шмяк.

Пока трупы у входа по очереди получали свою равную долю ударов, у Юри было немного времени на раздумья. Если оставаться лежать неподвижно — он получит нож и умрёт. Если он умрёт в этом теле, вернется ли он в свой родной мир?

Нет.

Ответ он уже знал. Смерть в этом теле вовсе не означает возвращение в родной мир.

«Умрёшь — значит, просто умрёшь!»

Эта проклятая Лореллия произнесла это с такой лучезарной улыбкой.

Естественно, Юри умирать не хотел.

Шмяк! Приближающийся от входа нож вонзился в соседнее тело. Юри скосил глаза: это был Сэм.

— Ах ты ж гаденыш, чего такой жёсткий?

Младший, волочащий ногу, оказался совсем рядом. Медлить больше было нельзя. Сейчас нож торчал в спине Сэма, но следующий удар мог прийтись уже в спину Юри.

Если немного повезёт, это может случиться через один труп. Но если он продолжит лежать, то получит нож, закричит, и его просто добьют несколькими ударами.

Сейчас нужна была только решимость.

Вжик!

Он схватил подошедшую ногу и со всей силы полоснул ножом по задней части лодыжки.

— А-а-ак?!

У этого парня не хватило воображения, чтобы предвидеть, как окровавленный труп внезапно перережет ему лодыжку.

— А-а-а-а-а! Блять! Что за херня?!

Он уже повредил одну ногу в недавней драке, а тут нож неожиданно полоснул по здоровой лодыжке. Место удара было плохим, да и глубина пореза — тоже. Парень не удержал равновесие и рухнул на пол.

Юри резко вскочил, выставил перед собой кинжал и начал медленно пятиться назад.

Только теперь он смог разглядеть лица братьев, вошедших в офис.

Братья О.

Чужаки с Востока, которые недавно появились в подворотнях. Они подмяли под себя нескольких отморозков и потихоньку сколачивали банду. В последнее время они начали понемногу вторгаться на территорию «Чёрной банды», из-за чего произошло уже несколько стычек.

Жестокие и опасные типы. Юри иногда сталкивался с братьями О на улице, но ни разу не смотрел им прямо в глаза.

— А-а-а-а! Моя нога!

Младший, О Бон Сок, держался за кровоточащую лодыжку и вопил. А вот старший, О Бон Чун, стоял неподвижно и лишь сверлил Юри взглядом.

То, что он не бросился в атаку сразу после ранения брата, объяснялось не только его довольно осторожным характером. Братской любви между ними изначально было немного.

— Малыш, ты кто такой?

О Бон Чун тоже был весь в крови, как и его брат, но серьезных ран на нём не было видно. Он вытащил из-за пояса ручной топор и усмехнулся, обнажив желтые зубы.

— Странно... Местные ребята либо все сдохли, либо, если кому и повезло выжить, то никак не могли быть такими целëхонькими, как ты.

— Старшой, блять! Моя... моя лодыжка!

О Бон Сок истошно вопил, но О Бон Чун даже не взглянул на брата. Он ещё сильнее прищурил свои узкие глаза и внимательно осмотрел Юри.

— Я спрашиваю, ты кто? Раз не из тех, кого привел я, значит — из «Чёрной банды». Но почему на тебе ни царапины? А? Где ты прятался?

Что ответить? Нет, а нужно ли вообще отвечать? Юри просто промолчал.

О Бон Сок сейчас не сможет встать. Противостоять нужно только О Бон Чуну.

— Малыш, струсил?

Усмехнувшись, спросил О Бон Чун у молчащего Юри. Провокация была очевидной, но Юри не поддался. Ситуация была слишком напряжённой, чтобы обращать внимание на такие насмешки. Одно неверное движение — и он сдохнет, не пробыв «одержимым» и десяти минут.

Тук, тук, тук... Сердце колотилось так, словно готово было разорваться. Всё внимание было приковано к кинжалу в правой руке.

Ли Су Хёк никогда в жизни не держал в руках такой нож и не бросался с ним на людей.

Но Юри — другое дело. Этот ублюдок не раз угрожал ножом и даже пырял людей. Однако эти воспоминания сейчас мало чем помогали разрешить ситуацию.

— Фух...

Кинжал в руке ощущался слишком неестественно. Юри коротко выдохнул и выронил его на пол.

— Чего?

О Бон Чун округлил глаза.

— Ты что, нож выбросил и сдаться решил? Малыш, я, конечно, брат этого придурка, но думаешь, я пощажу того, кто сделал моего братишку калекой на всю жизнь?

Юри по-прежнему молчал.

Вместо ответа он сжал обе руки в кулаки и поднял их вверх.

— Этот придурок что, совсем спятил?

О Бон Чун расхохотался. Он и так не понимал, зачем выбрасывать нормальный нож, а тут ещё и это — и ведь даже о пощаде не молит.

— И что ты этими руками сделаешь? Ты что, мастер кулачного боя какой-нибудь? Этим кулаком мой топор разбить хочешь?

Юри пропустил насмешку мимо ушей.

На самом деле, в глубине души ему хотелось схватить кинжал. Сражаться голыми руками против топора казалось невозможным.

Но выбора не было.

Прежний Юри, может, и умел немного махать ножом.

Но нынешнему Юри голые руки были куда привычнее любого оружия.

Он на собственной шкуре научился пользоваться кулаками.

— Ублюдок, ты меня за лоха держишь?!

С яростным воплем О Бон Чун бросился вперёд.

Естественно, движения О Бон Чуна не шли ни в какое сравнение с Лореллией.

Юри видел летящий топор. Всего пару секунд назад он думал, что «сражаться голыми руками против топора невозможно», но стоило увидеть летящее лезвие, как мысли изменились.

И ещё.

Он понял, почему Лореллия так настаивала на том, чтобы научиться наносить точный удар в полную силу, вложив в него намерение обязательно убить — без колебаний и страха перед живым человеком.

Именно это сейчас и было нужно.

Окровавленный топор просвистел в миллиметре от тела. Сократив дистанцию на опасной грани, Юри нанёс удар кулаком.

В момент замаха он понял. Если он ударит, О Бон Чун может умереть. Но если не ударит — умрёт сам.

Поэтому он ударил. У него не было причин не бить.

Хрясь.

Он почувствовал, как кулак раздробил челюсть.

— Хё... старшой?

О Бон Сок, зажимая не перестающую кровоточить лодыжку, пробормотал это с лицом, полным неверия.

Бух.

Тело О Бон Чуна с остекленевшими глазами рухнуло назад.

«Умер?»

Непонятно. Он бил изо всех сил, но убить человека с одного удара, да ещё такого здоровяка — задача не из легких.

— ...

Нахлынули неописуемые эмоции. Он думал, что за всю жизнь ему ни разу не придется бить человека с намерением убить...

— Старшой? Старшой!

Времени на сантименты не было. Юри сглотнул и опустил кулак. «Если бы не убил я, убили бы меня». Это стало отличным оправданием и помогло ему успокоиться.

В то же время Юри осознал своё положение. Одержимый он или нет, в этом мире, если тебе не повезет — ты труп.

— Эй.

Кулак болел.

Юри мельком взглянул на саднящую руку. Кожа на левом кулаке, которым он врезал по челюсти О Бон Чуна, была содрана, сочилась кровь.

«В комнате для встреч я махал кулаками бесчисленное множество раз, и крови не было...»

Мир сознания и реальность всё же отличаются. Может, стоит закалять кулаки? С этой мыслью Юри повернулся к О Бон Соку.

— Эй.

Запястье тоже ныло. Вывихнул во время удара?

— Зачем вы напали на это место?

Причину он примерно понимал, но хотел услышать лично. О Бон Сок, тупо смотревший на поверженного брата, вздрогнул и поднял взгляд на Юри.

Братья О не владели выдающимися боевыми искусствами. Если их как-то классифицировать, они были бойцами третьего сорта. Но таких навыков и безрассудной наглости вполне хватало в подворотнях этой провинциальной глуши, где не было ни одной нормальной фракции Чёрного пути.

Собственно, сегодня братья О без особого труда перебили «Чёрную банду», которая держала этот район.

Да, они сначала послали своих подручных устроить хаос, но факт остается фактом: братья О были на голову сильнее местных хулиганов. И, как это обычно бывает у братьев, старший брат О был сильнее младшего.

«Ма... мастер».

О Бон Сок сделал вывод в своей глупой голове. Его старший брат, который был сильнее, рухнул от одного удара, не издав ни звука. Более того, этот неизвестный даже не использовал оружие — он раздробил челюсть брата голыми руками.

«Этот ублюдок Декан... он не просто корчил из себя бандита, у него реально была крыша в Чёрном пути?»

Если так, то этот незнакомец — мастер из Чёрного пути? Несмотря на такую разницу в силах, он не вышел в открытую, а проявил осторожность и напал исподтишка... Судя по тому, как он притворился мёртвым и выжидал момента, он вполне может быть наёмным убийцей.

А если так, то дело совсем дрянь... Наëмные убийцы — это те, с кем нельзя связываться даже в Чёрном пути.

— Отвечать не собираешься?

Голос Юри стал жестче. Только тогда О Бон Сок в испуге распластался по полу.

— Д-да? Прошу прощения. Повторите ещё раз...

— Почему вы напали на это место?

— Э-это... это не я предложил. Это мой старший брат, тот... тот ублюдок, которого вы, господин мастер, уложили, это он предложил.

— Кто тебя об этом спрашивал? Я спросил, почему напали?

Похоже, просто слова не доходили. Юри поднял топор, который выронил О Бон Чун.

— Е-если убрать «Чёрную банду», мы сможем подмять под себя этот район... В-вот поэтому! Это всё! Если бы мы знали, что за «Чёрной бандой» стоите вы, мастер, мы бы и близко к этому району не подошли...

Всё, как он и предполагал. Всплывшие воспоминания подтверждали: братья О уже давно крутились возле территории «Чёрной банды». Ситуация была такой, что драка могла вспыхнуть в любой момент, просто братья О оказались на шаг впереди и напали первыми.

— Кто вам приказал?

Он задал этот вопрос из опасения: а вдруг за братьями О стоит кто-то еще? Если братья напали по чьей-то наводке, то Юри, оставшийся единственным выжившим, мог оказаться в очень трудном положении.

— П-приказал?

О Бон Сок часто заморгал и переспросил. Юри помахал топором и свирепо вытаращил глаза.

— Скажешь честно — я сохраню тебе жизнь. Вместо тебя от моих рук умрет тот, кто вам приказал. Ну, что скажешь?

Видимо, раздробленная челюсть брата произвела сильное впечатление, раз О Бон Сок называл Юри «мастером». Было очевидно, что он не собирается драться и думает только о том, как бы спасти свою шкуру. Поэтому сейчас угрозы могли заставить его заговорить.

Если за братьями О стоит кто-то серьезный, то плевать на подарок Лореллии — нужно будет немедленно бежать.

— Ч... что вы такое говорите, я не понимаю. Кто вообще мог бы нам такое приказать?

— Я же сказал: скажешь правду — сохраню жизнь.

— Божечки, мастер...! Я не лгу. Я, О Бон Сок, могу поклясться небом, землёй и душами моих родителей, что говорю правду.

— Ты сирота?

— Д-да, сирота...!

— Я тоже сирота.

Это не было ложью. И Ли Су Хёк был сиротой, и Юри был сиротой.

Он подумал: «Может, если я создам чувство внутреннего родства, указав на одинаковое положение, он заговорит?». Он попробовал сказать это, но О Бон Сок никак не отреагировал, лишь часто заморгал.

— Ох... Боже мой, мастер, как же это печально...

Он раскрыл правду не для того, чтобы получить толику сочувствия.

— Значит, точно никого нет?

— Мастер...! Прошу, поверьте мне. Посудите сами! Эта «Чёрная банда» — не какая-то великая организация, они лишь корчат из себя часть Чёрного пути, а сами даже Чёрную метку не получили, просто сброд! Зачем нам было бы искать покровителей, чтобы напасть на них?

Чёрная метка.

Это слово не было незнакомым. Оно встречалось и в «Серонисе», который затянул Ли Су Хёка в этот мир, и в воспоминаниях Юри.

Союз Чёрного Дракона — коалиция Чёрного пути, контролирующая сотни организаций. Входящие в нее банды могут прикрываться именем Союза взамен на выплату дани.

«Чёрная банда» не состояла в Союзе Чёрного Дракона. Так что, даже если их внезапно атаковали и уничтожили, Союз бы и пальцем не пошевелил.

«В игре Главой Союза Чёрного Дракона был старик по прозвищу Монстр Жестокого Зла...»

Но в воспоминаниях Юри всё было иначе. Нынешний Глава Союза Чёрного Дракона стал его новым хозяином 10 лет назад, убив Монстра Жестокого Зла.

И убил он его не аккуратно. Новый Глава не проявил к предшественнику никакого уважения: говорят, он украсил отрубленными руками, ногами и головой Монстра Жестокого Зла южные, северные, западные, восточные врата и центральную площадь Амяна — города, который контролировал Союз.

Несмотря на такие беспрецедентные действия, личность нового Главы Союза Чёрного Дракона так и осталась неизвестной миру. Ходили слухи, что он может быть «одержимым», но это были лишь ничем не подтверждëнные сплетни.

— Я просто последовал за своим покойным старшим братом, когда он это предложил...! Это правда, поверьте мне!

— Понятно.

О Бон Сок взмолился, глядя на Юри, который нахмурился, погрузившись в раздумья. Скорее всего, он не врал. Юри коротко кивнул и продолжил:

— Раз сказал честно — я сохраню тебе жизнь.

— В-вы... вы серьезно?

— Да. Но взамен — ползи отсюда за дверь.

О Бон Сок на мгновение замялся, поглядывая на Юри, а затем скосил глаза на свои ноги. Правая лодыжка, глубоко порезана ножом... пальцы ничего не чувствовали. Левой ногой он еще как-то мог пользоваться, но удерживать на ней вес было тяжело.

«Блять...»

Без посторонней помощи оставалось только ползти. В итоге О Бон Сок упëрся руками в пол и начал медленно ползти. Его тело, словно кисть, оставляло полосу на залитом кровью полу.

Глядя на это, Юри приводил свои чувства в порядок.

Он должен это сделать. Приняв решение, он широким шагом направился к О Бон Соку. Ползущее тело О Бон Сока вздрогнуло.

— Ах ты ж блять...

Остановившись на четвереньках, О Бон Сок выплюнул ругательство.

— Сукин сын... думаешь я… думаешь, я не понимаю, что ты задумал? Сохранишь жизнь? Ползти? Су... ка, блять...

О Бон Сок тоже не был полным идиотом. Он понимал, что у Юри нет ни единой причины сохранять ему жизнь, и что в своём нынешнем состоянии, даже если он бросится в бой, ему ни за что не победить Юри.

Этот парень, будучи мастером, свалившим его старшего брата одним ударом, валялся на полу и притворялся мёртвым. Предложение ползти в обмен на жизнь — это просто уловка, чтобы убить его без лишних хлопот.

— Б-блять, блять, г-голову... бей в голову. Понял? Я сделал, как ты велел, так что, умоляю... убей с одного удара...

Отвечать Юри не стал.

Хрясь!

Топор старшего вонзился в голову младшего. О Бон Сок судорожно дëрнулся и вскоре обмяк.

— Фу-ух...

Ощущения отличались от тех, когда он бил кулаком. Внезапно закружилась голова и к горлу подступила тошнота. Юри зажал рот рукой, сдерживая рвотный позыв.

«Что теперь?»

«Чёрная банда» и те, кто на них напал, мертвы. У братьев О не было покровителей.

Юри остался в живых. Может, просто сбежать и стать для всех мертвецом? К счастью, круг общения Юри был скудным, так что его исчезновение не вызвало бы проблем.

Но сбегать было ещё рано. Теперь, зная, что за братьями О никого нет, ему нужно было дождаться подарка от Лореллии, который должен прибыть в течение месяца.

Юри достал из кармана брюк ключ с надписью «203».

— ...

Решение было принято. Пока он будет жить как Юри и следить за ситуацией. В таком мире иметь подтвержденную личность — слишком ценное преимущество, чтобы от него отказываться. Конечно, можно было бы сделать новые документы через брокеров на чёрном рынке, но это стоит слишком много денег.

Радовало то, что Юри был сиротой с очень ограниченным кругом общения. Это было общей чертой Ли Су Хёка и Юри.

Он обернулся и посмотрел на О Бон Чуна. Тот всё еще был жив.

Оружием Декана, босса «Чёрной банды», был огромный боевой молот. Юри поднял этот боевой молот над головой.

Никакого масштабного расследования из-за гибели бандитов в разборках за территорию в подворотнях не будет. Наверняка они заранее дали взятку перед тем, как напасть. В этом мире смерть тех, у кого ничего нет — не такое уж важное событие.

Хрясь!

Он опустил молот на голову О Бон Чуна. Подумав, что одного раза будет мало, он ударил еще несколько раз.

Следующий — О Бон Сок. Он подобрал валявшийся неподалеку здоровенный мачете и несколько раз ударил им по лодыжке, которую до этого полоснул кинжалом. Затем он вонзил несколько кинжалов в относительно целую спину О Бон Сока.

— Блять... что я творю?

Сделав всё это, он невольно усмехнулся. Как описать то, что он сейчас чувствовал? Мерзко, хреново... Юри криво улыбнулся и осел на пол.

Всё это ради того, чтобы выжить. Да, его затянуло в грëбаную игру, и теперь ему предстояло прожить грëбаную жизнь, но Юри не хотел умирать.

Возможно, когда-нибудь жить станет настолько тяжело, что он решит, что смерть — лучший выход.

Но точно не сегодня.

Он выживет любой ценой.

Если убить Бога Хаоса, «одержимые» смогут вернуться на Землю. Честно говоря, он не так уж сильно хотел возвращаться на Землю, но... при виде разбросанных вокруг трупов в нём проснулась тоска по родине, которой раньше и в помине не было.

К тому же, Богиня Порядка обещала исполнить одно желание тому «одержимому», кто лично убьет Бога Хаоса.

«Ли Су Хёк — Невосприимчивый к оскорблениям, вы сможете!»

Подумаешь, какой-то парень, который просто усердно играл в игру. Что в этом такого великого? В ушах эхом отдавался голос Лореллии, которая с широкой улыбкой сжимала кулаки, излучая ничем не подкреплëнный оптимизм.

Юри с усмешкой крепко сжал кинжал.

Вспомнив, как это делали в фильмах и сериалах, он оторвал кусок одежды и зажал его в зубах. Он не знал точно, какой от этого эффект, но раз так делают — значит, есть причина.

«Чëрная банда» и шайка братьев О перебили друг друга в драке.

20-летний младший член банды, Юри, чудом выжил в этой мясорубке.

Выжить без единой царапины — слишком удобная история. Юри, крепче сжав зубами ткань, посмотрел на своё тело.

Он решил, что лучше резать, чем колоть.

— Угх...

В отличие от насилия, скрывающегося под маской обучения, сейчас он занимался самоповреждением, разрезая собственное тело.

Он сразу понял, почему в фильмах и сериалах людям во время пыток засовывают что-нибудь в рот.

***

Гордон из лавки всякой всячины.

Он был одним из немногих хороших людей в скудном круге общения Юри.

Пусть его товары не продавались и пылились годами, он исправно делал пожертвования в приют Ольдор, а иногда, когда торговля шла чуть лучше, присылал пусть и небольшие, но деньги.

Юри несколько раз встречался с ним, ещё когда жил в приюте.

Уже тогда Юри был ходячей катастрофой, и Гордон не раз читал ему нотации.

Даже когда Юри покинул приют и промышлял карманными кражами в подворотнях, Гордон ворчал, что если он собирается жить так и дальше, то пусть лучше устраивается к нему в лавку.

Когда же Юри в конце концов вступил в «Чёрную банду» и начал жизнь бандита, Гордон лишь тяжело вздыхал.

Когда Юри, будучи младшим в банде, приходил собирать дань, Гордон не ставил его в неловкое положение, не давил на старую дружбу. Наоборот, он интересовался, как у Юри дела и нормально ли он питается.

— Юри...?

Гордон, зевавший, сидя в пустой лавке без покупателей, вскочил с места, увидев, как внутрь, шатаясь, вваливается окровавленный Юри.

— Юри, Юри?! Эй, пацан! Что случилось?!

— А... дядя.

Дрожащим голосом позвал его Юри. Поспешно подбежавший Гордон подхватил Юри, и его лицо исказилось.

— Сколько крови...! Эй, ничего не говори. Стой смирно.

Верхняя одежда, изрезанная во многих местах и насквозь пропитанная кровью, больше напоминала половую тряпку, чем вещь. Гордон стянул с него эти лохмотья и осмотрел тело Юри.

— Ты...

Старые шрамы и следы от ожогов. И свежие раны поверх них. Гордон не мог вымолвить ни слова, его губы дрожали.

— Если бы Елена... увидела тебя сейчас... что бы она подумала?

При этом имени щека Юри дëрнулась.

Елена. Его ровесница, подруга детства из того же приюта Ольдор.

Но сирота сироте рознь. За 10 лет Юри ни разу не виделся с Еленой.

— Что стряслось-то? Откуда эти раны?

— «Чёрная банда» уничтожена.

Он произнес заранее заготовленный ответ.

— Братья О. Эти... сукины дети. Они ворвались в офис вместе со своей шайкой. И... и все погибли. И старшие, и эти ублюдки братья О.

— Все? Все погибли? Что это значит?

— Я... я не знаю. Я спрятался...

Не было нужды договаривать до конца. Он замолчал на полуслове и закусил губу. Гордон тупо смотрел на Юри, а затем крепко зажмурился.

— Какое счастье.

После недолгого молчания Гордон издал долгий вздох.

— Счастье, что эти ублюдки мертвы... и счастье, что ты выжил.

Услышав эти слова, Юри не мог не испытать противоречивые чувства.