— С этим ничего не поделаешь. Как только я закончу свою работу, я загляну к ней.

Арахния находила время навестить Гленна как бы сильно при этом, она ни была занята. Гленн надеялся, что из ее очевидной дружбы с Мем выйдет что-то хорошее.

— Что скажете, доктор? Это прекрасная возможность купить что-нибудь для меня.

— Т-ты имеешь в виду украшения?

— Я буду рада получить от вас что угодно, доктор, - сказала она, искоса взглянув на него.

Ни Сапфи, ни Тисалия не сказали бы Гленну ничего столь откровенного. Такое давление было для него в новинку.

— Вы ничего не купили для меня, не так ли, доктор?

— Но ты же купила себе...

— Хмпф.

Гленн не был уверен, что делать с недовольством Сапфи. Возможно, он не справлялся со своими обязанностями будущего мужа.

— Извини, должно быть я сказал что-то, чего не должен был говорить. Давай не будем ссориться.

— И кто, по-твоему, будет виноват в этой ссоре?!

— Хорошо, доктор, тогда как насчет того, чтобы купить что-нибудь для каждой из нас?

Арахния приблизила свое лицо к лицу Гленна. Гленн отшатнулся от этих слов.

Ему стало интересно, догадалась ли Арахния об истинной причине его визита в магазин Мем.

— Ох, эм...

Гленн попытался тихо предупредить ее, но...

— Что?

— Арахния... ты уже знаешь? - прошептал он себе под нос.

— Тебе придется постараться, если ты хочешь удивить меня. - Захихикала Арахния.

Забегая вперед, Гленну придется предположить, что она может прочитать каждую его мысль.

— Я пыталась обманом заставить тебя рассказать мне.

— Эээ...

— Я не могу дождаться, когда получу своё.

— О чем это вы там по секретнечаете?!

Сапфи выхватила чашку из рук Гленна своим хвостом. Очевидно, она хотела ее вымыть, но это был довольно жестокий способ дать ему понять об этом.

— Ладно, ладно. Сапфи, не нужно терять самообладание. Я просто хотела сказать, что не могу дождаться праздника урожая.

— Вам обязательно быть так близко друг к другу для этого?

— Что в этом плохого? В конце концов, мы помолвлены.

— Э-э-э...

У Сапфи заканчивались оправдания для ревности. Хотя она и согласилась на многоженство, Сапфи была ревнивой, и, похоже, ей было трудно примирить свои противоречивые чувства. Возможно, это вызвало у нее еще больше эмоций, потому что они с Арахнией были очень близки.

— Сапфи, давай вместе сходим на фестиваль урожая, когда он начнется. Я хочу его увидеть.

Такое приглашение от Гленна было редкостью. Сапфи удивленно посмотрела на него.

— Я тоже хочу... но что ты собираешься делать, чтобы получить разрешение лорда Мердрака?

— Ох, да. Верно. - Вздохнул Гленн.

Он не добился никакого прогресса на этом направлении, если не считать встречи с Плам Мердрак.

— Я должен был поговорить с Плам об этом, но я был озабочен ее состоянием.

— Ты всегда остаешься врачом, куда бы ты ни пошел.

Настала очередь Сапфи вздохнуть с раздражением в голосе. В следующий раз им придется попросить Плам представить их друг другу.

— Тебе нужно, чтобы я пришла тебе на помощь? Эта девушка, моя большая поклонница, верно?

— Даже если Плам познакомит нас с лордом Мердраком, я не смогу придумать хороший способ убедить его.

— Ох, дорогой. В таком случае, никакого праздника урожая вообще не будет!

И свидания с Сапфи на празднике урожая тоже, если уж на то пошло.

— Э-э-э... я что-нибудь придумаю, - сказал Гленн, не имея ни малейшего представления о том, чем может быть это "что-нибудь".

Гленн решил попытаться встретиться с Плам и спросить ее, что Мердраки думают о фестивале.

Он задавался вопросом, может ли он снова столкнуться с ней в магазине Мем? Он также все еще беспокоился о ее крыльях.

— Я с нетерпением жду нашего свидания, доктор, - сказала Сапфи с широчайшей улыбкой на лице.

Пыталась ли она надавить на него? Или она просто была искренне взволнована? В любом случае, Гленн не смог устоять перед улыбкой Сапфи. Несмотря на неуверенность в себе, все, что он мог сделать, это кивнуть.

***

Ночи становились все длиннее, и Гленну удавалось (что было для него нехарактерно) крепко спать. Он всегда был очень занят, поэтому редко когда крепко спал, но эта ночь выдалась спокойной. Может быть, даже слишком спокойной, именно поэтому он так хорошо спал.

— Мммм...

Его сон был прерван ощущением, что кто-то вошел в его комнату.

— Э-э... Сапфи? - он сглотнул.

Иногда, зимой, Сапфи прокрадывалась в спальню Гленна. Ламии были хладнокровными животными. Она прижималась к Гленну, чтобы согреться, как будто он был ее личным обогревателем.

Но Сапфи, скорее всего, уже обняла бы его.

Гленн открыл глаза. Он увидел, что в темной комнате что-то блестит. Был ли это фонарь? Лунный свет? Нет. Это была пара глаз.

— Киии...

Комнату наполнил пронзительный звук, почти недоступный его слуху. Прежде чем Гленн успел сообразить, что это было, сверкающие глаза устремились к его шее.

— Аргх?! - невольно вскрикнул он, почувствовав, как два острых клыка пронзили его кожу.

Слурп... Хлюп…

Нападавший сейчас слизывал кровь которая хлынула оттуда, где он его укусил. Было слишком темно, чтобы он мог разглядеть преступника, но у него была довольно хорошая догадка.

— Кх... Аргх!

Он почувствовал, как шершавый язык попал в рану. Он хотел оттолкнуть того, кто это был, но его сила не соответствовала силе нападавшего. Обе его руки были прижаты к кровати.

Слурп...

— Ммм! - выдохнул он.

Чавк...

Звук льющейся крови Гленна эхом разнесся в ночи.

Затем…

— Доктор?! Я услышала крики. Что случилось?!

Внезапно комнату залил свет.

— Киии!

Нападавший издал испуганный крик и попятился от Гленна.

Сапфи ворвалась в комнату, держа хвостом фонарь. Несколько фей последовали за ней со своими фонарями, похожими на волшебные заклинания.

Гленн приложил руку к месту укуса на шее. Крови было не так уж и много...

Это была просто колотая рана, и внутренних повреждений не было. Он оторвал полоску простыни и прижал ее к шее, чтобы остановить кровь.

— Доктор, с вами все в порядке?

— Да, у меня просто кровотечение... небольшое.

— Твоя шея... Доктор, это...!

Сапфи посмотрела на нападавшего в углу комнаты.

— Ох... ух...

Незваная гостья закрывала лицо обеими руками.

Она сказала, что не очень хорошо переносит солнечный свет, но из-за ее позы казалось, что она боится любого света.

— Это...?

— Да.

Хотя она и прятала лицо, сочетание светлых волос, загорелой кожи и крыльев летучей мыши выдавало ее с головой.

Гленн придвинулся к ней, все еще держась за шею.

— Все в порядке. Я тоже в порядке. Вам не нужно плакать.

— Я... я сожалею! Я... то что я сделала с вами, это ужасно, доктор! - всхлипывала она.

Плам сложила крылья и испуганно посмотрела на него, по ее лицу текли слезы.

— Что нам делать, доктор?

— Для начала нужно обработать рану.

К счастью, она была неглубокой, а мазь, которую Сапфи держала под рукой, оказалась очень эффективной. Он перевязал ее и вернулся к насущной проблеме.

— Ты успокоилась, Плам?

Она смотрела в землю, на ее лице застыло страдальческое выражение.

Сапфи подала ей травяной чай с успокаивающим эффектом, и Плам Мердрак пила его маленькими глотками, но хранила молчание. Ее лицо было залито слезами, а в уголке рта все еще виднелось немного крови.

— Зачем ты это сделала?

Она бесшумно прокралась в комнату Гленна, а затем совершила поступок, который сделал ее достойной старого вампирского прозвища "кровопийца".

Девушка, которую они видели днем, была отчужденной и уверенной в себе… Было трудно поверить, что она могла так внезапно перейти от этого к нападению на кого-то.

— Честно говоря... в последнее время мои порывы выпить крови стали сильнее.

— Порывы?

— Иногда у меня возникает жажда крови. Это не так уж и плохо.

Обычно я сдерживаю ее, выпивая чай или что-то в этом роде. Но в последнее время я просто ничего не могу с собой поделать...

Гленн почувствовал, что она вот-вот снова расплачется, и попытался успокоить ее.

— Так обычно ты не пьешь кровь?

— Эмм... Ну, папа, мама и я на самом деле не...

— Я имею в виду, что обычно мы едим фрукты. Нам не нужна кровь, чтобы жить. Конечно, нас называют кровососами, но я никогда раньше этим не занималась...

— Понимаю. Кстати, какие фрукты ты любишь есть больше всего?

— Сливы... - Смущенно ответила Плам.

Возможно, ей было неловко из-за того, что она любила то самое блюдо, в честь которого была названа.

(Комментарий от переводчика: "Plums-слива" "Plum-Плам, вышеупомянутая вампирша.")

Гленн на мгновение задумался. По вкусу сливы совсем не походили на кровь. Но, с другой стороны, вампиры не едят фрукты вместо того, чтобы пить кровь. Фрукты и есть их основной источник питания.

— А кровь животных не подойдет?

— Да... я уже пробовала кровь животных. Меня тошнит от их крови. Папа говорит, что все вампиры предпочитают разное. Мне... мне, наверное, нравится только кровь людей моего возраста...

— Людей твоего возраста, да?

Легенды гласят, что вампиры предпочитают нападать на девственниц. Было ли это предпочтением не всего вида, а лишь отдельных его представителей?

— У меня есть родственники, которые пьют кровь животных... но я не выношу даже ее запаха.

— Ты говорила об этом со своими родителями?

— Мама с папой сказали, что если я хочу пить кровь, я должна найти кого-нибудь, кто мне понравится. Они сказали, что я Мердрак, поэтому у меня не будет проблем.

Гленн обхватил голову руками. Очевидно, лорд Мердрак больше заботился о своих собственных правилах, чем о городских постановлениях... хотя он никогда раньше не слышал о том, чтобы вампиры нападали на людей в Линдворме.

— Что ж, мы не можем игнорировать преднамеренный вред, причиненный жителям этого города, - сказала Сапфи.

Инцидент, в ходе которого ее собственная семья отравила каналы, был еще слишком свеж в ее памяти.

Она была чувствительна к такого рода проблемам.

— Нет, я не думаю, что они были серьезны, - отмахнулась Плам.

— Мама и папа старомодны. Они всегда были очень озабочены своим имиджем вампиров. Так вот, иногда они говорят мне такие вещи, как то, что я отличаюсь от других видов, что я лучше их, и все такое... Но они боятся Драконицы, и я почти уверена, что мы проиграем, если дело действительно дойдет до драки.

Гленн задумался об этом. Она была невероятно сильной, когда напала на него, и у нее были острые клыки. Но это было все.

Хотя по сравнению с монстрами, рожденными для сражений, такими как огры и кентавры, сила вампиров была не такой уж впечатляющей.

Люди в самом деле были слишком слабы.

Вот почему изначально я планировала просто попросить вас о помощи, доктор.

— Помощи?

— Я подумала, ну... вы могли бы что-нибудь для меня сделать.

— Именно поэтому вы пришли ночью? - мягко спросил Гленн, понимая, что она может снова расплакаться в любой момент.

Плам пришла из города-кладбища в клинику, в обычное для нее время бодрствования.

— Но когда я увидела тебя, я...

— Ты что?

— Это был порыв... я не смогла его контролировать...

И снова этот порыв.

— Запах вашей крови, доктор... Это мой любимый...

— Я понимаю.

Она была не в состоянии контролировать желание, бурлившее внутри нее, и в конце концов укусила Гленна.

— Теперь я понимаю ситуацию. Это очень деликатная тема, и мы должны быть уверены, что она не выйдет за пределы клиники. Вы согласны, доктор?

Сапфи погладила Плам по спине, явно намекая, что Гленну не следует вызывать патрульный отряд. Хотя ее ревность иногда была пугающей, Сапфи была по-настоящему милым монстром.

— Я согласен.

— Хорошо. Я надеюсь, ты благодарна Доктору, Плам. - Плам кивнула, ее глаза все еще были полны слез.

— Что же нам теперь делать? Может будет лучше, если я провожу ее обратно в город-кладбище?

— Нет, пожалуйста, подождите.

Самый важный вопрос еще не был решен.

Это и стало причиной такого порыва Плам.

По ее словам, вампиры, как и летучие мыши, не были активными кровососами. Итак, почему же порывы Плам внезапно усилились?

— Нам нужно что-то сделать с этим ее желанием пить кровь, иначе это может повториться снова. Я хочу принять меры, чтобы этого не произошло.

— Какие меры? Вы можете что-нибудь сделать, доктор?

— Я мало что знаю о вампирах, но...

Гленн на мгновение задумался. Многое из того, что он изучал о вампирах в академии, было переплетено с легендами и суевериями. Например, они были восприимчивы к солнечному свету. Они были восприимчивы к крестам. Они были восприимчивы к проточной воде. Если воткнуть им кол в сердце… На самом деле, грудь была слабым местом большинства живых существ. Они также считались бессмертными.

Ни одно существо не было по-настоящему бессмертным, так что, вероятно, это относилось к тому факту, что они жили также долго, как драконы и сциллы.

Плам была чувствительна к солнечному свету, но это было потому, что она была ночным монстром. Гленн не заметил никаких признаков того, что она была восприимчива к крестам, особенно учитывая характер некоторых украшений в магазине Мем. Похоже, она также не возражала и против проточной воды.

Но, изучая ее, он кое-что понял.

— У меня есть идея. Я думаю, что вампиры, это монстры, обладающие особенностями летучих мышей.

— Похоже на то, но как это может помочь?

— Я полагаю, что это стремление выпить кровь похоже на побуждения летучих мышей и других животных.

Сапфи вопросительно посмотрела на Гленна.

— Есть летучие мыши, которые регулярно пьют кровь. Но вампиры этого не делают.

— При определенных условиях вампиры испытывают более сильное желание пить кровь... так же, как и комары.

Лицо Сапфи просветлело, когда она поняла.

Обычно комары питаются нектаром растений и фруктовыми соками. Только самки кусают животных, людей и монстров... особенно когда им требуются питательные вещества для размножения. Ктулхи на самом деле проводила исследования комаров и их способности быть переносчиками болезней.

— Но это… означает ли это, что Плам готовится к размножению?

— О, нет, нет! Я ни о чем подобном даже не думала! Только не говори мне, что я комар!

Плам снова заплакала.

Гленн спокойно покачал головой.

— Нет, ты не комар. Если бы это было так, мужчины-вампиры никогда бы не чувствовали желания пить кровь. Вы жаждете суперпродуктов, когда вам нужно получить большое количество питательных веществ за короткий промежуток времени. И для этого есть и другие причины, помимо продолжения рода. Например, травма или болезнь.

— Ох...

Плам, наконец, тоже поняла. Она расправила крылья. Дырки, которые она показывала Гленну, немного уменьшились, но все еще были на месте.

— У вас повреждены перепонки. Естественно, вы жаждите крови, потому что ваше тело хочет восстановить ваши крылья.

— Ох...

Плам, казалось, смирилась с этим.

— Папа сказал, что вампиры пьют кровь, чтобы жить дольше. Так вот значит зачем мы пьем кровь, на самом деле. Мы получаем питательные вещества из крови.

— Похоже, что кровь других видов быстро повышает вашу способность восстанавливаться после болезней и травм. Вероятно, это способствует долголетию вашего вида.

— Я не знала...

Гленн еще немного подумал. Если повреждение крыльев вызывает у нее желание пить кровь, то эти позывы будут продолжаться до тех пор, пока она не будет исцелена.

Она бы выздоровела быстрее, если бы пила кровь, но она сказала, что не может пить кровь животных. Если заставить Плам попробовать кровь животных, ее просто вырвет, так что это было бы бессмысленно.

Единственная кровь, которую она могла пить... была кровью Гленна.

— Я не думаю, что есть другой выход.

— Доктор?

— Плам, я разрешаю вам пить мою кровь в рамках вашего лечения.

— Что?! - услышав решение Гленна, Сапфи предупреждающе замахала хвостом.

— Минуточку, это опасно! Доктор Гленн, она только что укусила вас, и теперь вы собираетесь дать ей свою кровь? Ты даже не знаешь, действительно ли ей так важна кровь для выздоровления!

— Ты тоже этого не знаешь!

— Я не позволю вам подвергать себя опасности, доктор Гленн!

Выражение лица Сапфи было серьезным.

— Если уж на то пошло, то мы могли бы просто взять у вас безопасное количество крови, и дать выпить ее Плам.

— Это может привести к риску распространения инфекции. Я считаю, что вампиры обзавелись клыками именно для того, чтобы избежать риска употребления несвежей или, возможно, зараженной крови.

— Н-но у вас нет причин жертвовать своей кровью...

— Добровольное предоставление ей моей крови входит в обязанности ее лечащего врача. Я не могу просить другого человека сдать ей свою кровь.

Это наиболее подходящее решение.

В академии проводились исследования по переливанию крови, что означало забор крови у одного человека и передачу ее другому для лечения. Если бы эти исследования продвинулись дальше, Плам не о чем было бы беспокоиться.

А так, им, и правда, еще предстояло найти надежный способ хранения или передачи взятой крови, а также способ избежать заражения.

— Но... но...

— Эмм... Сапфи?

Вмешалась Плам.

— Э... это моя вина. Мне не следовало покидать город-кладбище. Так что, я вернусь домой. Я не хочу ни на кого нападать. Папа может закатить истерику, но если я свяжу себя в своей комнате, пока не выздоровлю, то больше никому не причиню вреда.

— Плам... это было бы неразумно.

Гленн знал, что Сапфи это не понравится, но он не мог придумать другого способа решить проблему, кроме как дать ей выпить его крови.

Сапфи, нахмурившись, помахала хвостом взад-вперед.

— Ладно. Но если я решу, что жизнь доктора Гленна в опасности, я немедленно положу этому конец!

— Хорошо. Я не хочу умирать.

Гленн улыбнулся Плам.

— Мы обязательно примем все возможные меры безопасности.

Оттуда они перешли в процедурный кабинет. Сапфи велела феям подготовить его к процедуре. Сначала они принесли большое количество жидкости, чтобы Гленн ее выпил. Затем Сапфи обвила своим хвостом левую руку Гленна. В клинике был измеритель частоты пульса, но он был не очень точным. Сапфи гораздо точнее считывала показания с помощью своего хвоста. Она крепче сжала его.

— Эй, Плам, - окликнул ее Гленн, пока они ждали окончания всех приготовлений.

— Ты кажешься другой с тех пор, как мы познакомились с тобой в городе.

— Э-э-э...

Плам выглядела так, будто вот-вот снова сорвется.

Когда они впервые заговорили той ночью, она, казалось, искренне извинялась за то, что напала на Гленна.