— Моя голова-а-а... — прохрипело тело откуда-то с пола. Сипло отдышавшись, оно смогло перебороть себя: перевернулось на бок, затем на живот, оперлось на руки и... Там-дам-дам! Встало.

В помятой роже «тела» отдалённо угадывалось лицо Юджина Самбреро. Надо ли уточнять, что выглядел он так-себе? Не думаю.

Попытки вспомнить хоть что-то приводили к , следующему «эффекту»: мысли кубарем катались в голове, каждую секунду переворачиваясь вверх дном, будто сознание парня пыталось постирать, аки дьявольская стиральная машинка, и без того смазанные воспоминания.

Несмотря на рвотные позывы и слабость в ногах, Юджин пытался понять: что же с ним произошло?

Но даже такое ментальное состояние не помешало парню уцепить плывущим взглядом... использованный шприц. И не один.

— Ебать... — еле слышно прошептал парень.

Тяжелые ***котики. Вот ответ на все вопросы, витавшие где-то в чертогах разума Юджина Самбреро.

— Мяу, — мяукнул, проходящий мимо, тяжелый ***котик.

Парень окинул взглядом бар... Точнее, то, что от него осталось: обломки стула, обломки стола, обломки... Одним словом – не уцелело ничего. Почему «одно слово» делится двумя пробелами? Хых...

Пострадала даже барная стойка. От неё будто откусили кусок... Или не «будто»?..

— Ых-гхы, — всхрапнула Оливия с пола, — я б-ду х-ршей девочкой, об-щяю, ху-у-у-у...

— Проснись и пой, дорогая моя пташка, — нежно потрепал за плечо девушку Юджин.

— Н-э-ет, мама, я хочу ещё немного поспать.

— Меня называли придурком, шизофреником, псих-больным, наркоманом, уе-... Как меня только не называли, но мамой – впервые. Очень приятно!

Громкость последней фразы заставила девушку вздрогнуть, поёжиться и наконец отпустить Чиару из своих объятий. Пара заспанных глаз уставилась на парня.

Мгновение зрительного контакта растянулось на невиданную минуту молчания, в честь погибших нейронных клеток обоих присутствующих.

— А-а-а... Юджин... Что случилось? — медленно подбирая слоги, проговорила Оливия, после чего протяжно зевнула.

Парень не смог сопротивляться и последовал её примеру, после чего ответил:

— Случился алкоголь и тяжелые ***котики.

Девушка среагировала не сразу. Очень не сразу. Но когда она, повернув голову, увидела пустой бутыль из-под неплохого вина – её глаза, будто в замедленной съемке, из малюсеньких щёлок, превратились в полностью открытые очи. Её затрясло.

— Как, что, почему...

— Оливия?

— А-а-алкоголь! Мне нельзя алкоголь! — Она судорожно схватила себя за лицо.

— У тебя аллергия?

— Что? Нет! Если отец узнает, что я до брака пила... — девушка переменилась в лице, блуждающий взгляд решительно устремился в лицо парню. — Никто не должен об этом узнать. Я сейчас уеду домой, приеду обратно и мы будем с этим разбираться.

— Отлично. А через сколько ты будешь? Нам открываться через час.

— Буду через пятнадцать минут, — найдя сумочку, девушка, цокая каблучками, ретировалась из бара.

— Очень интересно, что про ***котиков она даже не подумала...

...

— Я не верю! Не могла я засунуть швабру себе... Себе... — Марта залилась краской и не смогла продолжить фразу.

— Ну, хорошо. Присаживайся, давай обсудим эту ситуацию, — мягко проговорил Юджин, указывая на целый стул рядом с собой.

Девушка, будто изваяние из льда, взглянула на указанный предмет мебели и невольно потянулась руками к...

— А ты не указывай, что мне делать! — В знак протеста Марта даже топнула ножкой.

— Ну, как знаешь. Итак, господа – что же нам...

Дверь распахнулась, из неё вылетела запыхавшаяся, раскрасневшаяся Оливия в свежей одежде.

— О, ты наконец приехала...

Девушка окинула взглядом зал и состроила мину столь же кислую, словно стая диких лимонов.

— Что здесь случилось?.. — сдавленно просипела Оливия.

— Хм, это я и пытаюсь выяснить, — задумчиво ответил Марко, вглядываясь в нож.

Девушка обратила взор на мужчину. Немного подумала, вздохнула и расслабила лицо.

— Заберите кто-нибудь у него нож... Ладно, что мы имеем?

Марко обиженно взглянул на Луку, отобравшего свой инструмент обратно и вновь вернул спокойно-задумчивое выражение лица, уставив взгляд куда-то в пространство.

— Большой части воспоминаний мы лишены ввиду... действия психоактивных веществ. Но некоторые факты у нас есть. Например, Лука отключился с первого бокала.

Названый отреагировал лишь небольшим румянцем, хотя лицо продолжало выражать спокойствие.

«Милота-а-а...» — коротко отметила Оливия и Елена.

— Или то, как Оливия отчитывала нас за беспечность.

В этот момент упомянутая выглядела, как заяц, почуявший опасность. То бишь – она замерла и во все глаза смотрела на Марко.

— Но вот когда она уехала... Неизвестно.

Эти слова вдохнули жизнь в каменное изваяние.

— Я уехала, когда вы открывали первую бутылку.

— Хорошо... Значит потом мы выпили, уложили Луку спать. Включили музыку и мирно сидели. Когда же всё полетело не туда?..

— Я помню, — прохрипела Елена. — Сначала мы типа... прикончили одну бутылку. Затем вторую. Все хотели зачилиться, но потом Юджин... Достал какую-то бурду без этикетки. Она была такая зелёненькая, вкусная...

— Абсент... — с ахуевшим видом прошептал Юджин. — А ведь точно, было такое. Кстати, Антонио ведь больше всех его пил!

Все присутствующие посмотрели на охранника. Он стоял, смотря перед собой со своей коронной покер-фейс миной. Ответ его был красноречив, как всегда.

— ...

— Понятно. Ладно, абсент. А что было потом?

Повисло молчание.

— Гайс... У меня в телефоне целая куча видосов со вчера...

Оливия, важно прошагала к Елене и требовательно протянула руку. Отдавать заветный телефон девушка не решилась.

— Елена, в этом телефоне есть ответ на то, как к этому... — Девушка обвела рукой зал. — Пришло. А ещё там есть компромат на всех участников. Так что...

— Но мне ин...

— Приказ начальства.

— Но...

— Приказ начальства

...

Под шквалом серьёзных аргументов, Елена сдалась и передала телефон Оливии. Каким-то боком, Юджин тоже смог выбить себе местечко "на посмотреть".

А смотреть там было на что. После того, как «зелёный змiй» был откупорен и опробован... начался реальный ад.

Чиара решила, что ей срочно нужно раздеться, пока она танцует под ужасный клубный рейв. Марко решил – О БОЖЕ – отложить нож и взяться за гитару. Рейв никто не выключил.

Антонио... Ну, он был в своём репертуаре: просто сидел и молчал. Но самым весёлым оказалась парочка Оливии и Марты, которые решили устроить юри пор...

— Выключи-и-и-и!!!

Юджин покорно промотал на пару минут вперед. На этих кадрах Марта взяла швабру и начала пихать её в...

— Какой ужас...

Юджин лишь молчаливо отдал честь девушке, пока её подруга проливала слёзы за попорченную честь официантки.

...

— Итак, господа... Мы – в жопе, — серьёзно проговорил Юджин.

— Че? — интеллигентно поинтересовалась Елена.

— Не «че», а сейчас объясню. Итак, если опустить всё весёлое, что мы там увидели, — парень усмехнулся в кулак, после чего вернул серьёзное выражение лица, — то... Короче, так вышло, что теперь у нас во врагах семья Альденте.

Все удивлённо посмотрели на Юджина... Ну как «все»... Лука, Марко и Антонио посмотрели достаточно обычно... С удивлением в сердце, наверное...

— Как... Как это вышло? — осиплым голосом спросила Марта.

— Под конец наших развлечений пришёл посыльный, Пабло. Что-то начал обсуждать со мной, а потом... Потом к нему подошла всё ещё раздетая Чиара и... Смачно влупила кулаком по морде.

Все удивлённо посмотрели на съежившуюся девушку. Кроме Луки, он почему-то слабо улыбнулся.

— Я... Я... — перешла на писк Чиара.

— Да-да, ты не хотела и вообще-то была не ты и...

—...Простите... — девушка закончила фразу за него. Правда, неосознанно – она, как обычно, извиняясь, впала в истерику.

— Да-да. Короче, скоро эти упыри приведут вышибал. И они камня на камне не оставят от этого места.

— Но тут же нет камней...

Юджин устало посмотрел на Марту. Девушка это заметила и немного смутилась.

— Марта, тебе наверное пора помыть полы.

От неловкости не осталось и следа. Теперь её обуревал страх. Страх унижения!

— Нет-нет-нет, только не опять!

— Не опять, а снова. Мой.

И... Да, всё верно, она реально пошла мыть полы. Классика.

***

— А потом эта ненормальная зарядила мне прямо в лицо! — Для пущей демонстрации, шатен с идеальной бородой и причёской, пальцем указал на место удара. — Босс, это оскорбление всей семьи. Они должны ответить!

Мрак окутывал комнату. Столь плотный, словно его можно резать ножом, тем не менее свет камина спокойно отвоевывал себе маленький кусочек тёмного пространства. Полутень падала на лицо мужчины, что сидел в резном аристократичном кресле за не менее пафосным чайным столиком. Напротив него стояло такое же кресло...

— Пабло, мальчик мой, не решай за меня, что нам нужно делать, — сиплым голосом заговорил мужчина, чьё лицо скрывал полумрак. Между пальцами с большими перстнями находился толстенный ху... Сигара. Толстенная сигара.

Подопечный Босса резко остудил свой пыл и замолчал. Вскоре, ему пришлось смахнуть со лба платочком пот.

— Красивый у тебя платочек, кстати, — задумчиво заметил Босс.

— С-спасибо, Босс. Этот платочек передается у нас из поколения в поколение. Ещё мой прадед...

— Сожги его.

— Что? Простите...

— Я сказал: сожги его, Пабло.

И он реально... Так стоп, это не тот персонаж. Кхм. Приспешник Босса в неверии взглянул на силуэт своего собеседника.

— Но... Зачем?

— Ты показал себя с не лучшей стороны. Из-за твоей слабости и глупости честь семьи была поругана. Теперь, нам придётся убить их. Было множество выходов из ситуации. Теперь он только один. — Босс затянулся сигарой и выдохнул дым в лицо подопечному. — И это произошло по твоей вине.

— Я... О, эчос-мучачос, простите, порфавор! Я, я, я... Я ведь не хотел. Это всё они...

— Ты – часть семьи, Пабло. Твои действия – это действия семьи. Твои просчёты – просчёты семьи. — Босс вновь подтянул продолговатый коричневый предмет ко рту, затянулся и выдал новую партию сизого дыма. — Прояви мужество.

— Это... Это... — глаза мужчины задрожали и на них накатила влага.

— Пабло. Я забуду о твоём промахе. Нет... Вся семья забудет. Но ты должен показать раскаянье. Ради своего будущего.

Подопечный напрягся всем телом, его губы дрожали некоторое время. Затем, он резко встал, подошёл к камину и... бросил платок в пламя. Ему показалось, что в огонь попал не только кусочек ткани...

— Ты молодец, мальчик мой, Пабло.

— Спасибо вам, Босс... — шмыгнув носом, мужчина протёр мокрые глаза рукавом рубашки.

— Не стоит... Собирай мальчишек, мы идём отмывать чужой кровью нашу честь.