«Всё… закончилось? Или стоит сказать, снова началось?» — было первым, о чём подумала Дагмара, когда проснулась.

Её одолевало непонятное чувство. Будто ничего не изменилось, но вместе с тем всё стало как-то иначе. Она открыла глаза и посмотрела на свои руки — всё та же бежевая, пусть и бледнее, чем при жизни, кожа. Перекинула вперёд косу — обычная, каштанового цвета. Никакой лишней зелени, странных следов на теле. Дагмара облегчённо выдохнула и перевернулась на другой бок. Да, она была готова стать нечистью, лишь бы не умереть, но куда приятнее остаться собой.

Рядом спал Калист. Когда они делили кровать в прошлый раз, он встал первым и заметно раньше, так что Дагмара благополучно упустила возможность увидеть его спящим, умиротворённым, не хмурым и не усталым. Она протянула руку и осторожно, стараясь не потревожить, провела по волосам. Немного жёстким, но определённо не как сухая трава. И рассматривать их на свету можно было долго, пытаясь уловить все оттенки, которые немного менялись от освещения.

Не сдержавшись, Дагмара села и, склонившись, поцеловала Калиста в висок, а после тихонько встала. Стоило платье поправить, растрепавшиеся ото сна волосы переплести, между делом глянуть на себя в зеркало, чтобы окончательно убедиться: на вид ничего не изменилось. В этой самой комнате она ранее нашла одежду, здесь же ночевала, а потому уже немного ориентировалась. Девушка всё ещё чувствовала себя не на своём месте, зато знала, где искать гребень.

«А ведь в первые дни мне лишний раз смотреть на него не хотелось, — подумала Дагмара, сидя за столом и распуская косу. — Теперь не хочется взгляд отрывать. Как легко меняется отношение ко внешности, когда узнаёшь лучше и начинаешь любить за другое».

Медленно и аккуратно расчёсывая волосы, она так сильно погрузилась в размышления, что не сразу обратила внимание на возникший поблизости горько-тёплый аромат дерева, мха и травы. Дагмара подняла голову, слегка повернув, и увидела Калиста, который наблюдал за ней с улыбкой. Он пригладил ей волосы, дабы не придавить случайно, и приобнял со спины. Дагмара довольно потёрлась щекой о плечо и подняла левую руку, чтобы переплести пальцы.

— Спасибо, что сдержал слово и человеком сохранил, насколько то было возможно.

— Рад, что всё прошло благополучно, — согласился Калист и отпустил Дагмару, чтобы не мешать причёсываться. Он встал сбоку от стола и спиной к окну. — Для меня не было бы проблемой, изменись ты, но… было бы проблемой не исполнить твою волю, ведь ты заслуживаешь оставаться в том виде, который тебе по душе. Коли так лучше тебе, то и мне тоже.

— Каким бы пресным ни был мой вид, но именно в нём я чувствую себя собой. Мне нравится различность, необычность других, но на себе такое совершенно чуждо.

— Ты красивая. — Признание прозвучало так неожиданно, что Дагмара застыла, прервав плетение. Она никак не ожидала услышать такое от равнодушного к красоте Калиста. — Конечно, ты не стала бы для меня хуже в другом облике. Во внешнем мало смысла. Не думаю даже, что как-то судить об этом могу. Просто понимаю, что ты люба мне такой, какая есть.

— Несмотря на то, что совсем как человек?

— В людях я понимаю ещё меньше, чем в красоте. Точнее говоря, раньше, когда я смотрел на что-то, кого-то, мне не хотелось назвать это красивым. Сейчас захотелось. И дело, пожалуй, не в человеческих чертах. Просто тебе идёт быть счастливой. И то, что ты сама довольна собой.

Дагмара со смущённой улыбкой отвела взгляд. Вот кажется, что прямота — это хорошо, всяко лучше, чем пытаться угадать мысли собеседника. Но ни живого, ни мёртвого сердца не хватит, чтобы подобные откровения выдержать.

— Т-ты для меня тоже красив… — пробормотала Дагмара и наконец вернулась к косе. Ей потребовалось несколько минут молчания, чтобы привести в порядок мысли и задать интересующий вопрос: — А что для меня теперь изменилось? Я чувствую себя как раньше, разве что будто… определённее?

— Точно и я знать не могу. По сути, тебе нечего замечать. Изменения, в которых я уверен, касаются особых ситуаций или других существ. Так, нечисть перестанет ощущать тебя человеком, а для людей ты будешь на вид почти своей, если обереги не тронешь. Стоит ли считать такой морок твоей способностью? — спросил Калист сам себя. — Твоё сердце ещё бьётся, но это тоже обманка — ты можешь его заглушить. Если уйдёшь далеко от наших земель, то можешь ослабеть, но теперь на тебе должны работать некоторые особые обереги. А если коснёшься человеческих, то нам будет проще это понять. И теперь ты определённо под наши законы попадаешь. Коли есть ещё что — это узнавать на деле придётся.

— Звучит неплохо. А эта часть с законом не значит, случайно, что мне теперь надо как-то по-особому с тобою держаться? — осторожно уточнила Дагмара. — Раньше ведь я вроде как была чужачкой, поэтому мне простительно было чего-то не знать. Да и хотя с тобой работала, но ты будто не был моим правителем, а теперь…

— Ничего не меняется, — отрезал Калист. — Правила визитов и встреч ты и так знаешь, не один раз их пережили. И в остальном тоже держись как раньше. А когда мы наедине — лучше вовсе не вспоминай о разнице положений.

— Мне нужно немного привыкнуть к новым обстоятельствам, но я только рада сохранить отношения в старом виде! — радостно заявила она.

Заканчивая причёску, Дагмара рассказала о том, как очутилась в этом доме, как проводила время с Марой и Кощеем, который оказался гораздо дружелюбнее, чем люди говорят. На самом деле подобное нынче её даже не удивляло. Разве что чуть-чуть… Глава семьи всё же представлялся Дагмаре немного серьёзнее, ближе по нраву к Калисту, чем к Лешко. А от того, как он налегал на сладкое, даже немного ныли зубы.

Вскоре к ним постучалась Мара и сообщила, что все уж в сборе. Дагмара растерянно посмотрела на Калиста, ведь «сбора» никакого не ожидала. Да и кто эти «все»? Показаться позже обещал только Кощей.

— Семья, — с улыбкой пояснил болотник, подавая Дагмаре руку. — Искренне не понимаю, для чего они сегодня собраться решили: скоро ведь День Мары, на котором бы и встретились все. Но коли явились, деваться некуда.

— Тогда не будем заставлять их ждать.

Сегодня Мара выглядела добрее и дружелюбнее, чем во время ритуала. Она сняла маску излишней строгости и отстранённости, тем не менее не превратившись в светлую и улыбчивую девчонку. Просто теперь не остужала взглядом кровь в жилах, не напоминала одним лишь видом, что люди также величают её богиней зимы.

Мара проводила их в уже знакомую столовую, где Лешко, прямо на полу усевшись, играл на флейте Гоше. Змей определённо не понимал, чего от него хотят, и просто в недоумении ползал кругами. Ириней что-то рассказывал Кощею, по другую сторону от которого Дагмара с удивлением обнаружила Витуса: с полевиком она лишь однажды виделась, но сложно забыть кого-то со столь огненными волосами.

«Жаль, нет Сальбьёрг, хотелось бы хоть повидать её. Но в письме она что-то говорила про апрель… А ведь с ней Калисту тоже стоит решить давно повисшее недопонимание. Надо будет поговорить с ним о сестре: он же, наверное, и не задумывался о том, что она хочет наладить отношения».

— Кого я вижу! — воскликнул Лешко, взмахом руки заставив флейту исчезнуть. — Братцы, меня ведь глаза не обманывают? Калист действительно здесь?

— Ты не поверишь, но ещё и третий день подряд, — ответил он с холодной усмешкой.

— Да быть не может! Братец, кто и когда успел тебя подменить?

Ириней и Мара одновременно вздохнули, Витус покачал головой, а Кощей одобрительно кивнул, поглаживая бороду.

— Уверен, ты сам прекрасно знаешь ответ на свой вопрос. — Калист проводил Дагмару до свободного места, не обращая внимания на хитрющую улыбочку Лешко. — И даже первый эту кашу заварил, не так ли? Ты у нас мастак на проказы.

— Ой, ну сейчас засмущаешь… — Лешко попытался изобразить скромность, но сквозь неё слишком сильно просвечивало удовольствие. — Хотя первой мысль пришла ко мне, таить не буду, но это не значит, что на меня надо всех собак вешать!

— И не буду, — тихо ответил Калист, после чего поклонился родственникам. Кто более явно, кто менее, но удивление выразили все. — Спасибо за ваши старания. Не только нынешние, прошлые тоже, даже если тогда они оказались безрезультатны. Возможно, я пока не могу в полной мере оценить, насколько ваши действия того стоили, но поблагодарить за упорство обязан. Между тем… — он повернул голову к Лешко, который тут же отвёл взгляд, — я всё же настоятельно вас попрошу более не играть чужими судьбами. Так вы злоупотребляете своим положением и нарушаете правила, перекладывая ответственность на того, кто не имеет к этому отношения, а также не оставляете ему выбора и подвергаете опасности. Мне всё равно, что вы делаете с людьми, но, если в итоге это может навредить нечисти, я не смогу стоять в стороне.

— Ладно-ладно, теперь верю, что тебя не подменили. Ты просто начал занудствовать вслух, — пробубнил Лешко и наконец занял своё место. Калист тоже сел — рядом с Дагмарой.

— Лех, может, для разнообразия такту всё же поучишься? — предложил Витус. — В конце концов, коли у нас есть ты, должен быть и кто-то серьёзный.

— Братцы, давайте просто порадуемся тому, что вместе собрались, — примирительно сказал Ириней, — мы так редко делаем это вне праздников, и даже тогда кого-то могут не отпустить дела.

— Особенно много у вас дел, когда надо навестить старика, — беззлобно поддел Кощей.

— Старик, тебе надо поработать над манерами, а именно над тем, как встречать гостей. Пока их ловят за ноги змеи, а ты сам появляешься как угодно, но только не через дверь, даже мы лишний раз подумаем, прежде чем навещать тебя, — заметил Витус и недовольно качнул хвостом, когда Кощей положил в чай ещё одну ложку мёда. Точно ли это всё ещё был чай с мёдом, а не мёд с чаем?

Дагмара беззвучно рассмеялась, спрятав улыбку рукой. Общий настрой и то, как просто все общались друг с другом, не обращая внимания на старшинство, помогали расслабиться и в какой-то мере почувствовать себя частью семьи. Калист улыбнулся ей и сжал под столом руку, кивнул, словно отвечая на мысли, выражая солидарность. Ведь раньше он тоже чувствовал себя среди родичей как не в своей тарелке.

***

Вернуться в город удалось под вечер. Кощей очень не хотел отпускать детей и внуков и с радостью продержал бы их в гостях ещё несколько дней, но Калист непримиримо заявил, что копить дела не намерен, как и бросать земли совсем без присмотра — шутка ли, все правители собрались в одном месте. Дагмара тоже выразила желание вернуться: не хотела оставлять Калиста наедине с работой.

— Я надеюсь, ты не планировал просидеть здесь всю ночь? — строго спросила Дагмара, когда они шли в рабочую комнату.

Оказывается, попасть к Кощею можно не только посредством похищения или развязывания зачарованных узелков — для таких целей в доме болотника имелась дверь, просто одноразовый ключ надо либо отдельно зачаровывать, либо получать напрямую от Кощея. Всё, чтобы в Царство мёртвых не заглядывали случайные гости и не нервировали Смерть разбитыми яйцами с украденными утками-зайцами.

— Планировал, но понимаю, что голова сейчас недостаточно свежа. Просто проверю, не произошло ли чего срочного, и разложу дела по важности.

— Могу я помочь?

— Это будет очень кстати, — признался Калист, выпустив из руки магические огоньки и пропустив Дагмару вперёд.

За время их отсутствия, на счастье, ничего не случилось и дел почти не прибавилось, кроме пары запросов и одного письма. Однако следовало ещё раз просмотреть отложенное позавчера, убедиться, что завтра никто не явится за срочным оберегом, травяным сбором, заклятием или очередным вопросом по поводу строительства.

— Мы завершили договор до срока, поэтому я обязан снова спросить, — начал Калист, просматривая письмо, — ты хочешь и дальше здесь работать? Не пойми неправильно, я спрашиваю не из желания отослать подальше, но коли у тебя на примете есть дело по душе, то я не собираюсь мешать. Эта осень выдалась спокойной, однако так будет далеко не всегда.

— Уж догадываюсь, что бывают времена похуже, немало в архиве проработала. Но вот скажи: хочешь ли ты, чтобы я осталась рядом в том числе как помощница?

Калист отвлёкся от письма и посмотрел в сторону Дагмары. И как обычно, не скажешь, куда именно направлен его взгляд. На лице болотника промелькнуло смятение, быстро сменившееся неуверенно поджатыми губами.

— Хочу. Даже если не должен.

— Значит, у меня нет причин менять деятельность, ведь я тоже хочу остаться. Да, будут трудности, но что-то мне подсказывает, что стрела в сердце неприятнее, чем засидеться с работой, так что ею ты меня не отпугнёшь.

— Тогда я буду рад видеть тебя рядом… и не только на работе.

Дагмара хотела лукаво уточнить, что входит в то самое «и не только», но заблаговременно подумала о том, что Калист-то ответить может не только прямо, но ещё и подробно, дабы точно вопросов не осталось, и что тогда ей делать, когда захлестнёт смущение?

«Но постепенно, по мере готовности я обязательно познакомлюсь со всеми составляющими этого предложения», — твёрдо решила она, правда, в ответ только кивнув со слегка застенчивой улыбкой.

***

Наступило третье новолуние. И хотя эта ночь больше ничего не решала, Дагмара, кутаясь в тулуп, всё равно сидела на скамейке возле крыльца и наблюдала за небом — сегодня на удивление ясным. Ей даже не верилось, что всё прошло, что вот он — тот момент, до которого она считала дни, беспокоясь о быстротечности времени.

Эти три месяца оказались самыми странными, необычными, щедрыми на разнообразие чувств в её доселе слишком простой и размеренной жизни. Короткой, обычной, не предвещавшей открытий. Однако волею случая она умерла, а после ещё несколько раз дошла до предсмертного состояния. Успела испытать отвращение и любовь к одному и тому же «человеку». Перебралась жить к тому, кого три месяца назад впервые увидела и от кого в тот же момент захотела убежать. Встретила и потеряла подругу, добавив болезненных воспоминаний, но сохранив жизнь. Спасла и привела к смерти героя. Увидела диковинки этого мира, о которых только мельком из книг и рассказов знала, познакомилась с его скрытой от людей стороной, на которой обнаружила удивительно много знакомого. Погостила в Царстве мёртвых и с неожиданной стороны узнала его правителя.

Жаль, что цена этого — полностью оборванная связь с прошлым, в котором остались дорогие сердцу люди. Но было бы лучше, сложись всё иначе? Если бы Дагмара выбрала другой путь через болото, вернулась домой, отправилась на смотрины, вышла замуж? Осталась бы связь с людьми. А с семьёй?.. Кто знает. Зависело от того, каким оказался бы муж. Хорошие редко берут засидевшихся в девках: их выбирают те, кто моложе, и выбирают по любви. Поэтому брак мог превратиться в муку, пожизненное заточение, а то и окончиться напастью, как у многих местных женщин.

А если бы Лешко и Ириней не уговорили Мару удержать остатки жизни? Дагмара бы просто стала мавкой, нашла себе дело и слушала рассказы о том, как страшен хозяин болот. И верила бы в них, ведь кто в своём уме пойдёт проверять? Точно не Дагмара. Скорее всего, она предпочла бы стать травницей, ведь только этим делом при жизни не успела насладиться сполна.

Дагмара не знала, какой предпочла бы путь, если бы смогла пройти все три, зато знала, что сейчас рада тому, кем является и где находится.

На голову опустился шерстяной платок, а рядом сел Калист.

— Не спится? — спросил он, обхватывая её успевшие замёрзнуть пальцы.

— Отчасти. Не могла упустить ночь, которой боялась и ждала. Кажется, словно сейчас я провожаю свою старую жизнь. Даже если на самом деле я проводила её три луны назад. Сложновато не думать о прошлом.

— Ты сожалеешь о том, во что была втянута?

— Нет. — Дагмара качнула головой и положила её на плечо Калисту. — Конечно, я думала о том, как ещё могла сложиться судьба, но точно не сожалею.

— Приятно об этом слышать. Не хочешь вернуться в дом? Кажется, ты ещё плохо осознала, насколько легко остываешь.

— Я вышла, ещё и чтобы сон твой не тревожить, но раз ты всё равно встал, то можно и вернуться, — согласилась Дагмара.

К новому восприятию холода девушка действительно ещё не привыкла — что нужно греться, она понимала только по онемению пальцев. У неё не возникало желания получше завернуться в одежду, тогда как собственное тепло очень быстро уходило. Вот и сейчас Дагмара пошатнулась, когда поднялась: плохо слушались ноги. Калист поддержал её, а после нескольких нетвёрдых шагов поднял на руки и донёс до самого терема. Там ненадолго поставил, чтобы снять тулуп, после чего сел на кровать, усадил к себе на колени и обнял.

Дагмара уткнулась ледяным носом в его тёплую шею, чем заставила Калиста вздрогнуть, и прикрыла глаза, отдаваясь теплоте и уюту. Ну вот где бы она нашла столь заботливого «человека»?

— Так забавно, — пробормотала она, подняв голову и скользнув губами по его щеке, почти добравшись до губ, но в последний момент отстранившись. — В первые дни ты не помнил, как меня зовут, а когда приходила, внимания не обращал, а теперь помнишь, что на ночь я завариваю ромашку с мятой и чабрецом, и замечаешь отсутствие даже сквозь сон.

— А ты сначала держалась так насторожённо, будто тебя за лишнее слово могут убить.

— Справедливости ради, так считала не только я! — шуточно возмутилась Дагмара, за что получила совсем не шутливый поцелуй и насмешливую улыбку.

— Справедливости ради, я никогда не убивал за слова. Болтунов — да, но провинились они другим.

Калист потянулся, чтобы заправить ей за ухо прядь, а Дагмара поймала руку и приложила к своей щеке, жмурясь довольной кошкой. Да, сейчас-то она знала, что слова не опасность, а способ лучше понять друг друга.

— Ты стал чаще улыбаться, выглядишь бодрее и реже вздыхаешь. Мне так любо видеть это, — призналась она и пальцем по нижней губе Калиста от уголка к уголку провела, вновь вызвав улыбку.

— Твоя заслуга. Без твоей помощи я бы так и жил в рамках, в которые сам себя заключил. И думал бы, что так и должно быть, что важна только правильность. И не смог бы понять, что ничем хорошим такая жизнь не обернётся.

— Если подумать, такая жизнь обернулась мной. Но теперь, покуда я рядом, я не позволю тебе снова взваливать на себя слишком многое и замыкаться, объясняя всё бессмысленностью. Я буду твоей поддержкой и напоминанием о том, как важно не забывать о себе, о том, что ты жив. И душа твоя тоже живая.

— Спасибо. Я постараюсь сделать так, чтобы ты и дальше не сожалела о выборе, который сделали за тебя. Поэтому, пожалуйста, если возникнут проблемы и трудности, не таи — ты можешь на меня положиться. И пока ты согласна быть со мной, я не хочу тебя отпускать.

Дагмара прижалась крепче, словно говоря, что тоже отпускать не желает. Ни сейчас, ни через три месяца, ни через много-много лет. Сколько бы ни прошло лун, сколько бы нежданностей ни принесла жизнь, они будут идти рука об руку и строить счастье общими силами.

----------------------------------------------------

Послесловие

Спасибо, что читали и комментировали «До третьей чёрной луны»! Дальше будут послания от автора, редактора и дизайнера обложки. Это те мысли, которыми они хотели поделиться с вами. Но если вам не хочется читать или нет времени — всё в порядке, это не обязательно! Спасибо, что дошли до сюда!

Если читали в платной подписке, не забудьте отменить продление ❤️

От автора

В тексте не просто так было уделено, пожалуй, немало внимания теме общения. Не только героям, но и нам не стоит забывать о том, как важно уметь слушать, слышать и проговаривать то, что хочется донести до другого. Три простых по своей сути действия порою могут стать ключом, способным решить или предотвратить проблему, построить или спасти отношения.

Мы живём в такое время, когда торопиться — в порядке вещей. В том числе с выводами. Из-за чего не успеваем услышать и понять другого. Из-за чего слова оказываются невысказанными, потому как мы сами придумываем чужую реакцию на них и решаем не тратить время на разговор. Да, есть и другие причины. Да, иногда уже не до слов. Иногда.

Вдохните поглубже. Сбавьте темп. Жизнь — это не гонка, где нужно поскорее оказаться в конечной точке. Жизнь — это сам путь. Выделите на этом пути время для тихой прогулки. Подумайте о тех, с кем давно не говорили. Порою крайне важно вовремя услышать человека. Своевременно замеченную проблему решить зачастую проще. Подумайте о словах, которые так и остались не озвученными. Никто не читает мысли — это так. Что очевидно для вас, то для другого может оказаться тайной. Конечно, не каждое слово несёт благо, иное может и ранить, но если раны неизбежны, не окажется ли острый клинок речи гуманнее тупого ножа молчания? А доброе слово и кошке приятно, поэтому ему тем более место на воле.

Берегите себя. Да не станет молчание камнем, что затянет вашу душу в болото.

От литературного редактора

Что ж, это был интересный опыт «большого текста», где, с одной стороны, не надо ломать голову над перефразированием (в отличие от вебтунов), а с другой — нужно думать о чувствах и задумке автора. Книга — его детище, куда он вложил душу. А тут ты со своим «сапогом» редактирования. Пришлось на ходу учиться балансу.

Желаю Лилите вдохновения и творческого успеха и надеюсь как-нибудь в будущем ещё раз поработать вместе ^^

От дизайнера леттеринга

Прим.: Леттеринг — это графическое название веб-новеллы на обложке.

Работа над леттерингом «До третьей чёрной луны» была для меня первой, где нет оригинального названия, — его предстояло создать именно мне. И так вышло, что до начала работы я уже прочитала несколько глав, что хорошо помогло мне в создании дизайна букв, а также в передаче настроения произведения через само название (я надеюсь, что у меня получилось). Ещё я очень люблю, когда делают отсылки, и, как говорится, кто я такая, чтобы их не сделать :) Заметили ли вы их? В общем, работать над леттерингом веб-новеллы было увлекательно.

Что касается самой новеллы. Очень мне понравились описания ключевых персонажей. Даёт в полной мере погрузиться в историю, так как у меня при чтении в голове целый фильм прокручивается 😂