Я что-то поклялся?

Что же я поклялся сделать?

Я медленно открыл глаза и сел. Голова была тяжёлой; я оглядел комнату.

— Где я?

Это было незнакомое место. Деревянная комнатка тесная, мебели — самый минимум. Одно окно было распахнуто настежь, и сквозь него тянуло прохладным ветерком. Комната, конечно, скромная, но в ней было спокойно.

Кроме меня, здесь находился ещё один мужчина. У него были резкие черты лица; он сидел на стуле — одном из немногих предметов обстановки. Насколько я помнил, его звали... Палинхрон.

А, точно. Палинхрон Регаси. Я обязан этому человеку жизнью!

Увидев, что я проснулся, он закрыл книгу, которую держал в руках, и дружески похлопал меня по плечу.

— О? Уже очнулся, Канами? Как раз вовремя. Твоя сестра тоже только что проснулась. Отведу тебя к ней.

С этими словами он вышел из комнаты. Я спустил ноги с кровати и собирался пойти за ним, но тут моё тело застыло. Ощущение было неприятным.

Что-то не так.

Словно у меня перепутались провода. Словно у куклы переставили местами конечности. Но вместе с этой мутной тревогой чувствовалось странно освежающее освобождение. Я почти кожей ощущал ветер, проходящий через зияющую дыру, раскрытую в моём сердце. У меня было предчувствие, что я неверно понимаю что-то важное — что я забыл что-то существенное. И в то же время мне казалось, будто именно благодаря этому факту мне так легко стоять на ногах. Странное чувство.

— Канами! Ты уже идёшь?!

От его оклика это ощущение рассеялось. Я не мог заставлять ждать человека, которому стольким обязан, так что решил не зацикливаться.

— А, прости, Палинхрон! Иду! — сказал я и сам вышел за дверь.

Увидев коридор, я вспомнил, где нахожусь: в штаб-квартире гильдии под названием «Эпик Сикер». Комната, в которой я только что лежал, была гильдейским медкабинетом, где я отдыхал. Мне было непостижимо, как я не понял этого сразу после пробуждения, но сколько ни стой тут в растерянности, толку не будет. Палинхрон уже шёл впереди, а если я не догоню, он, похоже, без всякой жалости бросит меня позади. Поэтому я быстро зашагал по коридору, который, как мне вроде бы полагалось знать, ощущался совершенно новым.

Пока я шёл, я понял, что работаю далеко не на все сто. Тело было вялым, будто я проспал много-много дней... а сознание пребывало в каком-то трансе, словно я ступал по воздуху. Честно говоря, я всё ещё чувствовал себя во сне. Я снова и снова мотал головой, следуя за Палинхроном.

Поднявшись по лестнице, я дошёл до порога одной комнаты. Палинхрон стоял у входа и манил меня внутрь. Я открыл дверь и увидел помещение куда просторнее медкабинета. На вид раз в пять больше. Вдоль стены стояло несколько книжных полок, придававших комнате учёный вид. У дальней стены находилась большая кровать. На ней сидела черноволосая девочка. Она смотрела в окно, за которым колыхались занавески.

А, конечно. Эта девочка — та, кому я поклялся...

— Твоя сестрёнка, Мар-Мар, тоже в порядке, — раздался за моей спиной голос Палинхрона. — Облегчение, да, Канами?

Моя... сестра? Да, да, конечно. Эта черноволосая девочка — моя младшая сестра. Самый важный для меня человек. Я должен защищать её, даже если это будет стоить мне жизни. Сестра, которую доверила мне наша покойная мама. И её имя... Её зовут Мария.

— Угу... Я тоже очень рад, что Мария цела.

Почему-то, стоило мне произнести имя Мария, как голову пронзила резкая боль.

— Да, пожар был изрядный, но мы в порядке. Кажется, вообще никто не пострадал.

Пока он говорил, я всё больше выбирался из полусна. Точно. Палинхрон спас нас с Марией от пожара.

Туман в голове рассеивался, воспоминания возвращались. Одно за другим в сознание хлынули мои злоключения в этом фэнтезийном мире. Палинхрон спасал меня уже во второй раз. Когда мы с ней впервые попали в этот незнакомый мир, он спас нас от опасностей Подземелья. Это был первый раз. Второй — когда он вытащил нас из большого пожара в городе. Я помнил, как мой дом горел дотла. Одно это воспоминание было ярким.

Но услышать, что никто не пострадал, было неожиданно. Я готов был поклясться, что в пожаре погиб один или два человека.

— Канами? Ты пришёл меня навестить? — Она посмотрела в мою сторону.

— Да, это я. Похоже, ты уже оправилась, Мария.

— Наверное, можно и так сказать, но...

Пока мы разговаривали, меня окутало такое глубокое облегчение, что оно казалось почти странным.

— Ранений нет?

— Нет, ранений нет, но... — Она приложила руку к голове. — Почему-то голова болит.

Для неё это не было чем-то необычным. С детства у неё было слабое здоровье, и многие дни она проводила в больнице. Когда она попала в этот мир, лучше не стало. Скорее, резкая смена среды могла всё усугубить.

И тут я заметил аксессуар у неё на руке. Это был браслет, который Палинхрон дал ей, чтобы смягчить все неудобства, с которыми она столкнулась бы как иномирец. Пока на нас были браслеты, мы могли приспосабливаться к среде этого мира, да и с языком проблем не возникало. Мой браслет, по-видимому, ещё и стабилизировал магическую энергию, которая имела склонность бурно выходить из-под контроля.

Мы спрашивали Палинхрона, сколько стоили наши два браслета, но он так и не сказал. Дешёвыми они точно быть не могли. И это было далеко не всё, за что мы ему задолжали. Глаза Марии были искусственными. Она потеряла их в пожаре, а наш покровитель подготовил для неё пару новых. С первого взгляда было понятно, насколько дорогими они должны быть, настолько они были совершенны.

Если я хочу когда-нибудь отплатить Палинхрону за доброту, мне нужно стараться изо всех сил. Думая об этом, я погладил Марию по голове и уложил её. — Если голова болит, отдохни ещё немного.

— Хорошо. Большое спасибо, Канами.

Она покраснела и позволила себя уложить. Как и следовало ожидать, чувствовала она себя всё-таки не слишком хорошо. На мой взгляд, у неё даже начиналась лихорадка. К повышенной температуре у неё всегда была хроническая склонность.

Я с тревогой сжал её руку, пока Палинхрон не прервал нас сзади.

— Не против закончить на этом ваше трогательное воссоединение брата и сестры? У нас сегодня куча дел.

— Дел? Прости, Палинхрон, напомни: что у нас сегодня?

— Сегодня тот самый день, когда ты должен вступить в «Эпик Сикер». Ну, в твою гильдию. Из-за пожара мы чуть не забыли, но раз ты, похоже, бодр как огурчик, сделаем всё по плану.

— А, точно, я забыл.

Теперь я вспомнил. Мне нужно было оплачивать лечение Марии, а значит — зарабатывать деньги. И тут появился Палинхрон, который недавно предложил мне эту работу в гильдии.

«Эпик Сикер» была гильдией, официально признанной правительством Лаоравии — одной из стран Союза Подземелья. И с моими навыками, как мне сказали, я вполне годился для работы в её рядах.

— Ах да, точно, — сказала Мария. — Ты же собираешься вступить в гильдию.

— Ещё как, — сказал Палинхрон. — Вам двоим, сорванцам, надо как-то зарабатывать, пока вы в этом мире. Я решил, что лучший способ — стать частью моей гильдии. Не только неплохо наваритесь, но ещё и связи заведёте. А главное, окажетесь под защитой Лаоравии, что для вас двоих очень сладкая сделка. Идеальные условия, чтобы Мар-Мар получала лечение тогда и в том темпе, как ей нужно. Согласны?

Как работа — идеальный вариант.

— Спасибо, Палинхрон. Благодаря тебе мы сможем жить в этом мире.

— Ну-ну, не стоит так быстро успокаиваться, — ответил он. — Сначала ты пройдёшь вступительный экзамен. Мы не примем тебя вслепую только потому, что ты — это ты. Если не сдашь проверку, сделки не будет.

— Само собой. И при оценке меня жалеть тоже не надо. — Лучшего я и просить не мог.

Палинхрон ухмыльнулся, услышав, как решительно я это сказал.

— Сюда.

Попрощавшись с Марией, я пошёл за ним, чтобы пройти экзамен для вступления в «Эпик Сикер» и получить место, где мы могли бы кое-как устроить свою жизнь в этом параллельном мире.

◆◆◆◆◆

Стены были каменными, а потолок — как в атриуме. Круглую площадку, выделенную из окружающего пространства, покрывал мягковатый песок. Это были тренировочные площадки «Эпик Сикер», размером примерно со школьный двор. Там собралось около тридцати членов гильдии — мужчины и женщины, молодые и старые. Одни таскали мечи больше них самих, другие держали посохи или жезлы и носили старомодные мантии.

Тридцать взглядов уставились на меня. Я стоял в холодном поту рядом с Палинхроном, который, убедившись, что все в сборе, произнёс несколько приветственных слов и подтолкнул меня вперёд.

— Ладно, Канами, представься.

— Э-э, эм, меня зовут Айкава Канами. Я ледяной маг четырнадцатого уровня. И мечом, наверное, тоже пользуюсь. Рад знакомству... — сказал я так, чтобы меня услышали все.

Члены гильдии отреагировали по-разному. Одни слушали серьёзно, другие почти не обращали внимания. Впрочем, когда я назвал свой уровень, многие оживились.

— Четырнадцатый уровень в таком возрасте? Похоже, Палинхрон снова подцепил нам способного мальчишку.

— И вежливый к тому же, — сказала одна женщина. — Да ещё и смазливый. Жаль только ожог на шее.

— Маг с мечом, значит? Не знаю. Как бы он за двумя зайцами сразу не погнался.

Они без стеснения оценивали меня вслух, и приятного в этом было мало. Словно я кусок мяса на витрине; я молился, чтобы это поскорее закончилось. Обводя всех взглядом, я заметил кое-кого, кто реагировал особенно заметно и странно. Девушка с длинными волосами, волнистыми, как море, таращилась на меня. По рогам, торчавшим из её красивых волос, было ясно, что она семифер. А хвост, выглядывавший из-под плотной одежды в племенном стиле, не оставлял сомнений.

— А? Господин Сиг? — произнесла она, глядя на меня с изумлением и приоткрыв рот.

— О, ты тоже здесь, Сноу... — сказал Палинхрон. — Извини, — добавил он мне, — иди поприветствуй членов гильдии.

Затем он направился к девушке-семиферу, которую, судя по всему, звали Сноу, чтобы поговорить с ней. Он был одним из верхушки гильдии, так что, возможно, у него для неё было какое-то сообщение или сведения.

Пока я наблюдал, как Палинхрон и Сноу долго о чём-то беседуют, ко мне подошёл один из других членов гильдии.

— Эй, Канами. Мне тоже приятно познакомиться.

Продолжать смотреть в сторону было нельзя. Я сразу ответил, стараясь произвести как можно лучшее впечатление.

— Спасибо. Надеюсь на хорошую совместную работу.

Остальные члены гильдии восприняли это как знак, что тоже можно подходить.

— Привет, Канами, — сказала одна женщина. — Меня зовут Тейли. Я тоже лидер партии.

— Эй, не вздумай меня обогнать. Слушай, парень, потом я научу тебя мечу. Не трать время на магию. Хотя нет, просто сразу вступай в мою партию.

— Эй-эй, хватит пихать человека с магической энергией в свою мясоголовую форму...

— Добро пожаловать, Канами!

Магиня с весёлым лицом, огромный мечник, молодой человек с луком за спиной — выглядело так, будто передо мной набор для анекдота «заходят как-то в бар». То есть я, конечно, знал, что нахожусь в фэнтезийном мире, но когда они подошли так близко, это всё равно слегка ошеломляло.

— А-ха-ха, — сказал я, натянув улыбку. — Надеюсь на хорошую работу со всеми вами... — Я немного переживал, что лицо у меня слишком напряжённое.

— Так, все успокоились, — сказал Палинхрон, хлопнув в ладони, чтобы привлечь внимание, и подошёл ближе ко мне.

Похоже, он закончил говорить всё, что хотел сказать семиферу по имени Сноу. Девушка отошла ещё дальше и теперь сидела в тени. Мне хотелось, если получится, поприветствовать и её — не только потому, что она так бросалась в глаза. Почему-то у меня было чувство, что поговорить с ней важно. Странное дело: я мог бы поклясться, что уже встречал её где-то.

— Вступительный экзамен Канами ещё не окончен, — продолжил Палинхрон. — Вам не кажется, что вы слишком торопитесь, ребята?

Когда речь снова зашла о моей проверке, мысли о девушке вылетели у меня из головы, и я сосредоточился. Ради младшей сестры и ради себя я не мог провалиться.

— Да брось, Палинхрон, — сказал огромный мечник. — Никто из тех, кого ты приводил, ещё ни разу не заваливал проверку. Давай пропустим эту мишуру. Сразу запиши его в мою партию, ладно?

Судя по тому, где стоял этот мужчина, и по его словам, он занимал довольно высокое положение. А шрамы по всему телу говорили, что он не из слабаков.

— Мы не можем знать наверняка, верно? — ответил Палинхрон, не сбиваясь с шага даже под новые выкрики. — В любом случае, у меня есть важное объявление, так что пока притихли.

Когда я впервые услышал, что гильдия находится под прямым государственным управлением, я представлял себе атмосферу куда более чопорную и жёсткую. Но здесь было очень уютно.

— Ладно, только покороче, — сказала женщина с посохом и улыбнулась мне. — Просто знай: я забираю его в свою партию.

Палинхрон проигнорировал их перебранку о том, в чьей партии буду я.

— Неприятно вас огорчать, но Канами не вступает ни в чью партию.

После этого члены гильдии заговорили между собой с озадаченными лицами и все потребовали объяснений. Но Палинхрон двигался в своём темпе. Его ответ был предельно краток, а причину он объяснил с явным удовольствием.

— Скажу почему. Потому что Канами станет гильдмастером «Эпик Сикер».

Толпе потребовалось мгновение, чтобы смысл сказанного дошёл до неё. После нескольких секунд тишины тренировочную площадку захлестнули удивлённые возгласы. И первым что-то сказал я.

— Подожди, что?!

— Стой, погоди-ка, — сказал другой член гильдии. — Шутка зашла слишком далеко, Палинхрон!

— Да чтоб тебя! Что значит — он станет гильдмастером?!

Я чувствовал то же самое. Звучало это как неудачная шутка, не более. Но Палинхрон, как всегда, оставался невозмутим.

— Канами — герой, которого лично выбрали я и мой товарищ-субмастер Рейл. Как мы и планировали с самого начала, великий герой легенд вроде Канами займёт самый верхний пост в «Эпик Сикер».

Он уже во второй раз совершенно определённо заявил, что намерен сделать меня гильдмастером. Более того, он ещё и выставил меня «великим героем». Вот уж преувеличение.

— Ты рехнулся? — спросил огромный мечник, стоявший во главе толпы, и впился в него взглядом.

Когда стало ясно, что Палинхрон вовсе не шутит, воздух начал холодеть. Атмосфера стала напряжённой, и казалось, всё может сорваться от малейшего толчка.

— Канами силён, и характер у него приятный. Но важнее всего то, что у него есть качества героя. Поэтому сделать его гильдмастером — самое правильное. Если у кого-то есть возражения, можете дать мальцу вас расплющить. Потому что вместо вступительного экзамена мы устроим турнир каждый с каждым.

Провокация Палинхрона только сильнее разожгла кровожадность слушателей. Все они обожгли нас раскалёнными взглядами. Мне едва удавалось выдерживать давление, которое излучали эти ветераны и силачи.

— Палинхрон, ты вообще о чём?! Ты дурак, что ли?!

Увидев, что я сам сбит с толку и против этой идеи, часть давления спала.

Одна женщина спокойно сделала шаг вперёд и высказалась:

— Я признаю его талант. Уже по виду ясно, что он способный. И признаю, что в будущем он, возможно, встанет выше меня. Но с ходу делать его гильдмастером — это просто абсурд, Палинхрон.

— Гильдия, которую заставляют работать под мастером, навязанным сверху, нормально функционировать не будет...

Наверное, они решили, что если довести дело до кипения, начнётся драка, и попытались заставить Палинхрона передумать разумом и логикой. Разумом и логикой, на которые Палинхрон не обратил никакого внимания.

— «Эпик Сикер» всегда абсурдна и неразумна. И думаю, так или иначе вы все подчинитесь, ведь Канами — именно тот человек, которого мы с таким нетерпением ждали.

Отступать он не собирался, и это стало искрой в пороховой бочке. Все начали готовиться убеждать его не словами, а силой: сжимали своё оружие, делали шаг вперёд и смотрели на него злобно.

— Не смотрите на меня так. Если кто-нибудь из вас сумеет оставить на Канами хоть царапину в турнире, который сейчас начнётся, я передумаю.

— Смотри, назад не возьмёшь.

— Не смей смотреть на нас свысока!

— Если этот мальчишка сдохнет, это будет на тебе!

Они отступали от него, бросая колкие реплики. Поскольку каждый из них был членом более крупной организации, они не восставали против Палинхрона, стоявшего выше рангом. Но было ясно: своё недовольство они намерены выплеснуть через турнир. К проверке я был готов, но понятия не имел, что всё обернётся таким.

— Стой! — сказал я. — Погоди, Палинхрон, просто погоди! Я на это не соглашался! Они абсолютно правы. Делать меня гильдмастером из ниоткуда — нелепость!

— Погоди, но разве ты не сказал, что вступишь в гильдию?

— Ну да, но обычным членом!

— А я ведь ни разу не сказал, что ты вступишь именно как член. Всё время, пока мы об этом говорили, я имел в виду, что сделаю тебя гильдмастером.

— Прошу прощения?! Ты... Ты меня обманул!

— Эй, не вводи людей в заблуждение. Я тебе не лгал... хотя меня и так постоянно называют мошенником.

Палинхрон, похоже, ничуть не возражал против того, что его назвали лжецом. Отбиваясь от моих попыток отговорить его, он занялся подготовкой турнира: чертил ножнами линии на песке и быстро ставил простые границы поля. Закончив, он повернулся ко мне и попросил меня — с самым серьёзным выражением лица за весь день.

— Прошу, Канами. Пожалуйста, стань для меня гильдмастером. Настоящее начнётся дальше. Это даже ещё не тянет на испытание. Зная тебя, я уверен: ты сможешь преодолеть испытания куда опаснее этого.

Перед такой искренностью я не нашёлся что ответить. Я хотел хоть как-то отплатить ему за долг, да и не мог отказать такой настоящей просьбе. Мне оставалось лишь тяжело вздохнуть и неохотно кивнуть.

— Ладно, хорошо. Я буду драться в турнире... но когда всё закончится, если остальные не будут убеждены, пожалуйста, откажись от идеи с гильдмастером.

— Идёт. Значит, мы пришли к компромиссу. Но сделай одолжение: не поддавайся им.

— Я не хочу их оскорблять, так что сдерживаться не буду. В основном...

Когда я уступил, Палинхрон подошёл к краю площадки и принёс мне клинок, похоже тренировочный. Он бросил его мне, и я поймал.

— Зимнее измерение, — пробормотал я.

Я развернул своё фирменное заклинание, затем собрал решимость и вышел на поле боя. От вида вздувшихся вен на лбах членов гильдии мне стало тоскливо.

— Лучше бы мне дали офисную работу... документы перекладывать или что-то такое, — проворчал я, вытаскивая меч из ножен, хотя понимал: этой мечте не сбыться.

◆◆◆◆◆

Первый поединок у меня был с горячей девушкой-мечницей. По сравнению с остальными членами гильдии она была моложе.

— Он не стоит того, чтобы лидер партии выходил сам, — сказала она здоровенному мечнику и вышла ко мне на поле.

Используя зрение меню, я просмотрел характеристики рапиристки. Она была двенадцатого уровня, а единственный её навык — владение мечом. Чистый мечник не был мне ровней.

Как всегда, мои способности были почти читерскими. Я мог видеть статусные меню только живых существ этого мира, но даже этого было более чем достаточно для нечестного преимущества. Определив сильные стороны девушки, я спокойно поднял меч. При желании я мог снять всю поддерживающую магию, и она всё равно не представляла бы для меня угрозы. Физические параметры у неё для её уровня были довольно высокими, но ничего особенно примечательного в ней не было.

— Итак, первый бой, — сказал Палинхрон. — Начали!

По сигналу соперница бросилась на меня.

— Рааааа!

Пока что я решил держать обещание — не сдерживаться. Сначала нижней частью рукояти своего меча я ударил по нижней части рукояти её меча, чтобы выбить оружие и не повредить ей руку. Одновременно я подсёк ей ноги, левой рукой поймал её меч в воздухе и приставил оба клинка прямо к её глазам, когда она лежала на земле. Мат. Разрыв между нашими скоростью и ловкостью был слишком велик. Отнять у неё оружие оказалось проще простого.

— А? Подожди, что... Что случилось?

— Значит, я победил? — спросил я Палинхрона.

— Угу, как ни крути, победа за тобой. Так, слееедующий.

Теперь лица членов гильдии стали мрачными, и никто сразу не вызвался. Они увидели одну грань моей силы; наверное, поняли, что лёгкой прогулки не будет.

От одной мысли о будущих дуэлях мне становилось уныло. Я взял бедную девушку за руку и помог ей подняться.

— Ты в порядке?

— А? А, да. Всё нормально, — ответила она, всё ещё ошеломлённая, пока я тянул её на ноги. Похоже, до неё наконец дошло, что она проиграла. Она уставилась мне в лицо. — Так вот... Вот из чего сделан «герой», которого выбрали Палинхрон и господин Рейл?

В её словах была странная горячность. По спине пробежал холодок, и я воспользовался Измерение: Расчёт, чтобы избежать её взгляда. Затем я поспешил отойти от неё. Поскольку я хотел закончить эту турнирную историю как можно скорее, я остался ждать на поле следующего претендента. Им оказалась ещё одна женщина-боец. В этом мире уровней и магии между силой мужчин и женщин в бою не было настоящей разницы. С другой стороны, я предпочитал сражаться с мужчинами — мне всё равно было трудно направлять клинок на представительниц противоположного пола.

[Статус]

Имя: Тейли Линкар

HP: 212/222

MP: 201/205

Класс: Маг

Уровень: 19

STR: 4.41

VIT: 5.15

DEX: 3.32

AGI: 3.21

INT: 7.21

MAG: 11.09

APT: 1.33

Врожденные навыки: Магия ветра 1.67

Приобретённые навыки: Магический бой 1.12

Её меню и одежда ясно показывали: теперь я сражался с настоящей прирождённой магиней. Но её физические возможности ничуть не уступали мечнице, с которой я бился до неё. Я не сомневался, что эта Тейли занимает в «Эпик Сикер» высокое положение. Судя по всему, после моего боя с рапиристкой остальные поняли, что сдерживаться против меня нельзя. Несколькими короткими словами госпожа Тейли убедила остальных претендентов уступить ей место и вышла на условный ринг.

Мне стало её жаль. С учётом наших характеристик было бы чудом, если бы она хотя бы коснулась меня. К тому же чистая магическая сборка была особенно неэффективна против меня.

— И-и-и, — сказал Палинхрон, — начали!

Я сократил расстояние между нами. Естественно, госпожа Тейли, будучи магиней, попыталась сотворить заклинание и решить бой до того, как я доберусь до неё. Но моё Зимнее измерение не позволило этому случиться. Заклинание, которое она формировала, перекосилось, выпустив лишь самый тонкий ветерок.

— А?! Моё заклинание!

Я приставил клинок к её горлу.

— Э-э, вы ещё хотите драться или...?

Пауза.

— Сдаюсь, — ответила она с ужасно мрачным лицом.

Когда она уходила с арены, огромный мечник обратился к ней:

— Эй, что там случилось? Ты не могла использовать магию?

— У него сильная подавляющая магия. Всё закончилось за секунду, больше я ничего не знаю.

Несколькими словами огромный мечник заставил остальных замолчать и вышел на импровизированную арену. Как и госпожа Тейли, он явно обладал большим влиянием.

[Статус]

Имя: Вользарк Альдо

HP: 340/351

MP: 0/0

Класс: Мечник

Уровень: 20

STR: 10.40

VIT: 5.85

DEX: 8.26

AGI: 10.31

INT: 7.09

MAG: 0.00

APT: 1.12

Врожденные навыки: Непокорность 1.21

Приобретённые навыки: Владение мечом 1.56

Судя по всему, господин Вользарк мог похвастаться самым высоким уровнем среди всех претендентов. По взглядам, которые бросали на него окружающие, я сделал вывод, что он самый уважаемый из старых ветеранов-мечников или занимает близкий к этому статус. От него исходила внушительная, достойная аура.

Господин Вользарк закинул за спину поразительно огромный длинный меч и обратился ко мне:

— Прости, малец, но я пойду во всю силу. Лично против тебя ничего не имею. Более того, если я тебя одолею, это станет для тебя ценным уроком. Сама мысль, что ты так внезапно станешь гильдмастером, неизбежно вызовет обиду.

При его изрезанном шрамами исполинском теле слова прозвучали мягко и сочувственно. Его меню показало мне, что INT у него на уровне магини, с которой я только что дрался. Я предположил, что он человек умный.

— Вы добрый человек. Спасибо вам. — Я слегка поклонился. Я был благодарен ему за такую внимательность к новичку, который вызвал столько раздражения.

Господин Вользарк тяжело вздохнул.

— Если бы не то, насколько неразумно ведёт себя этот идиот-субмастер, я бы встретил тебя с распростёртыми объятиями, — сказал он, сокращая расстояние между нами.

Палинхрон воспринял это как сигнал.

— Начали! — радостно сказал он.

И тогда господин Вользарк побежал. Для его громоздкой фигуры он двигался быстрее, чем можно было ожидать. Казалось, на меня мчится огромный бык или медведь. В одно мгновение он приблизился и рубанул по мне сбоку своим громадным мечом.

Если бы я заблокировал удар мечом, который держал, мой клинок бы просто сломался, так что я отступил и уклонился от атаки на волосок.

— Чш! От этого ты уже не увернёшься!

Чтобы сломать мой меч, он замахал своим, как бушующая буря. В целом я чувствовал: он мне не поддаётся. Прямое попадание мгновенно убило бы любого обычного человека. И всё же я не ощущал от него ни капли жажды крови. Похоже, он атаковал так потому, что решил: я выдержу. Я почувствовал, что вот он — момент. Если я получу «случайную» травму и закончу этот экзамен прямо сейчас, меня это вполне устроит.

До начала боя я думал, что с такими опытными стойкими противниками меня наверняка хоть раз да заденут. Но такими темпами я, похоже, действительно мог победить их всех без единой царапины. Я полностью выключил первоклассную магиню вроде госпожи Тейли, а самый высокоуровневый мечник признал мою силу. Этого должно быть более чем достаточно, чтобы доказать: я годен хотя бы на вступление в гильдию обычным членом. К тому же если я такими темпами войду в гильдию насильно, это лишь навлечёт на меня их злость, а в будущем мне это не поможет. Перед Палинхроном я свой долг выполнил. Поэтому выбрал подходящее заклинание.

— Я добавлю немного магии, если вы не против. Сотворение: Форма.

— Чш. — Но господин Вользарк не дрогнул. Он продолжал атаковать. — Проломлюсь через твою хитрую ерунду!

Пока я прикреплял к нему магические пузыри, он ещё сильнее нарастил скорость и взмахнул мечом. Однако пузыри передавали мне информацию о траектории его меча куда точнее. Теперь его клинок уже никак не мог попасть по мне. Уклоняясь от ударов, я точно улавливал его привычки и мог предсказывать движения. Используя эту информацию, я позволил его громовой череде ударов огромным мечом слегка задеть мою щёку. Тонкая капля крови стекла вниз.

— А, вы меня задели, — сказал я, быстро отступив. Палинхрон ведь сказал, что им достаточно нанести один удар.

Но господин Вользарк скрипнул зубами от досады, затем тяжело вздохнул и ответил:

— Нет, не засчитывай эту «рану». Запиши мне чистое поражение.

Только это он и сказал, прежде чем неторопливо покинуть поле боя. По его виду я понял: он догадался, что я специально получил порез. Я сделал это, чтобы сберечь его гордость, но, возможно, лишь ранил её ещё сильнее. Мне хотелось, чтобы он простил меня: ради будущего заработка я никак не мог позволить себе разгромить всех слишком односторонне.

— Вользарк признал поражение, значит, Канами победил, — радостно объявил Палинхрон.

— Палинхрон! — возразил я. — Ты сказал, что если я получу хоть одну рану, всё закончится. Значит—

— Вот же гад! — перебил меня один из членов гильдии. — Теперь ясно, почему Палинхрон так широко разевал пасть!

Остальные тоже загомонили.

— О, это выглядит весело. Следующим попробую я!

— Не раньше меня!

— Оба лидера партии проиграли, да? Как интересно!

Почему-то после третьего боя толпа распалилась. Возможно, многие из них изначально были из тех, кто не уклоняется от драки. Но дело было не только в этом. В их изучающих взглядах появился странный блеск.

Палинхрон рассмеялся.

— Они члены гильдии. Сражения — их хлеб. Да ни за что они не дадут этому закончиться после одной маленькой царапины! Я сказал это только чтобы их раззадорить.

— Точно! — сказал один из многих, кто поддержал Палинхрона. — Сейчас нельзя заканчивать! Я ещё не попробовал!

— Ты шутишь, милый? Это едва ли даже царапинка, — сказала одна женщина. — Раз ты ещё можешь драться, конечно мы будем биться.

— Йо, ребята, не против, если я следующим?

Моё лицо застыло. Эти люди рвались в бой.

— Стоять, болваны! — крикнул господин Вользарк. — Сестра Гленна! Ты первая!

Все взгляды немедленно обратились к девушке-семиферу. На секунду площадка погрузилась в тишину. За это время она мягко покачала головой.

— Нет, спасибо. Я никак не смогу победить.

— Ты серьёзно? — ответил господин Вользарк.

Пауза.

— Да. Серьёзно.

— Понятно. — Он выбрал место и сел. — Делайте как хотите, народ. Я посмотрю.

Палинхрон с улыбкой наблюдал за ним.

— Похоже, разрешение лидера партии у нас есть! Ну что, продолжим?!

После этого члены гильдии начали ждать своей очереди за пределами поля.

— Подождите, нет, я что, дерусь со всеми?

Выбора у меня не было. Я побеждал их одного за другим и обливался холодным потом.

◆◆◆◆◆

В итоге слить ни одну из дуэлей у меня не получилось. Острые глаза господина Вользарка всё время наблюдали, и если бы я слишком явно сдерживался, Палинхрон тоже что-нибудь сказал бы. Мне оставалось только действовать с большой осторожностью, чтобы всё прошло без лишнего шума.

— Так, народ, — сказал Палинхрон, — на сегодня всё. Итак, поскольку никто из вас не сумел его одолеть, вопрос решён: Канами станет новым гильдмастером «Эпик Сикер»!

Я в итоге победил всех, почти не получив сколько-нибудь заметного урона, и он без колебаний объявил меня гильдмастером.

— Стой, Палинхрон! Дай мне ещё раз с ним схлестнуться! Мне кажется, теперь я смогу его коснуться!

— Нельзя. Уже стемнело, а время — ресурс конечный. Все свободны!

Несколько человек возразили, но Палинхрон всё равно закрыл турнир. Потом он передал им административные сведения, и толпа наконец разошлась. Подавляющее большинство перед уходом с тренировочной площадки подошло ко мне сказать пару слов.

— Должен признать, Канами, ты до безумия силён, — дружелюбно сказал один мужчина. — Не против снова сразиться завтра?

— А? Да, конечно, господин, без проблем.

— Ты всё время такой жёсткий и официальный, Канами. Не надо со мной так вежливо говорить.

— Спасибо... понял. С этого момента буду говорить проще.

Я не чувствовал с его стороны особого недовольства тем, что я стану гильдмастером. Возможно, в глазах грубых бойцов или искателей приключений вроде него сила была решающим фактором: сопротивляться человеку, который стоит над тобой, или нет.

— А, парень, — сказала одна магиня с улыбкой, — потом научи меня магии, ладно?

— Э-э, хорошо, госпожа.

Затем мечник средних лет хлопнул меня по плечу.

— Может, навыки гильдмастера придут со временем. Хотя, думаю, люди вокруг помогут тебе, так что не переживай.

Я выдохнул.

— Я сделаю всё, что смогу.

Конечно, не все были такими уступчивыми. Некоторые тоже подходили ко мне со строгими лицами.

— Слушай сюда, приятель, моё одобрение ты ещё не заслужил, понял?

— А, да, конечно. Думаю, это совершенно естественная реакция.

— Я брошу тебе вызов ещё пять раз, так что молись.

Но перед уходом этот парень улыбнулся мне. А я-то решил, что наконец встретил кого-то нормального. Нет. Это была реакция маленького ребёнка, нашедшего достойного соперника.

В конечном счёте, хотя мне и высказали разные колкие замечания, почти никто не подошёл выразить открытую злобу или неприязнь. По крайней мере, такого отношения не ожидаешь к человеку, который внезапно ввалился на самый верх организации. Я отвечал им по очереди натянутой улыбкой, отчётливо видя пугающий разрыв между ними и нормальными людьми.

Когда я закончил разговаривать со множеством членов гильдии, на тренировочной площадке остались только Палинхрон и девушка-семифер, пустым взглядом смотревшая в тёмное ночное небо.

— Это же... ну, странно, да? — сразу спросил я Палинхрона.

— Дела идут в гору, а, Канами? Ты только что получил огромное повышение.

— Кадровая политика нашей организации меня пугает, — ответил я. — И не только это: раз они так тепло меня приняли, поверить ещё труднее.

— Ну, это единственная группа, где подобный абсурд терпят. В любой другой гильдии такое бы не прошло.

— Я и предполагал, что гильдия, где состоишь ты, не может быть рядовой организацией, но как вообще...

Я всё ещё не мог поверить. Да, во время турнира я показал, насколько силён, но всё равно — почему они приняли это так легко? В моём мире такого явления никогда бы не произошло. Это просто результат различий между культурами моего мира и этого? Но даже если их культура не заморачивается по мелочам и ценит только силу, их радушный приём всё равно выходил за пределы нормы.

— Всё в названии: «Эпик Сикер». Наша цель как гильдии — искать эпосы. Искать истории о славных подвигах.

— Значит, уже с этого момента это не обычная гильдия.

— Гильдии, работающие под государством, сначала должны определить план действий, который так или иначе служит стране. Кто-то, например, стремится поддерживать порядок в Лаоравии. Кто-то пытается добывать для Лаоравии сокровища или выращивать для страны перспективные таланты. Политика нашей гильдии — искать, в кавычках, «героев» на службе Лаоравии. Конечно, из-за такой дурной цели под наше знамя собираются одни чудаки. Хотя ещё одна причина — в том, что собеседования в основном провожу я.

— Да, это точно привлечёт кучу странных типов.

— Члены гильдии могут ворчать сколько угодно, но все они — мечтательные безумцы с горящими глазами, которые с нетерпением ждут какого-нибудь лихого, праведного героя. А вера Лаоравии в меритократию вкупе с этим означает, что никто не станет злословить о таком, как ты, кто обладает подавляющей силой. То, что случилось сегодня, — raison d’être этой гильдии. И именно ради этого дня я собирал таких членов. Мне в общем-то нужно было, чтобы всё прошло достаточно гладко.

Кажется, он получал от этого удовольствие. Какая-то его часть гордилась, почти как ребёнок, хвастающийся крутой игрушкой. И от членов гильдии у меня было похожее ощущение. Хорошо это или плохо, но в целом группа этой гильдии была по-детски непосредственной.

— Будь для нас героем, Канами. Ты можешь использовать эту организацию. Давай сделаем твоё имя известным.

— Это твоё желание?

Вечно неуловимый Палинхрон показал мне редкое серьёзное выражение лица.

— Хм, моё «желание»? Если уж как-то это назвать, я бы сказал — развлечение. Я хочу встретиться лицом к лицу с героем легенд. И вижу его в тебе. Дело не только в том, что ты иномирец; у тебя ещё и геройские качества, поэтому я в тебя верю.

— Ты слишком многого от меня ждёшь. Я даже не знаю, что должен делать, чтобы быть «героем».

Для меня такие «герои» существовали только в сказках. В современном обществе едва ли не единственными героическими фигурами, на которых равнялись люди, были спортивные звёзды. Я не имел ясного представления о том, что Палинхрон и остальные вкладывают в это слово.

— О, не переживай, подготовка уже сделана. Один большой важный человек в одной большой важной стране составил несколько забавных планов. И, думаю, я их повторю. Если помню верно, план примерно такой: с радостью приняв роль гильдмастера, — произнёс он театральным тоном, — Канами использует свою несравненную силу, чтобы проложить новые пути в Подземелье, продлить Путь и унаследовать у Гленна титул сильнейшего исследователя. Позже он займёт первое место в Схватке. Сделав своё имя известным по всему континенту, он будет помогать людям в разных землях как герой, путешествуя обратно в Лаоравию, и вернётся с триумфом. Когда придёт время, он примет участие в войне на севере: явление великого и милосердного героя, живой легенды, на передовую, где его будут превозносить сражающиеся там верховные командующие. Да, примерно так.

План был нелепым и идиотским.

— Эм, что? Меня вычеркни. Особенно часть с войной. Да ни за что я не буду иметь никакого отношения к войне!

— Ха-ха. В основном я шутил, парень. Единственная часть, где я, пожалуй, не шучу, — это прохождение Подземелья. В Подземелье ты не столкнёшься ни с чьей враждебностью и сможешь становиться сильнее в своём темпе. А сила тебе не повредит — ради тебя самого и ради твоей сестры.

— Ну, Подземельем я действительно планирую заняться, так что это сделаю.

В этом мире существовало лабиринтообразное образование под названием Подземелье. Из тех, что постоянно встречаются в видеоиграх: чем глубже спускаешься, тем сильнее враги. И благодаря этому оно удобно подходило для наращивания сил.

— Если у тебя останутся силы, мне бы хотелось, чтобы ты ещё и продлил Путь. Это поможет Лаоравии, гильдии и не только. Если это слишком тяжело, всегда можно победить Хранителя тридцатого этажа. Накопишь славу и результаты для «Эпик Сикер» — претензий от меня не услышишь.

— Хорошо, если будут силы. Я и сам хочу хоть как-то отплатить Лаоравии за то, что она взяла нас с Марией под защиту.

— А ещё если выиграешь для нас Схватку, это тоже будет хороший вклад. Лаоравия уже много лет отстаёт от остальных четырёх стран. Наша геройская деятельность по разным землям и наш верховный командующий в Северной войне — часть того, за что над нами смеются.

— Надеюсь, ты шутишь. Я буду рад, если смогу просто защитить маленький участок мира вокруг себя. Лучше умереть, чем ввязываться в конфликты между странами.

— Ке-хе, вот как? Ладно, понял. Впрочем, всё, что я тебе рассказал, не более чем план. В твоём нынешнем положении сосредоточь всё внимание на том, чтобы освоить обязанности гильдмастера. А насчёт Подземелья — не думай о продлении Пути. Можешь просто сосредоточиться на том, чтобы стать сильнее.

— Да. Кадровая политика меня не радует, но раз уж я этим займусь, значит, должен сделать всё как следует и научиться быть нормальным гильдмастером. Иначе я поступлю несправедливо по отношению к членам гильдии...

Выражение Палинхрона стало чуть серьёзнее.

— Верно. Если ты не примешь всё скоро, будет слишком поздно.

— Слишком поздно? А, кстати, тебя же эта страна призывает стать командующим, верно?

По его серьёзному виду я предположил, что Палинхрон обеспокоен. Я слышал, что скоро ему придётся покинуть Союз Подземелья. Наверное, он хотел передать мне эстафету, прежде чем его заставят уйти.

— Что есть, то есть. Я некоторое время делал что хотел, а теперь меня силой зовут назад. В Союзе я хотел бы сделать ещё кое-что, но ничего не поделаешь.

Большинство сочло бы назначение от своей страны честью. Палинхрон, напротив, казалось, ненавидел эту идею до глубины души.

— Понятно. Значит, скоро я тебя больше не увижу.

— Когда я уйду, пусть Сноу тебе помогает. Она давно служит субмастером.

— Давно служит субмастером?

Он указал на девушку-семифер, которая смотрела на небо в углу площадки.

— Она служит субмастером шесть лет. Наверное, об «Эпик Сикер» она знает больше меня. Давай, Сноу, представься.

Девушка подошла ко мне и протянула руку. Очень красивую руку. Женственную, бледную, мягкую на вид.

Пост гильдмастера «Эпик Сикер» был пуст, и фактически гильдией управляла тройка субмастеров. Двое из них — Палинхрон и господин Рейл — были влиятельными взрослыми людьми, обладавшими силой и умом; значит, эта девушка стояла с ними на одном уровне. Я осторожно пожал её руку.

— Я Сноу Уокер, драконьют. Рада знакомству, гильдмастер Канами.

— Э-э, рад познакомиться, Сноу... или мне звать тебя Сноуи?

По виду она казалась моложе меня, и это позволяло обратиться к ней так. Но теперь, когда я знал, что она уже шесть лет субмастер, я не был уверен, что она действительно так юна, как выглядит.

— Мы, наверное, примерно одного возраста, — сказала Сноу. — Заморачиваться такими вещами — боль, так что зови меня как хочешь.

— Спасибо. Тогда буду звать Сноу. И ты меня зови как хочешь. Не нужно говорить вежливо.

— Тогда я буду звать тебя Канами. И тоже буду говорить просто.

Похоже, она действительно была так молода, как выглядела, а это значило, что субмастером она стала ещё до десяти лет.

— Канами, Сноу, я хочу, чтобы вы вдвоём управляли «Эпик Сикер» и с гильдией всё было в порядке, пока нас с Рейлом не будет.

— То есть ты говоришь: управляйте гильдией вдвоём. Ты правда собираешься заставить нас это делать? В таком возрасте?

Стоило мне представить сценарий, где и Палинхрон, и господин Рейл отсутствуют, как я поморщился.

— Всё будет нормально, — легкомысленно сказал он. — Все знают, насколько вы способны. А социальное положение твоей семьи означает, что, если прижмёт, никто не сможет пожаловаться. Что до тебя, Канами, за один день они уже более-менее признали тебя приемлемым. Нет, проблем быть не должно.

Мы оба уставились на него. Ему-то, может, и было весело, но на нас эта неразумная просьба наваливалась со всеми тревогами сразу.

— Не смотрите на меня так, — сказал он и пустился наутёк. — Оставляю всё тебе, Сноу. Как и обещал, тебе нужно лишь быть рядом и поддерживать Канами. Я очень давно ждал, когда вы двое будете работать вместе.

Затем он оставил Сноу ещё несколько прощальных слов, полных скрытого смысла.

— Если ты просто будешь соблюдать это, после можешь делать что угодно. Хоть отрывайся на всю катушку.

С этими словами он вышел с площадки, оставив меня и Сноу под тёмным тихим ночным небом.

◆◆◆◆◆

Под светом звёзд мы со Сноу творили заклинания на тренировочной площадке. Теперь мы знали, что будем долго работать вместе, и потому решили провести остаток дня, изучая силы друг друга.

Сноу положила руку на лежавший на земле валун. В следующее мгновение валун слегка дрогнул, и на нём появились мелкие трещины.

— Эта магия — мой конёк, — лениво сказала она.

Она заставила уже треснувший валун дрожать сильнее, затем расколола его пополам по центру. Поскольку я держал Измерение, я мог понять, что её магическая специализация связана с вибрациями.

— Ты заставляешь валун вибрировать?

— Да. Мои элементы — пустота и огонь. Плюс, если я использую свойства своей магической энергии вместе с древней магией, могу сделать кое-что поинтереснее.

Сноу достала из-за пазухи несколько магических камней, зарядила их магической энергией, а затем разбросала вокруг. Она тихо пробормотала что-то, и эти слова разнеслись по площадке: её голос выходил из магических камней, словно из множества динамиков. «Если соединить это с твоей магией, получится чудо-оружие. Так мне сказал Палинхрон».

— Ого. Ты заставляешь звук выходить из камней, управляя вибрациями?

«Да. Наполняя магические камни своей клейкой магической энергией, я могу воспроизводить голоса как практическое применение древней магии. Благодаря тому, что я это умею, через многое прошла».

Она легко щёлкнула пальцами, и вибрации камней прекратились.

— Издалека ты тоже так можешь?

— Могу. Так я и буду оказывать тебе поддержку. Согласно обещанию Палинхрону.

От чудовищности её способностей меня прошиб пот. В этом мире было мало способов связи. Если кто-то хотел связаться с человеком далеко, нужно было проложить между двумя точками лей-линию. Но даже передача по лей-линии не была бы такой ровной и непрерывной. Насколько я помнил, лей-линии в основном служили для передачи магической энергии, а передавать сам звук ещё не могли. Иными словами, Сноу лично могла использовать технологию на несколько технологических ступеней выше всего остального. В эпоху почтовых голубей у неё одной был мобильный телефон.

— С этой магией в арсенале, — сказал я, — кажется, мы сможем делать всякое интересное. Значит, ты будешь помогать мне этим?

Пауза, как у неё обычно.

— Да. Я буду тебя поддерживать. — Она кивнула. Сонные глаза чуть шире раскрылись, а голос стал таким, что я понял: она говорит всерьёз. — Я выполню обещание Палинхрону. Но согласно этому обещанию после я буду свободна. Я сделаю то, что сама хочу.

— Да, конеч—

Я попытался согласиться, решив, что она начнёт переговоры о своей свободе внутри гильдии, но затем она продолжила совсем не тем, чего я ожидал.

— До недавнего времени ты называл себя не Айкава Канами, а Зигфрид Виззита. Скорее всего, воспоминания о том времени были стёрты магией разума Палинхрона, и я не удивлюсь, если этот браслет на самом деле является ключевым камнем магической формулы. Тебе нужно немедленно его уничтожить.

Я был поражён — и названным именем, и мыслью о том, что мои воспоминания стёрли.

— А? Э-э... что? Что ты имеешь в виду?

— В любом случае этот браслет — самая подозрительная вещь. Тогда ты его не носил. — Она приблизилась ко мне и положила руку на браслет.

— Подожди, стой! Эта штука мне нужна! Я не могу без неё! — Я оттолкнул её руку и увеличил расстояние между нами. Браслет стабилизировал мою магическую энергию, а ещё помогал понимать язык. Мне не раз говорили, что носить его нужно постоянно, и я никак не мог снять его.

Точно — что бы ни случилось, я не должен его снимать. Он слишком драгоценен для меня.

— Всё это ложь. Палинхрон и тобой играет, — сказала она строго.

Я совершенно не понимал, о чём она. Играет? Что это значит?

— Прости, Сноу. Я не понимаю, что ты мне говоришь. Поэтому не могу в это поверить.

Тогда она опустила протянутую ко мне руку и тихо пробормотала:

— Понятно.

Это был слабый, маленький шёпот. В нём не чувствовалось прежней твёрдой решимости. Мне стало неловко: может, я слишком резко её отверг.

— Э-э, просто... этот браслет для меня действительно важен, поэтому я не могу его снять. И если ты внезапно вываливаешь на меня такое...

— Ничего. Но если когда-нибудь придёт время, когда ты сможешь мне поверить, уничтожь этот браслет. Думаю, если сделаешь это, получишь шанс вернуть своё настоящее «я».

Сноу не пыталась давить. Она говорила, что думает, но не спешила и не горела страстью. Как и её имя, её характер почти не знал жара.

— Я сделала необходимый минимум. Предупредила тебя... так что не забывай.

— Хорошо, понял. — Я кивнул. Возражений у меня не было, ведь по её лицу я видел: она сказала это из заботы обо мне.

Мы всё ещё стояли друг напротив друга и молчали, пока наконец Сноу не нарушила тишину.

— Мне больше лень говорить об этом. И после сегодня давай больше не будем заниматься этой проверкой магии друг друга.

— Да, не будем. Похоже, пора заканчивать, да?

— Идём со мной. Покажу твою комнату.

— А? А, хорошо.

Я последовал за ней и вышел с тренировочной площадки. Кстати, Палинхрон так и не сказал мне, где я буду ночевать. Да и вообще я ничего не слышал о том, что будет после вступления в гильдию. Похоже, объяснять всё это поручили Сноу.

По пути в комнату я спросил о том, что не давало мне покоя.

— Слушай, э-э, кто сказал тебе, что меня зовут «Зигфрид Виззита»?

— Ты, — сказала она, указав на меня.

Но я ничего такого не помнил. Сегодня я впервые её видел. С тех пор как мы попали в этот мир, я встречал не так уж много людей; я не мог представить, что забуду лица немногих встреченных... не говоря уже о том, насколько приметной была именно эта девушка.

— Тогда ты знаешь, что означают слова Зигфрид и Виззита?

— Что означают? Я знаю только, что это твоё имя.

— А, ясно.

Зигфрид — имя знаменитого фольклорного героя в моём мире, а Виззита намеренно похоже на английское слово visitor, «посетитель». Такое имя кричало бы: «Я иномирец». Но, конечно, только для таких людей, как я, которые знают вещи из моего мира. Сноу, похоже, понятия об этом не имела.

Теперь я был уверен: шанса, что Сноу знает о моём мире, нет. Она просто где-то услышала имя «Зигфрид Виззита». Но где? Пока я ломал голову, от кого она могла услышать это имя, она остановилась перед комнатой.

— Пришли.

Она вошла, и я последовал за ней. Комната была довольно большой, с минимумом мебели и лишь самыми слабым признаками жизни. Для новой комнаты, подготовленной для меня, в ней было немало вещей, особенно мелких аксессуаров. Похоже на комнату девушки.

— Это моя комната?

— Нет, моя.

Очевидно, наблюдательность меня не подвела.

— Зачем ты привела меня в свою комнату?

— Мне сказали уложить тебя спать здесь. Комната гильдмастера ещё не готова.

— Это... Да я ни за что... — Я приложил руку к голове. Я почти не сомневался, что это решение Палинхрона, и мысленно проклял его имя.

— Я знала, что ты так скажешь. Если тебя это не устраивает, я посплю на крыше.

— На крыше? Я не могу позволить тебе делать это ради меня. Я просто посплю в коридоре.

— И это я тоже знала, что ты скажешь. Я могу спать где угодно, но ты бы ни за что не согласился. Ур-р, какая же боль... Давай на компромисс.

— Компромисс?

Сноу не врала, когда говорила, что для неё это боль: подходила она с явно измученным видом. Она протянула руку и попыталась коснуться меня, но я почувствовал всплеск ненормальной магической энергии и резко отпрыгнул назад.

— Что за?!

— Чёрт.

— Что значит «чёрт»? Ты сейчас пыталась наложить на меня заклинание, да?

— Мне было лень, поэтому я попыталась застать тебя врасплох и вырубить. Но не вышло. Обидно, потому что когда мы встретились впервые, я была сильнее тебя.

Сноу тяжело вздохнула, сбросила с себя объёмную верхнюю одежду и перекатилась на кровать. Теперь она была в нижнем белье, хотя я всё ещё находился рядом. На ней было что-то вроде камисоли, а её здоровые на вид бёдра были полностью обнажены.

От такой внезапности у меня перехватило дыхание. Девушка передо мной была красавицей, и я думал так с самой первой встречи. Кожа у неё была белой, как её имя, а очень длинные синие волосы струились по ней, напоминая линию горизонта, разделяющую море и небо. Глаза у неё были светло-розовыми, как цветы сакуры. Смотреть в них было всё равно что чувствовать прохладный ветер. В целом она обладала обаянием и притягательностью самой природы — как тихие волны великих океанов. Самыми манящими были её пропорции, которым позавидовала бы любая модель. Пышная грудь была самой большой из всех, что я видел за этот день, и поскольку на ней не было такой мелочи, как лифчик — будто это совершенно нормально, — я отчётливо видел её форму.

Она держалась чрезмерно спокойно и равнодушно. Я сразу отвёл взгляд.

— Я пойду спать в коридоре. Если над головой есть крыша и есть одеяло, мне хватит.

— Тогда мне станет тебя жалко. Спи хотя бы в углу комнаты.

— Знаешь что, я пойду спать в комнату сестры. Уверен, вся эта история — просто Палинхрон смеётся надо мной.

— Так? Знаешь, может, и так. Тогда иди. Но не забудь, что я выполнила его приказ и пригласила тебя в свою комнату. Понял?

— Да, понял. Не забуду... Ладно, спокойной ночи, Сноу.

— Угу. Спокойной ночи.

Выходя из её комнаты, я чувствовал лёгкое беспокойство от того, насколько странно она всё понимала. Она никогда не пыталась навязать мне своё мнение, а всякий раз, когда дело могло перейти в спор, сразу уступала.

По пути в комнату Марии я размышлял о том, что за человек Сноу Уокер. Сквозь окна коридора лился лунный свет, и я посмотрел наружу. В небе висела убывающая луна. Она ничем не отличалась от луны в моём мире; она тоже росла и убывала. Из-за этого понятия календаря и измерения времени были близки к привычным мне. Помести людей под одно и то же небо — и они придумают довольно похожие идеи.

Это совпадение тоже немного меня пугало. Всё было создано с такой степенью совершенства, что казалось, будто я танцую у кого-то на ладони, и приятного в этом было мало.

Вообще, если подумать, сегодня мне весь день было не по себе.

Неописуемая тревога всё время таилась за моей спиной. Неловкое чувство, которое я испытал утром, так и не ушло. Ни во время боя, ни во время разговоров. Навязчивое сомнение, что я что-то понимаю наоборот. Что я что-то забыл. Ужасное ощущение неправильности, будто я застегнул рубашку не на те пуговицы, и оно отказывалось исчезать.

С этим неприятным чувством я добрался до комнаты сестры.

— Эй, Мария, это я. Вхожу.

— Канами? — Её лицо просветлело. — С возвращением.

Даже вид любимой младшей сестры почти не развеял тучу внутри меня, но показывать ей мрачное лицо я не мог. Я списал всё на то, что нахожусь в другом мире, и заговорил мягко и ласково.

— Голова прошла, Мария?

— Нет. Стало немного лучше, но всё ещё есть слабая боль, от которой не получается избавиться. И ещё я чувствую себя как-то... странно. Будто я в чём-то совсем ошибаюсь... Немного неприятно.

Я удивился. Она испытывала то же, что и я.

— Мы в незнакомом мире. Ничего не поделаешь. Пока не думай об этом слишком много. Расслабься и отдохни.

— Хорошо.

У сестры было слабое здоровье, так что мне нужно было дать ей как можно больше покоя и отдыха. Я погладил её по голове.

— Слушай, Мария: у меня сегодня нет места, где спать. Не против, если я воспользуюсь твоей комнатой?

— Что? Конечно, не против. Вообще, я бы хотела, чтобы ты всё время оставался здесь.

— Понял. Хорошо. Тогда я займу вон тот стул.

— Тот стул? Ни за что! Раз ты здесь, спи со мной в кровати. Кровать достаточно большая, и раз мы брат и сестра, проблем нет!

— Подожди, но—

— Пожалуйста, Канами.

Тон у неё был твёрдый, а выглядела она встревоженной. Возможно, на самом деле она хотела, чтобы я был рядом, потому что тревога грызла её изнутри. Мы были братом и сестрой. В том, чтобы спать в одной кровати ради ощущения безопасности, не было ничего странного. Да, мне казалось, что мы уже немного слишком взрослые для общей кровати, но чрезвычайные обстоятельства требовали чрезвычайных мер, и я решил закрыть на это глаза.

— Пожалуй, можно.

— Здорово! — сказала она, счастливо улыбаясь.

Я лёг на кровать рядом со своей драгоценной младшей сестрой, и она нежно сжала мою руку.

— У тебя рука холодная. Приятно.

Она расслабилась, и напряжение покинуло её тело. Тогда я понял, что всё время, пока меня рядом не было, она была напряжена и насторожена. И конечно же. Её забросило в другой мир, она потеряла глаза и ждала брата в темноте... Как её сердце могло найти хоть какое-то облегчение? Несомненно, пока моё прикосновение не успокоило её нервы, у неё не было ни секунды душевного покоя.

Я решил продолжать спать вместе с Марией даже после того, как получу свою комнату гильдмастера. Я больше никогда не оставлю её одну. Я буду рядом с ней. И если я не ошибался, когда-то в прошлом я уже дал такое обещание...

Пытаясь вспомнить, что именно обещал, я закрыл глаза и отдал тело во власть сна. Рядом с семьёй засыпать было спокойно. И всё же эта назойливая тревога оставалась. Теперь, когда мы были вместе, брат и сестра, я должен был быть счастлив. Но было что-то, чего я никак не мог уловить.

Я слегка покачал головой и прогнал мысли. Давай сейчас просто поспим. Сначала главное: нужно выстроить для нас безопасное место в этом мире.

Я собирался зарабатывать деньги на лечение Марии и одновременно укреплять своё положение в Лаоравии. А для этого уже со следующего дня мне придётся проливать кровь, пот и слёзы. У меня не было времени сидеть и тревожиться.

Я повторял это у себя в голове снова и снова и, крепко сжимая руку Марии, заснул.