Оно разверзлось с новой силой. Сияние дрогнуло, белоснежная бесконечность пространства покрылась трещинами, всё равно сохраняя вид абсолютной безмятежности. Ландшафт покрылся волнами и где-то на просторах этого места густой вечный серый туман развеял два голоса.

- Когда он сможет прекратить своё буйство? – под пеленой виднелся темный силуэт, лицо и телосложение которого было слишком расплывчато, чтобы разглядеть хоть что-то. Голос так же звучал размыто и пространно, с большим эхом.

- Предполагаю, сейчас «там» всё нестабильно… Настолько, что он не может этого выдерживать. – второй голос, хоть и звучал всё так же неразборчиво, содержал в себе усмешку. Второй силуэт немного придвинулся к первому. – Скажи, ты действительно этого желаешь? Наше разногласие можно решить и более подходящим способом.

- Нет, нет, я нахожу этот путь наиболее справедливым. Тем более, будет не скучно понаблюдать за их старанием. Намного лучше, чем ещё несколько десятков или сотен лет величественно взирать на смертные миры и общаться с вами и вам подобными.

- Вы слишком категорична. Сейчас всё намного лучше, по крайней мере, слова и тон, которые вы употребили в предыдущем высказывании в данный момент не приведут в немедленной войне за честь и достоинство. Я просто закрою на это глаза и перейду к делу. – абрис поднялся с места, сделал пару шагов в задумчивости и развёл руками – два смертных сосуда. Два направления судьбы. Конечное намерение: разрыв линии судьбы одного сосуда другим. Так вы написали в письме.

- Всё верно. Вы посмели усомниться в важности роли моего направления в смертных мирах. Как вы упоминали ранее, в прошлом я бы уничтожила вас и всех ваших последователей, но сейчас «пророк» от моего имени будет направлен судьбой к верному исходу. – в руках у тени появился силуэт свитка – вы принимаете условия?

- Конечно. – на бесплотной бумаге появился большой символ, одним своим видом внушавший благоговение и смирение.

- Так же и с моей стороны. – второй символ возник рядом с первым, незримыми нитями образуя союз.

Тёмный пергамент мгновенно исчез, пара очертаний хранили молчание. Долина вновь погрузилась в безмятежность.