Пролог

Ночь облегает гигантский готический собор своим мрачным покровом, создавая атмосферу, пропитанную таинственностью и загадками. Тени танцуют на высоких стенах и складках массивных колонн, придавая им дополнительный шарм. Большие двери собора приоткрыты, словно приглашая смелых искателей истины внутрь своих священных просторов.

Шаги таинственного незнакомца едва слышны на холодных каменных полах,  не нарушая тишину залов, где еще недавно разразилась битва величественных масштабов. Несколько редких факелов, установленных на массивных колоннах, едва освещают путь, усеянный мертвыми телами, ведущий к алтарю, который является и троном.

На троне восседает увядающий человек, его тело изнеможенно под тяжестью гигантских доспехов, а его глаза едва-едва раскрыты, однако замечают пришедшего гостя. На его изможденном лице промелькнула едва заметная улыбка, словно он все это время ожидал именно этого момента.

Таинственная фигура продвигается медленно к трону, шаг за шагом, словно весомые решения принимаются с каждым прошедшим метром.

"Сегодня, похоже, действительно конец света", прошептал человек на троне.

Он запрокидывает голову назад и смотрит вверх, словно в поисках знаков истинной природы событий. Над алтарем, воплощая саму суть мистических противоречий, возвышается гигантская фреска, которую слабо проникающий свет полной луны делает различимой.

"Блудный братец вернулся домой", прозвучал голосом, пропитанным истиной и презрением, человек на троне.

"Хотел бы я увидеть твое глупое лицо еще хотя бы раз, но боюсь, что мой взгляд уже не способен распознать тебя." Он обращает свой взор к таинственной фигуре в плаще, стоящей перед троном.

Фигура в таинственном плаще медленно приближается к трону и останавливаясь в непосредственной близости от него.

"Пришло время исполнить свое предназначение", произносит владыка трона, чувствуя, как события неотвратимо движутся к своему решающему моменту.

Старик пытается встать с трона, но его изможденное тело сопротивляется, не желая покидать свое место власти. В это время незнакомец, скрывающийся под плащом, медленно извлекает из-под него кинжал, готовясь выполнить свою судьбоносную миссию.

Подробный образ фрески становится все более четким, когда свет луны проникает сквозь ее контуры. Изображенный на фреске герой сражается с драконом, который ведет за собой армию чудовищ. Взгляд владыки снова устремляется к этому эпическому сценарию, словно он искренне верит в силы судьбы и величие.

“Хорошие были времена.” - пытается прохрипеть старик.