Между золотистыми полями пшеницы простиралась, после сильного ливня, мокрая дорога и в направлении столицы Вироники ехала одна карета. Карета ехала в сопровождении гусар (легкая кавалерия), им был дан приказ сопровождать штабного офицера 7-го ранга до Генерального штаба Революционной Республики Бегаллии.

Между бескрайними золотистыми полями пшеницы простиралась мокрая, после сильного ливня, дорога. В направлении столицы Вироники ехала одинокая карета, которую сопровождали гусары.

Им был дан простой приказ сопровождать штабного офицера 7-го ранга до Генерального штаба Революционной Республики Бегаллии. Почему штабной? Потому что этот офицер работал в штабе, пока обычные рядовые воины отдавали свои жизни на передовой.

В военном училище обычно в первые годы дают общие знания, а потому кадеты распределяются кто куда. Кто-то выбирает путь штабного офицера, а другие боевого. Разница была в том, что одним легче продвигаться по службе, а другим нет. А так, тех и тех могут запрячь делать работу, которая не является их профильной. Например, штабного офицера могут оправить на передовую командовать людьми, а боевого в штаб. А в последние годы и вовсе перестали разделять боевых и штабных офицеров и стараются тех и тех обучить всеми знаниями. На сегодня данное разделение стало армейской традицией.

Штабного офицера, которого сопровождали, звали Бертран де Капет, он был брюнетом с золотисто-карими глазами. Являлся сыном аристократа. Его телосложение было средним при росте метр семьдесят девять. Его происхождение было типичным для тех времен. Мать его была горничной, а отец был герцогом дома де Бордо. Герцог своего сына считал не желанным и в семью его не принял, поэтому на данный момент Бертран носит фамилия своей матери. Обычный бастард, который родился, чтобы использовать. Хоть в этом веке и принято признавать бастардов, но темноволосому юноше не повезло.

К сожалению, когда Бертрану было семь лет, его мать умерла по неизвестным причинам. Ему сказали, что она умерла от неизлечимой болезни, но он сам в это упорно не верил. Он ненавидел почти всю семью де Бордо. Над ним часто издевались старшие дети. Когда он достиг возраста, чтобы самому решать свою судьбу, то он поступил в Военную Академию и после ее окончания стал офицером и его отправили в штаб 8-й армии, которая находилась на юге в порте Провэнц.

Из окна кареты можно было увидеть прекрасный пейзаж. Перед глаза представлялись те самые золотистые поля пшеницы и чистое голубое небо, как озеро без облаков несмотря на то, что вчера был сильный ливень. День был ясным. Это заставило юношу уйти в свои мысли.

Бертран начал вспоминать свое прошлое, почему он ненавидит своего отца и почти всю его семью. Зачем ушел в армию, хотя мог стать послом или освоить другую почетную профессию в благородном обществе. Его не признал герцог, но все равно юноша мог влиться в общество. Также он вспомнил как поссорился с сестрой, с единственным человеком, который не призирал его в семейном доме, хотя поссорились они, по сути, из-за пустяка.

Пустяк был связан из-за учебы в Академии. Его сестра терпеть не могла солдат и все, что было с ними связано. Она все это призирал и не хотела, чтобы ее младший брат ушел в армию. Из-за чего это было связанно, юноша не знал, но несмотря на это, он пошел в армию. Его сестра брала его на слабо, всячески устраивала скандала по этому поводу. Зачем он все-таки пошел в армию? Он считал, что таким образом не будет являться бельмом на глазу. Бертран не хотел постоянно быть помехой наследникам или как-то беспокоить герцога, ведь юноша был потенциальным наследником дома. Ссора с сестрой у них идет до сих пор. Они не обменивались письмами и поэтому никто из них не знал, у кого как дела. Он постоянно думал об этом.

По он размышлял о своем, за окном кареты стали появляться деревни. Некоторые были заброшенными, а другие были слишком малыми, будто вот-вот исчезнут или наоборот разрастутся. После революции и из-за высоких налогов, жители начали бежать более отдаленные районы страны.

Цены на зерно выросли и продавать его стало не выгодно обычным крестьянам, у которых основное занятие – это земледелие.  Земледелие является способ их выживания, а после насильственного набора в армию привело к тому, что урожайность упала. Недовольство народа росло, что стало приводить к стычкам, которые могут перерасти к новой революции.

Подъезжая к окраине столицы, глаза юноши невольно заметили разрушенные и заброшенные дома. Дома пострадали в результате погромов, которые сопровождались революцией. Некоторые здания были черными в результате пожара. Стекла выбиты, двери выломаны. На стенах была засохшая кровь.

На улице валялись бездомные и дрались за малейшую кроху еды. Были даже убитые в результате погромов и драк. Их давно почерневшие трупы гнили, источая смрадный запах. Дороге были в следах застывшей крови, которую дождь не смог смыть. Но чем дальше карета въезжала в столицу, тем становилось лучше. Дома были более и менее целыми, а переулки более оживление, словно всего это ужаса, что был ранее, не было.

Из его раздумий юношу вырвал старческий и хриплый голос кучера, чье лицо было закрыто кепкой, а под губой росла седая борода:

- Господин солдат, мы на месте!

- Спасибо за поездку! – после этих слов юноша вышел из кареты.

На улице уже встроились гусары, следя за каждым шагом Бертрана. Они его сопроводили до кабинета, который находился в здании, где располагался Генеральный штаб страны. Было шумно. Курьеры с важными бумагами бегали туда сюда, а у офицеров уже от усталости бледнели лица.

Юношу вели как заключенного. Перед тем как войти в кабинет он постучал. Не дожидавшись ответа, юноша вошел. Темноволосый юноша увидел статного генерала, с седыми волосами, которые ложились назад с помощью средств гигиены. Усы у него были закручены и по бокам свисали узкие бакенбарды, которые сейчас в моде у мужчин его возраста. Лет ему, наверно, было далеко за 50. По его мрачному лицу было понятно, что он пережил не одно сражение в своей жизни.

Юноша, как и положено, представился:

- Господин генерал, штабной офицер 7-го ранга Бертран де Капет, прибыл по вашему приказу!

- Хм, говоришь Бертран Капет… Да, я ждал такого… – пауза продлилась несколько секунд и после он продолжил, когда положил стопку важных бумаг – Так, начнем…, наверное, с хорошей новости. Вы господин Капет будете повышены до штабного офицера 6-го ранга за спасение батальона от полного окружения и уничтожения — сказал он все этого громко, но очень спокойным голосом. Все, как и было положено такому опытному командиру.

- Так точно! – ответил юноша, внимательно слушая генерала.

Бертран думал, что его будет ждать суровое наказание, ибо делал он все без прямого приказа. Даже большее, он нарушил приказ и отступил. Он заглотнул громко свою слюну и смиренно ждал сурового наказания, ведь была и плохая новость.

- Но! – сказал он со строгим голосом и продолжил – Хоть вы и спасли солдат из окружения, вы без разрешения оставили орудийные батареи и тем самым враг их захватил! Отступили от занятых позиций, не получив приказа. Смотря на ваше происхождения и действия, вас в качестве наказания переводят во форт Эльбун. Вам повезло, что не на гильотину... – он не стал договаривать. Его лицо помрачнела, так как вспомнил, кого туда отправляли.

У всех, кого были хоть намеки на знатное происхождение либо отстраняли от должностей, либо на гильотину. Случаи, где аристократы продолжали работать, были исключениями.

- Приказ понят! Разрешите откланяться? – громко попросил разрешения Бертран. Было видно, как его лицо побелело, когда узнал, что он мог умереть за необдуманные действия. Он не был из тех, кто готов попрощаться с жизнью.

Генерал махнул рукой, и он вышел из кабинета. Стояв у двери, он подумал:

«Меня решил отправить в горячую точку… Хотя это лучший вариант событий, который мог быть.» - ему было недо веселья. Шатаясь, он двинулся к выходу и показал приказ гусарам, что он помилован. Это было сделано для того, чтобы они его не задержали.

******

На дворе было 13 августа 956 года. Отчет велся с падения Великой Ромеи. Бегаллия находится в крайне тяжелом положение.

В стране полгода назад произошла революция, но необычная. Великий Франсуа де Жиндормин являлся правой рукой короля Луи II де Октавиан. Он был маркизом, и он так же должен был стать мужем 3-й принцессы Матильды де Октавиан.

Принцесса всеми силами этого не хотела, так как не любила некрасивого мужчину. Возможно, у нее были и другие причины. А после того, как прознала, что Франсуа хочет стать следующим королем, если жениться на ней и убьет всех законных наследников по мужской линии, то и вовсе возненавидела его.

Для обычных обывателей эта история стала запутанной и мутной.

Матильда сбежала из дворца неизвестно куда, Франсуа не отчалился, и он стал готовить переворот против короля с помощью революционеров, которые хотели свержения короля. Король уже на тот момент стал его марионеткой. Его Величество сильно доверял своей правой руке.

Братья принцессы заметили подготовку к перевороту очень поздно. Они быстро собрали своих вассалов и сбежали из дворца за поддержкой к другим правителям. Старший убежал за помощью на Восток в Священную Австрийскую Империю. Он надеялся, что Император даст ему необходимую помощь. Второй наследник убежал куда-то на Север. А четвертый принц скрылся на Юге в Королевстве Иберия, подальше от грязной политики, которую так не любил. Он вообще был особенным среди все принцев и на нем еще в детстве положили крест. Он еще до всех этих событий сбежал из дворца.

После революции Франсуа издал пару бесполезных указов и временно объявил страну Республикой, чтобы утихомирить революционно-буржуазные массы, большую часть которых были крестьяне недовольными высокими налогами и несправедливостью со стороны знати. Он также казнил короля и его жен. Бегаллия была единственной страной, где только Король мог иметь несколько жен.

После указов остались только радикальны, которые сбежали за границу за помощью. А те, кто остался в стране, сформировали подполье. Также в стране начали появляться различные религиозные культы, но их в серьез никто не воспринимает. Ну с кем не бывает, поехала крыша и что дальше?

На данный момент в стране оставалась грозная фракция – это фракция роялистов. Аристократов убивали, но те, кто занимался землевладением, все еще живы и составляют существенную силу роялистов.

Сама по себе фракция довольно могущественна, но сейчас она разделена на несколько групп, которые поддерживают своего кандидата из выжившей королевской семьи.

Роялисты активизировались только после казни королевской семьи, из-за чего по всей стране начались массовые стычки разного характера. Они подавляются с переменным успехом.  Но это лишь повод для выступлений. В основном беспорядки вызваны с разрухой и бедной жизнью, которая пришла вместе с революции. Неурожайные годы, рост цен на зерно, невозможно продавать зерно – это стало проблемой для новой власти.

Сейчас страна в огне и стоит на пороге гражданской войны, которой могут воспользоваться враги.

После революции и казни короля Император решил поддержать старшего наследника, который был его племянником. Хотя пошли отвратительные слухи, что он был убит своим дядей, так как после того, как старший сын сбежал, то после этого он не появлялся.

У Императора была власть на всей Священной Империей, и он хотел всю мощь направить против Бегаллии, но в последнее время его власти противостоит его главный противник король Браденбурга. Король также был против вступления всей Империей и решил сформировал свою фракцию для получения титула главы всей Империи. Хотя в последнее время власть король Браденбурга уменьшается, а сам он слабеет.

Императора выбирается путем голосования, однако династия, к которой принадлежит нынешний Император, является у власти Империи уже несколько столетий.

Война велась довольно вялой и только через полгода после революции при помощи поддержки северных Перенейских государств был взят южный порт Провэнц. Это сильно ударило экономически по Бегаллии. Однако соседи, видя это не стали на нее нападать, так как армия Бегаллии все равно осталась самой сильно и дисциплинированной армии континента Азеля, а также умелись на границы мощные фортификационные сооружения.

Противники заняли выдержанную позицию. Никто не хотел вступать в войну, которую могут проиграть.

На Юго-востоке находятся Перенейские государства, северные государства Перенеи являются вассалами Императора, хотя они постоянно восстают против него, а центральные и южные находятся под властью Божественной области.

На Юге простирается Королевство Иберия, она не заинтересована в войне с Бегаллии, так как сейчас она истощена от колониальных войн и у нее экономический кризис из-за огромного притока серебра из Нового Света.

На Севере граничит Торговая Королевство Голанд. Элита в этой стране состоит из торговцев вместо аристократии, а король выбирается Сеймом. Голанд находиться в выжидательной позиции для захвата своих национальных территорий и не рвется пока в бой с Бегаллией из-за слабой армии, но зато у нее сильный флот, который может конкурировать с Великим Королевством Уэльс.

На Северо-западе расположено островное королевство Уэльс. Король данного государства имеет претензии на трон Бегаллии и ждет, как Голанд мощной гражданской войны. Но верхушка не поддерживает его притязания на трон, потому возможно войны и не будет. Верхушка не хочет воевать за какие-то территории на континенты, так как было уже множество неудачных попыток.

На Севере-востоке и Востоке Бегаллия граничит с двумя герцогствами Рейнбург и Баденбург, с которыми происходят постоянные пограничные стычки. Вероятно, всего они вступят в войну на стороне Императора, ибо тот мог много чего им пообещать.

На Востоке расположено Высшее Королевство Шварцбург. Население – это ассимиляция немов и горных варваров. За последние пятнадцать лет не было ни одной стычки с этим государством, так как король Луи II был женат на принцессе Шварцбурга, но неизвестно как это государство поведет себя после казни принцессы.

Форт Эльбун единственный бастионный форт, который граничит с двумя герцогствами и королевством, и которое защищает прямую дорогу в столицу с Северо-востока и Востока.

Бегаллию, возможно, ждут более тяжелые времена.

******

На севере в 45 км от форта Эльбун и в 3 км от границы с герцогством Рейнбург была деревня под названием Калм. Малонаселенная деревушка, которая вмещала в себя еле-еле сорок человек. В ней расположился один эскадрон драгунской кавалерии или же около ста пятидесяти всадников.

В деревне они выполняли функцию противодействия вражеской разведки. Они должны либо всячески мешать противнику, либо гнать врага обратно на территорию, либо его выслеживать.

Естественно, гусары и драгуны гнали врага обратно на территорию. Но на данный момент они также выполняли другую функцию – это обеспечения связи с фортом, так как второй эскадрон уже гусарской кавалерии отправились на вражескую территорию для разведки. Благодаря этому у форта есть возможность заранее узнать о нападении врага.

Был один всадник, которой сейчас ничего не делал. Он был совершенно обычным. Его глаза и волосы были каштанового цвета, как кора дубового дерева. А его рост был средним, как и телосложение. То есть ничего необычного при встрече с ним – не увидишь.

Ему было скучно, а его лицо выражала усталость, словно его заставили чем-то заниматься, но другого выхода у него не было. Скорее всего он хотел, чтобы разведчики поскорее вернулись с хорошими новостями. Такие мысли были у всех. Это было связано с тем, что всем нравилась теплая и сухая казарма.

- Эй, чего такой кислый? – к нему кто-то обратился. Но когда каштанововолосый юноша обратился, то сразу узнал своего приятеля.

- А? Это ты, Карл? - ответил меланхолично юноша.

- Тоже думаешь, как поскорее вернуться в форт? - его друг был крепким парнем. У Карла были голубые глаза цвета летнего голубого неба, которые по-доброму на тебя смотрят. Не короткие светло-каштановые волосы спадали на его такого же цвета брови.

- Ага… А ты проницателен, как и всегда… - продолжал меланхолично отвечать юноша.

- Не вижу в этом ничего проницательного, здесь каждый второй думает, как поскорее вернуться в теплую казарму, если не каждый первый.

- В этом году август какой-то слишком холодный… Поскорее бы в теплую казарму…

- В этом году слишком много ягод, я думаю, что зима будет холодной.

- Как ты так определил по ягодам? – юноша заинтересовался неожиданным высказыванием друга.

- Точно! Ты же не деревенский! И про предания мало что знаешь! - воскликнул Карл, но сразу же продолжил – По преданиям, которые рассказала моя бабуля, если слишком хороший урожай ягод, то зима будет очень морозной, а ягодами в основном у нас питаются неперелетные птицы, и поэтому природа дает им шанс на выживание зимой, давая богатый урожай.

- Интересно, а ты уверен в точности того предания? – у юноши были сомнения.

- Полностью! Моя бабуля еще ни разу не ошиблась!

- Ну, как знаешь… - его ответ был кратким, ибо каштанововолосый юноша был удивлен, особенно тем, что он всегда считал, что все люди думают рационально и в какие-то предания не верят. Он был из семьи торговцев, потому он мыслит рационально и считает, что другие также мыслят. Хоть торговцы – эта такая профессия, где нужны не совсем рациональные способности, но наш юноша занимался в основном финансами, за которыми будущие. Впрочем, он так верил, а как на самом деле будет – неизвестно.

Неожиданно для всех прозвучал сигнал о нападение:

- Что происходит?! - встревоженно спросил юноша.

- Не знаю, Альбан… - растеряно ответил Карл. Для него это также стало неожиданностью.

Они переглянулись и побежали к лошадям, несмотря на такую неожиданность.

Эскадрон вскоре построились на холме, который находился рядом с деревней. Вдалеке Альбан увидел густой черный дым. Он сразу подумал, что могло в такое время гореть? Вряд ли это могло быть какое-то поселение, так как ближайшее поселение находиться уже на территории врага, если конечно это не какие-то другие постройки.

Например, гореть могли мосты через крупную и глубокую реку Борджи. Но тогда кто их решил сжечь? Враг? Юноша думал, что врагу это не выгодно, потому это могли быть союзники? Но они должны были давно вернуться с докладом. Юноша решил поделиться со своими переживаниями с другом:

- Как думаешь, что это?

- Кто знает... Я надеюсь, что это не нападение врага, а то сейчас для нас это не выгодно. Ну как нам, мне. Я не хочу воевать, особенно когда тебе скоро в отпуск.

- Я с тобой полностью согласен…

Их капитан отправил несколько всадников на разведку, а остальные остались на всякий случай готовиться к бою с противником.

Минут через десять вернулись разведчики, посланными капитаном. Они возвращались не одни, а с эскадроном гусар, которые являлись союзниками. Первое, что попалось на глаза – это их внешний вид. На них живого места не осталось, а второе – численность. С разведчиками, отправленными капитаном, возвращалась треть эскадрона гусар.

Когда они приблизились кто-то из всадников гусар поскакал к капитану. Это скорее всего был капитан или его заместитель. Юноша не мог разглядеть опознавательные знаки, поэтому гадал. Командиры обменялись парами слов, после чего капитан драгунской кавалерии дал приказ всем расходиться, а сам скрылся в избушке старосты, которая использовалась как временный штаб эскадрона.

Через некоторое время случайным образом были выбраны несколько гонцов. Юноше повело, что он не стать им, так как это работа очень выматывающая. Целый день на седле – это, мягко говоря, не удобно, особенно если ты на быстро скачущей лошади. Это сильно выматывает как физически, так и психически.

Те, кто остался, начал расспрашивать гусар, что произошло, что за дым и почему их так мало. Их рассказы разняли, но можно было выделить общее. По их словам, герцогство Рейнбург начало наступление, а сами они попали в засаду, поэтому вовремя не смогли отступить и вернуться. Также из рассказа оказалось, что черный, густой дым — это горящие мосты, которые подожгли, когда они отступали.

И это удачно совпало с сезоном дождей, ведь река из-за дождей сейчас начнет выходить за берега и организовать переправу противнику будет гораздо сложнее. Благодаря этому враг не сможет форсировать реку Борджи какое-то время. То есть они выиграли дополнительное время для организации обороны форта.

Их худшие опасение сбылось. Осенью будет очень трудно оборонять форт, так как союзная армия вряд ли вовремя прибудет. По горным дорогам, которые связывают форт и страну будет размыта, а путь будет тяжелым для многотысячной армии с обозом и орудиями.

Альбан надеялся, что в войне ему не придется участвовать и он вернется домой после призывной службы. Но походу Боги на это смотрят по-другому.

Вечером того же дня, закончив поить лошадей, юноша отправился в избушку, которая была оборудована под временную столовую для солдат. В столовой его окликнули:

- Эй, Альбан, я здесь!  — это был Карл, он сидел за большим столом, которая была оборудована для принятие еды. Каштанововолосый юноша пошел к нему и сел напротив него.

- Что думаешь на счет случившегося?  - не успев сесть, Альбан спросил своего друга Карла.

- Что-что… скорее это война, в которой мы не хотели участвовать… - он взял маленькую паузу и через силу продолжил с угрюмым лицом– У нас в любом случае нет выбора, кроме как сражаться.

- Карл…

- Что такое?

- Ты… когда-то убивал человека? Я вот никогда… - юноша задал интересующий его вопрос.

- Да… Было дело… правда давно… - немного помолчав, Карл продолжил говорить – Это произошло еще до того, как меня призвали в армию… Однажды на нашу деревню напали разбойники. Я гулял по лесу и искал свою младшую сестру, пока родители отсутствовали по делам. Когда нашел сестру, то мы отправились домой. Возвращаясь, я заметил дым и вспомнил, что в том направлении моя деревня… Я сильно испугался. У меня остановилось дыхание, а самому стало очень плохо… но тем не менее я отправил сестру обратно в лес и как пуля побежал в деревню. Дальше у меня все как в тумане… Я… помню, что меня вырвало, но тогда было не до этого…

-А, что случилось с разбойниками?»

- Не хочу воспоминать… но могу сказать, что деревня была спасена патрулирующей ротой солдат, которые установили свои условия.

- Какие условия?

-…

Между ними образовалась мрачная атмосфера. Они друг другу не могли ничего сказать, неизвестно сколько это продолжалось, но на Альбана резко нахлынули неприятные эмоции. Он решил извиниться перед своим другом:

- Прости меня… - каштанововолосый юноша поспешно вышел из-за стола, не доев свой ужин и ушел из столовой. Он не выдержал такую атмосферу.

Весь оставшейся вечер он сидел на холме и смотрел на вечернее небо, которое не спешно заменялось ночным, пока юноша пытался подавить свои нахлынувшие и неприятные чувства.

Остальные занимались ранеными, готовились к отбытию в форт и помогали подготовиться жителей к эвакуации.

Ранним утром следующего дня они отправились обратно в форт.

******

27 августа 956 год

Из окна кареты уже можно было увидеть форт Эльбун. До него из-за сезона дождей пришлось ехать долго. Путь занял около трех неделей, хотя обычно это занимает почти полторы недели, а в некоторые случаи и меньше.

Форт являлся крупным бастионным фортом, который мог, вместит в себя пятнадцать тысяч солдат, что составляло почти половину полноценного корпуса.

Бастионный форт был впервые построен в 789 году королевством Этрусс, что находиться на севере Перенеи. Тогда форт был простеньким, но в то время это уже вызывало много вопросов, как его захватить с минимальными жертвами. Стены обычных замков строились полностью из камня и бронзовым пушкам или бомбардами было легко пробить стены таких замков.

Бастионный форт стал революционным открытием, так как сначала шла первая линия стены, которая была спереди. Потом вторая, которая была сзади и между первой и второй стенами засыпали грунт и древесину, что заставляло бронзовым орудиям трудности в пробитие стен, потому что грунт из древесины подавляли разрушительный импульс ядра.

Но самое интересное было то, что существовали выступы от стен. Они были сначала полукругом, а затем стали треугольными, которые получили название бастион. Благодаря бастионам у крепости пропадали мертвые зоны, которые были у замков. При штурме они могли прикрывать друг друга.

Также вокруг форта выкапывался ров для того, чтобы вражеские ядра не попадали в основания стены и также являлось преградой для штурмующих.

За королевством Этрусс, стали повторять другие северные Перенейские государства, что ознаменовало началу борьбы за независимость от Императора, которая продолжается до сих пор с переменным успехом.

За то время много произошло в модернизациях бастионных фортов. Например, они стали иметь форму больше похожею на звезду. Как раз форт Эльбун имеет форму звезды.

Также на примере Эльбуна, перед рвом появился укрытый путь, где размещалось часть защитников, которая не допускала вражеские орудия подойти ближе к форту. Также между бастионами появилась блок стены под названием равелины, которые были независимым от основной стены, и который стоял между бастионами.

На стенах фортов стали использовать вместо зубчатых укрытий сплошные амбразуры, так как зубчатые укрытия из стен при попадании в них ядра, доставляли огромные потери для защитников крепости.

В общем на данный момент форт Эльбун являлся одним из крупных фортов в мире и пока что не приступным.

Карета с Бертраном въехала в форт Эльбун.

Темноволосый юноша вышел из кареты, когда та остановилась, и первым делом отправился в командный пункт форта, где он должен узнать, какую работу ему надо будет выполнять.

Найдя кабинет генерала, командующего фортом, Бертран постучал в дверь.

Оттуда донеся голос, который пригласил его войти внутрь. Юноша вошел в кабинет. Войдя, он увидел стройного с широкими плечами человека в рассвете сил, вернее он давал ощущения так думать, что он в рассвете сил.  Ему, наверное, было где-то лет пятьдесят.

Его полностью лысая голова сверкала под солнечными лучами, которые пробивались сквозь окна кабинета. Хоть у генерала были небольшие бакенбарды, но со стороны это выглядело очень странно.

Но независимо от этого, юноша сразу его узнал, так как человек, стоявший перед ним, был героем Бегальско-Шварцбурской войны, которая была где-то семнадцать лет назад. Его звали Августом де Валуа и благодаря той войне он получил титул Маркиза. Хотя в настоящие время такая награда является бесполезной. По слухам он предан старшему принцу Людвигу. Хотя такие слухи на данный момент спорны, ибо он присягнул знамени революции.

- Господин генерал, штабной офицер 6-го ранга Бертран де Капет, прибыл по приказу генерального штаба! – пока юноша представлялся, он передал генералу письмо с приказом.

Генерал взял письмо. В это время Бертран стал осматривать кабинет. Кабинет был не слишком дорогим и не слишком дешевым. Была книжная полка, а рядом со столом был диван для приема и переговоров.

На стене весела популярная картина. На полотне был изображен легендарный герой Бегаллии.  У него были черные, как смоль, волосы и алые, как кровь, глаза. Одет он был в доспехи цвета его волос, а также был плащ фиолетового цвета, на котором была изображена черная роза – символ легендарного героя и свергнутой на данный момент правящей династии.

На полотне герой вел за собой в бой королевскую гвардию, которая была одета в такую же одежду, но только плащи были темно-синего цвета.

Когда генерал дочитал письмо, то сказал следующее:

- Я получил до твоего приезда письмо от генерального штаба, что ты прибудешь сюда. - он говорил властным голосом – Я слышал, что у тебя были отличные оценки по фехтованию и стратегии в Академии. Это правда?

- Так точно! - в шахматах он был не очень хорош, но для Академии это было отличный уровень, хотя другие тоже не отставали, так как шахматы развивали гибкость ума. А вот в фехтовании были все лучшие, так как будущее офицеры практиковали только вертикальные и горизонтальные взмахи.

Никто и никогда не обучал настоящему искусству меча, да и практически уже не осталось мест, где могли бы этому обучить.

- Отлично, ты будешь одним из помощников главного стратега и иногда помогать казначею, а на поле битвы будешь командовать 24-м батальонном. Все понятно?

- Так точно! - когда юноша становился штабным офицером, то всегда думал, что он будет работать документами, но потом уже после обучения он узнал, что они также участвуют в битвах. Бертран был этим шокирован, так как никогда не хотел оказаться на передовой. Хотя должность помощника казначея тоже его шокировала, так как это не совсем офицерская должность. Ее принято выделять как гражданскую и отдавать в обязанности гражданским чиновникам.

- Хорошо, если тебе кого-то или что-то надо найти, то обращайся к прапорщикам. - он сделал паузы, чтобы вспомнить все ли рассказал. Однако ничего не вспомнив, сказал– На этом все, можешь идти.

- Есть! - юноша сразу же развернулся и вышел из кабинета и направился искать казарму, где он будет жить.

******

Днем юноша уже находился в своей комнате, которую ему выделили. На удивление это была не казарма. Комната была одноместной. Это было странно для штабного офицера 6-го ранга. В общем в ней было все, что нужно для работы – это письменный стол, свечи и полки для документов и книг и также кровать для отдыха и сна.

Через некоторое время кото-то постучал в дверь, и юноша ответил:

- Войдите! - в его комнату вошел посыльный.

- Вы, штабной офицер 6-го ранга, Бертран де Капет? -  спросил его посыльный, который стоял в проеме двери.

Он был молодым парнем, которого использовали как посыльного. Юноша даже на минуту ушел в ностальгию. В 8-й армии он также был в одно время посыльным, но тут же прервал свою ностальгию и спросил:

- Да? Вам что-то нужно? - темноволосый юноша не понимал, что от него хотят, поэтому и голос его звучал неуверенно.

- Я пришел передать вам послание от генерала! Сегодня вечером ровно в семь часов вечера будет совещание, в котором вы должны присутствовать, как помощник старшего стратега!

- Хорошо, я понял. - когда посыльный услышал удовлетворительный ответ, то сразу исчез за дверью.

Юноша был ленивым, потому он решил до начала совещания полежать на кровати. Только вот не долго лежал на кровати, так как если он будет выступать, как помощник, то ему надо встретиться со старшим стратегом. Но он понятие не имел, где его искать, потому ему пришлось найти прапорщика.

Найдя взглядом крепкого и толстого солдата с закрученными глазами, юноша направился к нему. Но с приближением к нему от него веяло перегаром, что заставило юношу сморщить нос.

К солдату, которому подошел Бертран, оказался прапорщиком. Несмотря на перегар, он выглядел свежим, словно он и не пил.

Не успел темноволосый юноша к нему подойти, как тот отдал честь. Как никак юноша был офицером, который по определению был старше прапорщика.

- Здравия желаю господин офицер 6-го ранга! - прапорщик немного напрягся, ибо по опыту знает, что если подходит вышестоящий, то это скорее всего выговор или глупый приказ.

- Вольно, мне генерал говорил, что я могу обращаться к вам если возникнут какие-то вопросы.

- Т-так точно! - каждый раз, когда он открывал рот, то из его рта выходил с новой силой неприятный перегар. Нос Бертрана уже к этому адаптировался и теперь ему это не мешало.

- Где я могу найти старшего стратега?

- Пфу-пфу-пфу… - он почесал затылок вспоминая ответ на непростой вопрос – Идите в командный пункт. Старший стратег обычно там сидит, но если его не будет…

- Тогда?

Прапорщик немного помолчал и ответил:

– Тогда спросите караульных, которые будут там стоять. Они обязательно скажут вам точное его местоположение.

- Благодарю вас!

- Рад служить! - прапорщик отдал честь.

Юноша направился в командный пункт в поисках старшего стратега. Этот пункт находился почти на одном этаже с наблюдательным. В наблюдательном естественно наблюдали за полем боя, а вот в командном решали важные вопросы.

Все это находилось в цитадели форта. Когда юноша искал казарму, то за это время успел изучить устройство форта, поэтому он и не стал спрашивать прапорщика, где находиться этот командный пункт.

Придя, Бертрана сразу же встретили караульные, охранявшие вход. Они были одеты в темно-синий жилет, из которого виднелась темно-серая рубашка, штаны были похоже на цвет рубашки, а на голове была черная треуголка, что создавало впечатление необученности, так как у многих уже были кивера.

Сейчас треуголку носила колониальная армия либо городское ополчение, но не как не профессиональная армия. Но в эти тяжелые времена одевались в любую форму. Например, в Бегаллии, кроме шварцбурских наемников и гвардии, была отличительная форма для батальонов, которую получали за военные заслуги. Эта была давняя военная традиция со средневековья.

Юноша остановился у входа в кабинет. На него коса смотрели караульные, словно они глазами ему говорили: «Кто таков и чего надобно?»

Бертран не стал медлить и сразу спросил:

- Где я могу найти старшего стратега?

- Он сейчас в столовой. - ответил один из караульных. Его черты лица были строги и страшными. Если бы ребенок в него врезался, а после увидел его лицо, то на месте бы обделался.

- Благодарю! – и сразу же постарался исчезнуть.

Темноволосому юноше пришлось продолжить свой поиск. Но по пути в столовую он краем глаза увидел странную личность в капюшоне. Ее миниатюрность не могла скрыть ни капюшон, ни плащ, в котором личность была закутана. Бертран, конечно, задумался, что такая странная личность делает в форте, но не стал зацикливать на этом свое внимание.

Войдя в офицерскую столовую, он увидел пожилого человека, которому, наверное, уже за шестьдесят лет с очень хрупким телосложением. Он быстро левой рукой улепетывал кашу, а правой делал пометки на карте. Одет он был простенько, а на плечах не было погон, из-за чего было трудно определить его звание.

Юноша долго стоял и рассматривал этого человека, пока к нему не подошла горничная и не сказала:

- Простите, но увы столовая сейчас не работает. - ее слова заставили Бертран отвлечься и собраться.

В принципе видеть горничных в фортах и казармах большая странность. Разве солдат не сможет сам себя обслужить? И этому есть объяснение. Когда-то давно был Король, который любил повоевать, однако был со странностями. И одна из таких – любовь к горничным.

От такого странного хобби у двора болела голова. Герцоги не знали, что с этим делать, так как Отец Церкви косо смотрел на эти увлечения, а Император был готов в любой момент начать войну по отлучению от церкви Короля. Была сложная борьба закулисами, но тем не менее все обошлось.

А хобби Короля добралось и до армии, даже до сих пор существует его указ, который обязал иметь в каждом форте, городе, где находятся войска, горничных, которые будут обслуживать в столовых солдат.

- Я не кушать пришел. Мне караульные сказали, что здесь я смогу найти старшего стратега, но… я его не вижу здесь. Не подскажите, где я могу его найти?

- Пф… - горничная засмеялась еле-еле его сдерживая, из-за чего юноша ушел в ступор.

«Неужто я сказал что-то смешное?» - но он не стал гадать и решил спросить прямо:

- Я что-то смешное сказал?

- А, нет… - она сразу вспомнила в каком положение находиться и тут же стала объясняться – Простите меня за грубость, но того, кого вы ищете, сидит вот за тем столом. - она показала на того, пожилого мужчину.

- Вы уверены? - темноволосый юноша подумал, что это какая-то шутка.

- Полностью – она улыбнулась задорной и легкой улыбкой.

- Ладно… - юноша поправил свою форму и двинулся в сторону старика.

Было слышно, как пожилой человек с удовольствием чавкал, поедая кашу.

- Кхм… кхм… - закашлял старик, он начал стучать себя по груди. Было понятно, что он поперхнулся. Бертран не стал медлить и стал стучать его по спине.

- Кха… ух… - с облегчением выдохнул тощий старик и повернул голову к молодому офицеру – Спасибо тебе сынок, чтоб я делал без тебя?

- Не стоит благодарности, но я хотел спросить об одном?

Бертран не стал дожидаться его разрешения и сразу спросил:

- А вы всегда за столом работаете во время обеда?

- Не за обедом, а за завтраком. Ну, а во-вторых, да… - грустно подтвердил старик и тут он спросил юношу – А чего ты тут делаешь? Время то, не обеденное.

- Я просто кое-кого искал…

- Хо-хо-хо, и кого же? Представьтесь пожалуйста, возможно, я смогу вам помочь, если узнаю кем вы являетесь.

«Да?» - на мгновение подумал юноша. У него были определенные сомнения, но все же представился:

- Штабной офицер 6-го ранга Бертран де Капет.

- Хо-хо, а вы вовремя пришли!

- Я вас совсем не понимаю. - несмотря на то, что служанка сказала, что этим стариком был стратег, темноволосый юноша все равно не мог в это поверить, если конечно не будет существенных доказательств.

- Ох, точно! Вот и настала моя очередь представиться!

- Я штабной офицер 3-го ранга Адель Гёто. Также я являюсь старшим стратегом в форте.

-… - юноша не знал, что сказать, ведь он до конца верил тому, что этот старик не мог являться старшим стратегом. Но несмотря на все это, ему казалось, что он уже слышал где-то имя этого старика, но никак не мог вспомнить.

- Ого, я не думал, что ты будешь шокирован! - он определенно спутал странное выражение лица юноши с шоком. – Я о тебе многое слышал от нашего генерала и могу предположить, зачем ты сюда явился. Хо-хо-хо, нам надо подготовиться к совещанию. Мадмуазель, принесите мне и этому юноше чаю!

- Слушаюсь. – поклонившись, ответила служанка и сразу же скрылась.

Старик какое-то время смотрел с завораживающим взглядом, как горничная уходила, а потом обратился к Бертрану:

- Ну а вы молодой человек, присаживайтесь.

Юноша послушно сел напротив старика. На столе лежала карта. На ней был изображен форт и местности вокруг него. Были отмечены туннели и шахты, даже их протяженность.

Что, куда вело, все это было изображено на карте. Это была крупная карта с детальными обозначениями, которые на картах большего масштаба не обозначаются. Старший стратег начал говорить, не дожидаясь, когда юноша начнет говорить:

- Два дня назад к нам вернулись два эскадрона кавалерии-разведчиков, и к сожалению, они сообщили не очень-то и хорошую новость. На данный момент войска Герцогства Рейнбурга пошли на нас войной.

- Они напали на нас!? – вот теперь Бертран был шокирован.

- Увы… И приходится сейчас думать, как нам организовать оборону. Ох-ох-ох, столько проблем… Никто даже не знает, может ли нам центральная власть или нет…

- Как я знаю, враг уже будет здесь через пять дней?

- О нет, ничего подобного! Наши кавалеристы не такие дураки! Им удалось сжечь мосты тем самым выиграли нам время где-то на неделю с лишнем, если не больше. - он говорил спокойным голосом –  Да… у нас много проблем, но и преимуществ не меньше.

- Разве 9-я армия не ветераны Шварцбурских войн? И как я знаю они закалены в приграничных конфликтах.

- Все это касается только тех, кто в армии больше хотя бы двух лет, а они сейчас на юге. Остальные же простые новобранцы, большую часть которых даже пороха не нюхало.

- …Я до сих пор не понимаю, зачем герцогству на нас нападать?

- Ну как зачем, я хоть политикой не интересуюсь, но даже я знаю, что это скорее всего ради новых земель. Этот край богат горными ресурсами. У тебя есть предложения по обороне?

- Я даже не знаю… а как раньше организовывали оборону форта?

- Хо… если быть честным, никак, так как форт за три десятка лет существования ни разу не осаждали… всех врагов разбивали в полях, да и то, это были не угрожающие армии. Потому у этого форта и бюджет маленький.

- Как так получилось?! Форт же стоит на пути столицы и вряд ли можно его как-то обойти.

- Ну тут все просто – единственный могущественный враг Шварцбург, а он как известно давно на нас не нападал.

- Получается у нас практически недееспособный форт?

- Ты читал отчет 34/79 от 914 года под №7?

- Вы имеете в виду взятие бастионного форта Рафаэля?

- Хо-хо-хо, удивительно, что ты знаешь! Я думал, что молодежь о нем не знает! Ты помнишь, как его взяли? - глаза старика начали хитро оценивать темноволосого юношу, что сидел напротив него.

Отчет говорит о прошедших событиях, что произошли в королевстве Минтая на Севере Переней. Тогда у страны были хорошие с ними отношения, и тогда Бегаллия отправляла им военных советников.

Однажды на крепость Рафаэль, в котором находились те советники, напала армия Императора под командованием Фридриха фон Бисмарка. Тогда в той армии находился один из лучших архитекторов фортификаций, он предложил одну очень интересную стратегию по взятию форта.

Перед штурмом надо найти слабое место бастионного форта, потом вырыть траншею параллельной этой стены, которая будет находиться на максимальной дальности стрельбы вражеской артиллерии. Затем от первой траншеи прокладывают перпендикулярно стене две зигзагообразные траншеи до середины дальности стрельбы. Тут надо вырыть параллельной первой вторую траншею.  Действия повторяются и от второй прокладывают три зигзагообразные траншеи до тридцати метров от укрытого пути, где будет находиться третья траншея.

Дальше пехота из третий траншеи закидывает гранатами укрытый путь и потом там размещается артиллерия, которая будет стрелять по бастиону до тех пор, пока не образуется склон, по которому пехоте будет удобно штурмовать форт.

Архитектор даже осмеялся предложить идею всем странам, у которых есть бастионный форт. Он попросил разрешить гарнизонам защищающие бастион сдаться, если те понимали, что они не победят. Так он хотел предотвратить лишнее кровопролитие. Это вызвало огромный резонанс в обществе. Эта идея до сих пор обсуждается, из-за чего возникают споры. Многие философы, которые проповедуют идеи гуманизма, поддержали его.

- Если не ошибаюсь, то там сначала нашли слабое место форта и затем вырывали траншеи для безопасного передвижения пехоты и артиллерии.

- Верно! - сказал он бодрящим голосом – Как думаешь, где у нас слабое место?

- Я думаю оно находиться в тылу в стороне гор, но вряд ли они его выберут, так как там твердая земля, из-за которой не получиться вырыть траншеи.

- Так, если они не могут атаковать слабое место, то как они поступят?

- Ну в целом карты на нашей стороне… Но они могут выбрать другое место или ждать подмогу в лице герцогства Баденбурга.

- Угу, вот только мы не до конца уверены, что они могут поддержать их, ибо у них самих претензии на эту территорию. Как помниться, они даже начали войну, выясняя кому должна принадлежать претензии на нашу территорию.

- А если они пошли войной, потому что их заставил Император?

- Возможно, но… в его империи есть пара препятствий и одна из них — это фракция возглавляемая Браденбургом.

- И что нам делать? Это ведь не отменяет того, что вражеская армия идет сюда.

- Видя эту карту, что тебе приходить в голову?

- Что приходит… - юноша серьезно задумался над вопросом старшего стратега.

- Несмотря на горы, они смогут нас взять в полную осаду, но у них будут проблемы. Одна из них – это горная почва. Если они хотят сделать систему траншей, то им придется ее подрывать. Также разведчики доложили, что приблизительно у врага тысяча инженеров и строителей. Возможно, ими можно будет в долгосрочной перспективе выкопать траншеи, но они должны знать о том, что центральная власть может послать сюда подкрепление, потому будут скорее всего ждать своего соседа с существенными подкреплениями.

- А может быть, что они знают что-то, что мы не знаем?

- То, что центральная власть вряд ли пошлет нам подкрепление, знаем только мы, а они только через хорошую систему шпионажа.

- Значит…

- Хо-хо-хо, определенно нет! У них столько денег нет, если, конечно, им не помогает сам Император, что вряд ли. - он показал пальцем на карту, а именно на линии разной толщины, что обозначали шахты. – Видишь эти шахты?

- Ну, да.

- Как мы видим по линиям, многие ходы в шахтах заброшены, а некоторые переплетаются на разных уровнях под землей. Раньше на месте форта был небольшой шахтерский городок, но после постройки самого форта, освоение полезных ископаемых сократилось, а позже и вовсе заморозилось.

- Это было связанно из-за того, что войскам было не до этого?

- И не только. Компания, которая владела этими землями, обанкротилась. А банкротство было связано с тем, что эту землю передали из ее собственности в собственность армии, однако королевская семья не стало это компенсировать, и так множество богатых залежь так и остались не разведаны.

«Зачем мне знать об этом? Что такого в этих шахтах, разве нам это интересно… Подождите!» - темноволосого юношу осенило.

- Вы хотите сказать, что есть подземные пути, что могут вести за пределы форта на несколько километров?

Старик улыбнулся и ответил:

- А тебе и не пришлось долго объяснять. Все-таки в этой вашей Академии чем-то, да и учат!

- Вы хотите устроить вылазку, которая отправит врага в бегство? Это вообще возможно?

- Хо-хо-хо! Ну конечно, если количество ходов под землей будет достаточно.

- Но почему вы не сразу сказали о своих намерениях и планах?

- Кто знает? - старик пожал своим плечами и взял чашку уже остывшего черного чая.

Юноша решил об этом не думать и задал новый вопрос:

- Но как мы узнаем, имеются ли такие выходы?

- Для этого нам нужно в архив и парочку свободных рук. Чтоб получить доступ в архив, нам надо попросить об этом генерала. Я думаю, что на совещание мы его попросим об этом. Эх, чай остыл, надо потихоньку собираться, а то нам уже пора идти.

- Так точно!

«Боже мой, это каким надо быть монстром, чтобы такой план за столь короткое время составить? Я бы в жизни не додумался»

- Я хотел спросить. - пока они собирались, Бертран решился спросить.

- Слушаю. – спокойно ему ответил старший стратег.

- Неужто вы тот самый Адель Гёто, что был правой рукой генерала при сражении возле леса Тенбург?

- Возможно, а возможно и нет. - старший стратег почесал свою легкую и седую щетину на подбородке.

- Вот оно как…

- Ну ладно, нам пора идти - посмеялся старик и пошел в сторону выхода.

Бертран и Адель Гёто пришли ко входу в командном пункте. Караульные отдали честь. В карауле уже стояли другие лица, которых темноволосый юноша не узнавал.

Войдя, юноша увидел несколько офицеров разных рангов, которые уже были в комнате и стояли вокруг большого стола.

Они о чем-то говорили, но Бертрану было не интересно. Он последовал за старшим стратегом.

Только с приходом генерала началось совещание.

На совещании в основном обсуждали организацию обороны форта. С организацией обороны, но все быстро пришли к единому мнению, ибо все любили действовать по теории написанными в учебниках.

Предположительно врага было около тридцати тысяч, что было почти в два раза больше обороняющихся. Также не было понятно, кто командует. Обычно если ты знал, кто твой противник, то мог ожидать некоторых действий.

Наконец старший стратег предложил генералу разбить армию противника, так как они с большой вероятностью будут ждать подкрепления из Баденбурга.

Услышав такое мнение, многие офицера зашептали. Все хорошо знали, что проводить вылазки против превосходящего врага опасно, поэтому рекомендуется отсиживаться в форте и отбивать штурмы. А если и делать вылазки, то только тогда, когда враг будет измотанным и измученным.

Генерал строгим голосом спросил:

- У вас есть план?

- Конечно, но он слишком сырой, потому прошу вас дать разрешение.

- Какое разрешение?

- Мне нужно зайти в архив, чтобы подкорректировать план и тогда на следующем совещание я его оглашу.

- Хорошо, я выдам вам его сразу же, как закончиться совещание.

- Сколько требуется денег на этот план? — это был стройный и худой офицер с растрепанными каштановыми волосами. Он своими двумя пальцами поправил свои круглые очки.

- Я не могу его подсчитать, так как я смогу узнать о инструментах, которые могут нам пригодиться, только после похода в архив. А если вам так сильно нужно знать, то я после совещания могу сделать набросок и отправить вам.

- Хорошо, я буду ждать наброска. - он немного был недоволен, но на данный момент он не стал возражать.

Через какой-то время совещание закончилось.

******

*Тук-тук*

В дверь постучали.

Темноволосый юноша еле-еле открыл свои глаза. Сквозь окно пробивались лучи света. Он потер свои глаза, пытаясь таким способом пробудиться.

*Тук-тук*

В дверь снова постучали.

- Да-да! «Иду!» — хриплым голосом сказал он.

Его ноги с тяжестью спустились с кровати. Посмотрев на наручные часы, он понял, что до подъема оставалось целых полчаса. Юноша быстро протер лицо влажной тряпкой и привел себя в порядок.

Открыв дверь, он увидел вчерашнего посыльного, у которого были синяки под глаза, вызванными недосыпом. Зевая, посыльный сказал:

- Уаааа, старший стратег ждет вас в архиве. -  в этот раз посыльный вел себя немного наглее, забыв о всяких манерах, и позволил себе зевнуть перед офицером.

Не дождавшись ответа, посыльный сразу же ушел, как договорил. Юноша еще долго стоял в проеме двери, пока не лег на кровать. Но уснуть он уже не смог, потому отправился в архив.

На улице было прохладно. С каждым выдохом выходил из носа пар. А после недавнего пробуждения, юноша весь дрожал. В здание было намного теплее, чем на улице. Он не знал где находиться архив, а беспокоить прапорщика не стал, ибо лучше не мешать ему дальше спать.

Но тут прям сам Бог решил ему помочь.

К нему на встречу шел со слегка румяными щеками прапорщик, который по идее должен был спать сейчас. Его походка ровна и строга. Между ними было большое расстояние, но этого хватило, чтобы юноша мог почувствовать перегар.

Когда прапорщик заметил офицера, то тут же отдал честь:

- Здравия желаю господин офицер 6-го ранга! Тоже не спиться, хе-хе - он был весел.

- Если бы… а вы случаем не знаете, где находится архив?

- Там же, где и наблюдательный пункт, но только на первом этаже!

- Спасибо вам.

- Рад служить!

Юноша двинулся в сторону наблюдательного пункта, а прапорщик с веселым выражением лица исчез в неизвестном направлении.

Дойдя до архива, караул преградил путь юноше со словами:

- Разрешение. - его голос был злым, будто он сейчас зарычит, как злая собака.

- Я к старшему стратегу.

- Без разрешения нельзя.

- А старший стратег здесь?

- …

- Ясно… - вздохнув, юноша отошел в сторону и стал ждать старшего стратега.

Неизвестно сколько времени прошло, но по ощущениям прошло очень много, пока старик не вышел из архива. Бертран уже был измучен таким долгим ожиданием.

- Хо-хо-хо, ты так быстро пришел! - посмеявшись сказал старший стратег.

«В смысли быстро!? Я его уже больше часа жду!»

- То есть быстро?

- Что? - удивлено переспросил старший стратег своего помощника. – Разве ты не должен был познакомиться со своим батальоном?

«Блять… Точно!» - Бертран в мыслях ударил себя ладонью о лоб.

- Как понимаю ты забыл об этом. Но ничего. Возможно, получишь выговор. Это не страшно, но главное, чтобы это не повторялось. Давай перейду к делу, держи письмо и отправляйся к казначею. Он находиться недалеко, в здании управления. Ты же знаешь где он?

- Да.

В отличии от архива юноша знал, где располагалось здание управления.

- Вот и отлично!

- А вы спали сегодня?

- По-моему лицо сильно видно? – старик пощупал свои морщины.

-«…»

- Я как зашел в архив, то сразу потерял счет времени, но зато эта ночка выдалась плодотворной, хо-хо-хо!

После разговора со старшим стратегом на обыденные темы Бертран отправился к казначею.

Где-то к началу дня, он уже стоял у входа в кабинет казначея. Дверь источала мрачную бюрократическую атмосферу, от которой у юноши пошли мурашки по спине.

У него никакого желания заходить не было, но передать письмо ему надо было. Он постучал три раза кулаком о дверь с большим интервалом и только потом вошел.

За столом сидел худой офицер, который занимался бумажной волокитой. Подняв свой взгляд, он через свои круглые очки начал всматривался в гостя. По его растрепанным волосам можно было судить, что он либо не спал, либо не расчесывает волосы, а может быть и то и другое.

- Здравия желаю майор, по приказу старшего стратега я принес вам письмо! - темноволосый юноша протянул письмо майору.

- … - майор беглым взглядом его читал, словно большинство слов были составлены по шаблону.

Бертран не осмеливался покидать кабинет без разрешения. Он ждал, когда мрачный майор напишет ответное письмо или попросит юношу покинуть кабинет.

Через долгие минуты ожидания майор со вздохом закончил читать письмо. Он посмотрел снова на молодого офицера и спросил:

- Вот тебе пример заявок, а вот письмо. По примеру ты должен составить заявки на список из письма. Напортачишь, будешь полжизни писать их, пока все не будет идеально. А как закончишь будешь перепроверять бюджет за десять лет и составлять новый.

- … - юноша был растерян. Он не мог поверить в то, что услышал. Бертран посчитал, что это какие-то галлюцинации из-за нехватки сна.

- Тебе что-то не понятно? – голос майора был серди.

- Н-нет!

- Тогда живо за работу! - чуть ли не крича приказал казначей.

Юноша тут же убежал, сверкая пятками. Он еще долго это будет вспоминать.

Когда он выбежал, то увидел прекрасную леди. Ее светлые волосы сверкали под лучами солнца, а голубые глаза были глубокими, как море.

Бертран даже на минуту забыл, что он убегал. Он становился как вкопанный, но леди даже не обратила на него внимания. Ее правильная осанка была ровна, а талия тонка. Сама по себе она была не высокой, где-то ниже Бертрана на полголовы. Она стояла возле кабинета генерала.

Неизвестно сколько бы еще времени бы стоял юноша, пока эта молодая леди не вошла в кабинет, а также пока не появился на горизонте мрачный казначей-майор.

******

Прошло больше недели. Она была очень напряженной.  Бертрану приходилось с утра до ночи заполнять бюрократические бумажки и вести налоговую книжку с расходами и доходами. Это был ад для юноши, особенно он проклинал себя за один случай.

Во время второго совещания, которое состоялось через день после предыдущего, старший стратег Адель Гёто рассказал стратегию, которую он предложил по разгрому вражеской армии. Изначально планировалось атаковать врага днем, когда он полностью выйдет из марша, вот только темноволосый юноша предложил атаковать ночью.

Однажды в Академии он общался с одним студентом, который обожал просто ночные битвы и думал, как их усовершенствовать. Этот человек постоянно о них разговаривал, он был еще тем фанатиком. Потому юноше во время совещания пришла одна мысль, а что, если атаковать ночью.

Конечно, он встретил сопротивление, но предложил особую тренировку для солдат, после чего старший стратег начал уговаривать генерала. Через долгие спору все пришли к компромиссу. Как это усложнило жизнь юноше? Все просто, помимо того, что надо было помогать казначею, у которого нагрузка увеличилась после предложенного плана, Бертрану приходилось еще помогать старшему стратегу и муштровать свой батальон.

Также приходя вечером в комнату, Бертран постоянно видел новые горы документов, которые должен был разобрать, проверить и потом отнести на подписание. Все эти документы были от казначея и всегда на них лежала записка, в которой было сказано, чтоб юноша сделал все это к утру.

Из-за этого он не высыпался. За все это время юноша поспал где-то около шестидесяти часов. Жизнь штабного офицера слишком сложна, чем выше ранг, тем больше ответственности и работы.

- АААААА! Ну, почему слишком много работы! - юноша ныл. На его глазах уже начали поступать слезы, как в дверь кто-то постучал. - Кха… Войдите» - он понадеялся, что его нытье никто не услышал, ибо могли выдать выговор за неподобающие поведение.

В комнату вошел солдат.

- Опять вы ноете?

«Черт!» - щеки Бертрана слегка покраснели от стыда.

Тот, кто вошел, оказался адъютантом 24-го батальона. Этот адъютант был высоким. Он был выше где-то на полторы головы темноволосого юноши. Лет ему было тридцать. Его длинные, но не очень, каштаново-рыжие волосы доходили до его мочек ушей.

Он, как и всегда, смотрел на своего командира своими зелеными глазами со странным выражением лица, словно он сейчас просто стукнуться головой, чтобы забыть своего начальника.

Над его губами была легкая растительность, за которой тот ухаживал.

- Забудь все то, что слышал.

- Ага, да.

- … - темноволосый юноша ничего на это не ответил.

- Все готово, понадеемся, что казначей вас снова не заберет. - адъютант сменил тему.

- Эх-эх… так не хочется…

- Опять ноете? – у адъютанта появилась легкая улыбка.

- Такое ощущение, будто ты мне угрожаешь?

- А вы что, не хотите выговор?

- Какой ты жестокий… - с этими словами Бертран со своим адъютантом вышел из комнаты.

Их разговор был типичным для тех, кто считал друг друга друзьями или даже товарищами. Их дружбе не мешает даже разные воинские звания. Но это было не всегда. С самого начала у них много что не задалось.

24-й батальон был не совсем таким дисциплинированным, как и остальные батальоны. Здесь были новобранцы, которые любили быковать, также сюда попадали те, кто провинился в других батальонах.

Естественно, качество батальона не зависело от их номера. Дисциплина батальона зависит от того, кто командовал. Но как никак дела 24-м батальоном были не так хороши, как хотелось юноше.

Ему надо было завоевать авторитет в их глазах, но сделать это стало сложнее после того, как он не пришел на осмотр. Также у солдат были презрительное отношение к штабным офицерам, в отличие от боевых.

Когда Бертран пришел на следующий день, то батальоном командовал его адъютант, тот самый каштаново-рыжий солдат. Они игнорировали темноволосого юношу. Рядовым было как-то все равно, ведь они следовали за лидером, а вот адъютант шел на принципы. Он не хотел, чтобы ими командовал какой-то штабной офицер.

Но и наш юноша не стал этим мириться, ибо на тот момент был составлен план тренировок батальона, а адъютант им не следовал. Бертран, в связи с этим, стал думать.

И его голову осенила одна идея. Если ему надо получить авторитет в батальоне, то ему определенно не следовало идти жаловаться командованию.

Он решил поспорить с адъютантом.

Темноволосый юноша предложил, если он сможет сделать так, что 24-му батальону будут завидовать, то он будет осуществлять командование, а если нет, то он подаст рапорт о просьбе снятия командования над батальоном.

По сути, ты начинаешь задаваться вопросом, а как можно добиться такой репутации? Обычно это происходило через битву. Вот батальон выделился во время битвы, и все начинают ему завидовать и хотеть в него попасть из-за того, что он просто получил определенные заслуги.

За это время у него появились плотные такие связи с казначеем и со старшим стратегом. И тут он решил ими воспользоваться. Например, с казначеем, он спорил три часа, чтобы тот дал разрешение на повышение затрат на еду для его батальона. Этот спор был тяжелым, так как казначей был в первую очередь экономистом, а не богатеем, который раздавал деньги налево и направо. Как никак в армии все равны, ну почти. Но Бертран смог в этом преуспеть.

Однажды, когда он бегал вдоль зданий и выполнял поручения, то увидел маленькую девочку, которая была одета в такую миниатюрную форму и была дисциплинированной. Но несмотря на все это она со стыдом обратилась к юноше, так как она потерялась.

Бертран сначала вообще ее спутал с мальчиком и подумал, что она ребенок какого-то беженца. На тот момент происходила эвакуация, где мог пройти враг, чтоб тот не устроил террор и не наживался за счет обычного люда.

Темноволосый юноша решил помочь, по его мнению, мальчику, но тот не говорил кто его папа и как он выглядел. Можно конечно было стоять на месте и ничего не делать, но юноша решил, что это тупо и неэффективно.

Поэтому он взял ребенка с собой в следующий пункт назначения, который по случаю случайности оказался кабинет казначея. Вы бы видели, как взволнованный казначей был удивлен, что его потерявшегося дочь нашел молодой офицер. И тогда Бертран узнал, что это был не мальчик, а девочка от чего уже удивился он.

Если так сравнивать, то дочь и отец были совершенно не похожи. Отец был строгим и мрачным, постоянно носил очки, а дочь была наоборот. Она была жизнерадостной, хотя дисциплина какая-то у нее была, которая явна досталась от отца.

И во время спора юноша воспользовался этим, чтобы убедить казначея.

Дальше он пошел к старшему стратегу, у которого были тесные связи с генералом и соответственно и власть была широкой. Бертран попросил его о том, чтобы тот его батальону облегчил бремя. То есть, чтобы он изменил расписание дежурств, чтоб их место дежурство было у складов. Обычно склады — это такое кошерное место и многие, кто хочет там дежурить. Во-первых, можно что-то стырить или наоборот хранить некоторые продукты батальона.

Все эти резкие изменения за пару дней подняли репутацию Бертрану в глазах батальона, а он со своим адъютантом сдружились.

Бертран и адъютант остановились на тренировочном поле, которое находилось за пределами форта. Все тренировки проходили за пределами форта, так как было просторно для обрабатывания всяких маневров и координации. Внутри форта чаще всего солдаты занимались строевой подготовкой и физической подготовкой.

Когда они пришел, Бертран задумался. Он до сих пор не могу поверить, что офицер 6-го ранга способен командовать целым батальоном на поле битвы.

- С чего бы начать… Точно! Начнем с лабиринта! - придумал юноша занятие для своего батальона.

- Батальон! Слушать команду! Мы начнем играть в лабиринт! - крикнул адъютант приказным тоном.

Часть солдат впало в ступор, как будто покинули наш мир, у других начали поступать слезы, а третьи начали ползти на коленях и просили не играть в нее. В общем они веселятся, от чего юноше стало завидно.

- Мне так завидно, ведь они такие счастливые…

- … - адъютант с непониманием на лице посмотрел на своего начальника, хотя он потихоньку стал привыкать к таким странностям своего командира. – Какой вы все-таки коварный человек.

- М? - Бертран не понял, о чем говорит его адъютант.

Адъютант и солдаты начали подготавливать местность для игры. Сама игра лабиринт очень проста, она как раз являлась частью тренировок, которые составил старший стратег с темноволосым юношей.

Игра заключается в следующем, участникам плотно завязывают глаза так, что видно было только тьму. Им надо пройти полосу препятствий ориентируясь на все чувства, кроме глаз. Так же выделяется один участник, который бьет по медным тарелкам и на этот звук должны ориентироваться участники. Тот, кто быстрее дойдет до источника звука, победит. Время ограничено 10 минутами. Проигравших ждет тяжелые тренировки, после которых игра продолжается.

Юноша предложил саму игру, а старший стратег добавили некоторые правила. Завязанные глаза, звук и тяжелые тренировки. Офицеры одобрили игру, так как тоже уверены, что она поможет хорошо подготовить солдат к предстоящему ночному сражению. Этой игрой тренируются и пехота, и кавалерия.

Пока батальон играет, юноша в это время сидел на траве и следит за ними, как проходит их тренировка и иногда посматривал на стену форта. Солдаты постоянно спотыкаются или врезаются в друг друга, хотя сейчас это происходит намного реже.

В поле зрения юноши случайно попала девушка. Приглядевшийся, он понял, что именно ее он видел у входа в кабинет к Генералу. У темноволосого юноши была хорошая память, потому было ничего удивительного, что он запомнил ее.

«Кто она и что она там делает?» - ему стало интересно, но, к сожалению, он не смог проследовать за ней, так как покидать свой пост – это нарушение устава. И он продолжил следить за своими подчиненными.

Наконец-то муштра батальона закончилась, они, как и всегда были измотаны. По своему плану юноша направлялся к себе в комнату. Однако чертов посыльный нашел его там и доложил, чтобы он направлялся к казначею за делами. Бертран предположил, что опять какая-то работа. Ему пришлось изменить свой план, и он направился в здание управление к кабинету казначея.

Придя, юноша сразу же заметил, что из-за двери не выходило никакой мрачной атмосферы. Это позволило ему расслабиться. С окончания тренировок прошло около часа.

Он, как и всегда, постучал о дверь три раза с большими паузами. Его стуки, словно говорили, что у него нет никакого желания заходить. Он так делал только с этой дверью, когда хотел войти к казначею.

- Наконец-то… - сказал казначей, как вошел юноша.

-… - темноволосый юноша не осмеливался спрашивать мрачного майора.

- Я хотел сказать тебе…

*Бах*

Прозвучал оглушительный взрыв, будто это была гроза. Возможно, казначей и юноша подумали бы, что на улице действительно гроза, но на улице светило яркое солнце. Они переглянулись и моментально вышли из кабинета в коридор.

Они были не единственными, кто так сделал. Многие также вышли в коридор, чтобы узнать, что происходит.

Юноша решил выйти на улицу, а за ним последовал майор. Они оба понимали, что внутри здания они ничего не узнают.

На улице солдаты бегали туда-сюда. Среди них были раненые. И только после этого Бертран и казначей увидели обломки.

- Господа офицеры! - издалека крикнул один из солдат, тем самым обращая на себя внимание майора и молодого офицера.

Они подошли к этому солдату.

- Что случилось? - спросил солдата майор.

- В-вам следует на это взглянуть! - нервно ответил солдат под давлением мрачного лица казначея.

-… - майор посмотрел на Бертрана и после этого сказал: - Хорошо.

Солдат их провел к северо-восточной стене. Поднявшись на самый вверх, они увидели огромное войско. Их флаги были полностью черными, а символы, которые были на них, из далека было трудно разглядеть.

Майор достал подзорную трубу и начал разглядывать их войско. Когда он увидел все то, что ему нужно было, он передал ее Бертрану.

Тот взял трубу и в первую очередь посмотрел на знамена. У них были флаги полностью черными, на которых посередине был желтый крест, а на желтом кресте был красный орел.

Это было войско Рейнбурга.

Юноша посмотрел на майора, а после снова на поле, где располагалось вражеское войско. Он произнес про себя:

«Ну что, Анри, с этого дня муштра батальона нашего подошли к концу…»

На дворе стояло 4 сентября 956 год.