Несколько дней назад я простился со столицей Калисом и вернулся в далёкий Город Дракона.

За всё это время я ничего не слышал о семье Фитц-Кларенс. Из столицы от них ничего не приходило. Не было ни гонцов, ни писем, ни каких-либо других вестей.

Гонец от Ричарда добрался бы до моего города быстро. Однако Ричард человек решительный и не стал бы тратить время на гонцов, будь у него желание со мной расквитаться. Следовательно, раз Ричард ничего не предпринимает, я склонен полагать, что моя угроза оказалась действенной.

От Эстер тоже не было ни слуху ни духу, а это значит, что Ричард крепко держит её в узде. Она бы уже давно была здесь и всячески мне докучала, не держи Ричард её в узде. Софи тоже должна быть в столице. А раз там с ними ещё и Аллен, то они не будут скучать. Мужчина, купающийся в любви добрых женщин, будет жить долго и счастливо.

Сейчас самое время забыть обо всех прошлых проблемах и двигаться дальше.

Вчера я получил неожиданный подарок в виде двух белокурых рабынь. А сегодня я спокойно наслаждаюсь чаем, приготовленным моей горничной, и просматриваю документы в своём кабинете. Кстати, вышеупомянутая горничная сидит напротив меня за столом и заметно нервничает.

— Хм, София, ты что-то новое добавила в чай?

Она заварила свежий чай с утра.

Сделав глоток из дымящейся чашки, я заметил во вкусе новые, незнакомые мне прежде нотки.

— А?!

Как только я задал этот вопрос, София вздрогнула и подскочила на стуле. Ручка, которой она писала, неподвижно зависла над столом, и раздался громкий стук, когда её колено сильно ударилось о столешницу снизу.

— София?

— Не-Нет, я ничего не добавляла! Чай совершенно обычный!

— Понимаю. Должно быть, я просто ошибся.

— Ни-Ни-Ничего не добавляла!

Она выглядела какой-то встревоженной, и я не мог понять почему.

Ну, вообще, София любительница понервничать по пустякам. Полагаю, беспокоиться не о чем.

В этот прекрасный день я решил посидеть на диване и насладиться видом из соседнего окна. При этом я медленно потягивал свой чай. От чашки исходил ошеломляюще насыщенный запах.

Моя горничная продолжает скрипеть ручкой, работая с какими-то документами. Со своего места на диване я отлично вижу Софию и любуюсь её колышущейся грудью, пока она низко склоняется над столом. Чем ниже она склоняется, тем лучше я вижу внушительную ложбинку между её грудями.

— ...

Что на свете может быть прекраснее этого?

Это зрелище вдохновляет меня на самые невероятные свершения.

— ...Это чистое блаженство.

— А? Т-Ты что-то сказал?!

— Нет, ничего особенного. Просто размышляю вслух.

— А, ну, ладно.

Я потягивал восхитительно вкусный чай и наслаждался видом покачивающихся грудей Софии. Пусть это время длится вечно. Разногласия с Ричардом и все прочие проблемы уже в прошлом. Прощай, Ричард. Прощай, Эстер.

В кои-то веки я по-настоящему отдыхаю.

Вообще-то, у меня ещё дел невпроворот, но я имею право отдохнуть несколько дней. Я так много работал в последнее время, что заслужил хороший отпуск.

— ...

— ...

В комнате слышится тихое царапанье ручки Софии.

Ничто больше не нарушает тишину.

Я отпивал один глоток за другим, прислушиваясь к мирному поскрипыванию ручки Софии.

Вскоре чай в чашке закончился.

Внезапно дверь в мой кабинет с грохотом распахнулась.

— Она... наконец-то появилась на свет! — В комнату влетела взбудораженная учитель Эдита.

А кто именно появилась на свет? Я бы так хотел услышать, что это дитя нашей любви появилось на свет, но мой сынок, к прискорбию, ещё не познал свободы. Мне бы хватило одной секунды, чтобы излить своё семя и осчастливить какую-нибудь особу благодатью материнства.

— Эдита, ты уже давно не выходила из своей комнаты. Чем же мы обязаны счастью видеть тебя сегодня?

— Я закончила книгу! Я написала... Я написала книгу, о которой мы говорили!

— О, тогда и впрямь есть чему радоваться.

Взволнованная учитель Эдита выглядит особенно миленькой.

Она прижимает к груди пачку бумаг. Она напоминает мне студентку, получающую диплом. Должно быть, это её рукопись. Я немного удивляюсь размерам рукописи, но учитель Эдита любит описывать всё очень подробно, так что её работы может понять практически любой читатель.

Именно благодаря тому, что учитель Эдита очень вдумчиво относится к своему труду, из-под её пера выходят по-настоящему шедевральные работы.

— Я хочу тебе первому дать прочитать свою новую книгу!

— Правда? Это ведь очень большая честь для меня.

— Ну конечно! Вот взгляни, по-пожалуйста.

Она протянула мне стопку бумаг. На верхней части первого листа я увидел крупное заглавие.

Там было написано: «Моё первое совместное исследование»

Учитель Эдита любит выбирать для своих книг названия, не имеющие ни малейшего отношения к обсуждаемому в них предмету. Очевидно, она очень рада тому, что наконец-то провела своё первое совместное исследование.

— Это всего лишь предварительное название... — Эдита застенчиво отвела глаза в сторону.

Ей, должно быть, трудно было найти подходящее название для своей книги и она думала над ним до самого последнего момента. Вероятно, она вчера засиделась допоздна, ломая голову над названием, и в конце концов решила остановиться на этом. Неуверенным в себе людям свойственно долго мучиться от нерешительности и в итоге принимать необдуманные решения, о которых они могут впоследствии пожалеть.

— Может, это название и оставим?

— А?.. Оно тебе нравится?

— Я думаю, что это название хорошее, Эдита.

— Но ведь я над ним совсем не думала. Это просто первое, что пришло мне в голову.

— Именно поэтому оно такое хорошее.

— Нет, это... это не так...

Учитель Эдита включила в свою книгу некоторые из моих наработок, и мне было приятно увидеть наши имена, стоящее рядом на обложке. Надеюсь, однажды мы напишем продолжение этой книги, где учитель Эдита подробно опишет первый раз, когда я в неё вошёл.

А пока я должен взять её книгу.

— Я прочту твою книгу сегодня вечером.

— Ох, здорово, что прочитаешь. Мне так не терпится исправить ошибки, которые ты найдёшь.

— Да, я буду читать внимательно.

Сомневаюсь, что найду в книге Эдиты какие-либо ошибки.

Я собираюсь просто насладиться книгой, поскольку очень интересуюсь алхимией.

— Кстати, Эдита, у меня есть к тебе один вопрос.

— Да? Что за вопрос?

— Где именно на тёмном континенте водятся те зелёные сильфиды, о которых ты недавно упоминала? Я буду очень признателен, если расскажешь о них побольше.

Для создания эликсира молодости, помимо многих других ингредиентов, мне также потребуются крылья зелёной сильфиды. Я уже стал знатным человеком и даже построил себе город. Более того, я наконец-то уладил дела с семьёй Фитц-Кларенс. Сейчас самое время заняться эликсиром молодости.

— Что... о нет... неужели ты на Тёмный континент собрался?!

— Я не знаю точно, занесёт ли меня туда судьба и когда это будет, но я хочу иметь эту информацию на тот случай, если когда-нибудь там окажусь.

— ...

Учитель Эдита почему-то не любила говорить о Тёмном континенте. И в этот раз она, казалось, не хотела отвечать на мой вопрос.

— Что, не хочешь мне говорить?

— Нет... не в этом дело.

— Если не хочешь, не говори, я не буду настаивать.

— Зелёные сильфиды обычно селятся в малонаселённых местах. Как и все, кто живёт на тёмном континенте, они невероятно могущественны, однако зелёные сильфиды обладают также более высоким уровнем интеллекта, чем большинство других существ. Они в основном похожи на любых других сильфид и не опасны, если их специально не провоцировать.

— Вот как. Это существа с высоким уровнем интеллекта.

Зелёные сильфиды очень умны.

Может, я смогу с ними договориться.

— Зелёные сильфиды живут в нескольких местах, но я лично видела их в густом лесу недалеко от южного побережья континента. Путешественники называют его лесом Швинна. Это большой лес, где много кто обитает, не только сильфиды.

— Лес Швинна. Я запомню. Спасибо.

Вот это-то я и хотел узнать.

— Хотя этот лес находится недалеко от побережья, но он всё равно на Тёмном континенте, так что...

Учитель Эдита недоговорила.

Она беспокоится обо мне?

Как же я этому рад!

Однако ей помешали продолжить. Раздался ритмичный стук в дверь. Тук-тук-тук. Стук сопровождался мужским голосом:

— Простите, мне сказали, что я могу найти здесь барона Танаку.

— Да, входите...

— Правда? Я бы не хотел вам мешать.

— Пожалуйста, входите.

Что это за чересчур вежливое представление? Мы все дружно уставились на дверь и она медленно открылась. А потом появился он сам. Странно, что я не узнал его голос.

Нейманн.

— Давненько не виделись, Нейманн.

— Да, барон Танака, я прибыл к вашим услугам.

Нейманн обратился ко мне таким официальным тоном, что у меня по спине побежали мурашки.

Этот тон офисного служащего мне слишком хорошо знаком.

— Когда прибыл в город, Нейманн?

— Я покинул столицу вскоре после нашего короткого разговора во время вашей аудиенции с королём.

— Ага, значит, сразу после аудиенции.

— Я планировал встретиться с вами раньше, барон, но вы всегда отсутствовали, когда я приходил навестить вас раньше. Приношу свои извинения за задержку.

Это правда. В последнее время мне приходилось много носиться из одного места в другое, постоянно занимаясь решением очень важных вопросов. Сразу же после возвращения из столицы я взялся за исполнение священной миссии. Я зачистил страшное подземелье, одержал победу над боссом и в конце концов заработал за свои труды целый мешок золота.

— Кстати, Нейманн, я вот что хочу сказать...

— Да?

— Эстер, возможно, и требовала, чтобы ты звал меня бароном, но ты её не слушай. Всякий раз, когда ты обращаешься ко мне подобным образом, я начинаю бояться, что меня снова отправят на передовую.

— Об этом не может быть и речи. Нет ни малейшего шанса, что я когда-нибудь буду так груб с представителем знати...

— Кто знает? Ты же видел, что происходило в замке. Может быть, теперь я и барон, но кто знает, когда мнение наместницы Фитц-Кларенс обо мне изменится? В следующем году я могу снова стать простолюдином и снова буду работать под твоим началом как авантюрист.

— ...

— Просто не воспринимай моё повышение слишком серьёзно и представь лучше, что мы с тобой на равных.

Наше с Нейманном сегодняшнее положение напоминает мне ту ситуацию, когда младший сотрудник компании переводится в новое подразделение, где в конце концов получает повышение и становится боссом, а затем его старый босс переводится в подчинённое ему подразделение. Сейчас я нахожусь в положении босса, и от этого мне неловко.

— ...Ну, раз ты просишь, то я постараюсь.

— Тогда давай говорить более неформально в дальнейшем.

— Да, хорошо.

Нейманн вздохнул и продолжил уже более непринуждённым тоном:

— И какую же работу ты хочешь мне поручить? Его Величество приказал мне помогать тебе всем, чем смогу, Танака. Я готов работать на пределе своих возможностей, по крайней мере, до тех пор, пока не закончится условленный срок.

— В таком случае, Нейманн, я был бы тебе очень признателен за помощь в управлении городом. Ты, как бывший чиновник высокого ранга, должен многое в этом понимать. Я ещё очень мало сведущ в этих вопросах и хотел бы научиться всему, что может быть мне полезно.

— Конечно, у меня есть некоторый управленческий опыт и необходимые знания, но в этих делах последнее слово всегда остаётся за правителем. В последнее время среди дворян принято передавать все свои обязанности простым чиновникам. Затем все достижения дворяне приписывают себе. А во всех возможных бедах винят чиновников.

Так вот какие господа в этом мире.

Они похожи на тех руководителей, которые прячутся в офисе, прикидываясь, что заняты важными совещаниями, а всю настоящую работу сваливают на нижестоящих.

— Я возьму на себя ответственность за всё, что получится в итоге, поэтому ты можешь действовать, как считаешь нужным, без каких-либо опасений.

— Да, я постараюсь...

Нейманн, скорее всего, рассматривает своё новое положение как наказание. Король приказал ему всячески мне помогать, и Нейманн просто не мог отказать монарху.

Мне очень жаль Нейманна, и я хочу, чтобы ему понравилось в нашем городе.

На самом деле я надеялся на помощь Нейманна в расследовании того, что там премьер-министр замышляет с землями вокруг Триклиса, но это доставило бы Нейманну массу ненужных хлопот. А раз так, я думаю, ему пока лучше остаться здесь и спокойно управлять моим городом.

— Отдохни пока, Нейманн, восстанови душу и тело.

— Э... н-нет, я только что приехал. Я могу сразу же приступить к работе...

— Ты выглядишь усталым, наверняка работа в столице была изнурительной.

Несомненно, Нейманну в столице приходилось нелегко, ведь ему отдавал распоряжения сам король.

Но Нейманн повёл себя совсем не так, как я ожидал, и мне даже показалось, что он впал в отчаянье.

— Может быть, я и устал, но всё же могу это сделать. Нет, я должен это сделать!

— Да? А ты уверен?..

— Мне очень жаль, если я чем-то дал понять, что не хочу быть здесь, но у меня есть семья, которую нужно кормить...

А, он просто неправильно меня понял.

Это моя вина.

— Мне очень жаль, Нейманн, но тут, кажется, произошло небольшое недоразумение. Я вовсе не прогоняю тебя. Ты просто выглядишь усталым, и я лишь хочу, чтобы ты взял около десяти дней отпуска и восстановил силы. У нас здесь есть горячие источники, можешь свободно ими пользоваться.

— ...Правда?

— Да.

— …

Кажется, он наконец понял, о чём я ему толкую. Возможно, Нейманн считал меня безрассудным человеком, склонным принимать скоропалительные решения.

— Ты можешь спокойно здесь отдыхать, зная, что с городом за это время ничего не случится. У нас есть ответственный гарант безопасности города, Кристина. Кроме того, здесь работает Сумеречная компания во главе с Гонсалесом. София также следит за тем, чтобы всё шло гладко.

— Да, я со многими повстречался, пока тебя не было. Я очень удивился, увидев здесь Сумеречную компанию.

— Почему?

— Этот Гонсалес, предводитель Сумеречной компании. Кажется, он законный наследник семьи Ауфшнайтер. Я и представить себе не мог, что последний оставшийся в живых член этой семьи согласиться работать на какого-нибудь аристократа из Империи Пенни. Сначала я не поверил своим глазам.

— Так вот ты о чём.

Интересно, испытывал ли дядя Гонсалес какие-либо психологические трудности, когда давал согласие работать на меня?

Мне такая мысль даже не приходила в голову, потому что он выглядел таким счастливым со своим гаремом девочек. Наверное, я должен побольше узнать об этом семействе Ауфшнайтеров. Гонсалес, возможно, один из лучших людей, которых я встречал в этом мире. Даже если весь мой город рассыплется в прах, я всё равно хочу, чтобы такой человек, как он, продолжал оставаться со мной рядом.

— И я ещё не встречался с мэром, Кристиной, если не ошибаюсь. Я хотел бы ей представиться, если это возможно...

— Мне очень жаль, но мэр сейчас в отъезде.

— Она занимается какими-то делами, связанными с городом?

— Не совсем. Эта женщина немного свободна духом, но она более чем способна защитить город. Однако, должен предупредить, что она обладает очень вспыльчивым характером, и лучше вести себя с ней уважительно.

— Уважительно... разумеется.

— Если тебе когда-нибудь покажется, что она вышла из-под контроля, сразу же беги и зови меня.

— Я, кажется, понял, что ты имеешь в виду. Но не могу сказать, понял ли в полной мере, пока не встречусь сам с этим человеком.

— Спасибо.

Всё должно быть в порядке. Нейманн много прожил в столице, где ему каждый день приходилось лебезить перед всеми. Однако Нейманна сейчас лучше не напрягать лишний раз. Пусть он хорошо отдохнёт и восстановит силы.

— Я уверен, что вы поладите.

— Вот сейчас я начинаю всерьёз беспокоиться, Танака.

— Извини, если напугал. Просто будь осторожен.

Такой разговор мне очень по душе.

Мы уже разговариваем не как служащий и его босс, а скорее как коллеги.

— Мне уже не терпится поработать вместе с тобой, Нейманн.

— Как и мне, Танака.

Надо организовать праздничный ужин в честь прибытия Нейманна.

Да, идея хорошая.

Надо устроить ужин в его честь как можно скорее.

Чёрт. Это значит, что время, когда я мог беззаботно наблюдать за Софией в своём кабинете, подходит к концу. Как только Нейманн начнёт работать, он, вероятно, будет постоянно обращаться за помощью к Софии, и мы с ней уже не сможем больше так сладко бездельничать в моём офисе, как прежде.

А я так надеялся любоваться прелестями Софии ещё хотя бы недельку-другую.

— Хорошо, тогда я уже пойду, если вы меня извините. Меня ещё ждут некоторые дела.

Нейманн поклонился и затем вышел из комнаты.

***