На аудиенцию к королю я отправился в сопровождении Эстер.

Она сказала мне, что как любой родитель должна заботиться о своём ребёнке, пока тот ещё только делает свои первые шаги на новой стезе, привыкая к образу жизни дворян. Так что мне пришлось стоять у ворот, пока Эстер заполняла какие-то бумаги.

Я должен научиться делать всё это сам. Судя по всему, при входе в королевский замок надо заполнить несколько форм.

Но маленькая сучка ничего мне об этом не сказала. Если бы она подозвала меня и объяснила, как эти бумаги заполнять, я бы с удовольствием этому научился, но Эстер, похоже, была из тех учителей, которые портят своего ученика и делают за него всю работу сами.

Но мне нужно в этом разобраться. Надо будет завтра самому наведаться в замок и позаниматься самообразованием.

— Ждите здесь, пока Его Величество не будет готов вас принять.

Хорошо одетый чиновник проводил нас в приёмную перед тронным залом.

Если всё будет так же, как и в прошлые разы, то нам придётся подождать в приёмной только несколько минут, а потом зайдёт другой чиновник и пригласит нас пройти в тронный зал на аудиенцию с монархом.

— Скоро ты уже по-настоящему займёшь своё заслуженное место среди дворянства.

Эстер посмотрела на меня с нежной улыбкой.

Она, казалось, чувствовала себя как дома, вольготно устроившись на роскошном диване. Как будто она была неотъемлемой частью этого места. Когда я посмотрел вниз на собственное потрёпанное одеяние, то понял, что этот унылый мужик, сидящий в комнате с царским убранством, был здесь совсем не к месту.

Жаль, что я не могу переодеться во что-нибудь более подходящее знатному человеку.

— Хотел бы я, по крайней мере, выглядеть как дворянин...

Мне плевать на моду, но всё-таки одеваться надо по случаю.

— Ты сияешь ярче, чем любой дворянин, которого я когда-либо видела.

— Здорово, что ты так хорошо обо мне думаешь, но другие могут не разделять твоего мнения.

— Ничего страшного, если я единственная, кто замечает, какой ты замечательный. Не знаю, что бы я делала, если бы кто-то забрал тебя у меня. Я удивилась, увидев Софи в твоём городе, и я заметила, что вы проводите много времени вместе. Я боюсь, что она может увести тебя у меня.

— Нет, я определённо её не интересую.

Мысль о том, что Софи может меня увести, явно была для Эстер очень болезненной.

— Т-Ты, конечно, волен делать всё, что захочешь, но я, м-м-м...

Было ясно, что она всё ещё не оправилась после того, как её предал Аллен.

Как раз в тот момент, когда наш разговор коснулся неприятной для Эстер темы, в дверь негромко постучали:

— Простите.

Дверь открылась и появился чиновник, совсем не похожий на того, кто привёл нас сюда. Хотя, может быть, я просто его не узнал. Впрочем, одет этот человек был так же представительно и очевидно занимал столь же высокий пост.

Я надеялся, что он пришёл, чтобы уже сейчас пригласить нас на аудиенцию к королю, но это было не так.

— Барон Танака, не будете ли вы так любезны представить мне ваше подношение?

— А?

— Я пересчитаю ваше золото в этой комнате, прежде чем вы преподнесёте платёж Его Величеству.

— А, понятно.

Естественно, было бы неудобно пересчитывать деньги на приёме у короля. Конечно, это разумно — пересчитать золотые монеты заранее. Насколько я помню, в тронном зале не было стола или стульев, где бы это можно было сделать.

— Я пересчитаю ваше золото и, убедившись, что всё в порядке, подготовлю ваше подношение для представления Его Величеству.

— Ясно.

Я сам пересчитал золото, прежде чем передать мешочек чиновнику.

— Тут ровно пятьдесят, как мы и договаривались.

— Благодарю вас.

Чиновник пересчитал монеты, а потом куда-то удалился с моим мешочком в руке.

Сразу после его ухода вошёл ещё один чиновник.

— Наместница Фитц-Кларенс и барон Танака, Его Величество ждёт вас.

— Наконец-то пришло наше время!

— Да, пришло.

Я кивнул Эстер, и мы с ней проследовали в тронный зал.

***

— Подними голову.

Король возвышался над нами на своём высоком троне.

У стен по обе стороны огромного зала собралось множество знати. Да, как и в прошлый раз, число господ значительно возросло со времени моего последнего посещения тронного зала.

Вероятно, дворяне собрались в таком количестве потому, что с тех пор, как я стал бароном, из всех знатных людей я толком общался только с наместницей Фитц-Кларенс. Господа просто жаждут своими глазами увидеть чужеземного простолюдина, становящегося дворянином. Хотя некоторые из них, возможно, желают посмотреть на то, как я потерплю крах, не сумев уплатить причитающиеся налоги.

— Мне сказали, что вы пришли сюда, чтобы сделать своё подношение. Это правда?

Вначале мы поклонились, но больше никаких приветствий или формальностей не потребовалось. Король сразу перешёл прямо к делу.

Король и премьер-министр стояли с каменными лицами, глядя на меня с возвышения. У меня такое чувство, что мои неприятности сейчас только начинаются.

— Да, это правда!

Но теперь пути назад нет. Мне просто нужно уплатить налоги, что я и собираюсь сейчас сделать, а потом я смогу обсудить наши дальнейшие планы с Эстер.

— В самом деле?

— Если вам угодно, Ваше Величество, я принёс также финансовые отчёты за последний месяц.

Я поднял глаза и увидел, что король смотрит на меня с вызовом.

— Тебе удалось заработать пятьдесят золотых монет с тех земель менее чем за месяц?

— Совершенно верно.

— Это впечатляет. Трудно даже поверить, что такое возможно.

— ...

Лучше бы меня заранее предупредили о том, что это невозможно, прежде чем взваливать на меня такую непосильную ношу.

— А теперь покажите мне ваши доказательства.

— Да, конечно!

Я достал из сумки отчёт Софии.

Однако, когда король увидел эти доказательства в моих руках, на его лице возникло озадаченное выражение.

— ...Хм? Что это за пачка бумаг?

— Это финансовый отчёт, относящийся к землям, которые мне передали. Вычтя расходы из нашего месячного дохода, мы получили в общей сложности пятьдесят две золотые, восемь серебряных и две медные монеты, Ваше Величество.

Я сейчас словно как в своей прошлой жизни читаю очередной скучный отчёт, будучи практически рабом компании, на которую работаю.

Но читать отчёт, стоя на коленях, — это что-то новенькое.

— Можешь прочитать этот отчёт позже, прямо сейчас я хотел бы увидеть фактическую оплату.

— Как это?

— Разве наместница Фитц-Кларенс не объяснила тебе этого?

— ...

— Сумма, причитающаяся в виде налогов, наложенных на твою территорию, барон Танака, составляет пятьдесят золотых монет.

— А, вот вы о чём...

Я огляделся, пытаясь найти чиновника, который унёс моё золото. Он сказал, что подготовит его для предоставления королю. Я помнил, что в тронном зале на пьедестале стоял небольшой сундучок, из которого король доставал нам награду после окончания миссии по истреблению драконов, и я предположил, что именно туда чиновник собирался отнести моё золото, но сейчас этого чиновника нигде не было видно.

Куда он дел мой мешочек с золотом?

— У меня есть вопрос, Ваше Величество. Где чиновник, которого вы послали пересчитать золото?

— Пересчитать золото? О чём ты говоришь?

— ...

Этого не может быть.

Это самое худшее, что могло случиться.

— В чём дело, барон Танака? Моё время не безгранично; поторопись и принеси своё подношение.

— Э-э-э, конечно...

В самый последний момент я вдруг потерял бдительность. Проведя последние несколько недель в умиротворённой обстановке, занимаясь строительством своего города, я слишком расслабился и совершенно позабыл об осторожности.

— Погоди-ка... Неужели?..

— Да, боюсь, что так.

С грустью я кивнул Эстер.

Похоже, до неё уже тоже дошло.

— Э-Этого не может быть...

Эстер так же ошеломлённо замолчала, как и я.

Сейчас мы уже ничего не можем сделать.

— В чём дело, барон Танака? Поспешите представить ваше подношение, поскольку у Его Величества очень плотный график.

Премьер-министр меня поторапливал.

— Ну давай неси скорее. Не заставляй нашего короля ждать.

На его лице появилась злорадная ухмылка.

Тот чиновник, должно быть, работал на премьер-министра.

И премьер-министр хочет, чтобы я об этом знал.

— …Да.

Я попался на его уловку. Давно я не совершал ошибок такого масштаба.

Если я попытаюсь объяснить королю, что случилось, он подумает, что я просто сочинил эту историю в своё оправдание. Как бы то ни было, я не выполнил свою часть соглашения, и король может даже назначить мне более суровое наказание за ложь.

Чёрт побери, я был в одном шаге от успеха.

Если бы я только был чуть-чуть собраннее и не повёлся на такую простую уловку.

— Я искренне извиняюсь, но...

Что ж, от судьбы не уйдёшь. Рабство — значит рабство.

Я буду служить Эстер верой и правдой и делать всё, что она скажет. Я буду удовлетворять её сексуальные потребности ночь за ночью. Вся моя сперма, до последней капли, будет принадлежать ей одной.

Эта мысль привела меня в восторг.

Неужели удовольствие, которое я сейчас испытываю, может принести только стыд?

Это невыносимо.

Ещё чуть-чуть — и я кончу.

Однако картина, которую я рисовал в своём воображении о моём будущем, внезапно исчезла, когда чей-то голос эхом разнёсся по тронному залу:

— Простите, что прерываю вас!

Я обернулся на голос и с удивлением увидел Нейманна, который только что вошёл в тронный зал. Он вошёл через те же самые двери, через которые проходила принцесса после того, как исцелилась от своей болезни.

Прошло много времени с тех пор, как я видел Нейманна в последний раз, и я с трудом его узнал.

Но, вообще-то, Нейманна сложно было узнать из-за его измождённого вида.

Естественно, глаза всех присутствующих тоже обратились к нему.

Мало какой аристократ решился бы вот так ворваться в тронный зал и помешать проведению аудиенции с Его Величеством, что уж тут говорить о простолюдине. Я слышал, как в толпе дворяне задавали друг другу один и тот же вопрос. Кто этот человек?

Нейманн бросился ко мне со словами:

— Я смиренно приношу извинения барону Танаке и Вам, Ваше Величество, за задержку, но вот оговоренная плата.

В руке он держал столбик золотых монет, аккуратно скреплённый бумажной лентой.

Я не мог точно сказать, сколько там было монет, но с виду казалось, что в столбике находилась нужная сумма. Помню, я говорил Нейманну, что должен заработать пятьдесят золотых, но такую сумму чиновник вроде него наверняка не смог бы как-либо собрать менее чем за месяц.

Однако сомневаюсь, что он отобрал моё золото у того чиновника, который его унёс.

Нейманн не великий боец и совершенно не владеет магией. Он чисто правительственный чиновник и карьерист, который пробился вверх по служебной лестнице лишь благодаря своему тяжёлому труду. Помню, именно об этом он нам с тёмной эльфийкой рассказывал в той таверне.

И вообще, что он здесь делает?

И двое охранников у входа даже не попытались его задержать.

— Всё в порядке, барон Танака?

— О-О, да, конечно. Благодарю, Нейманн.

Приблизившись к трону, он протянул мне столбик с золотыми монетами. По весу я сразу определил, что здесь было ровно столько золота, сколько и в моём мешочке, который я держал в руках всего несколько минут назад. Золото сверкало так ярко, словно оно было совершенно новым и до него ещё ни разу никто не дотрагивался.

Кто мог бы достать пятьдесят золотых за такое короткое время и при этом не встретить помех со стороны премьер-министра? Кто мог бы отдать приказ королевским гвардейцам допустить в тронный зал какого-то мелкого чиновника? На ум приходит только один человек, у которого достаточно для этого власти.

Я перевёл взгляд на внушительную фигуру, возвышающуюся на троне.

— ...

— ...

На абсолютно невозмутимом лице монарха мелькнула еле заметная улыбка. Улыбка сразу же пропала, так что я даже подумал, что она просто мне почудилась, но другого объяснения у меня не было.

Не знаю, чем я это заслужил, но, скорее всего, король мне помог.

Как бы то ни было, я должен сказать ему большое спасибо.

— Ваше Величество, пятьдесят золотых монет, как и было обещано.

Оставаясь на коленях, я держал на вытянутой руке столбик с золотыми монетами.

— Отлично. Приятно видеть, что, даже столкнувшись с трудностями, ты не сдавался и изо всех сил стремился выполнить поставленную перед тобою задачу. Все могут видеть, сколько усилий и труда вложил барон Танака в развитие своих земель!

— Благодарю вас за такие добрые слова, Ваше Величество.

Я раньше и подумать не мог, что однажды сам король удостоит меня добрым словом.

А премьер-министр был явно расстроен, и я видел, как он в бешенстве сжимал трясущиеся кулаки. Если до этого ещё можно было сомневаться, что именно он стоял за тем, что произошло в приёмной, то теперь всякие сомнения в этом отпали.

Рыцарь, стоявший у подножия лестницы, ведущей к трону, взял золото, которое я протягивал королю, и вручил его монарху. Король положил золотой столбик в маленький сундучок, стоявший на пьедестале справа от него. Точно так же, как трон и всё, что окружало короля, этот сундучок был покрыт золотом и драгоценными камнями.

Мои налоги за этот месяц уже уплачены.

Миссия выполнена.

— Ну что, теперь ты удовлетворён, Мордред?

— П-Пожалуйста, подождите минутку, Ваше Величество. Как мы можем быть уверены, что эти деньги не чьи-то ещё, а именно барона?

— Как тебя понимать?

— ...

Король ответил премьер-министру вопросом на вопрос.

Но премьер-министр растерялся и сам не нашёлся что ответить.

— Итак, теперь чужестранец Танака стал знатным человеком не только на словах, но и на деле. Он справился, по общему признанию, с труднейшей задачей, поставленной перед ним, чтобы заслужить свой титул, и я не буду требовать от него ничего большего.

— Благодарю Вас, Ваше Величество!

Слова короля мощно прозвучали в тронном зале.

***