С точки зрения Софии:

В настоящее время я нахожусь в одной из гостиных академии.

Здесь со мной лорд Фарен, эльфийка, Лидия Нануцци и драконша. Фарен вчера пригласил эльфийку побеседовать за чашкой чаю, и остальных он, видимо, созвал для компании.

Я сижу на одном диване с драконшей и эльфийкой. Лидия Нануцци и лорд Фарен сидят на диване напротив нас.

На столике между нами недавно приходившая служанка накрыла чай со сладостями.

Главным образом конфеты на столике удерживают драконшу в хорошем расположении духа. Для драконши принесли специальную большую вазу с кучей конфет, метровой высоты... так завидно. У меня слюнки текут при взгляде на них.

— Лорд Фарен, кто эти люди?..

— Ах, да. Эта женщина замечательный алхимик, она также проводит собственные исследования в схожих с вашими областях, — Фарен сделал жест рукой в сторону эльфийки.

— О...

У госпожи Нануцци дрожат плечи. А у меня поднялись брови. Это правда. В тот раз услышанный мною голос в одной из комнат академии принадлежал этой женщине.

Никто не заметил её реакции. Я единственная, кто знает правду.

— Ммм... в-ваша презентация вчера была просто замечательная, — эльфийка начала говорить сразу, как только лорд Фарен её представил.

Как будто она произносит заранее заготовленную речь.

Она определённо имеет трудности с общением.

— Спасибо лорд Фарен за приглашение и знакомство, и вам также спасибо за комплимент, — ответила госпожа Нануцци, когда смогла взять себя в руки.

— Я правда проводила исследование эффективности травы пессари...

Ещё когда только эльфийка пришла, я заметила, что у неё на плече висит огромная сумка. Сейчас только она её сняла и принялась зачем-то копаться в этой сумке. Сумка была скорее практичной, нежели модной, но на ремне имелись небольшие кожаные украшения в форме цветов.

Эльфийка производит впечатление девушки, собирающейся в магазин за продуктами. Такая милая. Почему-то мне захотелось подойти и обнять её сзади, хотя эльфийка намного старше меня. Эльфы действительно жульничают с возрастом.

— Она где-то здесь... А, вот, нашла, — эльфийка с улыбкой вытащила из сумки вещь, которую искала.

Эта вещь оказалась огромной книгой.

Толщина около трёх сантиметров, обложка довольно потрёпанная.

— «Бедность... и я?»

— Нет! Не читайте название! — Эльфийка залилась краской, когда госпожа Нануцци прочитала вслух название книги.

Полагаю, в книге описывается личная жизнь эльфийки в бедности.

— Взгляните на страницу с красной закладкой.

— Ладно... — Нануцци открыла книгу на том месте, где была закладка.

Госпожа пробежала глазами эту страницу, и её лицо вдруг потеряло всякое выражение.

— Что скажете?

— Да... твои исследования несомненно имеют много схожего с моими.

— Правда? Наши исследования как будто одинаковые, но вы продвинулись на шаг дальше. Вы преобразовали жидкость в порошок, а потом увеличили его коэффициент проницаемости посредством давления и последующего разведения в воде. Почему же мне не пришло это в голову! Вы и вправду очень одарённый алхимик!

Насколько Фарен одержим магией, настолько же и эльфийка без ума от алхимии. Она ещё немного смущается, но явно говорит о своей работе с восторгом. Должно быть, эльфийка безумно рада, что нашёлся исследователь, который работает над тем же, что и она. Её глаза сверкают.

Думаю, если бы речь, к примеру, зашла о каком-нибудь кулинарном рецепте, я бы тоже смогла обсудить его с эльфийкой. Ведь приятно встретить человека, с которым у вас есть общие интересы.

— Я бы хотела уточнить одну вещь в вашем методе, что должно помочь вам в будущем.

— Какую?..

— Вы говорили, что используйте огненный шар на очищенной траве пессари, верно?

— Да, верно.

— А почему конкретно вы это делаете?

— Это, мм, ну... — Нануцци запнулась.

Она помедлила некоторое время, и потом продолжила:

— Из-за жара огненного шара трава приобретает необходимые свойства.

— А, вот тут вы неправы.

— Что?! — от такого лицо Нануцци вдруг застыло.

— Трава пессари меняет цвет не под воздействием тепла огненного шара, а благодаря свету. Я обнаружила это, когда проводила эксперименты с травой пессари в затемнённой комнате. Прочитайте об этом на странице с голубой закладкой.

— Ладно... понятно, — лицо Нануцци медленно синело.

О, оно теперь такого же цвета, как закладка.

Однако, эльфийка такая милая, когда говорит с подобным энтузиазмом.

Что же это такое в её миловидности, что беспокоит меня как женщину?

— Исходя из этих результатов очевидно...

— Я была бы рада, если моя книга поможет вам в ваших дальнейших исследованиях. О, нет, я уже обещала отдать эту книгу одному человеку, так что вам придётся её вернуть. Но пока вы можете читать эту книгу сколько захотите.

— ...

Нануцци держит книгу дрожащими руками.

Это лишь догадка, но могу поспорить, что госпожа не знает, зачем Фарен пригласил её сюда, и боится, что она под подозрением. На её месте я бы сейчас уже рыдала.

Я не особо понимаю, о чём все эти исследования эльфийки, но если они копия работы Нануццы, то очевидно она должна опасаться, что её обвинят в воровстве.

Я наслаждаюсь тем, что знаю её секрет. В конце концов, служанки — это слабые и жалкие существа. Любая горничная должна использовать всякую возможность преуспеть в жизни. Особенно когда она решает бросить вызов знатному человеку. Она должна быть готова нанести удар на поражение в любой момент, когда этот удар невозможно будет отразить.

— В чём дело?.. Вы так бледны.

Фарен беспокоится о Нануццы.

— Н-нет, со мной всё в порядке...

— Правда? Ну, тогда ладно.

— ...

Она ещё сильнее волнуется. Каким же образом мне, представительнице простого люда, уничтожить эту женщину? Обратиться прямо к госпоже Нануцце? Или лучше апеллировать к лорду Фарену?

— ...

Однако, моя позиция всё-таки не совсем выигрышная. У меня нет доказательств. Вдруг мой статус служанки помешает мне воспользоваться этой возможностью? Я совсем забылась. Что бы сделал господин Танака не моём месте?

— ...

Я представила лицо Танаки с этой его характерной бессмысленной улыбкой.

«София, я бы не отказался от ещё одной чашки чаю».

Эти его тёмные глаза.

— ...

Верно.

Одна вещь мне в нём нравится. Его тёмные глаза. При взгляде в эти тёмные глаза можно подумать, что Танака из таких людей, кто способен решить любую возникшую проблему.

Однако, я всё-таки обычная служанка, дочь владельца ресторана. Если я скажу что-нибудь, то погублю себя. Если я бездоказательно обвиню эту женщину, то меня казнят.

А прежде чем состоится казнь, меня ждут дни или даже недели унижений и разных пыток, которые и словами не описать. В детстве я видела одного старика по соседству, который напился и затеял драку с дворянином. С него живьём содрали кожу и затем насадили на раскалённый прут. В таком виде его оставили на городской площади на осмеяние прохожих.

Тот старик не умирал ещё полдня. Я не могу забыть его стоны и мольбы о быстрой смерти.

— ...

Я должна унести этот секрет с собой в могилу. Какой бы коварной ни была Нануцци, это не имеет ко мне никакого отношения. Верно.

Это правильное решение. Даже если бы я как-то смогла их убедить, что говорю правду, это не принесло бы мне никакой пользы. Даже если бы они мне поверили, никто бы не встал на защиту бедной служанки. А тот человек, кто мог бы меня защитить, сейчас далеко.

— Если вы сомневаетесь в результатах моих исследований, я была бы счастлива пригласить вас в свою лабораторию. Проделав эксперименты собственными руками, вы сами убедитесь в точности результатов. Я также хотела бы посмотреть, как вы работаете, чтобы поучиться у вас.

— Нет, я не сомневаюсь в результатах твоих исследований...

— ...

Нет, нет, нет. Я чувствую, кто-то дёргает меня за язык!

Не получается держать рот закрытым!

— Ммм... Л-лорд Фарен?

— Что?

Все вдруг уставились на меня. Будто осуждая меня за то, что я прервала их важный разговор. Я начала говорить с улыбкой, но эти взгляды прогнали с моего лица улыбку.

— Ну, ммм...

Хотя его здесь нет, Танака вдохновляет меня.

Мне так много раз пришлось стать свидетельницей смелых и уверенных поступков Танаки, что я заразилась его манерой действовать.

— Госпожа Нануцци заявила вчера на презентации... вы правда верите, что это были её собственные исследования? Я просто подумала, что она могла бы легко доказать, что это были действительно её исследование...

— Что...

— Ах, ты...

Они смотрят. От их взглядов так больно.

Мне так страшно. Думаю, я не смогу больше терпеть и сейчас она польётся на пол.

Мои ноги дрожат так сильно, как никогда.

— В-в-всем же понятно, что с травой пессари знакомы лишь бедные люди вроде меня, и ни один аристократ не пожелал бы иметь с ней ничего общего.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Ну, обложка этой книги ведь тоже на это указывает. Невозможно представить, чтобы знатный человек добровольно согласился работать с этой травой...

— Те, кто не имеет даже начального образования, должны помалкивать. Трава пессари используется в качестве распространённого реагента в нашей научной школе. Наши специалисты рассматривают это растение как исследовательский компонент, подобно всякому другому ингредиенту. Если ты настоящий учёный, пусть даже из дворян, ты обязан использовать в работе любые доступные средства.

Она смогла защититься.

Этого я не знала. Мои родители тоже выращивали эту траву в задней части сада. Первым делом с утра мой отец выходил в сад за несколькими стебельками этой травы. Отец говорил, что это растение обладает оздоравливающим эффектом. Я даже замечала, как в его тёмные глаза возвращается жизнь, когда отец ел траву пессари.

Снова они передо мной. Эти тёмные глаза.

О чём же я думаю? А, мои мысли путаются от страха.

— Э, ммм, э-это...

Всё, чего я добилась, это лишь упрочила положение Нануцци.

А, почему я такая глупая?

Танака бы наверняка знал что сказать.

Нет сомнений.

— Ты хочешь сказать, что эта работа сворованная?

— ...

— Лорд Фарен, а кто вообще эта служанка?

Нануцци вновь обрела часть своей уверенности, поскольку теперь имела дело с простолюдинкой.

На её лице плавала горькая улыбка.

— Она, как бы это сказать, служанка одного моего знакомого.

— Ну, значит, она просто служанка.

— Верно...

— Я раньше и представить себе не могла, что настанет день, когда мои исследования будет ставить под сомнение какая-то чернь. Лорд Фарен, вы как директор академии, позволите ей и дальше меня унижать?

— Да, я понимаю вашу озабоченность.

— Если вы действительно понимаете, вы же не откажитесь назвать мне имя этой служанки. По её внешнему виду ясно, что она работает в академии. Как директор, вы, уверена, можете сказать мне имя этой горничной и позволить наказать её как я сочту нужным.

Лорд Фарен переводил взгляд с меня на Нануцци и обратно. Я бы предпочла сейчас лететь на спине драконши. Я покрылась потом с ног до головы.

Прощай этот мир.

Прощай моя беззаботная жизнь.

— Хотя я вас отлично понимаю, но эта служанка — особый случай. Я не могу наказать её без согласия моего знакомого.

— Как такое может быть? Вы же великий граф, в конце концов...

— Я не могу рассказать вам всего, но мой статус в качестве директора или даже великого графа мало что значит для этого человека.

— Ну, ладно, раз такое дело.

— Простите.

— Однако раньше, когда какие-нибудь простолюдины смели насмехаться над нашими исследованиями, мы прогоняли их по улицам, подстёгивая кнутами. Пожалуйста, эта горничная заслуживает испытать то же унижение, которое доставила мне.

— Н-ну...

Фарен действительно защитит меня?

Верно.

Он имел в виду Танаку.

Лорду безразлична я, но он волнуется, что подумает Танака.

— ...

Как досадно.

Я решилась заговорить благодаря влиянию Танаки, но позорно провалилась. В результате именно влияние Танаки спасло меня.

Да, это очень досадно.

Так досадно.

Танака такой досадный.

— О-ой, что случилось?

Когда напряжение в комнате начало нарастать, эльфийка сильно забеспокоилась. Она взглянула на меня, но я сделала вид, что этого не заметила.

— Я не понимаю, что происходит, но мне наверное уже пора идти...

Почему в смущении она становится такой милой?

Как же мне сделать так, чтобы у меня перестали дрожать ноги?

***