Эй, эй, эй, это же неправда?!

Я чуть не закричал во время церемонии поступления. Сердце стучалось как безумное, а с меня пот ручьём лился.

На трибуне в спортивном зале стоял новый преподавательский состав. И в его рядах были две знакомые.

Одна скромная учительница. Мягкие каштановые волосы до плеч. Миниатюрная красотка с большой грудью. Добрыми глазами она смотрела на учеников и улыбалась как святая.

Другая была более строгая. Шелковистые чёрные волосы до талии, высокая с большой грудью. Лицо гордое, взгляд направлен вперёд, губы сжаты, словно прямая струна.

Мои бывшие девушки.

Вряд ли они просто похожи. Их представили, и женщин и правда звали Сирасава Кохаку и Акамине Акари.

Серьёзно? Кохаку и Акари?! Как так?! Здесь работают мои бывшие?! Это же очень неловко!

— Я снова с ними встретился... Будто мечта исполнилась... — проговорил парень по соседству.

Он счастливо улыбался, когда смотрел на красоток, и я его понимаю. Но что значит «снова встретился»?

— Эй, ты знаешь Сирасаву-сенсей и Акамине-сенсей?

Стоило спросить, и его лицо тут же напряглось.

Всё же я высокий и в этот момент прямо напирал, так что он испугался.

Пугает только моя внешность, так-то я ничего плохого не делаю... С такими пугающими мало кто хочет общаться, и друзей у меня нет.

— А-ага, Нидзино-кун, ты же перевёлся только, потому и не знаешь. Они были практикантками.

Прошлая весна... До того, как я перевёлся, они пошли сюда на практику.

— Повезло нам, что у нас такие красотки-преподаватели. А, кстати, у них нет парней.

— Правда?

Они не встречаются с парнями, которые им нравятся? Или им кто-то нравится, просто они не признавались? Или признались, но ничего не вышло?

Нет, то было год назад. Сейчас у них уже и любимые могут быть. Да и вообще меня это не касается.

Хотелось бы снова быть вместе, но ученики и учителя встречаться не могут... К тому же я не знал, с кем бы хотел снова быть вместе.

Голову бессмысленно забивать. Чувств-то у них нет.

— ...

Объяснив мне всё, парень снова посмотрел на Кохаку и Акари. И другие тоже пялились. Понимаю я их. Всё же девушки очень милые.

Я встречался с обеими. Как мужчина я был горд... Но похвастаться «А я с ними обеими встречался! Круто, да?!» не мог.

Если похвастаюсь, доставлю им обеим серьёзные неприятности.

Если станет известно, что они встречались с учеником, на них не просто будут коситься, могут даже попросить уволиться.

Я знал, что они обе мечтают стать учителями. Их мечты исполнились, и мешать мне не хотелось. Хоть мы и расстались, я всё ещё их люблю.

Не хочу портить их сияющую учительскую карьеру. Буду лишь из тени поддерживать.

Мы в одной школе и случайно можем пересечься. Будет неловко, потому по возможности стоит просто разойтись.

Так я решил, а церемония тем временем подошла к концу, и я вернулся в третий класс третьего года. Прошёл классный час, а с ним и сегодняшний день.

— Они обе всё такие же милые!

— Быстрее бы урок Сирасавы-сенсей!

— Акамине-сенсей всё такая же классная!

— Готов ранить себя каждый день!

Даже после занятий ученики продолжали их обсуждать. Кстати, Кохаку учитель домоводства, а Акари школьная медсестра.

С первой я буду неизбежно встречаться на уроках домоводства, а со второй лишь когда поранюсь.

Если не буду прогуливать, Кохаку мне не избежать, но кабинет медсестры вполне можно избегать. Главное не пораниться!

Думая так, я собрался домой и вышел в коридор. И там встретился со светловолосой девушкой.

У неё на плече была сумка, и похоже довольно тяжёлая, её даже в сторону заносило.

— Помочь отнести?

Могу конечно напугать, но и бросать не хотелось. Так я позвал со спины, а девушка обернулась.

Вроде гяру напоминает. Одежду носит неряшливо, юбка короткая. Глаза слегка резкие, но личико симпатичное.

И она зло уставилась на меня... Почему зло-то?

— Можешь не надеяться, номерком не поделюсь!

— Я и не пытался подкатывать.

Так похоже, что я возлюбленную хочу? Я не настолько истосковался без любви, что буду подкатывать к незнакомой девушке в коридоре.

Но хоть имени я и не знаю, не сказать, что она вообще мне незнакома. Она стала моей одноклассницей, а во втором классе я пару раз проходил мимо неё в коридоре.

Это, как её там...

— Чего на грудь уставился? Мерзко.

— Нет. Я на имя смотрю.

Опять грубит. Прямо нарывается на ссору... Я так сильно ей не нравлюсь?

... А? Она Сирасава?

На Кохаку не похожа. Но когда мы встречались, я слышал, что у неё есть сестра, моя ровесница.

Домой меня не приглашали, так что с её сестрёнкой я не виделся, но может она слышала обо мне. И потому с неприязнью относится.

— Сирасава-сан, ты сестра Сирасавы-сенсей?..

Взгляд стал ещё резче.

— Всё же подкатить решил. Вот пристал! Можешь не надеяться, номерком сестрёнки не поделюсь!

Понятно. Вот в каком смысле.

Кохаку популярная учительница. Одного взгляда достаточно, чтобы завладеть сердцами первогодок. А за время практики она завладела ещё и сердцами второго и третьего годов. Ничего удивительного, что парни пытались сдружиться с младшей сестрой, чтобы сблизиться и со старшей.

Похоже многие парни нацелились на старшую сестру, когда обращались к ней, и конечно она недовольна.

— Я не подкатываю. И только сейчас узнал, что у тебя есть старшая сестра.

— Надо же. Вообще-то нет тех, кто в том году не слышал о ней.

— Я переведённый ученик. Перешёл после летних каникул.

Сирасава захлопала глазами. А потом виновато потупилась.

— А, вот как. Но тогда почему ты заговорил со мной?

— Потому что тебе похоже тяжело, вот я и решил помочь.

— Т-так ты что, ко мне подкатить решил?

— Не решал я подкатывать. Я из чистых намерений подошёл, ничего я не задумал.

— Хм. Из чистых...

Она уставилась на меня. Всё ещё подозревает. Насколько же она мужчинам не доверяет?..

— Ну ладно. Это... Нидзино-кун? Раз хочешь помочь, можешь сделать это, — самоуверенно сказала она, после чего она присела и залезла в сумку.

... Это, ложбинку видно. Хотя и розовые трусики тоже.

Неужели специально... Она не доверяет парням, но при этом сама настолько неосторожна.

Девушка достала из сумки книгу рецептов. Даже несколько.

— Это из библиотеки?

— Да. На весенних каникулах взяла. Срок возврата следующая неделя, но сегодня занятий нет, потому вещей немного, и я решила вернуть. Нидзино-кун, ты как, уверен в своих силах?

— Да.

Я с детства был хорош в спорте и сейчас выгляжу старше своих лет. Я сто восемьдесят сантиметров ростом, и хоть в секциях не состою, довольно накачан.

— Тогда возьми с десяток.

Она отдала мне книги и пошла. Не знаю, сколько их всего, но сумка выглядит тяжёлой. Сирасава-сан хрупкая, и для неё наверняка это нелегко.

— Если тяжело, я могу ещё взять.

— Я справлюсь. И не иди рядом. Будешь идти рядом, и кто-то может подумать, что мы встречаемся.

Вряд ли кто-то так подумает, просто решат, что мы дружим. А если Кохаку увидит это, может решить, что я наложил руки на её сестрёнку.

Неловко, если бывшая девушка такое подумает, потому я стал сохранять дистанцию. Я перегнал Сирасаву-сан, и вот мы стали спускаться по лестнице...

— Хья?!

Я услышал крик на лестнице. Обернувшись, я увидел, как девушка поскользнулась и падает. Я тут же подхватил её, и сам стал падать... Бам, я ударился спиной.

— Больно!..

— Т-ты в порядке?!

Она тут же подскочила и с беспокойством посмотрела мне в лицо.

— Д-да, в норме... А сама не поранилась? Ногу не растянула?

— Я в порядке. Всё благодаря тебе, Нидзино-кун... Спасибо, что спас.

— ...

— Ты чего завис? Неужели головой ударился?..

Завис я лишь потому, что Сирасава-сан оказалась очень искренней. Я думал, она начнёт меня осуждать за то, что я её обнял.

— На всякий случай стоит сходить в медкабинет.

— Я в норме.

— Нет, это лишь тебе кажется. Надо сходить к сенсею.

Не хочу я идти! Если пойду, встречусь с Акари! Хотя я не мог сказать об этом Сирасаве-сан.

Ничего не поделаешь. Неловко конечно, но придётся идти в медкабинет.

— Хорошо. Пошли.

Мы вместе спустились на первый этаж и открыли дверь медкабинета.

Я думал, что будет шумно из-за парней, которые хотят сблизиться с Акари, но в медкабинете было тихо. Ну, такое уж место. Внутри могут быть больные, потому все вели себя тихо, понимая, что могут доставить проблемы.

Помещение пахло антисептиком, и там, в белом халате поверх брючного костюма была женщина... Акари.

Резкий взгляд девушки, сидевшей в кресле, бегал по документам, но тут же переместился на меня.

— М?!

От удивления она широко открыла глаза и уставилась на меня.

— Давай быстрее. Я тебя подожду.

Меня затолкала внутрь Сирасава-сан, прямо к Акари.

... Глядя на меня она сделалась резче.

Всё же появился парень, которого она бросила. На лице конечно должны быть недовольство и неловкость. Однако почему она выглядит печальной?

Неужели чувства ко мне не угасли?..

— Ты уже близок к смерти.

Сказала так, будто мы вообще не были близки! Приветствие такое, будто с кулака врезала. Она так сильно ненавидит меня, что смерти желает.

— А? Ты уже мёртв?

— Я не мёртв!

— Н-но Акамине-сенсей сказала, что ты близок...

Сирасава-сан переживала из-за того, что из-за неё я умираю. Хотя я не умираю... А Акари не из тех, кто любит шутить, потому конечно ей поверили.

— Ты... Выглядишь неважно. Ложись на кровать.

Сирасава-сан поверила девушке и послушалась.

Похоже Акари хочет, чтобы мы остались наедине. Решила поговорить наедине. Наверняка хочет сказать, чтобы я не распространялся о наших отношениях.

Я и правда чувствовал себя неважно. Когда пришёл, был полон сил, но когда встретил бывших девушек, стал испытывать напряжение.

— Я в порядке. У вас ведь есть работа, так что я пойду.

Я в спешке собирался покинуть медкабинет. При этом притворившись, что мы не знакомы, тем самым показывая, что не собираюсь раскрывать наши отношения.

— Эй, может тебе всё же отдохнуть?

— Не переживай. Может просто свет неудачно светит и кажется, что я выгляжу неважно.

— Вот как. Тогда ладно.

Сирасава-сан испытала облегчения. Я думал, что она грубиянка, но на деле девушка довольно добрая.

Мы шли по коридору и вот уже добрались до библиотеки, когда дверь открылась...

Появилась Кохаку.

— Ва?! — увидев меня, она вскрикнула. Чуть не выронила книги, которые держала, и уставилась на меня.

— Сестрёнка? Ты чего закричала?.. — Сирасава-сан с подозрением посмотрела на неё и приблизилась ко мне. — Это мой одноклассник Нидзино-кун. Помогает мне книги отнести. Выглядит так себе, но на деле не плохой, так что не бойся.

— Он же мой ученик. Спасибо, что помогаешь сестрёнке. Я угощу тебя чаем, заходи в кабинет домоводства.

Чай — лишь повод, она хотела, чтобы я держал язык за зубами. Но остаться наедине мы не могли. Если кто-то застукает, как мы болтаем одни, может неверно всё истолковать...

— Я тоже хочу твой чай.

С Сирасавой-сан мы не могли поговорить о прошлом.

— В качестве благодарности за помощь позволю насладиться чаем сестрёнки.

Она сказала, чтобы я считал это честью. Вообще все парни хотели попробовать чай Кохаку. Настолько он был хорош.

И если честно, я тоже...

— Я не против. Правда как вернусь, мне ещё постирать надо будет.

— Ты сам стираешь?

— Ну. Я же один живу.

Мы переехал сюда полгода назад, переезд был связан с работой родителей. А в этот раз переезжать надо было за границу.

Я не поехал с родителями, потому с весны начал жить один.

— Ты же устал, помогая? Наверняка далеко живёшь, я могу отвезти!

— Всё порядке. Я поблизости живу.

— Поблизости... Неужели в зелёном доме?

— Верно...

— И я там же, — взволнованно сказала Кохаку.

Она выглядела радостной... Но это точно не так. Встретив бывшего, девушка выяснила, что живёт с ним в одном доме. Напряжение явно было странным.

— Кстати, я в пятьсот третьем.

Она внезапно назвала номер квартиры. Так что...

— Мы соседи!..

Кто бы мог подумать, что я рядом с бывшей живу!

— Д-давно вы там живёте?

— Две недели как. Как переехала, хотела познакомиться, но никто не открыл...

Две недели назад... Ко мне в гости тогда приходила бабушка.

Я слышал, что кто-то рядом живёт, понял, что только переехали, но из-за каникул высовываться не хотелось, потому мы и не встречались. Так это бывшая девушка была.

Я был озадачен, а взгляд Сирасавы-сан стал резче.

— Ты же не думаешь к сестрёнке в гости зайти?

— Не думаю. Сегодня я хочу спокойно посидеть дома.

— Тогда ладно. Ты выручил меня сегодня. Спасибо.

— Пожалуйста. До завтра. Сирасава-сенсей... Прошу меня извиниться.

Я поклонился и отправился домой.

***Этим вечером.

— Пришла...

Кохаку пришла ко мне.

И меня её появление не смутило.

Перед расставанием я сам сказал, что буду дома. Были бы мы не знакомы, она бы не поняла, но это значило «сегодня свидание у меня». Хотя сегодня у нас не свидание, а разговор.

— Проходи.

— Д-да. Прости, что помешала...

После моих слов, она вошла. В гостиной я посадил её за стол и сел напротив.

Она неловко опустила взгляд и замолчала. Мы три года не виделись и конечно были напряжены.

Я и сам нервничал, но не так сильно, как она. Если получится наладить общение, будем говорить как когда-то.

— Я и подумать не мог, что ты предстанешь передо мной в качестве учителя, Хокаху! Думал, сердце от удивления остановится!

Ещё когда встречались, она была более чувствительна к выражению на лице, нежели словам. Чтобы слегка развеять её напряжение, я заговорил об этом, и её выражение слегка смягчилось.

— Я и сама удивилась, когда открыв дверь, увидела тебя, Тома-кун. Я уж подумала, что это бог любви свёл нас, говоря: «вы не должны расставаться».

— Но мы всё равно не будем вместе.

— Д-да. Точно... Ведь мы учитель и ученик.

— И это тоже, и у тебя ведь есть любимый человек?

Плечи Кохаку вздрогнули. Она посмотрела на меня, было видно, что ей тяжело говорить.

— ... На самом деле я соврала. У меня не было любимого человека.

— А? Да? То есть... Ты всё ещё любила меня?..

— Да, я любила тебя, Тома-кун, — серьёзно сказала Кохаку.

Я и подумать не мог, что она обманывает, и самой Кохаку никакой пользы от подобного обмана. Значит она любит меня... Но.

— Тогда почему ты рассталась со мной?

— Это... Тебе же нравилось целоваться?

— Нравилось... Неужели я так плохо целовался, что ты решила со мной расстаться?

— Нет. Ты отлично целуешься. И первый поцелуй был хорош... Дома тренировался?

Тренировался! Не признаваться стыдно!

Но если не признаюсь, разговор так и застрянет на месте, потому я кивнул.

— Тебе нравится целоваться, потому мне было жалко тебя, ведь делать это мы могли нечасто... Грустно, когда в юности приходится тратить силы на любовь на расстоянии...

Я был бы счастлив, если бы встречался с девушкой, живущей поблизости... Так она подумала и с болью ушла.

Ведь и правда Кохаку тогда часто извинялась: «Прости, что пошла в университет так далеко». Я говорил ей не переживать, но её это очень волновало.

— Грустно, когда не получается видеться, потому ты решила, что куда лучше будет расстаться. Но я ведь тебя любил. Мы же могли хотя бы поговорить об этом.

— Ты очень добрый, потому если бы поговорила, ты бы меня отговорил. Но мне стоило подбирать слова получше. Получилось очень грубо... Ты наверняка возненавидел меня...

— Я тебя не возненавидел.

Опустившая виновато голову девушка резко подняла её.

— ... Ты до сих пор любишь меня?

— Люблю.

Когда признался, её лицо засияло.

А у меня сердце забилось быстрее от её радостной улыбки. Всё же она милая.

— Значит наши чувства взаимны...

— Похоже, что так. Но... Уже ничего не получится восстановить.

Ведь мы учитель и ученик. У Кохаку есть её положение, и она понимает, что пытаться вернуть отношения неправильно, потому сейчас выглядела так, будто только что проснулась после счастливого сна.

— Я понимаю. Я же учитель. И если в школе узнают о наших отношениях, даже у тебя будут неприятности... Но когда мы будем наедине, я была бы рада, если бы мы вели себя как друзья.

Ради мирной жизни... Ради того, чтобы защитить карьеру Кохаку, даже когда мы одни, нам стоит вести себя осторожнее. Потому нам вообще не стоило оставаться одним.

Но я люблю Кохаку. И когда любимая говорит, что хочет, чтобы мы вели себя как друзья, отказаться сложно.

— Хорошо. Когда будем одни, я буду вести себя не как ученик, а бывший парень.

— Я так рада... Спасибо, Тома-кун...

В глазах стали собираться слёзы, Кохаку выглядела очень счастливой.

И тут у меня заурчало в животе.

— Тома-кун, ты проголодался? Если хочешь, я могу что-нибудь приготовить.

— Давай.

— Тогда я буду готовить. Как всё будет готово, я тебя позову, а пока отдыхай, — жизнерадостно сказала она и удалилась на кухню. Открыла холодильник, определилась, что будет готовить, и стала доставать ингредиенты...

Пим-пом.

В дверь позвонили, Кохаку остановилась и нагнулась. Сковородой она стала прятать лицо.

— ... Кто это? Родители? — тихо спросила девушка.

Понимаю, почему ей хочется лицо спрятать. Всё же мы не рассказывали про отношения родителям.

Хотелось похвастаться родителям, какая у меня милая девушка, но Кохаку была против. Всё же она на пять лет старше и с гордостью сказать «мы встречаемся» непросто.

К тому же Кохаку стала учителем. При том, какое у неё положение, конечно она лицо скрыть хочет... Хотя если она будет это делать, родители это ещё более подозрительным посчитают. Хотя она молодец, что сразу попробовала скрыть свою личность.

— Мои родители за границей и не вернулись бы так внезапно. Скорее всего на газету какую-нибудь предложат подписаться, — пытался успокоить я, и Кохаку снова приступила к готовке.

В дверь снова позвонили. Я пошёл в коридор и через глазок посмотрел, кто там.

Акари.

Я подумал, что у меня сейчас сердце остановится.

Почему Акари здесь?! Как она сюда вообще попала?! И это ведь плохо! Если она продолжит звонить, то и Кохаку подойдёт!

К тому же... Я не знаю, зачем она пришла, но не могу игнорировать Акари.

Я сказал, что люблю Кохаку, но и Акари тоже люблю. С беспокойством она звонила, и я не мог притворяться, что меня нет.

Кохаку сейчас готовит. Может получится сделать всё так, чтобы она не заметила.

Решившись, я вышел в коридор.

— Акари... Ты пришла.

Её радостные глаза сделались влажными.

Похоже переживала, что я притворяюсь, будто меня нет.

— Не думал, что ты придёшь. Как ты узнала, где я?

— Связалась с дядей. Сказала, что хочу зайти в гости и спросила адрес.

Дядя — это мой отец.

Мы дальние родственники.

Когда меня бросила Кохаку, мы встретились на похоронах родственника, и она пожалела меня, когда узнала о моей печальной любви. Тогда речи о любви не было, она была лишь «доброй сестрёнкой»...

Но мы продолжали встречаться, и наши чувства становились взаимными.

— Я удивилась, когда узнала, где ты живёшь. Вот уж не думала, что мы соседи...

Серьёзно?! Соседи?!

Я зажат между двумя бывшими?!

— В одной школе и одном доме, вот так совпадение...

Я одной был удивлён, но чтобы обе... Будь у меня друзья, я бы заметил это куда раньше. Во время весенних каникул я никуда не ходил гулять и почти всё время сидел дома.

— И правда судьба. Будто бог любви говорит: «Вы не должны расставаться».

... Где-то я это уже слышал.

Честно говоря, не верилось, но...

— Если это не так, то прямо об этом скажи... Акари, ты меня любила?

— Очень люблю.

Получив такой ответ, она с тревогой посмотрела на меня:

— ... Тома, а ты меня любишь?

— Н-ну да, люблю...

— Я так счастлива!

Она крепко обняла меня. Прижалась своей мягкой и упругой грудью, нос защекотал приятный запах, а сердце забилось быстрее.

— Э-эй, я понял, что ты рада, но обнимать наверное не стоит.

Я пытался её успокоить, а она с грудью отпустила меня и сделалась виноватой.

— Прости, что так внезапно обняла... Просто я думала, ты меня ненавидишь... А ты всё ещё любишь меня...

В глазах были слёзы, а на губах счастливая улыбка. И я был не меньше счастлив. Хотя радоваться было нечему.

У меня был схожий разговор с Кохаку... И в голове сплыло слово «резня».

— Ты не должна извиняться... Просто мы же учитель и ученик. Мне нравится с тобой обниматься, но вдруг нас кто-то увидит. И это не значит, что например дома можно это делать.

Я тут же перегородил вход.

Если войдёт, встретится с Кохаку. Если встретятся бывшая девушка, желающая восстановления отношений и другая бывшая девушка, точно будет резня.

Конечно некрасиво это по отношению к Акари, но мне бы хотелось узнать причину, почему она пришла сегодня ко мне.

— Так и зачем ты пришла?

— Я хотела извиниться. Прости за то ужасное расставание.

Акари низко поклонилась, а я попросил её поднять голову... Было видно, что она считает себя виноватой.

— Не смотри так. Я не злюсь. Была какая-то причина, что ты бросила меня, хоть и любила?

— Какой бы она ни была, я всё равно сделала тебе больно. Прости за это.

— Не извиняйся. Так я могу узнать, в чём дело? Почему ты соврала, чтобы расстаться со мной?

— Потому что... Я ужасная женщина.

— Ужасная женщина? Ты?

Я никогда не считал её ужасной женщиной.

Высокая, выглядит угрюмой и тихой, груба с незнакомцами, даже заставила заплакать ребёнка во время свидания... Но при этом пыталась помочь потерявшемуся малышу. Она может пугать, но при этом всегда придёт на выручку ребёнку в беде. Из-за внешнего вида и манеры речи, маленькие дети её бояться, но на самом деле она добрая девушка. Благодаря ей моё разбитое сердце излечилось.

— Я ведь взрослая, к тому же должна была стать учителем, и встречаться со старшеклассником... Такое ведь непростительно.

И правда в новостях иногда мелькали новости о задержании учителей, у которых были отношения с учениками...

— Если отношения серьёзные, то можно.

— Но мы ведь и сами толком не знали, насколько наши отношения серьёзные. Если бы про наши отношения стало известно, возможно и у тебя появились бы проблемы... Потому я решила расстаться.

В общем она сделала это ради меня, пусть и самой было больно.

— Я не переживал из-за чужих взглядов. Кто бы что ни говорил, я был бы счастлив, если бы рядом со мной была любимая девушка.

Меня крепко обняли.

Выглядит холодной, но при этом Акари нравилось обниматься. Мне и самому это нравилось, потому я обнял её в ответ.

Но вдруг Кохаку нас застукает. Я перестал обнимать её, и Акари стала выглядеть печальной.

— Я хотела ещё обниматься...

— Я тоже, но здесь нельзя. Ты же знаешь? Рядом живёт Сирасава-сенсей.

— Знаю. Встретилась, когда переехала. Она очень добрая... Но если увидит, что мы обнимаемся, то расскажет директору.

— Она вряд ли расскажет, но лучше нам не попадаться ей на глаза. Не будем обниматься на улице.

— Тогда... Может обнимемся у тебя дома?

Блин. Акари решила войти ко мне.

Но я не могу её пригласить. Ведь Кохаку...

— Еда готова.

Девушка появилась без предупреждения.

Кохаку и Акари посмотрели в лица друг другу и ничего не поняли...

— А, а-а? Акамине-сенсей?! Что вы делаете с Нидзино-куном?!

— Сирасава-сенсей, почему вы у него дома?!

Плохо! Сейчас будет резня! Надо как-то выкрутиться!

— На самом деле я встретил Сирасаву-сенсей у входа! Узнав, что мы живём в одном доме, она предложила угостить меня ужином! Да, сенсей?

— Т-точно! Я же учитель домоводства. И могу посоветовать правильную диету для ученика! А вы что здесь делаете, Акамине-сенсей? Это вы ведь звонили?

— Акамине-сенсей пришла провести консультацию! Я переживаю, как впишусь в новый коллектив... И когда я был в медкабинете, она разглядела мою тревогу, и решила проконсультировать, раз уж мы в одном доме живём. Да, сенсей?

— Всё как он говорит.

— Вот как. Тогда можете предоставить всё мне и возвращаться, Акамине-сенсей.

— Не могу. Консультации — это моя обязанность как школьной медсестры.

— А в другой день её провести нельзя?

— Нельзя. Если не проведу, есть риск, что могут возникнуть проблемы с походом в школу завтра.

— Но он ведь сам сказал, что консультация ни к чему.

— Не говорил.

— Мне кажется, что говорил.

— А мне кажется, что нет.

Они сами решали, что я думаю. Причём обе отступать не собирались.

— Может не будем здесь говорить, а войдём в дом?

Перед посторонними Кохаку и Акари должны вести себя как учителя. Надо вести себя так, чтобы никто не узнал о наших отношениях.

Девушки кивнули, и мы вошли в квартиру.

Кохаку приготовила свинину с имбирём.

Я люблю побольше приправ, потому она и соус добавила.

Но вкусом я не мог насладиться.

Из-за напряжения просто не ощущал его.

Всё же ужинать приходилось в окружении бывших девушек. К тому же Кохаку и Акари ели в полной тишине...

При том, что неизвестно, когда прошлое всплывёт, может и правильно рот закрытым держать, но атмосфера просто невыносимая.

Если избегать разговоров на любовные темы, то и не выяснится, что они мои бывшие. Значит надо переключится на что-то ещё.

— Сирасава-сенсей, вы вкусно готовите!

— Спасибо. Нидзино-кун, тебе же нравится, когда у приправ вкус насыщенный.

— Откуда вам известны его вкусы?

Вот и выскочило!..

Акари посмотрела с подозрением, а Кохаку стала переживать.

— Э-это... У Нидзино-куна лицо насыщенное... Вот и приправы ему насыщенные нравятся...

— Не понимаю, что вы говорите.

— Э-это шутка была. Это, ну... Я когда готовила, спросила побольше приправ или поменьше! Да, Нидзино-кун?

— Да! Спасибо, что решили приготовить специально для меня! Очень вкусно получилось!

Кохаку улыбнулась.

— Будешь есть мою еду, и сил прибавится, тогда тебе и консультация не понадобится.

— Понадобится. Для любителя он может показаться жизнерадостным, но профессионала не обманешь. Тома испытывает беспокойство.

— Вы сказали «Тома»?

И ещё раз!..

Акари отвела глаза от подозрительного взгляда.

— ... Не говорила.

— Сказали.

— Не говорила!

— Точно сказали!

— ... Сказала. И у этого конечно же есть причина.

— Причина, почему вы называете Нидзино-куна по имени?

— Всё, чтобы консультация прошла хорошо. Если буду дружелюбна, он сможет рассказать о своих истинных чувствах.

Импровизация прошла удачно. Выглядела она уверенно, потому и не похоже, что врёт. И Кохаку похоже согласилась... Только я не мог успокоиться.

Даже если сегодняшний день переживём, пока живём в одном доме, есть риск, что про отношения станет известно.

Когда-нибудь правда о наших отношениях вскроется... Только от этой мысли я едва не был готов умереть морально. Так мне и правда консультация понадобится.

... Не хочу больше. Не хочу обманывать. После выпуска я всё равно собирался выбрать одну из них. К тому моменту уже всё вскроется. Раз резни не миновать, то почему бы не рассказать обо всём.

— Прошу вас успокоиться и выслушать. На самом деле... Вы обе мои бывшие девушки.

Они были озадачены.

А потом переглянулись...

— А? А-а?! Тома-кун встречался с Акамине-сенсей?! Когда?!

— После расставания с Кохаку.

— Так тебя бросила Сирасава-сенсей?..

— Ну да... — признался я. Признался. А потом начался хаос.

— Сирасава-сенсей, вы ведь уже не встречаетесь?

— Конечно. Как учитель я не могу встречаться с учеником... Акамине-сенсей, вы же тоже не встречаетесь с Томой-куном?

— Естественно. Я же учитель. И не могу встречаться с учеником.

— Естественно? Вы же не задумали соблазнить Тому-куна?

Взгляд был подозревающим, и Акари замотала головой:

— Не задумала... Но не буду отрицать, что Тома может попробовать соблазнить меня. Всё же ему нравилось заниматься всякими непристойностями со мной.

Раз головой мотала, зачем это говорить было?!

— Тома-кун, это правда? Ты соблазнишь Акамине-сенсей?!

— Не буду я её соблазнять! — тут же возразил я, и Кохаку вздохнула с облегчением.

— Томе-куну нравилось заниматься со мной всякими непристойностями. Потому наверняка он решит соблазнить меня.

Глаза Акари вспыхнули.

— Тома, это правда? Ты думал заниматься непристойностями с Сирасавой-сенсей?

— Нет! Мы ведь не встречаемся! К тому же учитель и ученик! Я буду вести себя как ученик, а вы ведите себя как учителя! — серьёзно попросил я, и похоже мои слова достигли их.

— И правда... Как учитель я не могу заниматься непристойностями с учеником. Я буду вести себя как и полагается учителю.

— Я тоже как учитель клянусь, что не трону Тому.

Они подсмотрели друг на друга с подозрением, пытаясь понять, не обманывает ли кто.

Я думал, что же будет дальше, но похоже резни удалось избежать, так что уже легче.

Тревоги развеялись. Завтра ходить в школу станет проще.

Я вздохнул с облегчением и стал есть свинину с имбирём.