Цинь Юй внезапно появился в их личной комнате, и был очень зол.

Каждый, кто находится внутри маленькой комнаты, мог видеть это, даже если бы был слепым.

Но как раз в тот момент, когда они подумали, что Цинь Юй в ярости разнесёт всю комнату, Жуань Тянь мягко взяла его за запястье и сказала: "Я могу справиться с этим вопросом сама, мне не нужно, чтобы ты переживал об этом".

Цинь Юй холодно улыбнулся. Внутри он почувствовал раздражение. Почему эта женщина не могла научиться говорить красиво? Он сказал: "Ты справишься с этим сама? Если ты можешь справиться с этим, тогда почему ты здесь унижаешься?”

Жуань Тянь недовольно нахмурилась. Успех требовал определённых жертв, понятно?

Она отказалась отвечать на этот вопрос!

Как только появился Цинь Юй, атмосфера стала очень неловкой, и никто больше не интересовался едой.

Благодаря этому, вскоре маленький званый ужин распался.

Жуань Тянь спустилась на лифте вниз и вышла через главный вход отеля. Снаружи её тело обдувал холодный ветер, а разум медленно начал трезветь.

Директор Чэн вышел мгновение спустя и помог ей дойти до машины Цзян Лили. После того, как она вошла внутрь, он не забыл напомнить ей: “Приходи ко мне в студию завтра, мы прочитаем сценарий и проведём несколько репетиций. Вы можете немного поиграться со своими коллегами-актёрами и попытаться заранее прочувствовать свою роль.”

Жуань Тянь рассеянно кивнула и согласилась.

У Цзян Лили чуть не закружилась голова от такого резкого изменения отношения на 180 градусов. В конце концов, она могла только вздохнуть. Именно такой была индустрия развлечений: все поклонялись сильным и наступали на слабых, следовали за знаменитыми и игнорировали малоизвестное.

Если человеку не хватает сил, исход может быть только один: быть раздавленным другими.

"Сегодняшняя ночью я так разозлилась, что практически умерла. Эти люди слишком лживы и двуличны”. Цзян Лили несколько раз похлопала себя по груди, прежде чем продолжить: “Тебе следовало просто позволить Цинь Юю выйти с самого начала и объяснить им, почему цветы красные! У, блять. Почему, а? Они действительно думают, что тебя так легко запугать?"

Жуань Тянь опустила окно, чтобы впустить прохладный воздух, и пробормотала: “Может быть, я просто прекрасная фея, спустившаяся в мир смертных, чтобы испытать, каково это - учиться и расти, переживая бедствия!"

Она была очень понимающей. Чтобы люди росли, им сначала нужно было пройти через невзгоды и бедствия, все это было очень разумно...

Щас прям! Как будто!

-------------------------------------------

В конце концов, Жуань Тянь не зря унижалась. Цзи Ванцзян действительно подписал контракт в тот вечер, как и договаривались.

На этом пыль вокруг кастинга фильма наконец улеглась.

На следующий день Жуань Тянь, как и договаривались, отправилась в студию режиссёра Чэна на репетиции. Она встретила Цзи Ванцзяна в раздевалке и обнаружила, что он был одет в бело-голубую летнюю школьную форму, как того требовала его роль. Это были футболка, шорты и баскетбольные кроссовки. Его челка была уложена так, что почти закрывала глаза, и в ярком студийном свете, отражавшемся на его теле, он выглядел точь-в-точь как старшеклассник.

Сегодня они планировали разыграть сцену, в которой произошел ожесточённый конфликт между их героями.

В этой сцене Цзян Ван, которую сыграла Жуань Тянь, узнает, что её брат романтически заинтересован в ней, и полностью теряет контроль, избивая его.

Как только они начались, Жуань Тянь сразу же вошла в игру. Ее глаза мгновенно изменились, превратившись из спокойных и нормальных в сумасшедшие, на которые страшно смотреть.

Со слезами на глазах она шагнула вперёд и схватила Цзи Ванцзяна за воротник. Она закричала: "Как я могу тебе нравиться?"

"Ты извращенец!"

Затем, после резкого вопроса и упрека, с горячей струйкой слёз, капающей из её глаз, Жуань Тянь отвела руку назад, а затем влепила ему пощёчину.

Раздался отчётливый звук: Чмок!

Вся комната погрузилась в тишину.

Предполагалось, что они просто репетировали. Никто не ожидал, что Жуань Тянь действительно ударит его.

Все присутствующие были ошеломлены.

На бледном лице Цзи Ванцзяна немедленно появился гневный красный отпечаток пятипалой руки.

В его глазах был острый взгляд, но Цзи Ванцзян всё равно стиснул зубы и продолжил свои реплики: "На самом деле ты мне не сестра".

Жуань Тянь была полностью погружена в свою роль, пинала, оскорбляла и царапала ногтями его лицо. Однако у неё хватало духа, чтобы на самом деле не поранить его кожу и не оставить никаких следов.

Между тем, Цзи Ванцзян никогда не был добродушным человеком. Наконец, он больше не мог этого выносить и поймал запястье Жуань Тянь в середине замаха. Другой рукой он прикрыл ноющее место на лице, где его только что избили, а затем сказал холодным голосом: "Жуань Тянь, тебе не кажется, что ты слишком задираешься?"

Жуань Тянь выдернула руку из его хватки, а затем посмотрела на него своими тёмными глазами и сказала: “Почему ты не подумал, что являешься большим задирой, когда прошлой ночью садился мне на голову и заставлял извиняться?"

У человека не может быть таких очевидных двойных стандартов, ясно?

Режиссёр Чэн недовольно нахмурил брови. Отбросив всё остальное в сторону, только что аура Жуань Тянь, её глаза, чувства, которые она передавала, всё это полностью подавило попытки Цзи Ванцзяна сделать то же самое. Он был полностью подавлен Жуань Тянь и не проявлял ни капли великолепия, присущего известному актёру.

Было немного нелепо, что Цзи Ванцзян был до такой степени подавлен игрой относительно новой актрисы.

В конце концов, Цзи Ванцзян вернулся в свою труппу с горящим сердцем, совершенно недовольный тем, как прошла сегодняшняя репетиция. Однако, когда он вернулся, то обнаружил, что его агент беспокойно бегает вокруг, как будто у него горят штаны. Весь высокомерный темперамент агента, проявленный прошлой ночью, казалось, испарился.

Агент действительно не ожидал, что Qin Pictures нанесёт ответный удар ни с того ни с сего. В индустрии было хорошо известно, что в обычные дни Цинь Юй никогда не выходил на улицу и не беспокоился в своей компании, но сейчас он, казалось, пришёл в ярость из-за маленькой актрисы.

Но сожалеть было уже слишком поздно.

Агент Цзи Ванцзяна чувствовал, что сходит с ума. Этим утром все бренды, с которыми Цзи Ванцзян в настоящее время работал, звонили один за другим, желая расторгнуть с ним свои контракты. Кроме того, им позвонили из крупного журнала, который планировал поместить его на обложку, чтобы сообщить, что они передумали. Агент мог только отчаянно звонить своим различным контактам, чтобы попытаться выяснить, что происходит, но никто, казалось, не хотел ему ничего рассказывать.

Но из того, что он мог сказать, казалось, что Цзи Ванцзян был заблокирован в отрасли в одночасье.

___

[Болтовня переводчицы: Спасибо, что читаете]