Ким Джи Мин находилась на концертной площадке «Greenlight» вместе с Ли Хён Джи и профессором Чхве Чан Яном.

«Вау…»

Впервые оказаться на инди-концерте — уже само по себе было для неё чудом. Подземная сцена, освещение… Всё это казалось ей совершенно новым миром.

— Профессор, Хён А-онни будет выступать там?

— Да, они будут выступать последними.

— Невероятно. Онни, которую я каждый день вижу в офисе, будет выступать на сцене…

— Пфф!

Ли Хён Джи рассмеялась, услышав эти слова.

— Ох, милашка Джи Мин, что же мне с тобой делать?

Она легонько ущипнула Ким Джи Мин за щёку.

— Боольня (Больно).

Пока трое ждали начала концерта, свет начал гаснуть. Значит, вот-вот начнётся шоу.

— Начинается.

Как и сказала Ли Хён Джи, сцена осветилась, и на неё вышел ведущий. В непринуждённой манере он представил концерт и кратко рассказал о сегодняшних исполнителях. Затем свет снова потух, и в тишине послышались шаги.

И вот прожекторы снова зажглись.

— Уааа!

— Привет! С вами Чан Хё Джи!

Под громкие возгласы зрителей Чан Хё Джи сделала глубокий поклон. Затем за её спиной заиграла группа, задавая ритм и заставляя публику хлопать в такт.

— Уоооох!

Этого небольшого вступления оказалось достаточно, чтобы завести зал. Люди пришли сюда, чтобы наслаждаться музыкой, и им стоило лишь немного подыграть, чтобы они начали прыгать под бит.

— Сегодня прекрасный день. Начнём?

Чан Хё Джи снова подогрела публику, и все, кто пришёл повеселиться, дружно подхватили её призыв. Когда она поняла, что момент настал, то подала сигнал барабанщику. Лёгкий ритм, затем вступление бас-гитары — началась бодрая и ритмичная песня.

— Будет прекрасный солнечный день! Мы улыбнемся просто так —♪

— Уоооох!

Текс песни был близок людям, а весёлый бит заставлял их подпрыгивать. Мощный голос Чан Хё Джи добавлял выступлению особое очарование.

— Вааа!

Ким Джи Мин тоже поддалась общему настроению и начала прыгать вместе с толпой. Ли Хён Джи рядом с ней поступила так же. Профессор Чхве Чан Ян просто поднял руки и раскачивал ими в такт.

Песня постепенно приближалась к кульминации.

— И беспечностью скуку вечности. Мы разгоним навсегда! —— ♪

Чан Хё Джи выкрикнула строчку песни, и зал взорвался. Музыка, зрители — всё достигло предела, и толпа вновь синхронно подпрыгнула. Их реакция была потрясающей.

— Спасибо! Хотите еще песню?

— Дааа!

Темп следующей песни тоже был быстрым, публика снова принялась прыгать.

***

— Она держится вполне достойно.

Президент Кан Ши Мён из Yerang Entertainment наблюдал за выступлением Чан Хё Джи с задних рядов зала. Рядом с ним стоял начальник отдела скаутинга Мин Чжун Соп с заметно напряжённым выражением лица.

— Она… она действительно талантлива. О сценических манерах и говорить не стоит.

— Видимо, так и есть.

Президент Кан Ши Мён сузил глаза и внимательно следил за сценой до самого конца выступления Чан Хё Джи. Она не отрывала взгляд от публики до самого финала и проявила завидную концентрацию. В целом, она была хорошей певицей. Однако он всё равно покачивал головой, будто чего-то не хватало.

— Она хороша, но… ей чего-то не хватает по сравнению с той девушкой, Ли Хён А. Она яркая, но не сияет.

— Но… Ли Хён А сказала, что не пойдёт к нам, если мы не примем всю группу…

— С этим ничего не поделаешь. Бюджет не позволяет… Ах да, я слышал, что эта девчонка всё-таки подписала контракт.

— Да. Компания называется World Entertainment.

— World?

Для Кан Ши Мёна это название было в новинку. Он озадаченно нахмурился.

— Это недавно созданная компания. Их первый артист — Ли Хён А. Похоже, они согласились взять всю группу.

— Ну, долго они не протянут. Одной привязанностью деньги не заработаешь.

— Именно.

Пока они болтали, выступление закончилось. Под аплодисменты Чан Хё Джи ушла со сцены, и следующая группа продолжила подхваченную ею атмосферу, хотя и уступала ей в энергетике.

Президент Кан Ши Мён скрестил руки на груди и продолжил наблюдать.

— Среди всех выступающих сегодня она, конечно, лучшая.

Эти слова вызвали довольную улыбку у Мин Чжун Сопа. Его выбор был одобрен президентом.

— Это хорошо. Посмотрим. Последними выступают White Moonlight? Разве раньше они не назывались The Formidables?

— Да. В прошлый раз они назывались именно так, но, кажется, сменили название.

— Похоже, компания заставила их. Ну, так лучше, чем было.

Президент Кан Ши Мён наблюдал за сценой с пустым выражением лица. Эта группа отклонила его предложение, поэтому у него не было к ним хороших чувств.

Свет на сцене погас, и последняя группа готовилась к выступлению. Раздавались звуки постукивания и настройки инструментов. В этом и была особенность небольших клубов. Свет снова зажегся и осветил Ли Хён А, стоявшую в центре сцены.

— Привет! Я Ли Хён А из White Moonlight, теперь это наше новое название вместо The Formidables.

— Вааааааа!

Как и следовало ожидать от «богини Хондэ», реакция зрителей была невероятно горячей. Ли Хён А сказала, что с нетерпением ждет возможности представить новую песню. После этих слов глаза зрителей засверкали в предвкушении.

— Вы немало успели попрыгать за время концерта, так что будем считать это небольшой передышкой. А теперь мы начинаем.

(п.п: какое-то время группа настраивала оборудование и так далее, за это время люди успели немного перевести дух)

Ли Хён А щелкнула пальцами в сторону барабанов. Ким Джин Дэ отбил палочками ритм и начал играть на том-томах. Остальные инструменты присоединились.

— Ааах— Аааах—

Люди подняли руки, слушая напев Ли Хён А. Уставшие после стольких прыжков, они включили фонарики на телефонах и начали ими размахивать.

— Сегодня — как и вчера — я иду по тем же улицам — ♪

Грандиозное инструментальное вступление затихло, и Ли Хён А начала петь. Ее освежающая манера исполнения придавала песне особый шарм.

По мере того как песня продолжалась люди все больше погружались в ее голос. Некоторые настолько прониклись эмоциями, что заплакали. Сначала это произошло с кем-то в первом ряду, а затем распространилось на остальных.

Барабаны, которые до этого просто держали ритм, стали звучать громче, а бас и электрогитары добавили динамики. Голос Ли Хён А заполнил всю сцену. Люди подняли руки и начали подпевать.

— Где бы ты ни был – куда бы ты не шёл– ♪

Барабаны сменились на синкопированный ритм [1], бас усилил напряжение, а эффект дисторшна украсил звучание, сделав голос Ли Хён А еще ярче. Зрители отвечали все более бурной реакцией. Как будто поддавшись этому, Ли Хён А сняла микрофон со стойки.

— Расцвети вновь – красиво ——Ааааа— ♪

— Вааааа—!

Барабанщик использовал все элементы установки — рабочий барабан, том-томы, райды, создавая мощный акцент, остальные участники группы тоже демонстрировали свои навыки. Зрители бурно реагировали, словно до этого не прыгали на месте. Их голоса уже охрипли, но они все равно кричали и подпевали. Казалось, все вокруг сошли с ума от этой песни.

Ли Хён А исполнила еще несколько композиций. Она не ожидала получить такой горячий отклик от аудитории. Получая энергию от публики, она выложилась по полной.

После эффектного инструментального финала их новая песня официально представила себя миру.

— Ха… Ха-ха…

Президент Кан Ши Мён, наблюдавший за выступлением из зала, стиснул зубы от раздражения. Мин Джун Соп, стоявший рядом с ним, нервно сглотнул, не зная, что сказать.

***

Продюсер MG Entertainment О Чжи Ван в последнее время чувствовал себя неважно. С тех пор как председатель Вон Джин Мун слег с болезнью, управление компанией перешло в руки совета директоров, и ее курс принял странное направление. Из-за этого ему, ранее занимавшемуся только звукозаписью, теперь приходилось управлять стажерами и выполнять кучу другой работы.

Но сегодня он собирался снять стресс. У него была встреча в Каннаме с близким другом, недавно вернувшимся из армии. Он покинул компанию пораньше и отправился на место встречи.

— Чжэ Хун!

— Хён, давно не виделись.

Когда он вошел в бар, по залу ходил мужчина с короткими волосами. Продюсер О Чжи Ван поприветствовал его и прошел внутрь.

Бар был устроен в виде отдельных кабинок. Они быстро сделали заказ и начали наливать друг другу выпивку. После первых глотков завязался разговор.

— Чжэ Хун, сколько лет, сколько зим?

— Прошло два года. В последний раз мы виделись перед тем, как я ушел в армию.

— Ты, мерзавец. Ни разу не позвонил мне во время отпуска.

— Извини… просто у меня не было времени.

Ким Чжэ Хун с виноватым видом налил еще выпивки. Видя, как он искренне сожалеет, продюсер О Чжи Ван махнул рукой и чокнулся с ним рюмками. Вместе они опрокинули очередную стопку.

Выпивая, они болтали о разном — армии, индустрии развлечений и многом другом. Темы для разговоров не кончались.

Лицо О Чжи Вана покраснело от алкоголя, и он осторожно спросил:

— Чжэ Хун, ты уже ищешь компанию?

— Пока нет. Я не могу так просто довериться кому-то.

— Ну, да. После того, что случилось, это понятно.

Продюсер О Чжи Ван нахмурился.

— Эти ублюдки. Ничего не сделали, а требуют в три раза больше депозита по контракту. Это вообще нормально?

— Они даже не оплатили за аранжировки и доходы с концертов. А потом просто аннулировали контракт…

— Что с иском?

«…»

Ким Чжэ Хун опустил голову, давая понять, что исход был неудачным. Продюсер О Чжи Ван тоже не знал, что сказать.

— Я просто… хочу петь. Не думая ни о чем другом. Просто петь…

Ким Чжэ Хун мечтал только об этом. Два года судебных разбирательств, затем два года службы в армии. Он не выступал на сцене уже четыре года. Более того, итог долгого судебного процесса оказался плачевным. Под его улыбкой скрывалось отчаяние.

Продюсер О Чжи Ван задумался. Найдется ли компания, готовая принять его? Да, его вокальные данные были на высоте. Но четырехлетний перерыв… Проблемы с деньгами… Какая компания возьмет на себя такой риск? Разве что одна из трех крупнейших.

— Ты обращался в такие компании, как Yerang?

— Да.

— И что?

Ким Чжэ Хун покачал головой. То есть — безуспешно.

«Если даже Yerang отказались, то что уж говорить о нас… Хотя компания сейчас и так в ужасном состоянии. Возможно, ему лучше попробовать обратиться в новую компанию, которую создала Ли Хён Джи… О, подождите».

В голове О Чжи Вана мелькнула мысль. Компания, созданная Ли Хён Джи и Кан Юном. Хоть она и маленькая, но, возможно, это хороший вариант.

— Чжэ Хун, тебе же не важен размер компании, верно?

— Компания — это необходимое зло.

— Эм… ну да. В общем, у меня есть один вариант для тебя…

Продюсер О Чжи Ван начал рассказывать ему о World Entertainment.

***

— Это было потрясающе. Ах, The Formidables — просто лучшие!

— Они теперь White Moonlight. Название же сменили.

— Какая разница, всё равно одно и то же. В любом случае, они такие крутые. Ах, Хён А-онни…

После завершения концерта зрители покинули зал, словно отступающая волна. Концертная площадка опустела в мгновение ока, но накал эмоций всё ещё витал в воздухе.

В пустом зале президент Кан Ши Мён стоял молча.

«Жаль. Как же жаль.»

Он вспомнил выступление White Moonlight. Даже уставшие зрители махали руками и громко выкрикивали слова поддержки. Даже он, повидавший немало сцен, ощутил силу их выступления. То, что ему не удалось заполучить Ли Хён А в свою компанию, было болезненным ударом.

В этот момент он заметил Кан Юна, который всё ещё смотрел на сцену. Президент Кан Ши Мён направился к нему.

— Господин Ли Кан Юн.

— Президент Кан Ши Мён.

— Значит, ты всё ещё помнишь меня.

Президент Кан Ши Мён. Кан Юн пожал ему руку и слегка поклонился. Он никак не ожидал встретить его здесь.

— Не ожидал увидеть тебя в таком месте. Что тебя сюда привело?

— О, сегодня тут выступали артисты из моей компании.

— Ах, я слышал, что ты занялся новым делом вместе с президентом Ли Хён Джи. Значит, дело в этом.

— Да.

Кан Юн кивнул, но не стал раскрывать подробностей.

Когда президент Кан Ши Мён собирался спросить больше, из комнаты для ожидания вышли Ли Хён А и её группа.

— Оп… резидент! Мы готовы!

— Хорошо, идём.

«Ли Хён А? Стоп. Она же в World… Погодите-ка».

Выражение президента Кан Ши Мёна изменилось. Он слышал, что Ли Хён А присоединилась к какой-то компании. И она назвала Кан Юна… «резидент»? Или что-то похожее. Всё ясно. Кан Юн переманил Ли Хён А и её группу.

«Ха… Хаха.»

— Тогда я откланяюсь.

— Э… конечно.

Кан Юн пожал руку растерянному президенту Кан Ши Мёну и ушёл вместе с White Moonlight.

— Хаха… ха. Ли Кан Юн. Так вот оно что. Интересно.

Глядя на уходящего Кан Юна, президент Кан Ши Мён пробормотал себе под нос.

— Начальник Мин.

— Да, сэр.

— Ты сказал, World Entertainment?

— Да, сэр.

— Разузнай о них всё.

Президент Кан Ши Мён продолжал смотреть на дверь, через которую только что ушёл Кан Юн, и прищурился.

______________________________________________________

[1] Синкопированный ритм — это ритм, в котором акцент смещается с сильных долей на слабые или между долями, создавая ощущение неожиданности и нестабильности.