— Онни, что с тобой? — обеспокоенно спросила Ким Джи Мин.

Лишь после её вопроса Пак Со Ён пришла в себя.

— А? Всё в порядке. Просто я в шоке… Что такой великий человек будет исполнять мою песню… А тебе ведь предстоит стоять с ней на одной сцене, тебе не страшно?

— Конечно, страшно. Но я всё равно благодарна за то, что учитель дал мне такую возможность…

Ким Джи Мин была тронута: ей предстояло выступить вместе с одной из самых уважаемых личностей в индустрии.

Честно говоря, она даже успела подумать, что Кан Юн просто всё свалил на Пак Со Ён и больше ничем не занимается. Но он не разочаровал её.

Гё Хё Мин довольно долго изучала партитуру, но в итоге отложила её с удовлетворённой улыбкой.

— Нужно будет сыграть, чтобы убедиться окончательно, но на первый взгляд мелодия очень хорошая. "Фонарь" — одна из моих любимых песен. Было бы очень грустно, если бы её испортили.

— Я ведь говорил, что ты не разочаруешься, — спокойно ответил Кан Юн.

— И правда, — кивнула Гё Хё Мин.

После похвалы Гё Хё Мин Пак Со Ён немного расслабилась.

Кан Юн, довольный её реакцией, предложил:

— Давайте пока сделаем перерыв. Почему бы нам не поесть? Говорят, на сытый желудок всё кажется лучше.

— Это правда, но... что нам делать с роялем?

— Не волнуйся, я уже всё подготовил.

Уверенный ответ Кан Юна вызвал недоумение у Ли Хён Джи:

— Разве репетиция не в студии? Я не уверена, что туда влезет рояль.

Кан Юн покачал головой:

— Ты права, туда он не влезет, поэтому я разместил его в Lunas.

— А, так вот почему на сегодня и завтра там ничего не запланировано... — хлопнув в ладоши, догадалась Ли Хён Джи.

Кан Юн довольно улыбнулся:

— Верно. Я освободил дни для репетиций Джи Мин.

— Значит, сегодня репетиция с мисс Хё Мин, а завтра подтянется оркестр?

— Именно. Думаю, за это время мы успеем хорошо подготовиться, хоть это и будет тяжело.

Времени оставалось в обрез, но всё шло чётко по плану.

Все, кто готовился к выступлению, с удовлетворёнными лицами направились в забронированный неподалёку ресторан, чтобы пообедать.

***

Дом Кан Юна

Из-за плотно закрытой двери комнаты Ким Чжэ Хуна доносилась приглушённая мелодия и высокие ноты.

— А-а-а-а-а...

Раздавался поток высоких звуков, которые обычному мужчине было бы крайне трудно воспроизвести.

Но Ким Чжэ Хун, похоже, был недоволен: он бросил взгляд на телефон, лежащий на столе.

— Хи Юн, тональность слишком низкая. Можешь чуть повысить?

Из динамика послышался удивлённый голос:

— Что? Да она и так довольно высокая! Это же третья октава, нота "до"!

— Просто подними на один тон. Мелодия и ритм отличные, но, как по мне, концовка звучит слабовато.

Ким Чжэ Хун снова и снова выражал недовольство. Однако ответ Хи Юн по телефону был не слишком обнадёживающим.

— В начале 2000-х считалось, что чем выше поёшь, тем лучше. Но сейчас это не так. Высокие ноты больше не являются показателем мастерства. Я лучше подумаю о другом способе усилить эффект.

— Нет, мне кажется, именно в этой песне лучше немного поднять тон. Я же не прошу полностью её переделать.

— Оппа, я слышала от брата, что ты повредил голос, когда работал в прежнем агентстве.

Несмотря на попытки Хи Юн его остановить, Ким Чжэ Хун был непреклонен — напротив, он ещё твёрже стоял на своём.

— Всё нормально. В прошлый раз я спокойно брал третью октаву, до "до". Главное — не лезть в "фа" или "соль".

Раньше он действительно брал третью октаву до "фа" и "соль". Но тогда, из-за безумных графиков и постоянных выступлений, его голосовые связки сильно пострадали.

— Брату это, наверняка, не понравится. Мне не хочется соглашаться на это…

Кан Юн знал о состоянии Чжэ Хуна лучше всех. И он точно не одобрил бы такие высокие ноты.

Ким Чжэ Хун на мгновение задумался, затем усмехнулся:

— Я скажу, что сам сделаю аранжировку. Когда всё будет готово, ему ничего не останется, как согласиться.

— Оппа, это нехорошо. Так нельзя…

Хи Юн пыталась его отговорить, но Ким Чжэ Хун лишь покачал головой.

— Это ведь просто цифровой сингл. Сейчас все заняты своими проектами. Мне тоже нужно напомнить о себе — показать, что в World Entertainment есть Ким Чжэ Хун.

— Эх, оппа… Но всё-таки…

— Доверься мне. Пожалуйста.

Хи Юн оказалась перед тяжёлым выбором.

«Придётся рассказать брату…»

— Ладно. Подожди немного.

— Спасибо.

Не подозревая о её тревогах, Ким Чжэ Хун выглядел совершенно беззаботно.

А вот Хи Юн, держащая трубку, буквально разрывалась от волнения.

***

— Ух ты

Гё Хё Мин была поражена, когда вошла в Lunas — точнее, когда увидела стоявший там рояль.

— "Starshres"? Это же тот самый рояль, на котором я обычно играю!

Ходя вокруг черного, сверкающего рояля, Гё Хё Мин не могла скрыть своей радости. Она волновалась, что из-за срочного вызова ей дадут какой-нибудь плохой рояль. В крайнем случае она даже подумывала доставить рояль из дома. Но теперь все её опасения исчезли.

Кан Юн, видя её довольную реакцию, с улыбкой сказал:

— Мы отправим его на настройку в телестудию за день до эфира.

— Ты лучший руководи… вернее, теперь уже президент, да? Хахаха. Это замечательно. Я зря волновалась.

Воодушевлённая, Гё Хё Мин села за рояль. Пробежавшись пальцами по клавишам, она начала играть — зал наполнился яркими переливами фортепиано, словно белыми искрами света.

— Вау…

Ким Джи Мин и Пак Со Ён нервно сглотнули. Хотя они мало разбирались в классической музыке, одних только изящных движений рук и прекрасного звучания фортепиано было достаточно, чтобы их зачаровать.

— Учитель.

— Что такое?

Ким Джи Мин подошла к Кан Юну и прошептала:

— Спасибо.

Он лишь пожал плечами в ответ на её благодарность.

— Мисс Хё Мин довольно привередлива, так что тебе придётся постараться наладить с ней контакт. Сделай всё возможное.

— Да!

Вскоре Ким Джи Мин встала рядом с Гё Хё Мин, которая как раз закончила разминку.

— Готова?

— Да.

— Тогда начинаем.

Глаза Гё Хё Мин сверкнули. Её руки начали мягко и плавно двигаться.

Интро этой песни было довольно спокойным. Затем, ударив по низким нотам, она постепенно усиливала звучание, пока оно не достигло кульминации, одновременно заполняя пространство мощным низким и высоким звуком.

После этого звучание пианино стихло, и начала петь Ким Джи Мин:

— Воспоминания, что мне не забыть... по той дороге, где мы встретились в солнечный день... ♪

Музыка Хё Мин и голос Джи Мин слились в единый поток, рождая белый свет. Но среди этого света Кан Юн заметил что-то странное — нечто, что отливало серебристым сиянием.

«Это…»

Это был серебристый свет, который он давненько уже не видел. Кан Юн заворожённо наблюдал, как он рождается из переплетения музыки и вокала.

— Осенние листья кружатся... В холодном ветре стираются воспоминания... Но я сохраню... нашу память... ♪

Партия фортепиано постепенно переходила от мягких низов к высоким нотам.

Пак Со Ён с удивлением наблюдала за этим.

«Ух ты, она импровизирует. Всё-таки... уровень у мировых артистов совсем другой.»

Пак Со Ён едва сдерживала восхищение: песня, над которой она столько трудилась, звучала сейчас потрясающе красиво.

— В тени — ах — воспоминания о любви с тобой — под фонарём... ♪

Фортепиано звучало всё громче, усиливая песню Ким Джи Мин. Казалось, пение придавало сил и самой Гё Хё Мин, поскольку она всё глубже погружалась в музыку.

Хотя изначально планировалось исполнить только первый куплет, песня продолжалась до самого конца.

— Твой аромат... среди аллей воспоминаний... Я сохраню его... ♪

Ким Джи Мин настолько погрузилась в исполнение, что даже прослезилась. Её хрипловатый, но чистый голос заполнил сцену, а звуки пианино поддерживали его, придавая дополнительную силу.

— Я помню… ♪

На последнем аккорде низкие и высокие ноты снова мощно прозвучали одновременно, а затем звук начал медленно стихать.

Тишина повисла в воздухе.

— Ух ты…

Пак Со Ён машинально зааплодировала. Это была лучшая игра на фортепиано, которую она когда-либо слышала. Звуки то мягко окутывали голос Ким Джи Мин, то мощно его вели.

Кан Юн и Ли Хён Джи тоже зааплодировали.

— Спасибо.

Гё Хё Мин поблагодарила всех, встала и, взяв партитуру, подошла к Пак Со Ён.

— Вы мисс Со Ён?

— Д-да!

— Не нужно так нервничать. Поговорим немного?

— Да!!

Пак Со Ён по-прежнему была напряжена — ведь перед ней стояла одна из величайших пианисток мира, готовая обсуждать с ней музыку. Кан Юн не выдержал и рассмеялся.

— Научись у неё как можно большему.

— Хорошо!

Услышав их разговор, Гё Хё Мин улыбнулась.

— В целом всё хорошо. Но я думаю, вступление должно быть чуточку мощнее, а дальше — немного мягче. Нужно найти правильный баланс. Пойдём обсудим это?

Получить наставления от такого маэстро — редкая удача.

Несмотря на волнение, Пак Со Ён последовала за ней.

— Ну а мы что будем делать? — спросила Ли Хён Джи.

Кан Юн улыбнулся:

— Работать.

— ...

На лице Ли Хён Джи отразилась немая печаль.

***

В одном из роскошных японских ресторанов Каннама, где звучала спокойная музыка, за столом сидели президент GNB Entertainment Хан Ён Сук и президент Yerang Entertainment Кан Ши Мён.

Этот ресторан был известен благодаря шеф-повару, которого высоко ценили в кулинарных кругах. Многие мечтали здесь побывать, но из-за непомерно высоких цен далеко не каждый мог себе это позволить.

— Спасибо за помощь в этом деле. Обязательно отплачу вам позже, — мягко произнесла Хан Ён Сук, откладывая палочки.

Однако президент Кан Ши Мён отмахнулся:

— Это мне стоит поблагодарить вас за такой великолепный ужин.

— Не говорите так. Вы сумели в короткие сроки собрать более тридцати танцоров. Это куда больше, чем я ожидала. И все до одного — мастера своего дела.

Ради одного выступления собрались самые знаменитые танцоры страны. Их уровень не вызывал сомнений. Без особых связей было практически невозможно собрать таких артистов в столь сжатые сроки.

— Надеюсь, завтра мы увидим отличное выступление. Я возлагаю на Наэль большие надежды.

— Хо-хо, благодарю вас.

Атмосфера за столом была тёплой и дружеской.

Хотя на самом деле мысли у обоих были совершенно иными...

«Надеюсь, он не потребует чего-то слишком чрезмерного...»

Хан Ён Сук была осторожна: хоть она и оказалась в долгу, но не собиралась платить за это слишком высокую цену.

Тем временем Кан Ши Мён думал о другом:

«Главная угроза — World. Нужно опередить Ын Ха с помощью Наэль. World растёт слишком быстро.»

По его мнению, в индустрии достаточно было четырёх крупных компаний: MG, YoonSeul, Yerang и GNB Entertainment. Он не желал, чтобы к ним присоединился такой непредсказуемый игрок, как World Entertainment.

Скрывая свои истинные намерения, он спокойно произнёс:

— Я слышал, что в новом выпуске "Рождение шедевра" также участвует Ким Джи Мин.

— Да, так и есть. Куда ни глянь — везде натыкаемся на эту Ын Ха. Всё время стоит у нас на пути...

Президент Хан Ён Сук покачала головой.

Ын Ха с самого дебюта мешала продвижению Наэль, и Хан Ён Сук это сильно раздражало.

Уловив перемену в настроении собеседницы, президент Кан Ши Мён мягко продолжил:

— World Entertainment, где работает Ын Ха, хоть и небольшая компания, но очень перспективная. Они наверняка подготовили что-то особенное. У их президента хороший глаз на таланты.

— В этот раз мы тоже подготовились. Хотя при дебюте мы и проиграли, теперь всё будет иначе. С вашей поддержкой мы обязательно покажем, что Наэль лучше Ын Ха.

— Ха-ха-ха-ха. Надеюсь на это.

Президент Кан Ши Мён рассмеялся, но внутри чувствовал тревогу:

«Не знаю, что задумал этот Ли Кан Юн, но хорошего точно ждать не стоит…»

Пока Хан Ён Сук с энтузиазмом рассказывала о своих планах, Кан Ши Мён обдумывал, как быть с "World".

На горизонте намечалась настоящая война между GNB Entertainment и World Entertainment.

***

После завершения аранжировки время пролетело незаметно.

В тот же день, когда Ким Джи Мин получила партитуру, она начала репетировать с Гё Хё Мин, а на следующий день состоялась первая и единственная репетиция с оркестром, нанятым Кан Юном.

— Я слышал, что прибудет госпожа Гё Хё Мин.

— Да, я так волнуюсь...

Музыканты, отвечающие за первые и вторые скрипки, переговаривались в перерыве. Все с нетерпением ждали выступления. Хотя это был оркестровый аккомпанемент к популярной песне, само имя Гё Хё Мин придавало мероприятию особый вес.

Пак Со Ён, наблюдая за репетицией Ким Джи Мин, вспотела от волнения.

— Твой аромат... среди аллей воспоминаний... Я сохраню его...♪

Ким Джи Мин всё больше погружалась в песню, а скрипки и виолончели звучали всё мощнее.

Чувство, когда твоя песня звучит в сопровождении величественного оркестра, было ни с чем не сравнимо.

Кан Юн зачарованно смотрел, как сотни нот переливаются ослепительным светом.

«Интересно, что будет, если добавить Хё Мин?»

(п.п: сейчас Гё Хё Мин тут нет, Джи Мин только с оркестром репетировала)

На его лице расцвела довольная улыбка.

***

День выступления.

Кан Юн и Ким Джи Мин прибыли в общественный зал телеканала KS TV рано утром. Им предстояло решить множество организационных вопросов.

Когда они прибыли, рояль, предназначенный для Гё Хё Мин, уже стоял на месте, и настройщик как раз занимался его калибровкой. Кан Юн внимательно следил за процессом: малейшая фальшь могла испортить выступление.

Пока Кан Юн и Ким Джи Мин наблюдали за настройкой, к ним подошёл продюсер "Рождения шедевра" — Ли Тэ Сон. Его глаза, скрытые за толстыми очками, были острыми и проницательными.

— Президент Ли, Ын Ха, добро пожаловать.

— Здравствуйте, продюсер.

Ли Тэ Сон, взглянув на рояль, заговорил серьёзным тоном:

— Как вы и просили, мы разрешили использовать оркестр и рояль. Но как только ваше выступление закончится, рояль нужно будет убрать. Кроме того, вы выступаете первыми.

— Мы в курсе. Благодарим за понимание.

— Не стоит благодарности. Репетицию можно будет провести без проблем, но в ходе основной записи рояль нужно будет убрать. Как только ваше выступление закончится, мы задействуем для этого нашу команду.

— Принято.

Несмотря на то, что выступать первыми было немного невыгодно, возможность использовать рояль была куда важнее, и Кан Юн без колебаний согласился.

После разговора с продюсером Ли Тэ Соном и завершения настройки инструмента они направились в комнату ожидания.

Пока Ким Джи Мин разминала голос перед репетицией, в комнату вошла группа людей — прибыла Ю На Юн, ещё одна участница сегодняшнего концерта.

— Здравствуйте, президент Кан Юн. О, Джи Мин!

— На Юн!

Ю На Юн радостно поклонилась Кан Юну, а затем с воодушевлением схватила Ким Джи Мин за руки. Несмотря на то, что им предстояло состязаться друг с другом, атмосфера между девушками была тёплой.

— Джи Мин, хорошо подготовилась?

— Времени было мало, многое не успела. А ты?

— Я? Ну, кое-как. Хо-хо. В этот раз я обязательно должна победить!

Ю На Юн бросила уверенный взгляд, на что Ким Джи Мин ответила столь же решительным взглядом.

— Тогда покажем всё, на что способны!

— Да!

Обе девушки разгорелись духом соперничества.

Запись должна была начаться в пять вечера.

Время для репетиций, настройки камер и подготовки пролетело в один миг.

Когда ведущий, разогревавший публику, покинул сцену, появился основной ведущий.

— Добро пожаловать на 14-й выпуск "Рождения шедевра"! Приветствуем уважаемых судей и зрителей!

— Оооооо!!!

Под громкие аплодисменты началась запись, которой вскоре предстояло взорвать интернет.