— Дженни, осторожнее, это может быть опасно.

Обеспокоенно произнёс Сон Хак Тэ, увидев, как Ли Сам Сун шагнула вперёд. Однако, не обращая внимания на его предупреждение, она вставила в трактор L-образный рычаг и резко провернула его.

— Эээ?

Глаза как участников шоу, так и съёмочной группы расширились от удивления при виде её решительных действий.

«Она вообще знает, что делает?»

«Похоже, она слишком уж жаждет экранного времени…»

Некоторые девушки недовольно нахмурились, подумав, что Eddios просто пытаются создать вирусный момент ради рекламы.

И, как и следовало ожидать…

Несмотря на все усилия Ли Сам Сун, трактор так и не завёлся.

— Продюсер Ё, вы уверены, что он не сломан?

Сон Хак Тэ взглянул на Ё Ун Хёна с подозрением. Однако тот покачал головой.

— Вчера всё было нормально.

— Тогда почему он не заводится?

Сон Хак Тэ, которому не нравилось смотреть, как Ли Сам Сун мучается с тяжёлой техникой, завёл спор с продюсером.

Тем временем Ли Сам Сун не обращала внимания на происходящее вокруг и продолжала разбираться с трактором. Надев рабочие перчатки, висящие сбоку, она без колебаний открыла капот.

— Дженни!! А если он сломается?!

Ён Чжи Ён в панике закричала, но Ли Сам Сун, сосредоточившись на своём деле, будто не слышала её.

— Он не прогревается как следует. Можно мне немного горячей воды?

Ли Сам Сун крикнула это съёмочной группе. Хотя персонал знал о её прошлом, никто не ожидал, что всё зайдёт так далеко. От прежней элегантной Дженни из Eddios не осталось и следа — перед ними была сельская девушка, не боящаяся запачкать руки машинным маслом.

— Чжэ Шик.

— Да!

Ё Ун Хён жестом подозвал помощника режиссёра. Несмотря на то, что по правилам программы участники должны были справляться самостоятельно, даже он невольно поддался давлению, исходящему от Ли Сам Сун. Получив указание, помощник поспешно принёс чайник с горячей водой.

— Спасибо.

Приняв чайник, Ли Сам Сун без тени сомнения залила кипяток в отсек для охлаждающей жидкости.

— Дженни!!

— Ты с ума сошла?!

— Унни!

Юн Сыль Ки, Мири, Наэль — все в один голос закричали.

С точки зрения здравого смысла лить воду в двигатель трактора было абсурдно. Они не могли понять, что она делает.

Но Ли Сам Сун, как ни в чём не бывало, закончила и приготовилась снова запустить двигатель.

— Он не заводится, потому что замёрз. Как только прогреется, заработает.

— Что?

Она спокойно объяснила, но никто, кроме Сон Хак Тэ, не понял, о чём речь. Даже если это так, зачем лить кипяток в машину? Вопросы сыпались один за другим, но Ли Сам Сун лишь попросила немного подождать, не отвечая на них.

Хотя прошло всего несколько минут, участницы уже начали обсуждать, не стоит ли позвать кого-то из местных. Даже Сон Хак Тэ начал нервничать.

Но спустя несколько минут…

Ли Сам Сун снова взялась за рычаг и сначала медленно, а затем резко его провернула.

И тут…

Тр-тр, тр-тр, трррррррр…

Раздался долгожданный звук. Двигатель завёлся.

— Уаааа!

Все радостно закричали от восторга. В один миг взгляды, полные сомнений, исчезли, и участники шоу бросились к Ли Сам Сун.

— Дженни, ты невероятная!

— Унни, я тебя обожаю!

Юн Сыль Ки, Мири и остальные безудержно восхищались ею. Сон Хак Тэ, прочистив горло, сделал вид, будто никогда в ней не сомневался.

Даже Ё Ун Хён стоял с раскрытым от изумления ртом.

«Что за кадры я только что снял?!»

Это была удача. Даже больше, чем ожидал Кан Юн, когда предлагал им взять Ли Сам Сун.

— Вперёд!!

— Унни, поехали!

Ли Сам Сун заняла место водителя и, под радостные крики, помчалась по просёлочной дороге.

«Это… это потрясающе!»

Как же зрители отреагируют на такое?

Ё Ун Хён уже представлял, как покажет эту сцену в эфире. Здесь не требовались никакие дополнительные эффекты — это было само по себе идеальным кадром.

Он твёрдо решил, что сделает всё на высшем уровне.

***

В студии Чжон Мин А слушала демоверсию песни, которую принёс Кан Юн.

— Отлично! Это прямо в моём стиле!

Песня её устроила. Чжон Мин А сняла наушники и подняла большие пальцы вверх.

— Нравится?

— Да, очень.

Только тогда Кан Юн облегчённо выдохнул.

— Фух, хорошо. В этот раз было непросто.

— Прости. Просто я никак не могла прочувствовать её.

— Понимаю. Эти медные духовые — сплошная головная боль…

Когда Хи Юн передала ему песню, она также озвучила пожелания Чжон Мин А. Кан Юн учёл их при аранжировке, но девушке всё равно чего-то не хватало. Он пытался выяснить, что именно её не устраивает, но Чжон Мин А не могла объяснить этого словами. В этом и заключалась проблема.

Кан Юну пришлось непросто, когда он пытался подстроить песню под её вкусы.

— Аджосси, я в шоке. Ты всегда был так хорош в музыке?

— Мин А. Мы на работе.

— Ой, извини, хехе.

Чжон Мин А показала язык, а потом снова заговорила:

— В любом случае, эта песня просто невероятная! Значит, с ней я вернусь на сцену?

— Точнее, дебютируешь. Соло-дебют.

— Вау.

Глаза Чжон Мин А загорелись от предвкушения.

— Рано радуешься. Тебе нужен хореограф.

— Я и сама могу поставить танец…

Похоже, ей хотелось сделать всё самостоятельно, но Кан Юн лишь покачал головой.

— Я не сомневаюсь в твоих способностях, но создание хореографии — это совсем другой уровень. Сначала стоит поучиться у профессионала.

— Ладно, раз уж ты так говоришь, аджосси.

— Мин А.

— Да-да-да.

Она недовольно надулась.

Кан Юн лишь слегка улыбнулся и посмотрел на часы.

— Он скоро придёт.

— Кто?

— Хореограф.

— Что? Уже? Кто это?

Удивлённая тем, как быстро всё организовал Кан Юн, Чжон Мин А с нетерпением ждала ответа.

— Ты слышала о Пак Сан Хёке?

— Подожди-подожди. Пак Сан Хёк? Разве его команда не лучшая в мире по брейк-дансу?

Она была поражена. Будучи заядлой танцовщицей, Чжон Мин А не могла не знать о лучшей би-бой команде.

— Знаешь их?

— Конечно! Пак Сан Хёк — лидер команды Battlemonster. Аджосси, ты тоже его знаешь?

— …Мин А. Это уже третий раз.

— Ладно-ладно, поняла. Ты такой придирчивый…

— …

Заметив серьёзное выражение лица Кан Юна, Чжон Мин А обиженно отвернулась. Обычно он был добрым, но всегда придерживался своих принципов. И если кто-то их нарушал, он становился жёстким. Поэтому она решила не спорить.

— В общем, эта команда уже три… или четыре года подряд занимает первое место. Ах, точно! Они даже выступали с Джу А! Это же ты всё устроил, да, аджо… то есть, президент?

— Да. Тогда я и познакомился с ним.

— Вот оно что…

В её глазах снова вспыхнуло восхищение. Кан Юн казался ей всё более впечатляющим.

В этот момент в дверь студии постучали. Кан Юн и Чжон Мин А одновременно обернулись, в комнату вошли Ли Хён Джи и мужчина с длинным хвостиком.

Пак Сан Хёк протянул руку Кан Юну.

— Руководитель Ли, давно не виделись.

— Рад встрече.

Кан Юн пожал руку Пак Сан Хёку, с которым не виделся несколько лет.

Ли Хён Джи принесла горячий кофе и предложила гостю присесть. Все четверо разместились на диване.

После краткого знакомства с Чжон Мин А разговор перешёл к делу.

Первым заговорил Кан Юн:

— Как я уже говорил по телефону, я бы хотел поручить тебе постановку хореографии моей Мин А.

— Хм…

Пак Сан Хёк протяжно выдохнул.

«Моей… Мин А?»

Чжон Мин А едва не завизжала от радости, услышав его слова, но, понимая серьёзность ситуации, сдержалась.

Ли Хён Джи добавила:

— Как я уже говорила по дороге сюда, нам нужна хореография, которая будет сочетать элементы брейк-данса и привычных танцевальных номеров, которые исполняют на сцене. Мы решили, что именно вы лучше всего справитесь с этой задачей.

— Хм. Для начала я бы хотел послушать трек.

По просьбе Пак Сан Хёка Кан Юн включил запись.

Из динамиков зазвучала заглавная композиция Чжон Мин А, начинающаяся с мощных духовых. Хотя вокал ещё не был записан, Пак Сан Хёк наслаждался музыкой, двигая руками и ногами в такт.

Когда четыре минуты песни подошли к концу, он наконец заговорил:

— Отличный трек. Очень атмосферный. Ему подойдёт энергичная хореография.

Ритм, динамика — всё было на своём месте, музыка буквально задавала движение. Однако Пак Сан Хёк с лёгким сомнением перевёл взгляд на Чжон Мин А:

— Но если я займусь постановкой, то, скорее всего, у меня получится танец, который больше подошёл бы мужчине. Справится ли с ним Мин А…

Слова хореографа задели Чжон Мин А за живое. Это что же, он сомневается в её способностях?

Она уже собиралась возразить, но Кан Юн взял её за руку.

Когда она обернулась к нему, он мягко, но уверенно сказал:

— А если представить, что этот танец должна исполнить Джу А?

Пак Сан Хёк сразу же понял, к чему клонит Кан Юн. Джу А — отличный ориентир, ведь он хорошо знал её возможности.

— Если бы это была Джу А… Да, думаю, она бы справилась без проблем. Когда я слушал этот трек, то как раз представлял её.

На это Кан Юн с уверенностью заявил:

— Тогда представьте, что Мин А — это Джу А, и поставьте танец, исходя из этого. У неё достаточно мастерства, чтобы справиться.

— Что?!

И Чжон Мин А, и Пак Сан Хёк были ошеломлены.

Особенно потрясена была Чжон Мин А — она даже открыла рот, но так и не смогла ничего сказать.

— П-подожди. Я знаю, что ты не любишь преувеличивать, руководитель… но… Хм. Ты хочешь сказать, что Мин А справится с элементами брейк-данса?

— Да.

— Кхм…

Пак Сан Хёк неловко откашлялся, услышав такую уверенность в голосе Кан Юна.

Чжон Мин А определённо была красавицей. Если Джу А сочетала в себе женственность и энергичность, несмотря на свой невысокий рост, то Чжон Мин А была высокой, с идеально очерченными формами. По его мнению, лучше всего ей подошёл бы танец в сексуальном стиле. Но сейчас… Кан Юн сравнивал её с Джу А…

Увидев его колебания, Кан Юн продолжил убеждать его ровным, спокойным тоном:

— Просто считай, что ставишь номер для Джу А. Если Мин А не справится — ничего страшного.

— Что?..

Пан Сан Хёк изумлённо посмотрел на Кан Юна.

— Я уверен в Мин А. Просто создавай танец, не ограничивая себя.

— ……

«Аджосси…»

Он сравнил её с Джу А. Глаза Чжон Мин А дрожали от волнения. Она даже не подозревала, что Кан Юн настолько в неё верит.

Она сжала кулаки.

«Я не могу его подвести.»

Пак Сан Хёк молча обдумывал услышанное, а затем вздохнул и улыбнулся.

— Фух… Ладно. Теперь я окончательно понял, какой ты человек, руководитель.

— В каком смысле?

— Ты умеешь разжечь азарт. Не только у меня, но и у Мин А. Ладно, уговорил. Буду ставить хореографию так, будто её исполняет Джу А. И обещаю, что сделаю всё на высшем уровне.

— Благодарю.

Кан Юн пожал Пак Сан Хёку руку.

***

— Аджосси.

Когда Пак Сан Хёк и Ли Хён Джи ушли, в студии остались только они вдвоём. Услышав, как она его назвала, Кан Юн обернулся.

— Мин А, я же…

— Я сделаю всё, что в моих силах.

Когда Кан Юн хотел напомнить ей, что они на работе, девушка опередила его.

Её взгляд горел решимостью.

«Она и так всегда выкладывается на полную…»

Кан Юн легко похлопал её по плечу.

— Хорошо. Сделай всё, что в твоих силах.

— Спасибо, что веришь в меня.

Чжон Мин А низко поклонилась.

Кан Юн всегда верил в неё. И она твёрдо решила оправдать его доверие.

***

— Я дома.

Открыв дверь, Кан Юн вошёл в квартиру.

— Никого нет?

Обычно его встречала Хи Юн, но сегодня дома не было ни звука.

Слегка озадаченный, он направился в комнату Ким Чжэ Хуна. Однако…

[Прости! Завтра я должна встретиться с хореографом Мин А…]

[Уу…]

Из комнаты, где жили Хи Юн и Рейна, доносился разговор на английском.

[Ты же говорила, что завтра свободна?]

[Хореограф может только завтра.]

[Как же так...]

В голосе Рейны явно слышалось разочарование. Хи Юн ответила виноватым тоном:

[Прости, правда. В следующий раз обязательно найду время.]

[…Ладно. Я ведь добрая, так что прощу тебя.]

[Спасибо. Я обещаю что-нибудь придумать.]

Кан Юн не стал слушать дальше.

Только сейчас он понял, что был слишком невнимателен.

Хи Юн прилетела в Корею не одна — с ней была подруга. И хотя это её личное дело, видеть, как сестра всё реже общается с близким человеком, было неприятно.

Но и отменить завтрашнюю встречу он тоже не мог.

«Сложно…»

Кан Юн вздохнул и направился в свою комнату.

***

На следующий день.

— Я пошла.

Хи Юн ушла на работу пораньше. Ей нужно было кое-что взять в компании перед встречей с Пак Сан Хёком.

В этот раз Кан Юн не торопился уходить. Он присоединился к Рейне за завтраком, который Хи Юн приготовила заранее.

[Рейна, как тебе Сеул?]

[А? Ну…]

Ответ Рейны прозвучал неуверенно. Затем она покачала головой.

[Я почти не выходила из квартиры, гулять одной совсем не весело.]

Услышав это, Кан Юн предложил:

[Если хочешь, я могу составить тебе компанию сегодня.]

[Что, правда?!]

Рейна мгновенно оживилась.

Её глаза заблестели от радости.