— Не думаю, что у нас есть причина для встречи.

Президент Ю Мин Сон ответил спокойно, скрывая тревогу в глубине души.

Говорят, беда не приходит одна — это был как раз тот случай.

После того как Хён Мин У сдался полиции, он беспокоился, что могут всплыть и его собственные связи с азартными играми. А теперь ему звонит человек, который подал на него в суд.

Чувство было крайне неприятным.

Тем не менее его собеседник говорил с тем же хладнокровием:

— Это правда. Мы доставили друг другу неудобства. Но если посмотреть на ситуацию с другой стороны, может оказаться, что у нас есть чем обменяться.

— Мне ничего не нужно от…

— Хён Мин У. И деньги. [1]

Ю Мин Сон резко замолчал.

Пока он переваривал услышанное, Кан Юн продолжил говорить.

— Я буду у вас через два часа. Но если вам это не нужно…

— Ну… возможно, меня не будет на месте. Но если вас не смущает подождать, тогда ладно.

При упоминании денег глаза Ю Мин Сона вспыхнули.

Однако показывать свою заинтересованность было бы неосмотрительно. Раз Кан Юн сам хочет прийти, значит, у него есть к нему просьба.

— Тогда до скорой встречи.

Разговор прервался.

Ю Мин Сон насмешливо усмехнулся, глядя на телефон.

— Ха. Видимо, он прижат к стенке. Раз сам сюда явится… Посмотрим, что он там скажет.

Усмехнувшись, он начал приводить свой кабинет в порядок.

***

Два часа спустя.

Кан Юн прибыл в Rebirth Entertainment. (п.п: не в 20:31 уже хорошо)

Сотрудница провела его в кабинет президента, где уже ждал Ю Мин Сон, вальяжно расположившись в кресле.

— Добро пожаловать.

Он жестом предложил Кан Юну выбрать любое место. В его манерах чувствовалась нарочитая грубость, но Кан Юн оставался невозмутимым.

Вместо него за поведение начальника смущалась девушка-сотрудница, подавшая гостю кофе.

— Спасибо.

Она удивилась: несмотря на пренебрежительное отношение президента, Кан Юн сохранял абсолютное спокойствие. По её мнению, он должен был быть в проигрышном положении, но по его виду этого не скажешь. Любопытство взяло верх, и, выйдя за дверь, она прислушалась к разговору. Рядом с ней оказался ещё один сотрудник, которого тоже одолевало любопытство.

Тем временем в кабинете начался серьёзный разговор.

— Я уже думал, что после твоей высокомерной выходки мы не увидимся.

— Раз уж у нас натянутые отношения, перейду сразу к делу. У меня есть то, что вам нужно, и у вас есть то, что нужно мне. Предлагаю обмен.

— Ого? Значит, у тебя есть то, что мне нужно? И что же это?

— Как я уже говорил два часа назад, я могу дать вам деньги.

Кан Юн поставил на стол небольшую картонную коробку. В ней легко могло поместиться десяток банок с напитками.

Ю Мин Сон презрительно усмехнулся:

— И что это?

Когда он уже собирался встать, Кан Юн молча открыл коробку. Внутри вместо банок аккуратно лежали пачки купюр номиналом 50 000 вон.

— Ого…!!

— Здесь чуть больше 50 миллионов вон. И я готов отдать их вам.

Глаза Ю Мин Сона алчно заблестели. Конечно, такие деньги просто так никто не отдаст. Но соблазн был велик.

«Клюнул», — сдержанно усмехнулся про себя Кан Юн, видя, как алчность постепенно захватывает его собеседника.

Ю Мин Сон задумчиво пересчитал купюры, после чего медленно спросил:

— Разумеется, просто так ты их не отдашь. Чего ты хочешь?

— Скажу прямо: я хочу права на песни Ким Чжэ Хуна.

Эти слова вызвали бурю негодования.

— Ч-что?! Авторские права?! За эти копейки… ПРОВАЛИВАЙ!!!

Его яростный голос прокатился по всему офису.

Но Кан Юн и глазом не моргнул.

— Авторские права приносят крупную сумму единовременно, но в целом их доход неустойчив. В случае с Ким Чжэ Хуном цена, возможно, выше, чем у других исполнителей, но за последние несколько лет интерес к его песням снизился. Я не уверен на сто процентов, но рискну предположить, что доход от них падает. Я не прав?

— Это… хм…

Слова Кан Юна были неоспоримы.

Ю Мин Сон подавил гнев, но по-прежнему выглядел задумчивым.

— Ха-а… Авторские права, говоришь… Но… права на песни Ким Чжэ Хуна стоят недёшево.

Его глаза вновь загорелись, словно говоря: «А у тебя денег-то хватит?»

Кан Юн понял этот намёк без слов.

Ну что ж, начнём торги.

— Как насчёт 70 миллионов?

— Немного маловато… но ладно, согласен.

Президент Ю Мин Сон ответил небрежно, но внутри ликовал. Он получил огромную сумму денег за то, что ему досталось практически даром. Это была лучшая сделка в его жизни.

Видя его воодушевление, Кан Юн заговорил:

— Раз уж так, предлагаю оформить договор прямо сейчас.

— Мне это только на руку! Давай!

— Я также свяжусь со своими сотрудниками, чтобы отозвать все иски. Надеюсь, в будущем мы встретимся при более приятных обстоятельствах.

— Хахаха! Похоже, я тебя недооценил. Даже не думал, что с тобой так легко договориться.

Ю Мин Сон протянул руку. Кан Юн с лёгкой улыбкой пожал её.

— Будем сотрудничать.

— Конечно! И Ким Чжэ Хуну ни слова…

— Само собой! Мы ведь профессионалы!

Ю Мин Сон хитро и самодовольно улыбнулся.

Кан Юн тоже улыбнулся в ответ, но в душе испытывал лишь презрение. Глядя на то, как ведёт себя этот человек, он был уверен, что дни этой компании сочтены.

После этого он подписал контракт на передачу авторских прав и передал деньги.

Так авторские права на песни Ким Чжэ Хуна полностью перешли к World Entertainment.

***

Ким Чжэ Хун переживал весну, горячее, чем у кого-либо.

Ранние визиты в салон (делать прическу) стали для него привычным делом, а график был забит бесконечными выступлениями, съёмками и другими мероприятиями.

— Хён, ты точно в порядке?

— Со временем привыкаешь.

— Ты точно человек?

Менеджер Ким Дэ Хён, который заменял Кан Юна и сопровождал Ким Чжэ Хуна, худел на глазах. Уходить на работу пока солнце не встало и возвращаться, когда оно уже село — вот какое теперь у него было расписание.

Однако Ким Чжэ Хун был абсолютно счастлив. Телу было тяжело, но возможность снова выходить на сцену стоила того.

— Мы шли по дороге вместе… Через поля…♪

— ВААААА!!!

На одном из провинциальных мероприятий он исполнил не только четыре заявленные песни, но и добавил к ним ещё четыре в качестве бонуса, чем окончательно утвердил за собой титул «короля фестивалей».

Так он и провёл весь май в бешеном ритме, пока однажды не получил вызов в компанию.

После тёплой встречи с коллегами он сел напротив Кан Юна. Тот выглядел немного измождённым.

— Президент, вы плохо себя чувствуете?

— Всю ночь занимался твоими песнями.

— Ах, точно…

— Эх. В общем, я вызвал тебя, потому что есть важный разговор.

Кан Юн протянул ему несколько документов.

Взглянув на них, Ким Чжэ Хун расплылся в широкой улыбке.

— В-вы… вы вернули мои авторские права?!

— Точнее, я их выкупил. Конечно, можно было бы потянуть время и сэкономить, но тогда тебе было бы сложнее. Я решил, что лучше сразу закрыть этот вопрос.

— Президент…

Голос Ким Джэ Хуна задрожал. В его глазах блеснули слёзы. Но Кан Юн лишь отмахнулся.

— Теперь ты по-настоящему часть World Entertainment, Чжэ Хун.

— Верно. Я никогда не заставлю вас пожалеть о вашем решении.

— Надеюсь.

Кан Юн похлопал его по плечу.

Глаза Ким Чжэ Хуна вспыхнули решимостью.

***

Пак Со Ён спустя долгое время вновь взяла в руки гитару.

Последние несколько лет она редко к ней прикасалась, оправдываясь учёбой. Но сегодня вдруг захотелось услышать знакомый чистый звук струн.

— И дождь не из капель был и не из слёз. Это был ярких звёзд выразительный дождь. ♪

Она взяла толстую стопку нот, открыла наугад и начала играть.

В закрытой комнате её голос и звук гитары разливались мягким эхом, доставляя настоящее удовольствие.

Но недолго.

Раздался резкий звук — и тончайшая струна лопнула.

— Ах…

Закон Мёрфи [2] ?

Пак Со Ён поморщилась. Запасных струн у неё не было.

Она бросила гитару на кровать и устало растянулась рядом.

— У меня вообще хоть что-то нормально получается?.

Пак Со Ён глубоко вздохнула. Выпускной и будущее наполняли её голову тревогами. Как же было бы хорошо, когда нужно было думать только об одном… Например, о поступлении в университет.

«Со Ён, отправь моему брату ему свою песню. Пусть оценит».

В этот момент ей внезапно вспомнился совет Хи Юн.

Она вспомнила, сколько раз Кан Юн помогал ей. Без него поступление в престижный музыкальный университет осталось бы мечтой. Но почему-то она даже не думала о нём в последнее время.

Пак Со Ён резко вскочила с кровати.

«Почему бы не попробовать?»

Она достала блокнот с пустыми нотными страницами, затем снова взяла в руки гитару.

— Ах да… струна…

Увидев порванную струну, она покачала головой и вышла из комнаты. Нужно было купить новую.

***

[Артист Хён Мин У обвинён в незаконных азартных играх за границей.]

Актёр Хён Мин У (38 лет) обвиняется в участии в азартных играх за рубежом. По данным следствия, господин Хён проиграл от сотен миллионов до миллиардов вон в таких странах, как Филиппины, Макао и США.

…..

Полиция продолжает расследование, выясняя наличие возможных сообщников.

…..

Горячие новости, восходящий феникс.

Журналист Ли Чхан Ён

****

— Похоже, это дело так просто не закончится.

Ли Хён Джи вздохнула, читая интернет-новости. Хён Мин У был довольно популярным актёром, а теперь его имя оказалось в центре громкого скандала. В ближайшие дни пресса будет только об этом и говорить.

— Думаю, он всё равно сможет вернуться в индустрию.

— Он же сам признался. Конечно, сначала его будут осуждать, но со временем всё изменится. Именно на этом и строилась стратегия президента?

— Верно. Благодаря этому мы смогли надавить на президента Ю Мин Сона. Во многом Мин У оказался нам полезен.

— В итоге все получили выгоду. Мы нашли повод, чтобы вернуть авторские права, а Хён Мин У избавился от угроз Ю Мин Сона. В очередной раз убеждаюсь: лучше жить честно.

— Хён Мин У действительно подготовил для нас удобную почву. Это говорит о том, насколько сильную обиду он затаил на Ю Мин Сона. В любом случае, его положение было незавидным. К тому же зависимость от азартных игр явно повлияла на его способность здраво рассуждать. Иначе он бы не продал нам авторские права Ким Чжэ Хуна за такую смешную сумму.

Кан Юн с покачал головой и тяжело вздохнул. Он больше не хотел прибегать к подобным уловкам.

Ли Хён Джи поддержала его мнение.

— Что посеешь, то и пожнёшь. Ты всё грамотно подготовил. Благодаря этому мы легко обвели Ю Мин Сона вокруг пальца. В противном случае нам пришлось бы годами судиться, чтобы вернуть права. У нас и так мало денег, хороший юрист нам не по карману. В общем, всё хорошо, что хорошо кончается.

— Это точно.

Кан Юн, наконец, вздохнул с облегчением. Одно крупное дело было завершено. Теперь ему больше не нужно было волноваться о судебных разбирательствах или о каких-либо внешних факторах, не связанных с музыкой.

Пока он был занят работой, к нему подошла Чон Хе Джин.

— Директор, тут пришёл мистер Джей Хан. Спрашивает, можно ли с вами встретиться.

— Джей Хан? А…

Это был тот самый корейский эмигрант, которого он встретил на шоу Korea ONE STAR. Кан Юн слегка удивился.

— Зачем он пришёл?

— Он попал в финальную тройку. Хотел вас лично поблагодарить.

— Вот как?

Кан Юн кивнул и без раздумий согласился.

Спустя некоторое время Джей Хан вошёл в здание World Entertainment и, сопровождаемый Чон Хе Джин, направился в кабинет президента.

— Добро пожаловать. Давно не виделись.

— Здравствуйте, композитор!

Лицо Джей Хана сияло радостью. Он выглядел ещё привлекательнее, словно обретя новую уверенность после преодоления трудностей. Видя его успех, Кан Юн тоже почувствовал себя лучше.

Джей Хан вручил ему несколько билетов на шоу Korea ONE STAR. Это были VIP-места в первом ряду.

— Это…

— Я всё предусмотрел. Приходите всей компанией.

Кан Юн был ошеломлён. Эти билеты было практически невозможно достать в интернете. Он хотел отказаться, но Джей Хан решительно покачал головой.

— Как вы можете? Вы так много сделали для меня, композитор! Если честно, я хотел снова работать с вами, но по правилам финального тура я должен сотрудничать только со своим наставником.

— Возможно, ещё будет шанс. Но всё же… я не уверен, что могу это принять…

— Без вас я бы не попал в финал. Пожалуйста, не отказывайтесь.

Кан Юн немного поколебался, но в итоге принял билеты. Судя по дате, если скорректировать расписание Ким Чжэ Хуна, вся команда сможет пойти вместе.

Джей Хан явно был в приподнятом настроении и с воодушевлением рассказывал о выступлениях и музыке. Это были совсем простые, почти наивные истории молодого артиста, но Кан Юн слушал его внимательно. Джей Хан это почувствовал и отнёсся к нему с ещё большим уважением.

Спустя какое-то время Джей Хан поднялся на ноги.

— Ну что ж, композитор, мне пора.

— Будь осторожен по дороге.

Кан Юн проводил его до двери. Джей Хан помахал рукой и добавил:

— Когда я выпущу свой первый официальный трек, обязательно хочу с вами поработать.

— Ха-ха, договорились.

— Вы обещали!

Повторив это несколько раз, Джей Хан наконец покинул компанию.

— Ну что ж, пора заняться расписанием.

Кан Юн медленным шагом вернулся в свой кабинет.

Это был отличный шанс для всех — увидеть, как устроена телевизионная индустрия изнутри.

Размышляя о предстоящих делах, он вошёл в кабинет.

_________________________________________

[1] По сути Кан Юн ему угрожал. Намекая, что всё знает о его темных делишках.

[2] Закон Мёрфи гласит: «Если какая-нибудь неприятность может случиться, она обязательно случится».