Кан Чан глубоко вдохнул и шагнул внутрь. Перед ним были ступени. Пространство размером около пяти квадратных метров было окружено каменными стенами высотой в человеческий рост, полностью скрывающими внутреннюю часть имения. Даже его дом был нелепым.

Кан Чан уставился на каменную лестницу перед собой.

Что, если в него выстрелят, пока тот поднимается? Стоит ли доставать пистолет?

Подумав мгновение, он просто начал подниматься, доверившись своему чутью. Если бы кто-то ждал с оружием, его сердце уже колотилось бы.

По мере того как он поднимался, верхние этажи постепенно открывались взгляду. Вскоре он остановился перед зданием, которое напоминало ему монстра с широко раскрытой пастью, готового поглотить двор рядом.

На первом этаже была веранда и стеклянные потолки, как в оперном театре, а выше, на цементном куполе, располагались окна второго и третьего этажей. Он лишь немного преувеличил бы, сказав, что передний двор был размером с футбольное поле. К тому же он был украшен натуральным газоном, аккуратно подстриженными деревьями, садовыми камнями и искусственным прудом сбоку.

Кан Чан уставился на здание с края сада. Ян Джину не стал бы стрелять в него после того, как сам открыл дверь, особенно учитывая, что он, скорее всего, знал Кан Чана и тех, кто за ним стоял.

“Упрямый ублюдок. Твой конец настал”.

Он мог извиваться, как червь, и делать деньги даже после смерти, но сегодня он не выживет, чтобы причинить вред кому-то ещё.

— Фух.

Кан Чан глубоко вдохнул и сделал ещё шаг. Трава была мягкой и ухоженной. Он уже прошёл половину пути, когда левый вход открылся, и оттуда начали выходить люди.

“Ян Джину?”

Тёмно-серый пиджак, рубашка и тёмно-синий брюки. Выходивший человек несомненно был Ян Джину.

В чём он был так уверен, что вёл себя подобным образом?

Кан Чан мог только покачать головой в недоумении.

Шесть белых мужчин шли по обе стороны от Ян Джину. Трое из них явно имели походку и осанку бывших агентов.

“Пф”.

Но это было не всё. Когда все белые мужчины вышли, на площадку вышли и японские агенты. Стеклянные двери закрылись, как только Ян Джину остановился перед Кан Чаном. К этому моменту за ним стояло почти тридцать телохранителей.

— Я не знал, что вы нанесёте визит без предупреждения, господин Чон.

Почему этот тип был так уверен в себе? Может, у белых были какие-то способности, о которых Кан Чан не знал? Ян Джину обратился к Чон Дэгыку, затем перевел взгляд на Кан Чана.

— Так ты тот самый парень по имени Кан Чан.

— Ян Джину, ты слишком спокоен для того, кто скоро умрёт.

Тот вздохнул.

— Вот почему люди без принципов ни на что не годны. Ты до сих пор не понял, как устроен мир, и никогда не испытывал, что значит иметь его у своих ног. Хотя, это не столько твоя вина, сколько вина твоих родителей, которые растили тебя, просто кормя и думая, что уже выполнили свой долг. Из-за тебя твои родители неизбежно заплатят цену.

Ян Джину закусил щёку и посмотрел на Чон Дэгыка, стоявшего позади Кан Чана.

— Кхм! Господин Чон, это был неожиданный визит, но я вынужден извиниться, так как у меня есть дела.

Как только Ян Джину сделал шаг...

— Хватит нести хуйню и стой на месте, Джину. Иначе я проделаю дыру в твоём лбу.

— Ц-ц-ц, какой неугомонный малец.

Ян Джину повернулся к белому мужчине рядом.

— Председатель Ян – гражданин США, - бегло сказал американец на корейском, — Мы из посольства.

Мужчина достал удостоверение из кармана пиджака и протянул его Кан Чану.

Кан Чан наконец понял, почему Ян Джину был так спокоен. Этот сукин сын стоял за престижем США и устроил это шоу, чтобы похвастаться. Он хотел показать, что никто в Южной Корее не сможет тронуть его ни силой, ни законом, демонстрируя мощь японских агентов и посольства США.

— Если будут незаконные нападения или действия, препятствующие его передвижению, правительство США не останется в стороне. Вы сейчас угрожаете гражданину США. Я строго предупреждаю вас не препятствовать председателю Ян дальше.

Когда Ким Хёнчжон и Чон Дэгык вздохнули сзади, Ян Джину принял самодовольное выражение лица.

— Ничтожный отброс, добро пожаловать в реальный мир. Мир, который твои родители не узнают, даже если проживут тысячу лет. Те, у кого нет денег, – не более чем слуги и рабы. Они размножаются для своих хозяев, радуются возможности поесть и умирают, когда им прикажут! Рабы!

— Завались!

Увидев взгляд Кан Чана, Ян Джину быстро посмотрел на американца.

— Это предупреждение.

— И ты тоже, чертов ублюдок. Это не Штаты. Ещё одно слово – и я тебя захуярю!

— Ты!..

Щёлк!

Кан Чан достал пистолет. Сок Канхо тоже моментально выхватил оружие и нацелил его на американца. Трое американских агентов дрогнули, но не могли пошевелиться, увидев, в кого целится Сок Канхо.

Впервые с начала этой встречи в глазах Ян Джину появилось замешательство.

— Эй, подлец! Ничтожный раб!

Кан Чан усмехнулся, глядя на Ян Джину.

— Думаешь, ты такой сильный? Думаешь, Америка защитит тебя? Ладно. Посмотрим, как долго это продлится.

Кан Чан перевёл взгляд на растерянного американца.

— Звони во французское посольство.

— О чём вы?

Кан Чан перевёл пистолет с Ян Джину на лицо американца.

— Если продолжишь меня раздражать, убью тебя первым. Позвони во французское посольство и попросите Ранока. Если спросишь ещё раз, от твоей бошки останутся только мозги.

Кан Чан действительно собирался нажать на курок. Если он оставит этого засранца Ян Джину в живых, это вызовет только больше проблем. Неважно, начал ли он это с поддержкой Японии или США. Итог будет один.

Война? Чушь. США развяжут войну из-за смерти Ян Джину? Чушь.

Возможно, все здесь получат пожизненные сроки, но о войне не могло быть и речи. Американец осторожно засунул руку в карман, достал телефон и вопрошающе посмотрел. Он не знал номер.

Чёрт. Кан Чан тоже не знал номер. Тут же Ким Хёнчжон, стоявший позади, набрал номер французского посольства.

Бип-бип-бип

Он поднёс телефон к уху.

— Это французское посольство? - спросил он, затем мельком взглянул на Кан Чана, — Передайте, что Кан Чан просит посла Ранока.

Около 30 секунд не было ответа.

Пока Ян Джину нервно переводил взгляд между американцами, Сок Канхо перемещал ствол пистолета, когда японцы пытались сделать что-то подозрительное.

— Алло. Ранок? Это Фрэнк.

Мужчина, представившийся как Фрэнк, объяснил ситуацию на английском, временно сужая глаза на Кан Чана.

— Минуту.

Он протянул руку с телефоном.

— Алло?

— Господин Кан Чан, вы пытаетесь заставить меня выступить посредником в отзыве посольства США?

Ланок быстро сообразил, возможно, потому что был хитрым лисом.

— Ну, было бы лучше, если бы всё закончилось хорошо. Я использовал ваше имя, так что подумал, что последствия будут менее серьёзными.

Разговаривая на французском, Кан Чан заметил, как Ян Джину с любопытством смотрит на Фрэнка, пытаясь понять, что происходит.

— Хм, понимаю. Это может создать для вас трудности, господин Кан Чан.

— Я готов принять это, посол.

В ответ раздался глубокий вздох.

— Передайте телефон Фрэнку.

— Спасибо, посол, - ответил Кан Чан и вернул телефон.

— Алло?

Разговор длился около минуты. Большинство реплик заканчивались простым «Yes!» на английском, понятном любому. Вскоре Фрэнк посмотрел на Кан Чана с удивлением. Закончив разговор, он глубоко выдохнул, не отрывая взгляда.

— С этого момента США аннулируют гражданство мистера Ян Джину за нарушение условий двойного гражданства и поддержку терроризма.

— Что?!

Ян Джину резко повернул голову.

— Правительство США благодарят вас за сотрудничество, мистер Кан Чан.

Кан Чан тоже был ошеломлён развитием событий.

— Если вы не против, посольство США теперь удаляется. В случае возникновения юридических или дипломатических проблем, мы дадим показания, что вы действовали в порядке самообороны.

Взгляд Фрэнка был серьёзным, как и тогда, когда он имел дело с Ян Джину минуту назад.

Что-то, о чем Кан Чан не знал, произошло, но сейчас он не мог об этом спрашивать.

— Идите.

— Спасибо, мистер Кан Чан. Трое наших агентов могут помочь, если потребуется.

Ян Джину попытался отступить, но замер, увидев, как пистолет Кан Чана переместился. Его глаза бегали туда-сюда.

— Мы справимся.

— Мистер Кан Чан, я искренне уважаю ваше решение сотрудничать ради мира во всем мире.

Этот человек внезапно рехнулся? Неужели нужно было подлизываться к Кан Чану и говорить, что убийство Ян Джину – это вклад в мировое спокойствие?

Фрэнк коротко поклонился и ушёл со своей командой. Ситуация приняла странный оборот, но, по крайней мере, с Ян Джину было покончено.

— О нет, как же быть! Не плачь, буржуй! Ты больше не американец.

Кан Чан первым достал пистолет, не дав японским агентам что-либо предпринять. Он решил убить только Ян Джину и разобраться с ситуацией. Не было нужды проливать кровь тридцати японских агентов. Ему даже не нужен был пистолет, чтобы убить Ян Джину.

— Дае.

— Да.

Кан Чан передал пистолет в левую руку Сок Канхо. Так он мог сделать как минимум 30 выстрелов подряд.

— Если кто-то пошевелится, можешь открыть огонь.

— Понял.

Сок Канхо сделал два шага вправо.

— Южная Корея – правовое государство! Глава отдела Чон! Если вы сделаете это, вам конец! Закон гласит, что я имею право на защиту!..

Хуяк!

Кан Чан сжал кулак, выставив вперёд сустав указательного пальца, и ударил Ян Джину в живот.

— Угх!

Ян Джину согнулся, схватившись за живот, как гангстер, кланяющийся начальнику.

Хвать

Кан Чан схватил Ян Джину за волосы. Кровь стекала по лицу, а лицо дрожало, как в американских мультиках. После пяти ударов Ян Джину рухнул на колени. Он схватился за голову, словно отчаянно молясь Кан Чану.

“Вы видите это? Простите, что не смог защитить вас. По крайней мере, сегодня я отправлю вашего убийцу к вам…”

Скорее всего, этот ублюдок отправится прямиком в ад, так что вряд ли встретит тех добрых девушек.

Дыщ!

“В любом случае, надеюсь, вы сможете отпустить гнев и перейти в лучшее место”.

Хрясь!

Кан Чан поднял голову Ян Джину левой рукой. Левая щека была опухшей, а ярко-красная кровь стекала из глаз, носа и рта.

— Я уж думал, что ты, пидор, голубых кровей, а вот же! Обычная красная.

— У-у-у...

Бдыщ!

Лицо Ян Джину дрожало, кровь брызнула вправо.

— Ян Джину?

— У-у-у...

Бах!

— Кх-кх-кх!

— Ты что, смеёшься?

Ян Джину отчаянно замотал головой.

Бух!

— Кх-кх! Кх-кх!

— Ян Джину?

Дыщ!

Сильно ударив по лицу, Кан Чан замер на мгновение. Под лучами полуденного солнца сад выглядел потрясающе. Благодаря пистолетам Сок Канхо телохранители могли только стиснуть зубы, не решаясь действовать. Обе стороны знали, нажал бы Сок Канхо на курок или нет, и каковы были его навыки.

Ян Джину осторожно поднял взгляд на Кан Чана. Тот усмехнулся и поднял правую ногу, чтобы со всей силы ударить по его левому бедру.

— Кха-а-а-а!

Кан Чан наклонил голову.

— Это потому что ты хорошо набил брюхо? Почему оно не ломается как следует?

Несмотря на треск, раздававшийся в саду, из широко открытого рта Ян Джину не вырвалось ни звука.

— А-А-А-А-А-А!!!

С небольшим опозданием, но он наконец издал крик, будто вырванный из глубины лёгких.

— Чон-сан! – внезапно крикнул один из японских агентов.

Кан Чан поднял взгляд.

— Сразитесь достойно с агентами Великой Японии! Если хотите, мы уравняем численность! Нет, мы сразимся вдвое меньшим количеством!

“Что несут эти идиоты?”

— Если нет, мы достанем оружие. Посмотрим, кто погибнет!

Ядовитый взгляд, сверкающий ненавистью, распространился среди японских агентов, как зараза.

— Ублюдки! Вы пытались убить беззащитных людей, а теперь смеете говорить так смело?

— Чон-сан!

Японский агент проигнорировал Кан Чана и снова вызвал Чон Дэгыка.

— Дае.

— Да!

— Пристрели его.

— Так точ…

Прежде чем Сок Канхо успел закончить, Чон Дэгык положил руку на плечо Кан Чана.

“Неужели он поддался на такую явную провокацию?”

Однако, когда Кан Чан обернулся, он увидел безумный блеск в глазах Чон Дэгыка.

— Кан Чан.

Это было прямое заявление. Он также перешел на неформальное обращение, чего никогда не делал ранее.

— Позволь мне попросить тебя как человека, который вёл эпоху спецназа Южной Кореи. Давай убьём этих ублюдков своими руками.

— Глава Чон! — позвал Ким Тэджин, но взгляд Чон Дэгыка оставался на Кан Чане.

— Вы не думаете о последствиях?

— Разве я пришел бы сюда, если бы меня это волновало?

Ответ Чон Дэгыка оставил Кан Чана без слов.

— Кан Чан, я доверил тебе командование. Ты принимаешь решения. Но я надеюсь, ты позволите защитить гордость старых вояк. Посмотри назад.

В то время как Ким Тэджин и Ким Хёнчжон выглядели растерянными, все остальные были в ярости.

— Они станут ядром будущих агентов Южной Кореи. Позволь нам сражаться за свою гордость без помощи США или вмешательства Франции.

Кан Чан усмехнулся.

“Вы так уверены в себе? Поэтому вам нужно помочь. Зачем вы заходите так далеко? Мы солдаты. Солдаты, которые жили только на поле боя”.

Это было безумием. Абсурдная просьба Чон Дэгыка тронула сердце Кан Чана.

— Нам всё равно, умрем мы здесь или нет. Это станет историей, которая навсегда защитит гордость присутствующих агентов – уроком, что никто не может безнаказанно сеять хаос в Республике Корея.

Кан Чан повернулся к Ян Джину. Грязный свин рыдал, пока слюна текла из его рта.