Недавно Лань Сюаньюй получил доход от предмета, который он выставил в центре обмена в прошлом, плюс свои предыдущие сбережения и федеральные монеты, принесенные Цянь Лэем от продажи золотой монеты-хранилища. В целом, сбережения их небольшой группы были довольно хорошими.

Золотой Толстяк ещё не пришел в сознание, так как уснул после того, как напился в прошлый раз¹, и Цянь Лэй не мог вызвать его. Но, по крайней мере, он больше не поглощал его жизненную энергию, что уже было неплохо.

Цянь Лэй всегда был в оцепенении из-за ежедневных тренировок по закалке своей ментальной силы с Ин Лохун. Однако Лань Сюаньюй мог ясно чувствовать скорость, с которой улучшалась его ментальная сила. Теперь ментальная сила Цянь Лэя, казалось, превзошла его собственную.

Тренировки Лю Фэна также были чрезвычайно тяжелыми. Они могли видеть его только утром каждый день, а после обеда он исчезал, не оставляя ни единого следа. Он ни на йоту не расслабился после второго пробуждения своего боевого духа. Напротив, он думал, что такая возможность выпадает раз в жизни, и он должен был убедиться, что не упустит её. Опасения Сяо Ци естественным образом исчезли, и он также был очень предан его воспитанию.

Даже если в классе было более 30 учеников, на самом деле эти ученики редко общались друг с другом, и у каждого был свой собственный путь, по которому нужно было идти. Более того, будучи студентами Академии Шрек, им предстояло многому научиться. Лань Сюаньюй даже слышал, что некоторые ученики в классе уже начали изготавливать боевые доспехи. Хотя вероятность успеха была невысока, они накапливали опыт.

Сила духа постепенно наполняла его тело до краёв, но когда он достигал этого узкого места, его плотная духовная сила всегда оттеснялась назад, неспособная прорваться одним махом. Меридианы Лань Сюаньюя явно достигли своего предела, но по какой-то причине чего-то не хватало всякий раз, когда он пытался прорваться через этот барьер. Он чувствовал, что сила духа в его теле больше не могла увеличиваться. Жизненная энергия теперь вряд ли могла трансформироваться в духовную силу, так как не хватало места для хранения. Дополнительная сила духа тогда превратилась бы в жизненную энергию сама по себе.

Казалось, он зашел в тупик. Это было не то, чего желал Лань Сюаньюй, но если пройдет слишком много времени, разве для него не будет невозможно прорваться?

«Что я должен делать? Какой метод я могу использовать, чтобы разрушить этот барьер и позволить мне шагнуть на следующий ранг?»

«Сила духа никуда не годиться, сила родословной тоже. Стоп, сила родословной?» – внезапно в голове Лань Сюаньюя возникла идея.

С тех пор, как впервые появилась чешуя дракона, позволившая ему использовать Трансформацию Бога-Дракона, чтобы вызвать свою Раскалывающую Бездну Алебарду Священного Неба, он больше никогда не использовал Трансформацию Бога-Дракона. Потому что однократное использование трансформации израсходовало бы почти всю силу его родословной. Затем либо требовалось много времени на восстановление, либо отправиться на озеро Морского Бога, чтобы впитать жизненную энергию. Без силы родословной он не мог насыщать своё тело и постоянно становиться сильнее. Таким образом, за последние две недели он больше не пробовал это делать. Но теперь, когда жизненная энергия, которую он поглотил ранее, была почти полностью усвоена, он мог попытаться использовать Трансформацию Бога-Дракона, прежде чем отправиться на озеро Бога Моря. Итак, может ли Трансформация Бога-Дракона помочь ему в совершенствовании и даже помочь преодолеть узкое место?

«В любом случае, если я не смогу совершить прорыв сейчас, мне придется готовиться к посещению озера Морского Бога. Так почему бы не попробовать сейчас?» – при мысли об этом сердце Лань Сюаньюя немедленно забилось быстрее.

Изменения, произошедшие в результате Трансформации Бога-Дракона в прошлый раз, произвели на него очень глубокое впечатление. В тот момент вся его личность вошла в состояние, похожее на эволюцию, и он почувствовал, как в его тело вливается подавляющая сила. В таком случае, мог ли он использовать эту силу для прорыва? Теоретически это должно быть возможно, не так ли?

Больше не колеблясь, Лань Сюаньюй сделал глубокий вдох, сначала привел в порядок свое душевное состояние, а затем направил свою ментальную силу на радужную чешую на груди.

Как только его ментальная сила проникла в чешую, неописуемое чувство сильного гнева и холодности внезапно затопило его духовное море (море разума). Из-за чешуи на груди Лань Сюаньюя в центре семицветные лучи света вырвались наружу, мгновенно покрыв всё его тело. Золотой и серебряный вихрь в его теле также мгновенно окрасился в семицветный цвет. Лань Сюаньюй мог ясно чувствовать, что жизненная энергия в комнате для медитации лихорадочно собиралась в его теле и безумно поглощалась. И она преобразовывалась с поразительной скоростью. Его тело медленно поднялось с земли, его глаза застыли, он не мог видеть этого в этот момент, но в глубине его глаз переливались семицветные лучи света.

Когда это изменение произошло в прошлый раз, в следующее мгновение была вытащена Раскалывающая Бездну Алебарда Священного Неба. На этот раз было то же самое: Алебарда на его большом пальце быстро запульсировала. Лань Сюаньюй поспешно контролировал свои мысли, предотвращая высвобождение энергии, генерируемой Трансформацией Бога-Дракона, в Раскалывающую Бездну Алебарду Священного Неба. В то же время он быстро занялся самоанализом.

Он обнаружил, что на его коже в настоящее время рябит семицветный ореол, а чешуя на груди более ослепительна, чем когда-либо. Но количество чешуек не увеличилось, других чешуек, покрывающих его тело, не было. Сила родословной в его теле, казалось, полностью слилась с его силой духа, и вместе с разноцветным светом, исходящим из его груди, мощное ощущение силы распространилось по всему телу. Ему пришлось заставить себя не выпускать эту силу наружу. Исследуя себя, Лань Сюаньюй обнаружил, что водоворот родословной в его груди также стал радужного цвета, и даже внутренняя часть его тела выглядела как мир, окрашенный в множество цветов.

Он тотчас закричал: "Прорыв!". Слившаяся разноцветная энергия немедленно устремилась вверх в соответствии с путём совершенствования Таинственного Небесного Навыка. Переливающаяся энергия потекла, и ранее несравненно прочный барьер внезапно задрожал; появилась резкая аура, вызванная мыслями Лань Сюаньюя, и прозвучал звук "ци", как будто в этот момент что-то сломалось. В следующий момент семицветные лучи света вспыхнули в одно мгновение, и Лань Сюаньюй почувствовал, что поры всего его тела открылись. Затем жизненная энергия, уже поглощаемая им, хлынула в его тело ещё быстрее. Он не мог видеть, что в этот момент за пределами его комнаты для медитации был бледно-зеленый водоворот, который был феноменом, вызванным окружающей жизненной энергией, стремительно приближался к нему.

Прорыв!

Лань Сюаньюй был вне себя от радости и без колебаний заставил разноцветную энергию циркулировать по всему его телу, и в то же время он внимательно ощущал изменения, происходящие с этой энергией.

Внезапно он обнаружил, что по мере того, как он заставлял эту разноцветную энергию вращаться, масса разноцветного света в центре родословного вихря в его груди, казалось, становилась больше в отличие от прошлого раза, когда он использовал Раскалывающую Бездну Алебарду Священного Неба и напрямую израсходовал всю эту радужную энергию. Но на этот раз разноцветная энергия накапливалась. В процессе накопления его сила родословной и сила духа были полностью объединены. Скорость циркуляции была в несколько раз выше обычной. Особенно после прорыва, она была по крайней мере в три раза больше, чем раньше. Разноцветная энергия сделала все его тело проницаемый, и она питала его даже больше, чем обычно.

Этот процесс длился около пяти минут, прежде чем разноцветная энергия постепенно ослабла и, наконец, вернулась в водоворот его родословной и сошлась в ядре. В центре многоцветного ядра плавали какие-то слабые золотые и серебряные силы родословной, хотя их было израсходовано более 90%, оно не выглядело таким чистым, как в прошлый раз.

Что еще более важно, по мере того, как эффект Трансформации Бога-Дракона ослабевал, духовная сила Лань Сюаньюя выплескивалась наружу, взрываясь подобно гейзеру, прежде чем постепенно стабилизироваться.

«Три кольца!» – да, с этого момента Лань Сюаньюй вошел в мир трёх колец.

Он чувствовал себя так, словно переродился. Он не знал, претерпевают ли другие люди такие большие изменения после прорыва, но он претерпел, и теперь он чувствовал, что его тело, кажется, качественно преобразилось. Длинные драконьи песнопения непрерывно звучали из его тела, и всё его тело постепенно незаметно улучшалось. Что-то, казалось, пробуждалось внутри его тела.

Как только он пожелал этого, три духовных кольца поднялись с его ног одно за другим, и, как он больше всего надеялся увидеть, все три кольца духа были фиолетовыми! Фиолетовые, тысячелетние. Три тысячелетних духовных кольца.

1. Как не переводи, а все равно получается обезьяна-пьяница.