Глава 23 Пустошь на юге города

Что касается пустоши, на юге за городом, няня все разузнала, и сообщила Вэй Руо, что пустошь не имеет частного владельца, следовательно, по закону земля принадлежит государству. Если люди хотят что-то выращивать на ней, они должны сначала получить одобрение у местных чиновников.

В прошлом, чиновники уездной управы не особо углублялись в вопросы мелиорации обычных пустошей. Пустошь на юге города — это земля, которая не нужна большинству людей. У чиновников нет причин не соглашаться отдать под обработку землю, на которой не будет урожая, если обрабатывать её обычными методами.

Однако, сейчас сложный период из-за того, что японские пираты свирепствуют. Хотя южная часть города с меньшей вероятностью будет подвергаться набегам японских пиратов, из-за ее отдаленности от побережья и преимуществ рельефа, которые в сто раз лучше, чем на востоке от города, все же это немного рискованно. По этой причине правительство не позволяет обычным людям даже всего лишь выходить из города через южные ворота.

Простому народу бесполезно брать этот кусок земли, даже если чиновники не будут возражать.

Обычные люди не могут обработать эти земли, но, если запрос подаст семья Вэй, получат ли они разрешение?

Хотя Вэй Руо не хотела слишком сильно втягивать в эти дела семью, но истощенные нищие, которых она видела на улице в тот день, время от времени возникали в её голове.

И то, что она узнала о ситуации в уезде Синшань в эти дни, эти стихийные бедствия и набеги пиратов, возможно, не имеют большого влияния на жизнь в особняке Сяоцивэй, но люди, живущие на улицах, уже давно невыразимо страдают.

Она знает, что если дело выгорит, то она может помочь некоторым людям поправить их положение, хотя и не всем. Но хотя бы кому-то можно помочь, и даже один выживший, - это спасенная человеческая жизнь!

Да и сама она очень хочет провести эксперимент по улучшению почвы на солончаках.

Подумав об этом так и этак, Вэй Руо пришла в двор Цаньюнь*, где мадам Юнь занималась делами поместья.

Юнь только что закончила проверять бухгалтерские книги за последний месяц у управляющего магазином.

Управляющий вышел, а Вэй Руо зашла.

«Почему Руо’эр здесь? Подожди, мама сначала разберется с этими бухгалтерскими книгами». Юнь не избегала специально Вэй Руо, будь то потому, что Вэй Руо была ее дочерью, или потому, что она чувствовала, что Вэй Руо не сможет понять бухгалтерские книги.

Вэй Руо не торопилась и некоторое время стояла, глядя на отчеты на столе у Юнь.

Просмотрев несколько страниц, Вэй Руо обнаружила, что магазин находится в состоянии убытков.

Видно, что экономическое положение семьи Вэй в последние два года было очень плохим. Мало того, что урожая в семейной чжуанцзы почти нет, так еще и доход магазина не идеален.

Через некоторое время Юнь закончила проверять последние отчеты, отложила их в сторону, а затем пригласила Вэй Руо, чтобы присесть с ней на диванчик.

«Руо’эр что-то хочет попросить у матери?» — спросила Юнь.

Вэй Руо вернулась в дом Вэй уже больше месяца как, и это уже второй раз, когда она пришла навестить её. В первый раз она хотела посетить чжуанцзы на севере города.

Таким образом, Юнь сделала вывод, что Вэй Руо пришла к ней сегодня для чего-то.

«Мама, я слышала, что урожай нашей чжуанцзы за последние два года был не очень хорошим, а произведенного зерна недостаточно для того, чтобы прокормить семью». — сказала Вэй Руо.

Юнь была явно ошеломлена, когда услышала это, очевидно, она не ожидала, что Вэй Руо скажет такое.

Слегка вздохнув, она сказала: «Тебе не стоило волноваться по этому поводу, и я не знаю, у кого из слуг язык не держится за зубами. Мать должна наказать их как следует».

— Не то чтобы слуги слишком много болтали, но я видела это, когда в тот раз ездила на север города. — сказала Вэй Руо.

— О, верно, ты должна это понять. — сказала Юнь.

Ребенок вырос в сельской местности, и почти каждый день ей приходилось заниматься сельским хозяйством. Понятно, что она знает о нем больше, чем среднестатистическая дама, воспитанная в глубоком будуаре.

Юнь объяснила: «Это не из-за ошибок нашей семьи. Это проблема всего уезда Синшань и даже всей префектуры Тайчжоу. Урожай за последние два года был не очень хорошим. Наша чжуанцзы в уезде Синшань не исключение».

«Но, Руо’эр, не волнуйся слишком сильно. Положение нашей семьи не так уж и плохо. С зарплатой твоего отца и некоторыми сбережениями в семье жизнь немного трудна, но всё же терпима. Просто обычные люди страдают. Японским пиратам в эти годы легко натворить бед, а плохой урожай усугубляет ситуацию, и эти дни с каждым годом становятся все печальнее».

Увидев, что фундамент почти готов, Вэй Руо спросила о солончаково-щелочной земле на юге города.

«Мама, пустоши на юге города не обрабатываются. Если их можно засадить, это должно решить проблему пропитания многих людей».

Юнь улыбнулась и грустно покачала головой: «Руо’эр, хорошо, что ты думаешь о своей семье, но земля за городом настолько безжизненна, что даже не все из сорняков могут там расти, потому что почва там действительно плохая, и ничто полезное не может на ней выживать.»

«Мама, когда я была в Моцзяшане, там была старуха, которая научила меня выращивать урожай на бесплодной и пустынной земле. Может быть, это можно применить к пустырю на юге города».

«Условия разных бесплодных земель отличаются. Уезд Синшань находится близко к морю. Как знают старики, нельзя выращивать урожай на земле рядом с морем. Это отличается от земли, которую ты имела в Моцзячжа».

«Может быть, этот метод здесь тоже сработает? Мама, если мы сможем выращивать урожай на бесплодной земле, мы сможем накормить много людей. Это также будет похвальное деяние, и оно будет очень полезно для карьеры моего отца».

Когда заговорили об официальной карьере Вэй Минтина, выражение лица Юнь изменилось.

Но, подумав некоторое время, она все же решила, что шанс на успех невысок.

«Руо’эр, твоя идея очень хороша, но это дело действительно не так просто…»

«Это действительно непросто, но, мама, даже если мы потерпим неудачу, мы ничего не потеряем, зато мы дадим всем знать, что наша семья Вэй усердно работает, чтобы простые люди не голодали, что само по себе так же является еще одним похвальным деянием». Вэй Руо проанализировала плюсы и минусы своей задумки для Юнь.

Юнь тщательно обдумала вопрос еще раз, кажется, что это действительно так. Для семьи Вэй репутация очень важна. Если вы сможете заручиться любовью и поддержкой простых людей, это будет очень полезно для продвижения вашего мужа.

Более того, поскольку антияпонская война не достигла большого прогресса, а плохие урожаи в течении нескольких лет привели к обнищанию простых людей уезда, говорят, что императорский двор весьма недоволен как гражданскими, так и военными чиновниками в уезде Синшань. Недавно и вовсе появились слухи, что их могут уволить из уезда Синшань, с понижениями в рангах.

Это также заставило ее мужа оставаться на работе в течение последних нескольких дней и ночей, думая о способах извести японских пиратов.

Юнь-ши была немного тронута.

Глубоко подумав, Юн сказала Вэй Руо: «Эта мать не может решить этот вопрос. Я поговорю с твоим отцом, когда он вернется, и позволю ему принять решение».

«Хорошо.» Вэй Руо также знала, что Вэй Минтин должен был принять решение, если это дело могло было быть выполнено.

###

Вэй Минтин по-прежнему не появлялся на вечернем ужине. Он не делил ужин со своей семьёй уже десять дней подряд.

Считая первую встречу, Вэй Руо встречалась с ним всего четыре раза, и каждый раз он не говорил ей и пары слов.

Она думала, что и сегодня не было возможности рассказать Вэй Минтину о пустоши на юге города, но прежде, чем Вэй Руо заснула, Цуйпин передала слово от имени Юнь, сказав ей пойти в двор Цанъюнь, потому что отец хотел ее видеть.

Вэй Руо снова аккуратно оделась, пошла в сад Цанъюнь и увидела Вэй Минтина.

Мужчина всё еще выглядел серьезным и строгим, но, по сравнению с тем, когда они впервые встретились, он был намного более уставшим, а на руке, обмотанной белой тканью, была рана, которую, как казалось, он получил несколько дней назад.

«Я только что услышал от твоей матери, что у тебя есть способ выращивать урожай на пустыре к югу от города, но правда ли это?» — спросил Вэй Минтин.

(конец этой главы)

Цанъюнь* - это или основной дом, или двор госпожи Юнь, склоняюсь ко второму