— …Невозможно!

— Но факт. Девочка талантлива. Нет, не так. Она создана для ученичества. Герцогиня не ошиблась, выбрав её.

— Что посоветуете?

— Акцент стоит сделать на гуманитарных и общественных науках. Считает она легко, но интереса к математике нет. Не будет лишним освоить танцы: Катрина скованна, ей не хватает плавности. И, само собой, уроки этикета.

— Благодарю. Что насчёт её характера?

— Смекалистая и упорная. Но, повторюсь, требуются уроки этикета. Несколько раз Катрина срывалась и огрызалась, и, хотя я нахожу это очаровательным: моя дочь точно такая же — на моём месте любой другой дворянин отреагировал бы пренебрежительно.

— Мы учтём, — стук каблуков. — Ваша помощь неоценима, граф Шантур.

— Что Вы, я всего лишь слуга Её Светлости...

Я подняла глаза. В библиотеку, улыбаясь, вошёл граф Шантур — ответственный за моё обучение, — а за ним, стараясь скрыть смущение, проследовала Филис.

— Что ж, Катрина, был рад познакомиться с тобой, — граф одарил меня поклоном. — Надеюсь, мои рекомендации не усложнят тебе жизнь. Учись прилежно — и, вероятно, мы встретимся на осеннем балу в замке Его Величества.

— Взаимно.

Он ушёл. Я обратилась к Филис:

— Я настолько несуразна?

— Скорее нетипична. Ты смогла его удивить.

— Это плохо?

— Избежать внимания госпожи не удастся, если ты об этом.

Я с трудом удержалась, чтобы не вздохнуть. Сначала я пыталась изображать из себя гусыню, хлопала ресницами, как заправская дурочка, но граф Шантур умудрился вытащить мои знания наружу. Арифметика? Раз, два и обчёлся. Риторика? Красноречие — наше всё! Основы психологии, биологии, физики? Давай, нападай! Этим же и загнала себя в ловушку.

Дура.

Так, мрачное настроение сопровождало меня вплоть до самого вечера.

— За эту неделю ты достигла небывалых высот, — Кассандра рассматривала своё отражение в зеркале, пока Арлет заплетала её волосы. — Поздравляю.

— Благодарю, госпожа.

— Завтра состоится чаепитие с супругами дворян, — герцогиня провела пальцем по губам, стирая излишки помады. — Я хочу, чтобы ты присутствовала.

— Зачем?

— Это послужит уроком. Всегда полезно послушать, как общаются знатные дамы. Кроме того, ты сможешь обрести союзниц… Хотя, признаться, я разделяю твоё нежелание: наши гостьи — сущие змеи.

Под змеями Кассандра подразумевала свою сестру и её подруг, чудесным образом попавших в список приглашённых. Однако, будучи толковой хозяйкой, она не вычеркнула их, а посадила в другой конец стола, к менее родовитым особам. Правда, это не помешало Талии пристыдить её за неуважение к невесте будущего герцога. Коварная зараза.

Печально то, что я не могла оставаться в стороне. Кассандра относилась ко мне хорошо, и это было бы неблагодарно по отношению к ней, так что я основательно подготовилась к чаепитию: всё, что вспомнила, записала и даже прикинула пару вариантов на случай неудачи.

Испорченная одежда — малая цена за всеобщий комфорт, верно?

Арлет, встретив мой боевой настрой, вскинула бровь:

— Заменяешь солнце?

Я услышала: «Прекрати улыбаться. Раздражает».

— Прости?

— Больно уж светишься. Так не терпится войти в круг дворянок?

— Как жаль, — я поджала губы, — что ты не права. Горю желанием встретить сестру госпожи. Говорят, она та ещё заноза в заднице.

— Ну, от неё ужасно чешется кожа.

Что мне нравилось в Арлет, так это то, что она за словом в карман не лезла. Если Филис не терпела грубых выражений, то Арлет не чуралась использовать крепкие слова, чем приводила меня в восторг. В романе эта особенность не упоминалась, а зря.

Кассандра, как всегда, выглядела потрясающе. Её чёрное платье, расшитое золотом, подчёркивало достоинства фигуры, а дымчатый макияж выделял тонкие черты лица, делая их томными. На её фоне мы с Арлет смотрелись бледными молями. Неудивительно, что герцог Блэкшоу даже не заметил нас, когда вышел поприветствовать супругу.

— Кассандра, — он коснулся губами её руки, — ты прекрасна.

— Алан, — её взгляд потеплел.

— Мне необходимо отлучиться по делам. Справишься?

— Сомневаешься? — Кассандра склонила голову, и я, как заправский шиппер, чуть не взвизгнула: она кокетничала. — Веру герцога так сложно заполучить.

— Ты уже украла моё сердце, а это куда сложнее.

Я впервые видела такое тесное взаимодействие четы Блэкшоу: в романе автор уделял их паре минимум внимания. Его слова, что супруги любили друг друга безмерно (настолько, что Алан добровольно последовал за Кассандрой в изгнание), казались мне не более чем попыткой сгладить углы. Сейчас я как никогда понимала, что он имел в виду.

***

— Некоторые дамы могут вас провоцировать, поэтому, Арлет, ты ответственна за гостей. Катрина, стой рядом и смотри. Попрошу о чём-то — выполняй. На вопросы других отвечай кратко. Не паясничай.

— Я…

— Граф поведал мне о твоём остроумии.

— Но…

— «Слушаюсь, госпожа».

— …Слушаюсь, госпожа.

Мы оказались в оранжерее, посреди которой разместился большой круглый стол. За ним сидели четыре женщины. Я помнила двух из них: леди Шарлотт и леди Стеллу. Они являлись теми ещё сплетницами, но волноваться на их счёт не стоило: обе сотрудничали с Кассандрой и тоже недолюбливали Талию. Конечно, ведь Стефан Сомерсет выбрал не их!

— Герцогиня, — Стелла, высокая блондинка с серыми глазами, положила ладонь на грудь, — приятно видеть Вас в добром здравии.

— Взаимно, леди Стелла. Как Ваша семья?

— Отец в отъезде, а младший брат — младший, подумать только! — готовится к браку. Дата свадьбы назначена на конец августа. Смеем надеяться на Ваше присутствие.

Подхалимка.

— Всенепременно... Чаю?

Далее последовал обмен любезностями. Я ощущала себя предметом интерьера, пока Арлет в компании другой служанки обхаживала гостей, но Кассандра чётко дала мне понять, что от меня требуется молча улыбаться. Что я и делала, пока ко мне не обратилась Шарлотт.

«Какого чёрта?»

— Ты новая служанка Её Светлости герцогини?

Я посмотрела на Кассандру, и та жестом разрешила мне говорить.

— Да, госпожа.

— И как тебе? Нравится?

— Её Светлость очень заботлива.

— Заботлива? В каком смысле?

— Леди Шарлотт, — прервала её Кассандра. — Катрина — моя личная горничная, разве я не имею права проявлять заботу о ней?

— О, нет, что Вы! Я не знала, что она близка Вам…

— Теперь знаете.

Шарлотт открыла рот, намереваясь добавить что-то ещё, но тут послышались голоса. Стеклянные двери отворились.

— Неужели начали? И без нас.

На пороге, помахивая узорчатым веером — нежно-голубым, в тон платью, — стояла Талия Сноу. Элегантная и чувственная, как на обложке романа.

— Прошу прощения за опоздание. Можем ли мы продолжить чаепитие?