— Напарники остаются вместе навсегда?

Даже после смерти?

— Ага.

Глава 1

…

…

— …Шу… га…

Космический луч Шуги сорвал его с места и швырнул в бесконечную пустоту.

— Про… щай…

Далёкий голос собственной дочери достиг ушей Биско.

Из проколотого глаза вытекала алая лента крови, вспыхивая на солнце. Сознание угасало, но Биско впился в неё взглядом уцелевшего, нефритово-зелёного правого глаза.

И всё это время с её плеча над ним глумилась одна-единственная паршивая муха.

— Похоже, последний смех всё-таки за мной, Акабоши.

— Ты сдохнешь.

— И вместе со мной сдохнет этот счастливый мир Биско Ржавоеда.

— Твоя лживая надежда исчезнет, обнажив трагедию, которую ты пытался скрыть.

— Вот здесь эта история и закончится.

Биско умирал.

Он чувствовал жжение, пожирающее его изнутри. Оно началось в глазу, в ране на месте отсутствующей руки, и он уже понимал: сила Шуги переписывает его собственную.

Его уничтожит никто иной, как его собственная дочь.

В каком-то смысле это было именно то, чего Биско всегда хотел. Для того, кому суждено было сдохнуть на улице, одному, как бездомному псу – это была судьба лучше, чем он мог когда-либо мечтать.

Но что-то грызло его изнутри. Единственное сожаление тлело в самых глубоких закоулках его сердца.

Обещание.

Пересохшие губы Биско разомкнулись.

Я же обещал…

Я не могу умереть…

Мило…

Голос, который слышала только муха Н’набаду.

— Хе. При смерти, а последнее, что он кричит – имя своего напарника. А как же жена? Дети? Тебе действительно всё равно, за что зацепиться, да? Какой ужасный отец. Я прав, дорогая?

— Да, дорогой.

— Плохих отцов надо наказывать, верно, дорогая?

— …Да, дорогой.

— Вот умница, Шуга. А теперь прикончи его!

По команде Н’набаду Шуга вновь начала накапливать в пальце космическую силу, формируя пронзающее мироздание сияние…

Б-з-з-у-у-м!

…и выпустила его в своего бывшего отца.

Ми… ло…

Космический луч пронёсся сквозь пространство, готовый погасить последние искры жизни Биско…

…как вдруг!

— Ко мне!!

Далеко внизу под Биско, на земле, зажглась ослепительно-алая звезда!

— О, потерянные души, живущие в моей туши, даруйте мне свою силу вновь!

— Кровавый Лук Сверхмонаха!!

Ка-чью!!

Вспышка багрового света! Ослепительная молния, достаточно горячая, чтобы выжечь атмосферу, пронеслась мимо Биско и врезалась в световой луч лоб в лоб, взорвавшись фонтаном спор.

— Ч-что это такое?! — вскричал Н'набаду.

Стрела и космический луч уничтожили друг друга, оставив лишь россыпь багровых спор. Н'набаду мгновенно обратил свои фасеточные глаза к источнику спор – как раз вовремя, чтобы увидеть, как мускулистая женщина подхватывает Биско на руки.

— Держись, Биско! Ты знаешь, кто я?!

Рэд…

— А, это всего лишь Рэд. Как разочаровывающе.

Двухшляпочная Рэд.

Копия Биско, которую Н'набаду создал, чтобы вымещать на ней всю свою накопившуюся ярость и злость. Поняв, что угрозы нет, он затрещал крыльями и взлетел.

— Видно, даже сломанные часы два раза в день верно показывают. Но точно ли ты хочешь его спасать? Помни: если Биско умрёт, настоящей станешь ты!

— Биско, живи, слышишь?!

Игнорируя насмешки Н'набаду, Рэд взвалила умирающего Биско на спину, развернулась и бросилась прочь от Шуги со всех ног. Она чувствовала, как его сердце бьётся всё слабее с каждой секундой.

— Вспомни своё обещание Мило! Вы напарники! Вы должны умереть вместе! Я своё обещание нарушила, но ты – не смей! Биско!!

— Дети так быстро растут. Теперь она уже не слушается своего папочку. И бельё своё в мою стирку подкидывать перестала. О, горе мне…

Н'набаду притворно всхлипнул, затем с громким жужжанием подлетел к уху Шуги.

— Цель ей в ногу.

— Да, дорогой.

Б-з-з-у-у-м!

— Га-а-а-а!!

Жестокий луч света пронзил ногу Рэд, разбрызгивая кровь и швыряя её вперёд. Рэд рухнула на землю и застонала от боли.

— Гр-р-р…!!

Но даже сейчас она не выпустила Биско. Стиснув зубы, она попыталась подняться, но снова упала ничком. Сквозь кровь и пар Рэд взглянула на свою ногу, когда-то способную одним ударом свалить медведя – в ней зияла дыра.

Я… не могу встать…!!

— Знаешь, когда я думаю о твоей жизни, она кажется мне почти печальной. Рождённая всего лишь быть моей грушей для битья, переживать все те ужасы, которые я мечтал обрушить на самого Акабоши.

— Гр… х…!

— Каждый раз, когда ты плакала, я снова чувствовал себя личинкой. Ты давала мне энергию, необходимую, чтобы мои мечты сбылись.

Муха гордо скрестила все шесть рук.

— Так позволь мне отблагодарить тебя, — сказал он. — Ты прикончишь Акабоши за меня.

— …

Рэд тяжело дышала, не произнося ни слова.

— А потом, — продолжил Н'набаду, — ты станешь новым Биско. Я заберу тебя и Мило, и Пау, и Акабоши – все ваши игрушки! Они будут твоими в новой вселенной, которую я создам!

— …Ха-ха-ха-ха!!

Рэд расхохоталась прямо в лицо мухе. Крепко удерживая Биско за спиной, она посмотрела снизу вверх на ошеломлённого Н'набаду.

— Заберёшь меня с собой?

— Что в этом смешного?

— Ты просто хочешь, чтобы тебя ненавидели!

Проницательное заявление Рэд лишило Н'набаду дара речи.

— Единственная любовь, которую ты знаешь – это ненависть, — продолжила она. — Ты говоришь, что хочешь уничтожить всё, но что будет потом?

— …

— Тебе не нужен подхалим, который со всем соглашается. Тебе нужно, чтобы о тебе заботились, чтобы о тебе думали – чтобы тебя презирали. Всё, что тебе нужно – это…

— Заткнись, сучка!

Б-з-з-з-з!

Жалкий взгляд Рэд вывел Н'набаду из себя, и он яростно зажужжал.

— А что не так с ненавистью?! Ненависть – самое прагматичное из всех чувств! Признай это, ты меня ненавидишь! Маленькую муху, причину всех твоих проблем в этой жизни!

— Может быть, — сказала Рэд. — Пока что.

И в этот миг её татуировки вспыхнули, подобно утреннему солнцу. Рэд потеряла всё: своего ребёнка, своего напарника, своих друзей, но в её нефритово-зелёных глазах всё ещё теплилась любовь к самой себе!

— Сколько бы тьма ни приходила в мою жизнь, рассвет любви к себе всегда прогонит её прочь! Н'набаду! Я клянусь, что забуду тебя!

— Не смеши меня!

Н'набаду затрясся от ярости, и Шуга в ответ подняла палец. На его кончике появился пылающий шар света, бешено вращающийся – миниатюрное солнце, небесное оружие, рождённое, чтобы стереть Биско и Рэд с лица Земли.

Ч-что это…?!

Рэд раскинула обе руки, защищая Биско, но жар от солнца уже пузырил её кожу. Земля под ними растрескалась, и сам воздух содрогался. Этот единственный удар уничтожит не только Рэд – он унесёт с собой весь японский архипелаг.

— Она слишком сильна! Я ничего не могу сделать против этого, Шуга!

— Ты пожалеешь об этих последних десяти секундах, идиотка! Я – Н'набаду, Отец Вселенной! И ты не смеешь так разговаривать со своим отцом!!

— Дорогой.

— Чего тебе, тупая баба?!

— А нужно ли это?

Крошечная тень сомнения скользнула по бесстрастным чертам Матери Вселенной.

— Если это солнце коснётся Земли, планета станет непригодной для жизни на сотни миллионов лет.

— Ха! Кого это волнует? Всё равно всё смоют, чтобы освободить место для моей новой вселенной! — презрительно бросил Н'набаду. — К тому же… хи-хи-хи. Только представь иронию – мир, стерилизованный богиней жизни!

— …

— Тьфу! Надоело ждать. Давай, Шуга!

По команде Н'набаду Шуга начала опускать руку, и миниатюрное солнце устремилось вниз, неся неминуемую катастрофу!

— Ко мне! Лук Небесного Краба!

Рэд вновь призвала силу своих татуировок и явила своё окончательное оружие, но надвигающаяся угроза была за пределами возможностей любого смертного существа.

В-всё кончено. Мне одной не сбить эту штуковину!

Её лицо исказилось от боли, и вдруг…

— Поток!

— Жизненного!

— Океана-а-а!!

Внезапно растрескавшаяся земля взорвалась, высвобождая поток воды!

— Че-го?!

— А?

Вода взметнулась и закрутилась, вытягиваясь вверх, словно исполинский змей, навстречу падающей звезде. Столкнувшись, вода начала закипать под чудовищным жаром, но бьющий вверх поток сумел чуть замедлить падение звезды.

— Это ещё что? Шуга, не сдерживайся!

— Это он… — бесстрастно пробормотала Шуга, — Марэ, бог моря.

— Шуга! Ты предаёшь бесчисленные формы жизни, что доверились тебе?!

Рэд в изумлении наблюдала, как океанская струя сплелась в фигуру белого великана, который принял на себя падающую звезду.

— Если так, — прогремел великан, — то я, вице-президент Марэ, исполню свой долг!

— Вода говорит?!

— Он такое же божество, как и я. Укройся за мной, дорогой.

Как бог моря, Марэ и его власть над океанскими водами не знали себе равных. Однако перед лицом Матери Вселенной это было всё равно что мощь муравья. Постепенно океанское тело Марэ начало выкипать в месте соприкосновения с солнцем, обрушивая на земли внизу потоки ливня.

— Именем всего святого! — возгласил он.

— Ха! А я уж испугался на секунду, — проскрипел Н'набаду, возвращая самообладание. — Ты хоть понимаешь, что значит «вселенная»? Это значит, что Шуга на голову выше любых жалких божков, живущих на вашем камешке!

— …

— Чего ты ждёшь, Шуга? Раздави их уже!

— Легче сказать, чем сделать. Для этого потребуются души, которые ты мне даровал.

— Используй сколько нужно!

— Но…

Вневременная Мать Вселенной вдруг замялась, не зная, как ответить на слова мужа. Вместо этого она мягко погладила свой живот, словно думая о нерождённом дитя.

— Никаких «но»! — зажужжал муха. — Делай, как я сказал!

— Эти души – материя, из которой будет создана новая вселенная, которую ты ищешь. Если я использую их все, может ничего не остаться.

— Что?!

Даже Н'набаду, при всей его самоуверенности, был потрясён услышанным. Но Мать Вселенной говорила правду. Если Н'набаду сейчас переиграет, он не сможет осуществить свою давнюю мечту – создать мир чистого разрушения.

— Мне всё равно продолжать, дорогой?

В обычно бесстрастном голосе Шуги прозвучал крошечный намёк на укор.

— Мне отказаться от рождения твоего ребёнка и уничтожить Марэ?

— Гр-р-р…

— Госпожа Рэд! Боюсь, я не смогу сдерживать эту звезду намного дольше!

Пока Н'набаду и Шуга спорили, Марэ улучил момент и крикнул Рэд далеко внизу.

— Здесь слишком опасно! Забирай Акабоши и уходите куда подальше!

— Да кто ты такой, чёрт возьми?!

— Просто сделай это!!

Подгоняемая криком Марэ, Рэд заглушила боль в ноге, проигнорировала хлещущий по ней дождь и побежала, думая только о том, чтобы увести Биско в безопасное место.

И тут она услышала знакомый звук шагов, приближающихся по грязной земле.

— Э-это звучит как… Акутагава! Смотри, Биско! Это Акутагава!

Это был названый брат Биско, легендарный краб, который прошёл с ним сквозь огонь и воду! В седле, куда лишь немногие удостаивались чести сидеть, восседала женщина с огненными волосами – отличительным знаком рода Акабоши – собранными в дреды.

— Вот вы где! — крикнула она, протягивая руку. — Где Биско? Он в порядке? Он… А-а-а-а!!

— …??

Женщиной была Мари Акабоши, мать Биско. Выражения их с Рэд лиц были зеркальным отражением друг друга.

— Ты кто…? — спросила Рэд, хотя где-то в глубине души уже знала ответ. Мари тем временем проглотила слова, готовые сорваться с губ, и втащила обеих – и Рэд, и Биско – на спину Акутагавы.

— У тебя дыра в ноге! — воскликнула она. — Используй эту склянку, остановит кровь!

— Ты тоже Хранитель Грибов? — спросила Рэд. — Должно быть, ты друг Биско, верно?

— Твой отец, видать, тот ещё был ублюдок.

— ???

— Я извинюсь за это позже. А сейчас надо спасать Марэ!

С этими словами Мари взяла поводья и направила Акутагаву обратно к космической форме Шуги. Взглянув сквозь проливной дождь, она увидела, как океаническое тело Марэ пузырится и испаряется, сдерживая катастрофическую звезду.

— Марэ! — закричала она. — Отличная работа! Оба в безопасности!

— Рад слышать! Похоже, план сработал, Мама!

— Чертовски верно! А теперь возвращайся сюда!

Марэ повернул своё испаряющееся тело и встретился взглядом с Мари.

— Боюсь, что нет, — сказал он. — Мы вступили в финал.

— Что?!

Тем временем Н'набаду наконец потерял терпение и побагровел от ярости.

— А-а-а-а! Хватит! Ты упускаешь Акабоши! — зажужжал он в ухо Шуге. — Увеличь мощность! Если после этого у нас не хватит душ – найдём ещё! Делай! Испари его, Шуга!

— …Да, дорогой.

По команде Н'набаду сила Шуги взметнулась! Космический огненный шар удесятерил свою мощь, заставляя Марэ выкипать ещё быстрее.

— Га-а-а-а-а!

— Марэ! — вскрикнула Мари.

— Бесполезно! — закричала Рэд. — Он слишком силён!!

— Гы-ха-ха-ха-ха!! Гори, детка, гори!!

Марэ стремительно приближался к пределу…

Однако.

— …жизни, созданный жизнью, для жизни.

Споры Сверхверы, растворённые в его собственной морской воде, почувствовали приближающийся конец Марэ и засияли всеми цветами радуги!

— Чтобы защитить всё живое на этой Земле…

— !!

— …и чтобы тебе было куда вернуться, Шуга!

Ледяная маска Шуги дрогнула от удивления. И прямо у неё на глазах Марэ превратился в исполинского морского змея и обрушил свою лебединую песню!

— Получай! Драконий Океа-а-анский Пото-о-о-ок!!

Океанский змей взревел! Марэ вложил всего себя в эту атаку, пробившую дыру прямо в катастрофической звезде и развеявшую её по космическим ветрам.

— Че-го-о-о?! Как он это сделал?

А тем временем на поверхности земли дождь усилился до неистового, вызвав потоп, который подхватил Акутагаву. Почувствовав намерения Марэ, Акутагава начал грести сквозь океанскую воду.

— Он пытается помочь нам сбежать! — воскликнула Рэд.

— Н-нет, он не может! — Мари, наблюдавшая за отчаянной борьбой Марэ, содрогнулась от горя. — Вернись! Ма-а-а-арэ!!

— Прекрати! Ты свалишься с седла!

Рэд обхватила Мари руками, не давая ей прыгнуть в опасный поток. Наблюдая, как Акутагава и трое на его спине с каждой секундой становятся всё дальше, Н'набаду начал терять самообладание.

— Они уходят! Сделай что-нибудь! Не дай им…!

— Берегись, дорогой.

— Что?

Н'набаду опустил глаза и увидел, что Марэ, уничтожив падающую звезду, летит прямо на них с Шугой!

— А-а-а-а! Шуга! Останови его!

— Может, я смогу вернуть Шугу в норму, — проговорил Марэ, — если просто прикончу тебя.

— И-и-и! — пискнул Н'набаду.

Бух!!

— У-у-у-у…

Этого… не хватило…

— …А?

Шуга…

В тот самый миг, когда челюсти дракона Марэ сомкнулись вокруг Н'набаду, Шуга обхватила его рукой, принимая удар на себя. Океанский дракон оторвал Шуге руку по локоть, но её бесстрастные глаза не выражали боли.

— Прощай, Марэ, — произнесла она, и тогда…

Бум! Другой рукой Шуга высвободила волну давления, которая мгновенно разнесла Марэ на части, обрушивая его водяное тело дождём на землю внизу.

— …

Дождь омывал пустошь, смывая все следы битвы.

— Где тебя носило, тупая баба?!

Затем Н'набаду, обливаясь потом, начал пинать ту, что спасла ему жизнь.

— В следующий раз спасай меня быстрее! Я уж думал, эта мурена-переросток перекусит меня пополам! Супружеская жизнь должна быть блаженством! Ты никчёмная жена, если не можешь обеспечить мне даже этого!

— Прости, дорогой.

— Ха-ах… ха-ах… Проклятье!!

Когда Н'набаду наконец успокоился, он осознал, что Шуга не только использовала больше душ, чем он рассчитывал, но и позволила Биско уйти. Простое восстановление отсутствующей руки, вероятно, потребовало сотен тысяч душ.

Чёрт. Я, должно быть, слишком разгорячился. Думал, что наконец-то держу Акабоши в руках…

— Дорогой…

— Да, знаю! Можешь не говорить! Нам не хватает душ, необходимых для осуществления плана, верно?

Н'набаду приложил огромные усилия, чтобы собрать эти души, создав тёмный мир и вырастив Владыку Раста до зрелости. И всё же он потратил такое огромное количество их просто на то, чтобы победить Марэ. Это был безрассудный поступок, и даже Н'набаду, кажется, теперь это осознавал.

— Но теперь, когда Раст исчез, мне понадобится новый способ сбора… Хм…

Н'набаду сложил верхние руки и задумался. И наконец, когда его осенила идея, он трижды стукнул кулаками – тук, тук, тук – по трём другим ладоням.

— Придумал! — воскликнул он. — Я заставлю Шугу создать нового бога Ржавчины и собирать души так! Эй, Шуга!

Н'набаду рявкнул на свою растерянную невесту.

— Ты ведь знаешь всё о моём шедевре, Владыке Расте?

— Да.

— С такой силой ты должна суметь создать своего собственного. Выдай штук сто, и посмотрим, не сможем ли мы высушить этот мир досуха к завтрашнему утру.

— Ты хочешь, чтобы я создала бога Ржавчины?

Шуга замялась, тщательно подбирая слова.

— Дорогой, я Мать Вселенной. Бог Ржавчины и я – антиподы друг другу. Не думаю, что смогу создать его идеально…

— Не обязательно идеально! Я многого и не жду. Просто сделай столько, сколько сможешь! Пока они слушаются моих приказов, всё сойдёт!

— Поняла, дорогой.

Шуга молча кивнула и закрыла глаза, словно в молитве. Когда она это сделала, с её губ сорвалась светящаяся пыль, подобная вращающейся туманности, и из облака выпрыгнуло несколько неопознанных фигур, устремившихся к Земле.

— Вот это другое дело! Продолжай в том же духе… а?

Когда Н'набаду разглядел их на поверхности, он моргнул дважды. Они были совершенно не похожи на бога Ржавчины, которого создал он сам. Им не хватало человеческой формы. Вместо этого они казались совершенно аморфными и полупрозрачными.

— Это что, слаймы?

— Это Космозы, дорогой.

— Что?

— Яйца, из которых вылупятся миры новой вселенной. Вот что они такое.

По словам Шуги, эти так называемые Космозы были каждой юной формой энергии, которая станет отдельной планетой в новой вселенной Н'набаду.

— Тупица! Как эти отбросы вообще сравнятся с МОИМ богом Ржавчины? — проревел Н'набаду в разочаровании. Но когда он присмотрелся…

— М-мы…

— …сыновья Н'набаду.

— Мы рождены… собирать души.

Аморфные существа заговорили по очереди, и их формы медленно затвердевали.

— Ч-что?!

У них были фасеточные глаза, пара тончайших крыльев на спине и длинный хоботок, как у бабочек. Шуга взяла насекомоподобное тело Н'Набаду и в дальнейшем придала ему форму человека-мотылька.

— Собирать души… собирать души.

— Все они очень умные мальчики, как и ты, — сказала Шуга.

— Они кучка идиотов! — проревел Н'набаду. Однако, успокоившись, он признал, что в каждом из них таится великая сила. — Ладно. Слушайте, Космозы, ваша задача – собрать как можно больше душ! Высосите эту планету досуха!

— Б-з-з-з!

По команде Н'набаду поднялось громкое жужжание крыльев Космозов, и каждый из них разлетелся в разные стороны, осыпая чешуйки, подобные звёздной пыли.

— Б-з-з-з! Б-з-з-з!

— Смотри, дорогой. Космозы взлетают.

Н'набаду наблюдал за звёздными следами, которые они оставляли за собой, словно стая светлячков, улетающих на край Земли, и это принесло тепло в его холодное сердце.

— Хм, — произнёс он. — Не совсем то, что я ожидал, но сойдёт.

Затем он поднял свой жезл с кольцом.

— Летите, мои Космозы, летите! Высосите из этого мира все души! И принесите их великому Н'набаду и Шуге, Матери Вселенной!

Наблюдая за улетающими Космозами, его внезапно осенила идея.

— А, ты! — крикнул он, подзывая одного.

— Отец? Твои приказы?

— У меня для тебя другое задание. А теперь слушай меня очень внимательно…

Н'набаду принялся нашёптывать что-то на ухо Космозу, после чего тот кивнул и, произнеся: «Как пожелаешь, отец», очертил пальцем круг в воздухе. Когда он это сделал, в пространстве-времени появилась дыра.

— Ого, они все умеют пользоваться Акаша Триппером?

— Да, дорогой.

— Очень хорошо. А теперь ступай! Стань автором гибели этого мира!

Космоз кивнул и исчез в созданной им дыре. Когда он скрылся, Н'набаду начал упиваться властью, полностью забыв о своей предыдущей ошибке.

— Хе-хе. Да, да. Это хорошо. Если подумать, было бы жаль позволить людям этого мира исчезнуть, не вкусив сперва их отчаяния.

Я сотру все их надежды в звёздную пыль, одну за другой, чтобы сполна насладиться этим!

Хьюк-хьюк.

Хьюк-хьюк-хьюк-хьюк.

Хья-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха!!