Глава 7

Вырвавшись из-под подсознательного влияния волшебного колокола Амакусы, жители Бьомы наконец-то наслаждались своим первым по-настоящему спокойным сном за долгое время. По крайней мере, так было до тех пор, пока жуткий грохот не потряс город.

— Что происходит?! — закричал какой-то кот, садясь на своей кровати.

— Это землетрясение! — раздался голос.

— Небо рушится!

Землетрясения были редким явлением в Бьоме, поэтому кошки не знали, как реагировать. Сенбей, портной, выпал из постели и, спотыкаясь, выбежал на улицу, не в силах заснуть от паники.

— Гохэй! воскликнул он, увидев знакомое лицо соседа. — Что, чёрт возьми, происходит?!

— Господин Сенбей! Всё кончено, мы обречены!

— Это всего лишь землетрясение, мой мог! Худшее, что может произойти – это карниз упадёт вам на голову! Давайте пойдём куда...

— Что-то происходит с замком, Сенбей! Смотрите!

Сенбэй проследил за дрожащей лапой городского кота и увидел это.

Сам воздух вибрировал, пока замок содрогался, и от его основания исходило золотистое свечение.

— Хм? Как странно. Что такое?

Га-бум!!

Раздался какой-то приглушённый взрыв, и сам замок вдруг взмыл в воздух. Затем послышались два оглушительных удара, и из его боков вырвались две исполинские руки. Эти руки протянулись к фасаду замка, сорвали стену, открыв один-единственный, огромный глаз.

— БАБ-БА-БА-БАМ!

Из замка донесся оглушительный крик. Виновником был одноглазый, двурукий, двуногий и поистине гигантский золотой гриб.

Даже с улицы было видно, как грибница ползёт по стенам замка.

— Я БОЛЬШО-О-ОЙ!!

— Это… монстрогриб! Монстрогриб жрёт замок!

— Смотрите! Там кто-то есть!

И действительно, перед единственным глазом замка чудовищ, смотревшим на город, парили две фигуры.

— О-хо-хо-хо-хо-хо-хо!

Это была Геппей Амакуса, вертевшая в лапе Стрелу Сверхверы.

Тирол стояла у неё за спиной, наливая саке из бутылки, которое Амакуса осушила, прежде чем отбросить пустую чашку в сторону.

— Гляди-ка, как они разбегаются и шмыгают по углам, — язвительно процедила она. — Никудышные из вас коты. О-хо-хо-хо!

— О-хо-хо…

— Заткнись! Смеяться могу только я!

— Вот, мадам.

Тирол протянула Амакусе что-то завёрнутое в фиолетовую ткань, на что та фыркнула и выхватила это из рук девушки. Она расстегнула переплёт, и внутри оказалась левая рука Йокана Яцухаши.

— Ирония судьбы, — сказала она. — Рука, которая когда-то защищала этот город, должна стать той самой вещью, которая его разрушит.

Она взмахнула рукой по ветру перед собой.

— Смотри внимательно. Fantastique* действо!

(п/п: Fantastique (фр. – фантастическое))

Стрела Сверхверы ринулась к отрубленной конечности и пронзила её насквозь! Тут же из нее изошёл ослепительный золотой свет, ошеломляя всех зрителей на улицах внизу. Когда свечение угасло, взорам предстало невероятное зрелище: в ночном небе висел исполинский золотой церковный колокол!

— Полюбуйтесь на новый великий колокол! Его сила затмевает все те жалкие круглые бубенчики.

— Мадам, я приготовила вам затычки для ушей.

— О? Решила впервые сделать что-то полезное? Что ж, дай-ка я их вставлю и… Sacre bleu! Да они ж твёрже камня!

(п/п: Sacre bleu (фр. – устаревшее восклицание, аналог русских: «Чёрт возьми!», «Боже правый!» ))

— Они сделаны из чистого золота, мадам.

— Ну и зачем они тогда нужны?! Тебе нужно научиться перестать зацикливаться на внешности!

Вот ведь!

Тем не менее, понимая, что это всё ещё лучше, чем ничего, Амакуса заткнула свои острые уши и обратилась к городу:

— Безродные кошки и барские коты Бьомы! — провозгласила она. — Час пробил! Прислушайтесь к звуку, что объединит всех представителей кошачьего рода!

— О-О-О-О-О-О-О...

Амакуса взмахнула лапами, и монстрогриб-замок поднял обе руки над головой.

— Ликуйте! Звук великого колокол!

БУУУУУМ!

Монстрогриб ударил по колоколу своей правой рукой, высвободив разрушительную звуковую волну, которая пронеслась по городу, срывая крыши с домов.

— Ааах! Э-этот звук!

— Не слушай его, Гохэй! — крикнул Сенбнй, шерсть на котором встала дыбом от этого отвратительного звона. — Это звук Матанго! Он превратит тебя в монстрогриба!

Но было уже поздно. Лицо Гохэя уже расплылось в блаженной улыбке.

— К-какой прекрасный звук... Все мои тревоги просто тают... Матанго... они всегда были правы... Этот мир мимолётен... Ничто не имеет значения...

— Чёрт! Дослушай меня, Гохэй! Гохэй!

Но было уже слишком поздно. На лице Гохэя уже сияла радостная улыбка.

— К-какой прекрасный звук. Все мои тревоги просто тают. Матанго... они были правы с самого начала. Этот мир быстротечен… Ничто не имеет значения...

— Чёрт возьми! Послушай меня, Гохэй! Гохэй!

Сенбей схватил своего соседа за плечи и сильно встряхнул, но Гохэй оттолкнул его в сторону.

— Бу... бу-бу-бу...?!

Его тело переливалось золотом. Сенбей отвел глаза от слепящего света.

Габум!

Когда он оглянулся, на месте его соседа стоял только что созданный монстрогриб.

— Баб-ба-ба-бам!

— Г-Гохэй!

И превращение затронуло не только его. Когда волна звука прокатилась по улицам, она преобразила всех, кто её услышал.

— Гри-бы-гри-бы-гри-бы.

— Гри-бы-гри-бы-гри-бы.

— Эй, а этот прикрыл уши лапами.

— Так нельзя.

— Прекрати это безумие, Гохэй! Ты должен бороться!

— А давайте проверим, щекотливый ли он.

— Кучи-кучи-ку!

— Кучи-кучи-ку!

— Мя-ха-ха-ха?! П-перестань! ... Ой-ой...

Бабах!

— Бам-бам-бам!

— Готово.

— Переходим к следующему.

…

Великий колокол продолжал издавать свои дьявольские звуки. Улицы озарялись золотистым свечением. Амакуса смотрела на город и смеялась. Наконец-то её зловещий план осуществился, и вся Бьома оказалась под её чарами.

— Что она сделала?!

Мило ушёл в горы, чтобы собрать травы для лечения Йокана, и, когда он поднялся на холм на обратном пути, не мог поверить своим глазам.

— Она так быстро научилась использовать Стрелу Сверхверы! Может, она и вправду гений?!

— Городские коты выглядят не такими уж несчастными, — заметил Биско. — Может, им и правда веселее быть грибами.

— Мы не можем просто оставить их в таком состоянии!! — крикнул Мило, заставляя Биско потупить взгляд и опустить уши. — Она уже сказала, что следующей на очереди будет Царство Людей! Мы должны остановить её!

— Ага, понял, понял! Не заводись ты так!

— У нас есть два варианта, — сказал Мило. — Либо мы снова используем Стрелу Сверхверы...

— Не выйдет, — прорычал Биско, скрежеща клыками и не отрывая взгляда от замка-монстрогриба внизу. — К тому же, это не сработает. Если две невозможные силы столкнутся, это уничтожит весь мир.

— Тогда остаётся только один вариант: попросить нашего кошачьего друга помочь.

— Ага, — кивнул Биско. — У этого кошака ещё есть козырь в рукаве, я это точно чувствую. Пошли поговорим с ним.

Не имея возможности помочь превращённым городским котам, Биско пустился вниз по горной тропе, а Мило последовал за ним. Биско, казалось, уже привык бежать на всех четырёх, и Мило было трудно за ним угнаться.

Пара подошла к скальной стене и откатила в сторону валун, открыв скрытую пещеру.

— Йокан! — крикнул Биско, заходя внутрь. — Хочу кое о чём спросить!

— Эй! Тихо! Он ещё спит!

Где-то вдалеке эхом отзывался звук капель воды. Йокан Яцухаши лежал на земле, его глаза были широко открыты.

— Нет, не спит.

— Йокан! О, слава богу! Вы пришёл в себя!

Мило подбежал к нему и проверил температуру Йокана тыльной стороной ладони.

— Вы на пути к выздоровлению, господин. Я бы сказал, ещё месяц максимум, и вы...

— Я... проиграл, так ведь?

Йокан сел, морщась от боли.

— Йокан! — воскликнул Мило, пытаясь уговорить сёгуна снова лечь.

— Как я ещё двигаюсь? Почему я всё ещё жив? Я помню клинок, пронзивший сердце, а затем...

— Это была твоя вера, Йокан. Она вошла в гармонию со Стрелой Сверхверы. Взгляни.

Мило осторожно размотал повязки на груди Йокана, обнажив зияющую дыру в торсе... и золотистую грибницу, раскинувшуюся на её месте.

— Грибы... спасли меня?

— Это была ваша собственная воля, господин. Споры просто ответили на неё.

Затем выражение лица Мило стало серьёзным.

— Просто... они, к сожалению, не смогли спасти вашу руку.

— Понятно.

Йокан закрыл глаза. Это была не его ведущая правая лапа, но потеря всё равно стала ударом по его непревзойдённому боевому мастерству. Краеугольным камнем его стиля было использование когтей неосновной лапы в качестве второго оружия, и без них все его тренировки теряли смысл.

Он уставился на безрукий обрубок, где золотые споры остановили кровотечение, но ниже локтя не было ничего.

— Похоже, Клинок Кошачьего Ветра мёртв, — произнёс он.

— Не говорите так, ваша светлость! С протезами сейчас никаких проблем! Мы достанем один с поверхности, и тогда мы сможем...

— ...

Биско молча наблюдал. Он понимал, что попытки Мило подбодрить были слабым утешением для удручённого Йокана. Искусство сёгуна было очень похоже на его собственное. Оно требовало глубокого знания потока жизненной силы в теле. Отсутствующая конечность нарушала этот поток, и именно поэтому оправиться от такой травмы было непросто.

И всё же... Биско прикусил губу... Он нам нужен. Мы не победим Геппей Амакусу без него.

— Нам нужен Клинок Кошачьего Ветра, — вдруг заявил Йокан. И Мило, и Биско остолбенели от его неожиданно твёрдого голоса. — Я мог проиграть, но я кое-что понял в процессе. Сражайся я с помощью истинного Клинка Кошачьего Ветра, с незапятнанной душой, и я бы непременно победил.

— Рад это слышать! — сказал Биско. — Тогда выбирайся из постели и пошли вместе побьём её!

— Не неси чепухи! У него ещё дыра в груди!

— Боюсь, Акабоши, что духи котов больше не со мной.

Йокан, казалось, искренне стыдился признавать свою слабость, но он лёг, морщась от боли. Его глаза всё ещё пылали огнём.

— Не мне уже быть тем, кто сразит злобную Амакусу. Эта задача должна перейти к другому мастеру Клинка Кошачьего Ветра, столь же сильному, как и я.

— В этой стране есть ещё один мечник, сильный как вы?!

— Нет.

— Эй!!

— Пока что нет, во всяком случае.

Алые глаза Йокана блеснули, когда он продолжил.

— Время на исходе. Я должен подготовить преемника до наступления сумерек. Я знаю лишь одного ученика, способного на это.

Йокан медленно перевёл взгляд на пылкого Хранителя Грибов с огненными волосами.

— Акабоши. Именно ты унаследуешь моё искусство. Полагаю, ты готов?

— Ч-ч-что?! Я?!

— Ясно, — сказал Мило. — В этом есть смысл.

— Какой ещё смысл! — закричал Биско, хватая своего напарника за хвост и крича ему на ухо. — Я до сегодняшнего дня и меч-то в руках не держал!

— Это неважно, — сказал Йокан. — Единственное оружие, которое тебе понадобится, уже здесь, на твоих лапах. Но чтобы пробудить его, ты должен овладеть Клинком Кошачьего Ветра.

Биско посмотрел на свои преображённые лапы. Действительно, когти выглядели острыми. Достаточно острыми, чтобы при необходимости резать камень.

— Боюсь, мы не можем позволить себе снисходительность, — сказал Йокан. — У меня есть долг перед моим народом как у сёгуна… Неужели ты собираешься сказать мне, что боишься? Что не можешь выиграть бой без своего лука?

— Продолжай в том же духе, скотина.

— Должен сказать, я думал, что вы, «Хранители Грибов», или как вы там себя называете, сделаны из более крепкого материала. Если вы закрываете глаза на пути других культур, ваши традиции в конечном счёте обратятся в руины.

— Вот теперь ты перешёл черту, Мохнатик!

Биско оскалил клыки и крепко схватил сёгуна.

— Я в игре, — прорычал он. — Я покажу тебе, из чего сделаны Хранители Грибов. И не думай, что я буду с тобой мягок только потому, что тебе кое-чего не хватает!

— Так ты согласен?

— Сколько раз нужно повторить?!

— Отлично.

Внезапно серьёзное лицо Йокана сменила уверенная улыбка. И затем…

Тр-рах!

Быстрее, чем можно было уследить, он нанёс сокрушительный удар головой в лоб Биско! Мило показалось, будто Биско просто потерял сознание в мгновение ока.

— Ч-что?!?! Й-йокан?! Что это было?!

— Это, мой друг, была «Голова Гурнарда». Она полностью скрывает любое проявление моего намерения, делая атаку совершенно непредсказуемой, даже для такого, как Акабоши.

— Я не об этом! Ты же сказал, что будешь учить его владеть мечом!

— Всему своё время, друг мой. Боюсь, это необходимый этап.

Йокан посмотрел на вырубленного Биско и закрыл глаза.

Сконцентрировавшись, он призвал частицы силы из окружающего воздуха.

Реагируя на его разум, частицы вспыхнули алым светом и исчезли в слуховых проходах Биско.

— Хотя Биско и способный ученик, пути Клинка Кошачьего Ветра слишком обширны, чтобы постичь их за один день. Поэтому мы должны завершить этот урок в пределах его сознания.

— Сознания?!

— Эта техника известна как «Сонная чешуя», — объяснил Йокан. — С её помощью Акабоши сможет получить плоды шести лун тренировок за один день. Однако, как ты, без сомнения, догадался, недостаток...

— ...в том, что вы оба остаётесь беззащитными?

— Именно так.

Йокан взглянул из пещеры наружу. За горами замок-монстрогриб шагал по городу, озарённый золотым светом зари. Казалось, он двигался прямо на них.

— Она идёт за мной, — сказал Йокан. — Поиск займёт некоторое время, но, когда она нас обнаружит, мы будем бессильны.

— Можете рассчитывать на меня, господин! — воскликнул Мило. — Я отвлеку Амакусу и эту ходячую крепость! Вам не о чем будет беспокоиться!

— Это будет нелегко, Некоянаги. Тебе придётся столкнуться не только с Амакусой, но и с той девочкой Тирол, чья сила также велика. Я прошу слишком многого.

— Вы, кажется, недооцениваете меня, — сказал Мило, неожиданно уверенно улыбнувшись. — Это будет проще простого. Я уже видел в уме, как всё произойдёт. Видите ли, у нас, людей, есть кое-что, чего нет у кошек.

— Хм? И что же, скажи на милость, это?

Мило приложил палец к виску.

— Образование, — сказал он. — Возможно, я не смогу победить их, но я отвлеку их! Не зря же меня зовут «Неко»-янаги!

***

Кап.

Одинокая капля воды щекочет его нос, внезапно выводя из забытья. Его конечности сковала боль.

Ч... что происходит? Я не могу пошевелиться?

Холодная земля коснулась щеки Биско. Он лежал где-то в переулке. Боль ощущалась странно отдалённо, когда он повернул шею, чтобы взглянуть на затянутое облаками небо. Краем затуманенного глаза он заметил кота в важном наряде.

— ...Командир! — взвизгнул кот, шарахаясь от его взгляда. — Киса жива! Она на меня смотрит!

— Ещё жива, говоришь?

Официальная одежда шефа идентифицировала его как стражника закона, а толпящиеся вокруг Биско коты – как его подчинённых.

— Их живучесть была бы почти восхитительна, если бы не воровские наклонности этих свиней.

— Кажется, она едва держится за жизнь, командир. Мы должны немедленно доставить её к врачу…

— Нелепость! — прогремел стражник в ответ на совет подчинённого, прежде чем обратить свои жестокие глаза на Биско. — Если какой-либо врач увидит её травмы, наше незаконное применение силы будет раскрыто!

— Н-но она всего лишь дитя, командир!

— И всё же коварная кошечка прятала нож и покушалась на мою жизнь… По крайней мере, именно так мы расскажем магистрату. А теперь прикончите её.

Бессердечные слова начальника полиции оставили его подчинённых безмолвными.

Тем временем Биско на земле дрожал от ярости, готовый использовать свои острые когти, чтобы разорвать коррумпированных полицейских-котов на части.

Я вам покажу…!

— Что здесь происходит?

Хм?

Голос, подобный стреле, вонзился в переулок. Его источником был молодой самурай со свежим лицом и меховой шкурой цвета сажи.

…Йокан?

— Тебе чего нужно, щенок?

Прихвостни стражника все собрались между своим боссом и новоприбывшим. Он был очень похож на того Йокана, которого знал Биско, но в то же время гораздо моложе.

— Не вмешивайся в дела шефа, — сказал один из них, — если не хочешь оказаться в тюрьме!

— Но всё, что она украла – одну рыбину, — сказал молодой Йокан. — Неужели это и вправду путь полиции нашего города – травить голодную юную кошечку?

— Не важно, украла ли она одну рыбу или всё золото из казны Бьомы! Вор есть вор, и всегда останется вором!

Подчинённые полицейского единым порывом обнажили мечи.

— Во имя порядка, да не останется ни одна свобода безнаказанной!

— Неисправимые глупцы…

В ответ на яростные слова полицейских-котов Йокан положил лапу на рукоять своего меча. Едва стражник увидел это, как вся кровь отхлынула от его мохнатого лица.

— Э-этот меч! П-п-п-подождите! Опустите клинки, болваны!

— Что?!

— Этот золотой эфес… Это же Кинцуба, сокровище рода Яцухаши и знак его преемника, Йокана Яцухаши!

Стражник упал на колени. Его подчинённые не до конца понимали, с кем имеют дело, но последовали его примеру.

— М-мы как раз собирались отвести эту бедную раненую кошечку к врачу, господин. Мои ребята просто немного нервничали, вот и всё. Я научу их вежливости, не беспокойтесь…

— Мне плевать. Исчезните.

— Эм, господин? Нам ведь не нужно беспокоить Ракуган известиями об этой оплошности, ведь так…?

— Я сказал, исчезните!!

Рык чёрного кота заставил назойливых стражей порядка подпрыгнуть на месте; они бросились прочь, пряча лица, и поспешили скрыться на улицах.

Вскоре в переулке остались только Йокан и Биско, который лежал, распластавшись на земле. Йокан подошёл и внимательно посмотрел на его лицо.

— Какое варварство, — произнёс он. — Я сейчас перевяжу тебя, подожди.

— Подождать? — раздался женский голос. — Я ждала всю свою жизнь. Ждала, чтобы освободиться от этого ада, который мы называем миром.

Прошло несколько мгновений, прежде чем Биско осознал, что слова исходили из его собственных уст.

— Подождите, пока они увидят мой мир… сверкающий, золотой, божественный. Это покажет им. Это покажет им всем!

— Молчи, — сказал Йокан, — а то раны разойдутся… Вот. Я сделал, что мог. Я должен отнести тебя в особняк и позволить моему личному врачу осмотреть тебя.

Йокан взвалил Биско на спину, и его рот издал короткий стон боли.

— Больно?

— Заткнись…

— Вот это дух. Как тебя зовут, прекрасная кошечка?

На мгновение Биско почувствовал странное нежелание в самой своей душе. Затем слова сами сорвались с губ:

— Амакуса… Геппей Амакуса…

— Что ж, Геппей. Ты можешь остаться на попечении в особняке. Или же я могу отправить тебя домой, если захочешь.

Он свистнул, подзывая Хокусая, своего верного скакуна. Йокан взобрался в седло, надёжно удерживая Геппей на спине. Затем лошадь помчалась с ветер скоростью.

Геппей Амакуса…

Биско размышлял о девушке, глазами которой он смотрел, перебирая её имя в уме.

Так я переживаю её прошлое? Довольно прикольно, пожалуй.

Вот так вот. Никогда не задавая лишних вопросов, Биско приготовился к долгой поездке. Была только одна проблема, которая глодала его изнутри.

Чувствую себя неловко в женском теле, не буду врать. Даже если это тело кошки…

Однако обострённые инстинкты Биско подсказывали ему, что впереди ждёт какое-то важное откровение, и он понимал, что придётся терпеть, как бы некомфортно он ни чувствовал себя. Биско глубоко вздохнул, закрыл глаза и настроил своё сознание на сознание старой возлюбленной Йокана Яцухаши.