Я уже пять лет нахожусь в детском приюте, в который попала после того дня, когда я родилась. Приют оказался красивым и уютным местом. Просторные комнаты, чистота и порядок были здесь на первом месте. Повсюду стояли игрушки, а стены были украшены яркими рисунками.

Здесь было много детей разного возраста. Некоторые были младше меня, другие намного старше. Я заметила, что у некоторых детей были необычные внешние особенности, такие как необычный цвет кожи, необычные ушки, глаза или даже особые узоры на коже. Некоторые имели особенности, которые сложно было бы описать словами, и их облик был действительно уникальным. Для меня это было странно и загадочно, хотя другие дети казались к этому вполне привыкшими.

Некоторые дети использовали различные способности, которые сильно отличались от тех, что были в моём мире. Хотя их силы были достаточно слабые и не представляли серьёзной угрозы, их умения были интересными и необычными.

Воспитатели здесь были добрыми и всегда старались поддерживать порядок. Они часто пытались привлечь меня к общению, надеясь услышать хотя бы пару слов. Несмотря на все их старания, это так и не удалось, хотя врачи уверяли их, что я способна говорить. Молчание не было связано с невозможностью говорить; местный язык, хотя и был для меня непривычным и сложным, был лишь частью причины. В действительности, я всегда была погружена в свои мысли и предпочитала наблюдать за окружающим миром с тихой стороны. Возможно, я избегала разговора, потому что знала: если я заговорю, это нарушит мой покой. Меня могут начать заставлять общаться с детьми для улучшения социальной адаптации или просто выводить на разговор каждый раз.

Обычно мой день проходит так:

Иногда я наблюдала, как дети устраивают игры, притворяясь супергероями и злодеями. Их воображение не знало границ. Они часто обсуждали своих любимых героев и злодеев, читали комиксы и смотрели мультфильмы на эту тему. Хотя в этом мире герои были не просто выдумкой, ведь люди обладали уникальными способностями, такие способности часто использовались как для благих дел, так и для злых. Интересно, что злодеи в этих играх часто выглядели довольно комично и неумело — их злодейские деяния напоминали скорее детские шалости, чем настоящую угрозу. По сравнению с теми злодеями, которые я видела в своём прошлом мире, их можно было бы назвать просто "злодейскими хомячками", которые кусаются, но не причиняют серьёзного вреда. В моём предыдущем опыте злодеи обладали куда более мрачными и опасными способностями, и их действия были настоящей угрозой.

Иногда я уходила в другое место — тихий уголок приюта, который был для меня настоящим убежищем. Это была небольшая комната, наполненная растениями и декоративными животными. Здесь было особенно спокойно. Растения разных форм и размеров создавали уютную атмосферу, а маленькие питомцы, такие как кролики и морские свинки, придавали комнате живость. Это было моё любимое место, где я могла спокойно сидеть и наблюдать за природой. Дети, увлечённые своими играми, не часто приходили сюда, так как им было интереснее играть в свои супергеройские сценарии. Поэтому этот уголок всегда был тихим и спокойным, и я могла наслаждаться тишиной и уединением. Смотря на растения и животных, я ощущала, как напряжение уходит, а спокойствие наполняет меня.

Сегодняшний день был таким же, как и вчера и позавчера, но мне хотелось попробовать что-то новое. Я часто наблюдала за огороженной зоной через окна — там дети играли на улице, катались на качелях или строили замки в песочнице. Обычно детей моего возраста не выпускали на улицу без присмотра, а мне бы хотелось побыть одной в тишине. Сегодня планировалось, что будут приходить потенциальные усыновители, и это означало, что воспитатели будут заняты. Возможно, я смогу выбраться на улицу и насладиться уединением, посмотреть, что там интересного, без постоянного контроля.

Почему я не хочу оставаться здесь и ждать, пока кто-то, возможно, захочет меня усыновить? Причина в том, что у меня не было никаких уникальных черт или способностей, которые могли бы привлечь внимание, и людям это не было интересно. К тому же, я была тихой, не очень социализированной и всегда предпочитала тишину. После некоторых сеансов с психологами мне также поставили несколько эмоциональных диагнозов, названия которых я уже не помню. Даже когда люди проявляли интерес, узнавая подробности обо мне, они просто уходили, оставляя меня одной, извиняясь и говоря, что спешат, а на самом деле шли смотреть на других детей. Хотя я и не хотела бы, чтобы меня усыновляли, всё равно становилось грустно в душе от того, что я остаюсь незамеченной.

Я старалась двигаться максимально осторожно, чтобы не привлекать внимание. Сначала я подождала, когда воспитатели, занятые подготовкой к визиту потенциальных усыновителей, отвлекутся на очередные приготовления. В это время я аккуратно вышла из своей комнаты и направилась к коридору, который вёл к выходу.

По пути я старательно избегала встреч с другими детьми и воспитателями. Я знала, что наиболее подходящее время для выхода — это когда в коридоре тихо и никто не обращает внимания на мелкие движения. Я избегала попадаться на глаза тем, кто мог бы заметить и остановить меня.

Когда я достигла двери, ведущей в огороженную зону, я заметила, что на улице уже царила оживлённая атмосфера: дети играли, смеялись и катались на качелях. Я внимательно проверила, не было ли вблизи взрослых, и только после этого осторожно открыла дверь. Я старалась двигаться как можно бесшумнее, чтобы не привлечь внимание.

Наблюдая за детьми, играющими на улице, я чувствовала, как мое сердце забивается быстрее от волнения от данной авантюры. Эта новая для меня часть мира представлялась чем-то захватывающим, и я была готова исследовать её, оставаясь незамеченной. Для меня, кто когда-то мечтал просто двинуть пальцем, эта авантюра была настоящим испытанием свободы и новизны. Я медленно и осторожно вышла наружу, стараясь не привлекать к себе внимания, наслаждаясь каждым моментом своей долгожданной свободы.

На улице была такая свобода, которой я давно не ощущала. Я немного посидела на качелях, чтобы привыкнуть к новому окружению, и затем начала исследовать территорию, исследуя песочницу и смотря на игры детей. Мне было важно использовать эту возможность по максимуму, наслаждаясь тишиной и одиночеством, которое мне так хотелось.

Мне было важно использовать эту возможность по максимуму, наслаждаясь своеобразной тишиной и уединением, которое мне так хотелось. Каждый момент был ценен, и я старалась запомнить каждую деталь: от мягкой текстуры песка под моими пальцами до звучания ветра в листьях. Это был момент полного погружения в новое окружение, которое наконец-то открылось для меня, несмотря на фоновые звуки детской суеты.

Сидя на качелях, которые, к моей радости, находились далеко от других игр, как будто специально предназначенные для меня. Я покачивалась, наслаждаясь свободой, а дети вокруг, увлеченные своими супергеройскими сценками, даже не обращали на меня никакого внимания. Их игры были настолько поглощены, что они носились вокруг, иногда даже мимо меня, но абсолютно не осознавали моего присутствия.

Иногда в их играх возникали конфликты. Никто не хотел играть злодея, а те, кто играл героев, хотели быть популярным Всемогущим. Сидя на качелях, я наблюдала за этими сценами, понимая, как много значений и эмоций они вкладывают в свои маленькие роли.

Однако в какой-то момент я заметила, что в небольшом переулке неподалёку от площадки остановился грузовик. С моего места на качелях я могла достаточно хорошо видеть этот переулок и дорогу, которая вела в него. Машина стояла там некоторое время, и из неё вышли несколько людей. Они стояли в тени, изредка поглядывая в сторону приюта и на меня. Я почувствовала в воздухе напряжённость, как будто что-то было не так.

В воздухе витала какая-то напряжённость, и я почувствовала, что их намерения могли быть не самыми добрыми. Я не могла точно определить, что именно вызывало у меня тревогу, но решила, что будет лучше вернуться в приют. Я осторожно остановила качели и направилась обратно.

Время пролетело незаметно, и вскоре наступил вечер. Солнце садилось, окрашивая небо в мягкие розовые и оранжевые оттенки. Когда я вернулась в приют, я направилась в свою маленькую спальню. Это было уединённое место, которое мне выделили после того, как мои ночные плачи и иногда выкрики во сне привели к тому, что меня направили к психологу. Комната находилась ближе к наблюдателям детского дома, и большинство детей предпочитало более удалённые комнаты, чтобы иметь возможность играть и шуметь в ночное время. Поэтому я была единственной, кто здесь жил. Эта небольшая комната, предназначенная для двух детей, имела довольно старый дизайн, хотя недавно её отремонтировали и обновили кровать. Она выглядела иначе, чем остальные комнаты, но я всегда находила здесь привычное ощущение безопасности и уюта.

Тем не менее, чувство тревоги, которое я испытывала на улице, так и не оставило меня. Даже когда я уютно устроилась в своей комнате, моя голова продолжала прояснять образы и вопросы, связанные с тем, что я увидела. Я старалась успокоиться, но в глубине души оставался некий холодок беспокойства.